Голоса

Сюжет шёл со скрипом. Райли привык к приливам и отливам вдохновения — с тех пор, как он взялся за перо, вторые случались с ним много чаще первых, — но сейчас ситуация ощущалась скорее как озеро, полное стоячей воды. Ни единого шевеления. Его агент, Гэррик, считал, что ему нужно проветриться. Расслабить булки, которые ты вечно держишь напряжёнными и сжатыми, старина, так он выразился. Отношения между ними больше напоминали сомнительную пародию на дружбу, чем исключительно профессиональное взаимодействие. Впрочем, Райли не жаловался. Гэррик был прав — стоило отвлечься. Город и отель Райли выбрал быстро. Его устроило бы что угодно с приемлемой ценой и отсутствием других посетителей. Лондон или Глазго — шумные, людные места — не подходили по определению; а вот Уллапул казался неплохим вариантом. Его и городом-то, строго говоря, назвать было нельзя. Полторы тысячи человек на весь населённый пункт. Туристов, наверное, приезжает много, но сейчас не сезон: февраль в горах — настоящее испытание на прочность. Ну, Райли был достаточно прочным для этого. Собрался быстро. Переговорил с Гэрриком, одобрившим его инициативу, предупредил, что на связь будет выходить редко. Это тоже было способом отдохнуть от мира: две недели полного умиротворённого одиночества наедине с шотландскими пейзажами. И никаких грёбаных звонков. В Хайленде было значительно холоднее, чем в том же Глазго, в который он заехал по пути: разжиться горячим чаем и съестным — путь оказался долгим. Когда Райли припарковался возле отеля и выбрался из машины, прохладой пробрало аж до дрожи, несмотря на тёплое пальто. Он постоял немного, привыкая к порывистому ветру, забирающемуся ему за шиворот, ерошащему волосы. Оценил отель: старенький, но вполне приличный. Небольшой, что немаловажно. Расположен довольно далеко от побережья, значит, постояльцев будет немного; а сам Райли без затруднений доберётся до залива. Крошечная плата за спокойствие. Внутри было чисто и скромно, но темно. Стойка регистрации пустовала. Райли огляделся. Администратора поблизости видно не было; что ж, он мог и подождать. Изучить обстановку. О шотландскости здесь кричало абсолютно всё, от клетчатой обивки кресел и большого флага, закреплённого на стене на манер постера, до обнаружившегося на стойке букетика сухоцветов, состоящего преимущественно из чертополоха. Райли это позабавило. Может, и персонал здесь расхаживает в килтах, с волынкой наперевес? Он задумчиво тронул высушенный чертополох двумя пальцами: неожиданно пушистый. И едва не выругался, когда за спиной у него бодро произнесли: — А, заезжаете, мистер? Райли стремительно обернулся. На него пялился небритый смуглый мужик. Судя по бордовой униформе и бейджу с именем, которое Райли в полумраке прочесть не смог, кто-то из местных работников. Администратор, видимо. Хотя телосложением больше напоминает вышибалу. Райли выигрывал у него в росте — два-три дюйма, вряд ли больше, — а в остальном… Проклятье, разве это важно. — Да, — запоздало согласился Райли. — Я бронировал номер через сайт. Мужик окинул его внимательным взглядом, почему-то уделив особое внимание исполосованному шрамами лицу — Райли дёрнул щекой, — а потом широко улыбнулся. — Конечно, мистер, — сказал. — Сейчас всё сделаем. Акцент у него был жуткий, а улыбка — яркая. И весь он, широкоплечий, крепкий, казался в этом крошечном отеле неуместным и чужим. Загорелый. Откуда взяться такому в холодной, ветреной Шотландии? Усмехнулся, заняв место за стойкой. Брови приподнял, тёмные и густые. — A bheil thu dèidheil orm? — спросил. Райли решил не уточнять, что это значило. Наверняка ничего хорошего. — Ваш паспорт, сэр, — поторопил его мужик, когда он замешкался. Райли опомнился и протянул ему паспорт. Их пальцы соприкоснулись поверх тонкой обложки, ледяные против горячих настолько, что можно было обжечься. Руку Райли отдёрнул первым. — Посмотрим, посмотрим… — пробормотал не смутившийся произошедшим мужик. Теперь, когда он стоял рядом с тусклой лампой, Райли худо-бедно сумел различить на его бейдже имя: Джон. — Мистер Райли, значит. Так и знал, что англичанин. В первый раз в наших краях? Райли пожал плечами: — Вроде того. Мужик — Джон — кивнул. Райли думал, что на этом светский диалог себя исчерпает, но катастрофически ошибся с этим предположением. — Я сразу понял, — Джон всё ещё рассматривал его лицо; это было несколько неловко и отчего-то слегка волнующе. — Не похожи вы на местного, мистер. — Вот как? — хмыкнул Райли. — Следовало надеть килт? — Это называется культурная апроприация, — возмутился Джон; впрочем, по-прежнему улыбаясь. Удивительно честная и открытая у него была улыбка. И глаза — синие-синие, Райли ещё не встречал настолько насыщенного оттенка. Бордовая униформа предельно подробно повторяла мощные плечи и широкую, проработанную грудь. А этот Джон был хорош собой. Райли поймал его многозначительный смешок и воровато отвёл взгляд. — По работе сюда или так, на отдых? — поинтересовался Джон, наконец-то переключивший внимание с самого Райли на его паспорт. — Как пойдёт, — расплывчато отозвался Райли. — Тут неподалёку есть симпатичное озеро. Лох-Брум, слышали о таком? — Гм. — Советую посетить. Виды там — закачаешься. — Посмотрим. Джон фыркнул: — А вы не из разговорчивых, мистер. — Это проблема? — как если бы Райли должно было волновать мнение долбаного администратора отеля. Какого чёрта он вообще продолжал эту невнятную, никуда не ведущую беседу? — М-м… — Джон сощурился и вдруг ухмыльнулся, кривовато, шало, как-то так, что Райли на мгновение сделалось нечем дышать. — Нет, вовсе нет, bonny. Я вполне способен болтать за двоих. — Я заметил, — пробормотал Райли, необъяснимо смешавшись. — Долго там ещё? — Куда-то торопишься? — нет, он издевался. Этот ехидный синеглазый шут, с которым Райли не намеревался иметь ничего общего впредь. Да он, должно быть, был первым визитёром этой богадельни за последние несколько месяцев. А Джон, с его ухмылочками, и гэльскими словечками, и возмутительно обтягивающими шмотками, и внезапным панибратским обращением, на которое он перескочил с идиотского «мистера»… …паясничал и тянул время. Точно. — Устал с дороги, — хрипло сказал Райли вместо того, чтобы озвучить все эти ценные соображения вслух. — Хочу принять душ и лечь в кровать. Джон облизнул губы. Иисусе. — Составить компанию? Райли моргнул. Сперва решил, что ему послышалось, но в конце концов понял, что нет; в самом деле было. — В чём из этого? — уточнил он, подчёркнуто ровно. — Как пойдёт, — передразнил его Джон. Такой уверенный. Словно не боялся отказа; словно знал, что отказа этого не последует. Смотрел-то — чуть ли не с вызовом. И ещё, Господи Боже, с призывом. Будто всё о нём, Райли, уже выяснил и разнюхал. Залез ему в черепушку, прочёл мысли. От нейтральных до преступных, тех, в которых фигурировал он сам и эти его бесстыжие, раздевающие взгляды. Райли задержал дыхание, осведомился, ещё удерживая равнодушный, незаинтересованный тон: — Ты всем посетителям такое предлагаешь? Синие глаза искрились неприкрытым весельем. — Нет, только красавчикам вроде тебя. Так что? Что скажешь, bonny? Райли с тоской подумал о том, что это — одноразовая интрижка со всеми вытекающими — в его планы на отпуск не входило и что он решительно нихрена не знал об этом улыбчивом, шумном, не затыкающемся ни на секунду Джоне. Потом — о том, что, в сущности, ничего не терял. У него никогда не было чего-то… настолько спонтанного. Может, стоило попробовать. Хотя бы один раз. — Когда заканчивается твоя смена? — спросил Райли, подступив к стойке вплотную. — Технически… — Джон сделал вид, что размышляет над ответом. Лжец. — Когда угодно. — В таком случае, — прошелестел Райли, — возможно, я запрошу дополнительные услуги. Глаза Джона едва уловимо потемнели, приобрели оттенок моря после шторма. Захватывающе и опасно — смотри не утони. — Возможно, я вам их предоставлю, мистер Райли, — мурлыкнул он, опустившись до вкрадчивого, практически провокационного шёпота. И выложил на столешницу ключ с биркой. — Ваш номер, сэр. Третий этаж, вторая дверь слева. Не забудьте паспорт. Что касается ваших особых пожеланий… — смешок; дьявол, Райли и не догадывался о том, что одним этим крошечным звуком можно было передать так много всего. — …их мы с вами обсудим чуть позже. В приватной обстановке. Вы ведь не возражаете? Райли однозначно не возражал.