Ловушка для гроссмейстера<3

***

« Le secret du jeu est d'avoir toujours un coup d'avance, même si l'adversaire croit que c'est lui qui mène la danse. »

Кабинет географии на третьем этаже встретил их удушливым запахом старой бумаги, меловой пыли и нагретого солнцем линолеума. Огромная физическая карта мира, заставшая, кажется, ещё прошлый век, уныло свисала над учительской доской, слегка подрагивая от сквозняка. Юми, как и планировала, пулей пролетела в самый конец класса и заняла излюбленную «камчатку» у окна. Кира неторопливо села рядом, аккуратно вешая сумку на железный крючок парты. — Так, смотри, я тут набросала, пока мы шли, — Юми даже не дождалась, пока учитель Накамура откроет классный журнал, и развернула прямо поверх контурных карт свой потрепанный блокнот. Её карандаш бешено летал по бумаге, оставляя жирные, хаотичные штрихи. — Если мы сделаем потайную планку вдоль бокового шва... вот здесь... то кнопки вообще никто не увидит! Настоящая маскировка уровня «ниндзя». Кира, глянь, я правильно рассчитала шаг драпировки? Или ткань поползёт? Кира лениво повернула голову, бросив критический, намётанный взгляд на набросок. Её мозг мгновенно оценил пропорции и линии. — Если сделаешь шаг в пять сантиметров, ткань под собственной тяжестью провиснет и образует некрасивую складку, которая выдаст твой секрет с потрохами, — спокойно ответила Кира, забирая у подруги карандаш и делая два аккуратных, чётких штриха на эскизе. — Уменьши интервал до трёх сантиметров. И пусти кнопки по косой линии, параллельно скрытым косточкам корсета. Тогда натяжение распределится равномерно, и силуэт будет идеальным. Мама даже с лупой и сантиметровой лентой ничего не найдёт. Юми схватилась за голову, восторженно и слишком громко зашептав на весь класс: — Боже, Кайси, я иногда искренне боюсь твоей точности! Ты точно человек? Откуда у тебя эти архитектурные замашки в конструировании одежды? — У моей второй бабушки, Марияш, была маниакальная страсть к идеальным геометрическим пропорциям, — хмыкнула Кира, доставая учебник. — Она всю жизнь преподавала высшую математику и всегда твердила мне: «Если вещь выглядит криво, значит, ты просто поленилась просчитать и сэкономила на логике». Так что считай это суровой семейной школой выживания. — Кайси! Танака! Прекратите посторонние разговоры на задней парте! — монотонный, сухой голос учителя Накамуры безжалостно прервал их швейный заговор. — Танака, раз уж ты так увлечена своей тетрадью, выходи к доске и покажи нам тектонические плиты Евразии и зоны сейсмической активности. Юми судорожно пихнула блокнот под учебник географии и умоляюще, с неподдельным ужасом уставилась на Киру. На её лице буквально читалось: *«Спаси меня, я знаю про плиты только то, что на них строят двухэтажные торговые центры в Сибуе!»* Кира едва заметно вздохнула. Медленно, сохраняя абсолютное, почти царственное спокойствие, она подняла руку, мгновенно перетягивая внимание строгого учителя на себя. — Накамура-сан, разрешите мне ответить? — ровным, уверенным голосом произнесла Кира. — Танака-сан как раз перед уроком помогала мне разобраться со сложным рельефом Марианской впадины, и у нас возник спор по поводу давления и смещения тихоокеанской плиты. Мы бы хотели прояснить этот момент у карты. Учитель, обрадованный тем, что хоть кто-то в этом полусонном, разомлевшем от весеннего солнца классе проявляет интерес к его предмету, тут же расплылся в довольной улыбке и мгновенно позабыл про несчастную Юми. — О, Кайси-сан! Конечно, выходи. Прекрасно, что вы обсуждаете науку на переменах. Очень похвально! Юми под столом беззвучно захлопала в ладоши, одними губами посылая Кире тонну благодарностей. Кира невозмутимо поднялась, подошла к старой карте и без единой запинки, лениво водя деревянной указкой по материкам, выдала безупречный ответ. Вся эта школьная программа была для неё слишком простой, прозрачной и предсказуемой. После финального звонка, ознаменовавшего окончание учебного дня, Академия Некома превратилась в гудящий улей. Окрылённая спасёнными каникулами Юми умчалась на свой автобус, на ходу крикнув, что скинет Кире вечерний фотоотчёт первой примерки тканевой базы. Кира шла по коридору второго этажа, планируя сдать в библиотеку пару старых книг. Вокруг носились шумные первогодки, кто-то бурно обсуждал планы на выходные, а из открытых окон спортивного зала внизу доносился оглушительный, ритмичный стук волейбольных мячей, выкрики Куроо и резкий, пронзительный скрип кроссовок по паркету. Тренировка была в самом разгаре. Она уже почти дошла до лестничного пролёта, когда её внимание привлекла забавная картина у старых автоматов с напитками в тупике коридора. Там стоял Кенма. Без своей привычной, вечно включенной приставки в руках, что само по себе выглядело как чрезвычайное происшествие. Связующий Некома уныло и сосредоточенно созерцал пустую, тёмную панель выдачи банок, а в его ладони сиротливо и тихо звенели металлические монеты. Похоже, старый автомат нагло зажевал его любимый яблочный сок, а вступать в открытый конфликт с неодушевлённой техникой или, упаси боже, звать на помощь кого-то из дежурных у Кенмы банально не было энергии. Он выглядел как абсолютно потерянный, брошенный в глухом лесу пудинг. Кира остановилась в трёх шагах от него, плавно скрестив руки на груди. На её губах появилась привычная ироничная усмешка. — Проигрываешь железному ящику, Козуме-сан? — негромко, с ленцой протянула она. — А мне казалось, главные стратеги и связующие должны щелкать баги школьных автоматов на раз-два. Где твоя хвалёная аналитика? Кенма заметно вздрогнул от неожиданности и резко повернул голову. Его золотистые, кошачьи глаза на секунду расширились, а двухцветные, отросшие волосы забавно качнулись по плечам. Он явно не ожидал встретить её здесь, да ещё и оказаться пойманным в такой нелепой ситуации. — Он... заклинил, — тихо, чуть хрипло буркнул Кенма, переводя хмурый взгляд с Киры на треснувшую пластиковую панель автомата. — Я опустил монеты, нажал кнопку, а банка просто застряла где-то посередине лотка. И не падает. И деньги не возвращает. — Понятно. Механическая блокировка распределительного вала, — Кира подошла ближе, каблуки её туфель негромко цокнули по полу. Она не привыкла пасовать перед мелкими бытовыми трудностями, критически осмотрела агрегат, прикинула траекторию падения банок и точку сборки железных креплений корпуса. В их общежитии стоял точно такой же капризный автомат, который раз в неделю стабильно устраивал бунт, и Кира давно изучила его слабости. — Подвинься-ка, — хмыкнула она, мягко отодвигая парня плечом. — Смотри и запоминай, геймер. Второй раз показывать не буду. Кира резко, со знанием дела, коротко и точно ударила ладонью по правому боку автомата — ровно в область заклинившего распределительного лотка, а затем слегка, но ощутимо пнула нижнюю панель носком туфли. Изнутри автомата раздался тяжёлый металлический скрежет, внутри что-то громко ухнуло, и в пластиковый приёмник с победным, глухим стуком вывалилась заветная жестяная банка яблочного сока. А следом за ней — с весёлым звоном вылетела ещё одна, виноградная, явно застрявшая там ещё с прошлого урока. Кенма замер, уставившись на лоток выдачи и медленно моргая от удивления. Он перевёл взгляд с упавших банок на Киру, в глазах которой сейчас горел чистый, торжествующий азарт. — Ого... — совсем тихо выдохнул Кенма, и на его обычно безэмоциональном лице появилось редкое выражение искреннего, глубокого уважения. — Ты... как ты это сделала? Это какая-то особая уязвимость модели? Ты ударила строго в стык панели. — Это не магия, Козуме, это чистая физика и знание конструктивных дефектов старых моделей, — Кира изящно нагнулась, достала обе прохладные банки и одну из них — ледяную, покрытую мелкими каплями конденсата — протянула парню прямо в руки. — Держи свой законный трофей, стратег. А виноградную я забираю себе — в качестве скромной комиссии за оперативную техническую поддержку. Вопросы, жалобы, возражения есть? Кенма взял банку, его прохладные пальцы на секунду случайно коснулись её руки. Он прикусил губу, пристально, с каким-то новым, глубоким прищуром вглядываясь в её спокойное, абсолютно уверенное лицо. В его голове в этот момент явно со скрипом прокручивались какие-то свои, очень сложные тактические мысли, но вслух он сказал совершенно другое: — Спасибо. Ты... ты очень быстро принимаешь решения в нестандартных ситуациях, Кайси-сан. Куроо, например, в таких случаях обычно просто начинает яростно трясти автомат всем телом, пока его не обругает комендант или пока из него не посыплются искры. Это неэффективно. — Потому что твой капитан привык действовать грубой силой и напролом, — отрезала Кира, со щелчком открывая свою банку и делая первый глоток сладкого сока. — А в любой правильной тактике, как в играх, так и в жизни, важна идеальная точность, знание уязвимостей противника и правильный тайминг. Сила без мозгов — это просто шум. Кенма на секунду замер, переваривая её слова, а затем уголки его губ едва заметно дрогнули в слабой, но очень живой улыбке. Он тоже открыл свой сок. — Пожалуй, ты права, — тихо произнёс он, делая глоток. — Точность лучше. Мне нравится такой подход. Ты... довольно необычная. — Рада, что мы поняли друг друга, Козуме, — Кира плавно развернулась, закинув сумку на плечо. — Ладно, бывай. Не проигрывай больше бездушной технике, это портит твою геймерскую репутацию. Увидимся. Она размеренным шагом направилась к лестнице, чувствуя на своей спине его долгий, провожающий, непривычно внимательный взгляд. Внутри Киры всё пело от скрытого, горячего восторга. Ведь буквально вчера ночью загадочный парень под ником applepi на игровом сервере написал ей в голосовом чате после тяжелейшего штурма цитадели: *«Ты находишь выходы там, где остальные видят только глухую стену и тупик. Мне определенно нравится твой стиль, Eisenherz»*. Кира шла по коридору, и её улыбка становилась всё более хищной.