Секрет под паутиной

Брюс Бэннер работал быстро и молча. В Медблоке Башни горел приглушенный, мягкий свет, а голографические экраны выводили десятки графиков. Тони не отходил от кушетки ни на шаг, крепко держа Питера за руку. Его большой палец мерно поглаживал бледное запястье омеги, делясь успокаивающими Альфа-феромонами. ​— Ну что ж, — Брюс наконец отложил беспроводной сканер и снял очки, устало потирая переносицу. — Паучий метаболизм — это чудо природы, Питер. Твой организм совершил невозможное. Несмотря на то, что ты горстями глотал взрослые химические блокаторы и получал физические удары на патрулях, плод абсолютно здоров. ​Питер шумно, со свистом выдохнул, и его плечи наконец расслабились. Из глаз снова едва не брызнули слезы, но на этот раз — от дикого, пьянящего облегчения. ​— Но! — Брюс строго посмотрел на парня через плечо. — Твои собственные ресурсы истощены на 60%. Ты похудел везде, кроме живота. Малыш забирает из тебя весь кальций, железо и белок с утроенной скоростью из-за своей полу-паучьей природы. Твой ИИ Карен заблокировала датчики, потому что ты ей так приказал, но если бы ты скрывал это еще недели две — твое сердце просто не выдержало бы нагрузки. ​— Я понял, доктор Бэннер, — тихо прошептал Питер, стыдливо опуская глаза. — Простите. ​— Не у него проси прощения, — подал голос Тони. Его тон был тихим, но в нем звенела сталь. Наставник смотрел на Брюса. — Какой вердикт, Брюс? Что делать? ​— Полный покой, Тони. Никаких патрулей, никакого стресса, — Бэннер начал вводить данные в медицинскую карту. — Специальная высокобелковая диета для омег с суперсилами. Я лично разработаю витаминный комплекс. И самое главное — Питеру нужен его Альфа. Постоянно. Твой запах — лучшее лекарство для стабилизации его гормонов. По сути, парень должен находиться в режиме «гнездования» под твоей опекой. ​— Он переезжает в Башню, — отрезал Тони, даже не глядя на Питера, словно этот вопрос вообще не обсуждался. — Пятница уже готовит для него личные жилые комнаты рядом с моими. ​— Но... мистер Старк, а как же школа? А тетя Мэй? — испуганно встрепенулся Питер, приподнимаясь на локтях. Футболка натянулась на его пятимесячном животе. — Мэй в больнице, я не могу просто бросить её! Она с ума сойдет, если я исчезну. ​Тони мягко, но настойчиво уложил его обратно на подушки, ладонью коснувшись его лба. ​— С Мэй я поговорю сам, Питер. Завтра утром. Я переведу её в лучшую частную клинику Щ.И.Т.а, где её обследуют и обеспечат королевский уход. Про школу забудь — Пятница оформит тебе официальный больничный по состоянию здоровья до конца семестра, а потом переведем тебя на домашнее обучение. Сейчас твоя единственная работа — отдыхать и расти. Понял меня, Паучок? ​Питер посмотрел в карие глаза Тони. В них больше не было той пугающей ярости или холодного блеска миллиардера. Там была только бесконечная, зрелая забота Альфы, который наконец-то принял ответственность за свое гнездо. ​— Понял, — покорно согласился Питер. ​Через полчаса Тони на руках перенес окончательно выбившегося из сил омегу в его новые покои. Это была огромная, светлая комната с панорамными окнами на Нью-Йорк, посреди которой высилась королевских размеров кровать. ​Когда Питер лег, Тони укрыл его тяжелым одеялом и уже собирался уйти, чтобы не нарушать личные границы подростка. Но Питер судорожно вцепился пальцами в край его рубашки. ​— Мистер Старк... Тони... пожалуйста, — пробормотал парень, его глаза уже слипались от усталости. — Ваш запах. Не уходите. Мне холодно без него. ​Сердце Тони пропустило удар. Он молча забрался на кровать прямо в одежде, притягивая хрупкое тело Питера к своей груди. Он аккуратно обнял омегу со спины, уложив ладонь поверх его круглого живота, согревая их будущего ребенка своим теплом. ​Питер удовлетворенно вздохнул, утыкаясь носом в плечо Старка. Впервые за долгие, кошмарные пять месяцев страха, лжи и одиночества он заснул в абсолютной, железобетонной безопасности, окутанный запахом озона, железа и бесконечной любви.