Секрет под паутиной

Время летело с пугающей скоростью. Календарь на стене комнаты Питера неумолимо отсчитывал недели, и вот уже наступил пятый месяц. ​Для обычного омеги этот срок означал лишь аккуратный, едва заметный холмик, но паучий метаболизм и гены Старка диктовали свои правила. Живот Питера округлился настолько сильно, что скрывать его под обычной одеждой стало настоящим искусством. Теперь его гардероб состоял исключительно из зимних курток на три размера больше и безразмерных худи Неда, который послушно снабжал друга вещами своего старшего брата. ​Патрули превратились в изощренную пытку. Питер больше не летал между небоскребами с прежней легкостью — сместившийся центр тяжести заставлял его тратить вдвое больше сил на балансировку, а приземления отзывались глухой, предупреждающей тяжестью внизу живота. Карен, запертая в рамках протокола «Кокон», молчала для внешних серверов Башни, но каждую секунду выводила на внутренний экран маски тревожные красные предупреждения: ​«Питер, частота пульса плода повышена. Уровень твоей выносливости снизился на 45%. Настоятельно рекомендую прекратить патрулирование». ​— Еще один квартал, Карен. Только один квартал, — тяжело дыша, прошептал Питер, сидя на корточках на краю крыши в Бруклине. ​Ночь была душной. Спандекс костюма нещадно давил на поясницу, и Питеру пришлось наполовину расстегнуть скрытую молнию на спине, чтобы просто сделать глубокий вдох. Ему было страшно. С каждым днем он всё отчетливее понимал, что загоняет себя в ловушку. Мэй уже открыто плакала по вечерам, думая, что её племянник связался с криминалом из-за его постоянных отлучек, бледности и странной скрытности. ​Вдруг паучье чутье внутри живота — теперь оно всегда ощущалось как теплая, пульсирующая волна — резко дернулось, заставив Питера согнуться пополам. ​В переулке внизу раздался треск ломающегося дерева и крики. Трое грабителей прижали к стене женщину, пытаясь отобрать у неё сумку. Один из них замахнулся тяжелой железной арматурой. ​«Я должен помочь», — мысль вспыхнула в голове Питера автоматически, вытесняя весь страх за себя. ​Он натянул маску и прыгнул вниз. Но прыжок вышел тяжелым. Питер приземлился на асфальт с глухим стуком, едва удержав равновесие. ​— Эй, вы! Оставьте её! — крикнул он, но голос прозвучал слишком уставшим. ​Грабители обернулись. Один из них, крупный Альфа с резким запахом дешевого табака, ухмыльнулся, заметив, что Человек-паук двигается как-то странно, придерживая левую руку чуть ближе к корпусу, словно защищаясь. ​— Гляньте, парни, Паучок-то сегодня не в форме, — прорычал он, бросаясь вперед и нанося резкий удар арматурой наотмашь. ​Питер попытался сделать сальто назад, но тело не послушалось. Железный прут прошелся по касательной, задев плечо. Питер отлетел к стене, больно ударившись спиной. Второй бандит, воспользовавшись моментом, нанес сильный удар ногой. ​Он целился в корпус. Удар пришелся прямо в район ребер, но Питер в последнюю секунду успел изогнуться всем телом, закрывая собой низ живота. Он принял весь удар на бедро и спину, глухо застонав от боли. ​Выстрелив паутиной вслепую, он пригвоздил двоих нападавших к стене, а третьего вырубил точным ударом в челюсть. Женщина, испуганно вскрикнув, убежала, даже не поблагодарив. ​Питер остался один в темном переулке. Он сидел на сыром асфальте, тяжело и прерывисто дыша. Костюм в районе живота натянулся до предела, и парень судорожно сорвал маску, хватая ртом прохладный ночной воздух. По щекам потекли слезы. ​— Карен... — прохрипел он, прижимая обе ладони к округлившемуся холму под спандексом. — С ним... с ним всё в порядке? Скажи, что я его не повредил. Пожалуйста. ​Экран маски, лежащей рядом, мигнул зеленым. — Сердцебиение плода стабильно, Питер. Паучьи гены защитили ткани. Но это был критический уровень риска. Если ты получишь еще один удар в эту область, последствия будут необратимыми. Тебе нельзя больше выходить на патрули. ​Питер уткнулся лбом в колени, содрогаясь от безмолвных рыданий. Он больше не мог. Скрывать это становилось смертельно опасно для самого ребенка. Но как прийти к Тони сейчас, на пятом месяце, и сказать, что всё это время он лгал?