Гонка за первой полосой

      Одри громко сглотнула, когда увидела возвышающегося над ней Рида. Если он успел её заметить, то наверняка кто-то из работников Вилено тоже скоро их найдёт. Их сдадут, Сандерс раскроют, даже Сокол не поможет, она не сдаст статью, Вики будет в ярости. Её уволят.       — Так и будешь глазами хлопать? — Давид слегка тряхнул её за плечо.       — Руки убери! — Одри резко повела плечом, выпутываясь из хватки соперника. — У меня к тебе встречный вопрос. Что ты тут делаешь, Рид?       — Ты всё-таки завалила тот предмет по логике? Оно и видно —до сих пор не можешь сопоставлять факты.       — А то, что ты треплешься без остановки, не делает тебя умнее.             Давид не смог сдержать улыбки. Задний двор залился бархатным смехом, который звучал так заразительно, что Одри и сама не смогла удержаться от улыбки. Через мгновение её лицо вновь стало серьёзным.       — Отвечая на твой вопрос, увязался за одним знакомым, а тут вот что оказывается — одна особа мешает мне работать.       — Я сюда первая пришла.       — Если тебе так хочется думать, то пожалуйста.       Давид вытер пот со лба, продолжая возвышаться над Одри. Кто бы мог подумать, что во время пробежки ему придётся увязаться за чёрным Мерседесом S-класса, чтобы убедиться, видит он галлюцинации или нет. Взгляд Сандерс бегло скользнул по мускулистым рукам мужчины. Через ткань футболки на уровне груди проглядывались проколы. Одри резко втянула воздух через нос. Она не понимала, почему её так цепляла эта часть образа Рида. Ещё с университета девушки перешёптывались о проколах и тату парня в интересных местах. Сандерс постоянно закатывала глаза, кажется, она была одной из немногих, кто не пускал слюни по Риду. Но почему-то сейчас в ней прорастало небольшое зерно любопытства.       Бред полнейший, просто мы вынужденно рядом находимся. Рид — мой конкурент и выскочка, который будет бесить просто потому что. Хватит думать о том, где у него татуировки, какие рельефные мышцы и эта небольшая горбинка на носу. Одри, ты что?       Давид выгнул бровь, наблюдая, как Сандерс вела оживлённую внутреннюю беседу сама с собой. Её брови хмурились, глаза бегали туда-сюда, она кусала губу. Интересно, что же заставило её так напрячься. Он уже подготовил очередную колкость, как дверь служебного помещения открылась. Рид, не думая, схватил девушку за руку, и они спрятались за коробками и стеллажами. Одри было открыла рот, как мужская ладонь оказалась на её лице. Зрачки Одри расширились. Сандерс обалдела от такой наглости Давида и укусила его. Тот шикнул и не стал сдерживаться в выражениях.       — Ты охренела?       — Нет, Рид, это ты охренел!       — У тебя напрочь отсутствует бдительность. Молчи! — он слегка отдалился, выглядывая из-за коробок. Давид осматривал территорию, его взгляд зацепился за брюнета, который говорил по телефону, активно жестикулируя. Всё-таки ему не показалось, и это правда был Антари.       — Ты кого-то знаешь? — Одри попыталась выглянуть в сторону, куда смотрел Давид. Рид аккуратно положил ладонь на макушку Сандерс и вновь оттолкнул её в сторону.       Мужчина и забыл, что изначально ему нужно было собирать материал для статьи, а не следить за помощником отца. Какова вероятность, что его папаня спонсирует Вилено? Давид пытался сосредоточиться, но бормотание Одри мешало думать и искать логическое объяснение тому, что он видел.       — Тихо, нас сдадут, если узнают, что кто-то пасёт ресторан.       — Мне уже начинает казаться, что я тебе нравлюсь, так опекаешь меня.       — Сандерс, ты и я — звучит даже смешно. Мы как небо и земля.       — Мне льстит, что ты сравнил меня с небом, — Одри всё ещё продолжала стоять рядом с Ридом. Оба выглядывали из-за ящиков, прячась, а потом делали снимки и пометки. Между этим обменивались любезностями.       — Вообще-то я имел в виду, что ты земля, а я небо, — тут Рид слегка поморщился, когда почувствовал лёгкий удар локтем под рёбра. — Ты что творишь?       — А я, так сказать, попала пальцем в небо!       — Если тебя заметят, то и меня тоже, мне тогда не собрать материал.       — Чего же ты так распереживался, у тебя что, не всё под контролем? Ты же талант ходячий.       — Спасибо, Сандерс, ты наконец это признала. Тронут до глубины души.       Одри сжала кулаки. Вот так было всегда: когда она думала, что была близка к победе в их словесной баталии, Давид переворачивал всё так, что выигрывал он. Пока журналисты перепирались между собой, выясняя, кто более профессионален и обладает более разнообразным словарным запасом, они не заметили, как один из строителей обходил территорию заднего двора, перетаскивая упаковки с отделочным материалом. Сначала он подумал, что это птицы в клетках, и продолжил заниматься своей работой. Потом он услышал разборчивую речь. Неужели кто-то из посторонних оказался на территории? Оставив мешок, он решил пойти в сторону, откуда доносился звук.       — Эй, кто там?       Давид и Одри замерли. Мышеловка захлопнулась, и куда им теперь бежать? Рид резко потянул девушку на себя, положив одну руку на талию, вторую запустив в волосы, и поцеловал её. Сандерс пыталась выбраться из крепкой хватки мужчины, но Давид был явно сильнее.       — Я ещё раз повторяю, кто там?       Шаги становились всё ближе. У Одри уже закончились силы, чтобы как-то вырваться из цепкой хватки Давида, она слегка обмякла в его объятиях. Мужчина крепче прижал Сандерс, при этом не углубляя поцелуй.       — Ну вот молодёжь даёт! На частной территории и среди бела дня. Никакого стыда.       — Извините, я и моя жена на медовом месяце. Вся эта свадебная романтика до сих пор кружит голову, — Давид переплёл их руки, скрывая отсутствие колец на безымянных пальцах. Работник со скептицизмом посмотрел на пару, а после махнул рукой и ушёл, возвращаясь к работе.       — Рид, ты переступил все возможные границы дозволенного и недозволенного за последние десять минут.       Давид лишь закатил глаза на разъярённые речи девушки. Им явно не стоило задерживаться в этом месте, пока ещё один рабочий не заметил их, а хуже всего — Антари или сам Вилено. Вряд ли бы Фелония смогла помочь.       — Вообще-то я нас спасал, — невозмутимо отозвался мужчина.       — Можно было обойтись и без этого.       — Без чего этого? — Давид сделал вид, что не понимает, о чём говорила девушка. К нему вновь вернулся странный азарт подтрунивать над ней.       — Без твоих радикальных методов.       — Да? Мне вот показалось, что последние пару секунд тебе очень даже понравились, — он тут замолчал, расплываясь в улыбке, — мои радикальные методы.       — Вот именно что показалось!       Одри ускорила шаг и уже шла впереди Давида. Рид ухмыльнулся: даже спустя столько времени её было всё так же легко вывести из себя, как и на парах по литературе и во время работы в групповом проекте, когда профессор решил использовать виртуальный рандомайзер с жеребьёвкой команд, и по иронии судьбы Рид и Сандерс работали вместе.

***

             Оказавшись в отеле, Давид решил, что всё-таки от рабочего графика отставать не стоит. Захватив побитый макбук, он спустился в лобби, где находились небольшие помещения для конференций и места для работы. Помещение было полупустым. Плюхнувшись в первое кресло, Давид открыл крышку ноутбука и запустил поисковик. Пальцы забегали по клавиатуре. Мужчина не знал, что конкретно он искал. Вкладки открывались одна за другой.       Адам Вилено выглядел загадочным персонажем. Вот информация о его семье, какой университет закончил, первый ресторан, потом второй, а затем он словно испарился на три года. Давид не нашёл никаких фото, ни заявлений, ни соцсетей. Ровным счётом ничего. Ресторатор будто восстал из мёртвых.       Когда он закрыл очередную вкладку и принялся изучать информацию на другом сайте, его взгляд зацепился за упоминание стартапа, связанного с разработкой техники для приготовления еды с использованием вакуума. Далее Рид наткнулся на информацию о том, что некая странная компания являлась инвестором. Все дороги вели к отцу Давида. Журналист слегка поморщился. Присутствие Антари объяснялось само по себе. Судя по всему, у инвесторов были свои планы на Вилено.       Одри не отставала от своего конкурента и наткнулась на идентичную информацию от Сокола. Глаза зацепились за отдалённо знакомое имя, точнее фамилию, которая фигурировала в некоторых документах. Одри перечитала строки ещё раз, чтобы убедиться, что ей не показалось. Сандерс закусила щёку. Интересно, Давид знал, что его отец замешан в чём-то не очень легальном.       Словно подарок с небес, к Одри попала такая информация. Аккуратно вписать это в расследование, как факт того, что один из журналистов замешан… Сандерс на секунду задумалась. То, что девушка собиралась добавить в материал и передать Вики, граничило с её моральным компасом. Конечно, она хотела уничтожить коллегу по цеху в их личной гонке, но была ли она готова запачкать свою репутацию и фактически поставить под угрозу карьеру другого человека?       Если она быстрее отправит материал и его опубликуют, максимум, что может грозить Давиду, это выговор от начальника, и позже они просто поделятся своими версиями статьи, не получив ожидаемой реакции.       Одри поднялась с постели, заправив руки за спину, и начала мерить шагами комнату. Если сказать Уокер, та моментально скажет что-то вроде: «Сандерс, я не сомневалась на твой счёт», или просто даст зелёный свет для такого рода информации.       Сандерс начало тошнить от подступающей тревоги. Это чувство было ей знакомо. Такое липкое, тянущее изнутри. Она вновь ощутила себя начинающей журналисткой, когда решила провести первое расследование о культах и религиозных общинах.       Девушка хотела спасти свою подругу Рут, которая осталась там, и её не удалось забрать, когда за маленькой девочкой приехала тётя. Хлоя, сестра матери Одри, всегда с подозрением относилась к тому, что родители девочки стали слишком набожными, часто ходили в церковь, а вскоре и вовсе отдалились от общества. Хлое это абсолютно не нравилось, и она решила забрать Одри к себе, пока не стало совсем поздно. Вразумить сестру не получилось, и женщина решила, что хотя бы племянницу она не оставит в беде и сделает всё возможное, чтобы та не потеряла любовь к этому миру и познала настоящую жизнь, не живя в насилии и жёсткости.       В подростковом возрасте Одри стала проявлять больше интереса к своей семье, поскольку многое не помнила из раннего детства. Тётя уклончиво уходила от ответов, но в один из вечеров всё же решила открыть не самую приятную правду. Сандерс оказалась под большим впечатлением и всю ночь провела за чтением статей и материалов по этой теме.       Спустя время она случайно узнала о том, как коммуна её отца начала разрастаться и какие у неё были сомнительные источники дохода. Тогда Одри вспомнила о своей подруге. Она хотела спасти людей и в итоге сдала родителей властям.       Сандерс сидела на кровати, сжимая телефон и грызя ногти. Тот случай был абсолютно другим. Девушка не жалела о своём решении: её отца отправили за решётку, жертвы культа получили помощь и смогли вновь интегрироваться в общество. После этого Одри много времени уделяла волонтёрским проектам.       Тогда всё было проще. Было очевидно, где зло, а где те, кого нужно спасать. А что если и сейчас человек, которого она собирается подставить, может быть завязан в грязных делах?       Она отгрызла кожицу на пальце, заусенец закровил. Почувствовав металлический вкус крови во рту, Одри потянулась за косметичкой и достала антисептик. Девушка вновь взяла телефон в руки и набрала подруге. Коллинс ответила практически сразу.       — Скажи, что ты воспользовалась моим советом и завязала роман с Ридом.       — Я думала, что ты расскажешь мне о своих бурных приключениях с Хиллом.       — Не переводи стрелки, — Лэйн хмыкнула, поставила телефон и вернулась к обработке фото. — Как Лос-Анджелес?       — Я нашла одну информацию и не уверена, насколько это этично упомянуть в статье.       — Информацию насчёт чего?       — Отца Рида.       Лэйн оторвалась от монитора и откинулась на спинку кресла.       — Ты переживаешь за золотого мальчика, как мило. Так он тебе всё-таки небезразличен!       — Господи, Коллинс, ты вообще не улавливаешь сути.       Давид курил уже третью сигарету за последние пять минут. Голова начинала медленно кружиться, туман только сгущался. Рид разрывался между желанием оповестить Фелонию и необходимостью сначала разобраться самому. Он обещал сообщить об информации, которая может заинтересовать полицию, и, кажется, это был тот самый случай. Но прежде ему нужно было понять, какую роль во всём этом играет Антари. Микаэлю необязательно было знать о новом плане Давида.

***

      Журналистка стояла в лобби отеля, медленно прохаживаясь вдоль панорамных окон и прижимая телефон к уху. Голос тёти звучал спокойно, почти убаюкивающе, выбиваясь из общего фона суеты и негромкого гула разговоров вокруг.       — Я просто хочу, чтобы ты не забывала о себе, Одри. Работа — это хорошо, но ты всегда слишком глубоко в неё ныряешь.       Сандерс провела пальцами по виску, задержав взгляд на отражении в стекле.       — Я в порядке, правда. Просто… немного больше задач, чем обычно.       Она уже собиралась что-то добавить, как её взгляд зацепился за движение у входа. Автоматические двери разъехались в стороны, впуская внутрь мужчину в тёмном костюме. Уверенная походка, прямая спина, спокойный, почти отрешённый взгляд, скользящий по пространству.       Сандерс замерла.       — Одри? Ты меня слышишь?       Она чуть сильнее сжала телефон.       — Да, слышу. Мне нужно идти, я перезвоню позже.       Не дожидаясь ответа, Одри сбросила вызов, не отрывая взгляда от мужчины. Адам Вилено направлялся вглубь лобби. Девушка двинулась следом, выдерживая дистанцию, стараясь не привлекать внимания. Он прошёл мимо стойки ресепшена, свернул к зоне отдыха и, не задерживаясь, направился дальше — к выходу во внутренний двор.       Сандерс ускорила шаг, стараясь не потерять его из виду. Давид, спустившись в лобби, зацепился взглядом за Одри. Она выглядела напряжённее, чем обычно, часто осматривалась по сторонам. Любопытство взяло верх, и он решил проследить за Сандерс, чтобы выяснить, что её так привлекло. Сделав несколько шагов за девушкой, он заметил, что в отель зашёл сам Вилено. Шестерёнки в голове Рида закрутились быстрее, теперь он точно не собирался оставлять её одну. В голове Давида начал вырисовываться примерный план: если что-то пойдёт не так и он начнёт тонуть, то захватит Сандерс за собой.       Оказавшись во внутреннем дворике, Одри сразу попала в поток гостей. У бассейна было многолюдно: за столиками сидели компании, официанты ходили между ними с подносами. На сцене играла группа, девушка у микрофона пела, иногда оглядывая зал. Кто-то танцевал, другие общались, покачиваясь в такт музыке. Вилено направился к одному из столов у бассейна и сел, положив телефон на столешницу. Он выглядел властно и при этом расслабленно. Одри быстро огляделась и, не найдя лучшего варианта, подошла к ближайшему столику. Она взяла меню, раскрыла его перед собой и слегка наклонила голову, пряча лицо за страницами, оставляя лишь узкую щель, чтобы наблюдать. Сердце билось быстрее, чем ей хотелось бы.       — Что будете заказывать? — меню нагло выхватили из рук. Знакомый голос прозвучал как гром среди ясного неба. Сбоку послышался звук отодвигающегося стула, Рид до неприличия сократил дистанцию между ними. Открыв меню, он закрыл их обоих.       — Ты слишком заметная, Сандерс.       — Я хотя бы не преследую постояльцев отеля, — шикнула Одри, пытаясь немного отодвинуться от Давида.       — Я хотя бы не делаю это так плохо.       Одри сжала край меню сильнее, чем собиралась, и дёрнула его на себя чуть больше.       — Что ты здесь делаешь, Рид?       — Тот же вопрос я хотел задать тебе, — он чуть наклонился вперёд, понизив голос. — Хотя ответ, кажется, очевиден.       Она на секунду отвела взгляд в сторону, проверяя, не смотрит ли Вилено в их сторону. Мужчина сидел спокойно, будто полностью отрезанный от окружающего мира. На мгновение между ними повисла тишина, наполненная напряжением и сдержанным раздражением.       — Веди себя тише, — наконец произнесла Одри. — И не высовывайся.       — Сандерс, это временное перемирие?       — И не мечтай, Рид.       Со стороны журналисты выглядели как пара, которая никак не могла определиться с заказом. На самом деле оба пристально следили за соседним столиком, предполагая, что здесь делает их объект. Через некоторое время к Адаму подошла достаточно юная девушка в неприлично коротком платье и подсела к мужчине. Вилено выглядел абсолютно равнодушным, незнакомка, хмыкнув, вскоре оставила его.       Давид оценивающе посмотрел на Одри и произнёс:       — Насколько ты авантюрная, Сандерс?       — Почему спрашиваешь?       — Исключительно рабочее любопытство.       Он поднялся со стула и, подхватив её под руку, повёл обратно в отель. Одри семенила следом, надеясь, что Рид не решил избавиться от неё и потом засунуть в большой чёрный мешок.