Magnum Opus

Хорошо было Адаму! Если ему случалось удачно сострить, он мог быть уверен, что не повторяет старые шутки.

Марк Твен

***

      Августа не ожидала ни малейшего всплеска внимания к своей персоне после баталии со Снейпом. Не только благодаря ей, но теперь уже по-своему верной Малышке Мю, некоторая слава о ней все-таки разнеслась по всему замку. Николас не остался в стороне, узнав о несчастье алхимички, и без ее спроса стал агитировать Гриффиндор прийти на увлекательные дополнительные задания. Интерес к предмету, или к персоне, возник у доброй половины, но им хотелось быть не рискованным первопроходчиком, а отправить на разведку кого-то другого. Когтевранки заглядывались на расписание, но сомневались. Некоторые ученики подходили к Августе, подробнее расспрашивая о курсе, но внятного ответа не получали - системы как таковой не было. Лайтест лишь примерно представляла, как будет одновременно совмещать первый и последний курсы, если таковые будут, наказанных и инициативных.       Первый урок в субботу вечером принес Августе пеструю и непредсказуемую компанию. В кабинет профессора Лайтест вошла вездесущая первокурсница Гермиона Грейнджер, направленные сюда в наказание близнецы Уизли и угрюмый пятикурсник со Слизерина Маркус Флинт. Лайтест искренне обрадовалась Ане Блэкхилл, которая с присущей ей настороженностью всё-таки переступила порог. Когтевранка с четвертого курса прибежала, когда Лайтест уже начала знакомство.       - Итак, дополнительные, они же исправительные, занятия. Запишитесь, - повторила Лайтест для опоздавшей Дейзи Адлер. Девушке передали листок, на котором были написаны все присутствующие. Когтевранка обозначила свои инициалы и причину появления: добровольный интерес. Когда пергамент снова был в руках Лайтест, она начала знакомство. - Товарищи Фред и Джордж Уизли. Направлены сюда за попытку синтезировать... «дымовую перцовую бомбу с запахом тухлых яиц и жженой резины, чтоб чихнула и рыгнула вся школа разом»? Насколько я знаю, пострадал лишь портрет сэра Кэдогана и две первокурсницы.       Близнецы, сидевшие за одной партой, синхронно, с совершенно нераскаявшимся видом, развели руками. Августа опустила пергамент.       - Сера, рог двурога и сок луковицы цапеня, помимо перца. Верно?       Улыбки на лицах братьев чуть померкли от удивления. Фред осторожно кивнул.       - Дилетанство, - констатировала Августа будничным тоном. - Сера в сочетании с кислым соком цапеня дает не дым, а тяжелый, оседающий на легких токсин. Если бы вы не ошиблись с пропорцией рога... Точнее, если бы обнаглели в край и украли у профессора Снейпа чуть больше, то ваши первокурсницы сейчас бы лежали в Мунго с отеком легких. Августа перевела взгляд на угрюмого пятикурсника, который занимал собой почти половину стола.       - Маркус Флинт. Направлен профессором Снейпом по причине систематической порчи имущества, а именно - очередного котла и прожжённой столешницы.       - Если я не получу у вас зачет, меня не допустят в команду по квиддичу, - пробасил слизеринец, утирая лицо рукавом. Он нервно, скорее по привычке от переизбытка не вышедшей энергии, тряс ногой под партой. - Слишком низкие оценки по всем предметам.       - Договоримся, - отмахнулась Августа. - Три добровольца - Ана Блэкхилл, Гермиона Грейнджер и Дейзи Адлер. Жаль, я надеялась увидеть Лонгботтома вместе с вами.       - Невилл еще в Больничном крыле. А профессор МакГонагалл лично разрешила мне присутствовать! - тут же выпалила кудрявая девочка, чуть ли не подпрыгивая на месте. - В "Истории магии" Батильды Бэгшот упоминается, что алхимия - это фундаменталь...       - Достаточно, мисс Грейнджер, - Августа подняла руку. - Необязательно тревожить вашего декана из-за факультатива, на который может попасть буквально каждый.       - Профессор Лайтест! А правда, что в вашей школе всех учат для внешней разведки? Вы приехали сюда с какой-то секретный миссией? - с задней парты взметнулась рука одного из близнецов, бессмысленно отвлекая преподавателя.       - И что вы там зимой медведей седлаете? - тут же подхватил второй. Ана незаметно спрятала за ладонью то самое, знакомое каждому советскому человеку выражение лица, и надула щеки. Гермиона Грейнджер возмущенно обернулась на них, но её собственная рука тоже взлетела вверх:       - Профессор, в "Истории магических школ Европы" сказано, что в Колдовстворце вообще не используются волшебные палочки. Это правда?       - А мантия у вас из чего сделана?       Класс загудел, хотя их было совсем немного. Дейзи наклонилась к Ане и что-то жарко зашептала, жестикулируя руками. Даже скучающий и раздраженный своим присутствием здесь Маркус с любопытством поднял глаза. Августа медленно опустила пергамент на стол.       - То, что я скажу, должно остаться между нами. Это строжайшая тайна... Да, я агент КГБ и я приехала сюда с особым заданием, - подыграла она, округлив глаза и понизив голос до заговорщицкого шепота, который сразу же повысила едва ли не до крика. - Вбить в ваши головы прелесть алхимии! Но, увы! Задание провалено: теперь я Филче-заменитель и Снейпо-помогатор! Въезд в СССР пожизненно запрещен, придется состариться в стенах этого класса.       В классе повисла звенящая тишина. Уизли сдавленно хрюкнули, пытаясь сдержать смех, а Маркус, явно не ожидавший от строгой преподавательницы подобной самоиронии, недоуменно моргнул. Лицо Августы мгновенно потеряло всякое театральное выражение, став холодным и серьезным.       - А теперь к делу. Медведи зимой спят, мистер Уизли. Мантия сделана из магически обработанной крапивы, а что касается вашего вопроса, мисс Грейнджер..., - Августа обвела класс тяжелым взглядом. - Я, как алхимик, считаю палочки костылем. Прекрасный, да, удобный инструмент, но он отучил вас чувствовать материю и энергии. А первокурсникам, вроде вас, даже не дал возможности распробовать все прелести... беспалочковой магии. Вы привыкли взмахивать куском дерева и требовать от мира послушания во всем, но здесь, в моей лаборатории, это не сработает.       Лайтест выдержала паузу, обводя взглядом затаивших дыхание студентов. Лишь Ана воспринимала все ее слова как главу книги, которую уже читала.       - Так вот, - продолжила она, обойдя учительский стол и опершись на него. В руках профессор держала огромную деревянную указку, которую вальяжно крутила острым концом по полу. - У меня два правила, и вы сами выберете, какое важнее. Первое - никаких палочек на моих занятиях, вы должны сложить их в сундук у входа. Второе - это не меня заперли с вами, а вас со мной. Если я сочту, что не могу достойно заполнить ваше время, это станет задачей мистера Филча. Он как раз озлобился на меня за кражу бесплатной рабочей силы.       - Но профессор! - пискнула бледная Гермиона так, словно у нее потребовали отрезать палец. Она с трудом достала книгу и принялась искать нужную закладку. - Голпалотт в своем учебнике пишет, что базовое разделение элементов требует заклинания «Сепаре», иначе возможна непредсказуемая реакция!       - Уберите книгу, мисс Грейнджер, - отрезала Августа. Указка в её руках перестала качаться. - Я запрещаю вам самостоятельно изучать даже теорию алхимии. Если я узнаю - а я узнаю, - вы больше не попадете на мой предмет. Все обучение должно проходить под моим наблюдением и руководством, это вам не игрушки. Будете узнавать все из первых уст, без самодеятельности и в нужной последовательности. Поверьте, мне не составит труда договориться с миссис Пинс, чтобы не выдавала вам лишнюю литературу.       Гермиона надула губы и медленно убрала книгу с парты на колени.       - Палочки в сундук, - Лайтест взмахнула рукой, ее кольцо сверкнуло, и крышка открылась, ударившись о стену. - И да, третье правило! Тоже фундаментальное! Волосы - в хвосты или косы, челки - под ободок.       Никто не посмел спорить. Один за другим, начиная с насупленного Флинта и заканчивая неохотно расстающейся со своим сокровищем Гермионой, ученики подошли к тяжелому дубовому сундуку у двери и сложили в него палочки. Кольцо сверкнуло снова, щелкнул замок.       - А это специальное кольцо, зачарованное? - спросила Дейзи, возвращаясь на место и заплетая волосы. - Это особый материал, или подойдет любой?       - Кольцо может быть даже из дерева, если захочется, - Лайтест стянула свое с пальца, положила на ладонь и встала в центр класса, демонстрируя. Малахитовый камень единожды сверкнул, - но это редкость. Зачастую используется золото или серебро. Самый желанный, но дорогой материал - метеоритное железо. У меня, если вам интересно, все до банального просто: свинец. Когда я буду готова достичь главной цели алхимии лично, он превратится в золото. Но это лирика.       Августа надела кольцо на средний палец правой руки и вернулась к кафедре. Облокотившись, она отрешенно посмотрела в окно.       - Самое главное в кольцах наших магов - это инкрустация. Мы учимся с семи лет, и только на одиннадцатый год обучения выбираем подходящий камень. Он усиливает энергию волшебника, и может выступать в качестве талисмана или защитного амулета. В Медной горе такое множество самоцветов, что... Так! - Августа встрепенулась и хлопнула в ладоши. - Я могу долго и подробно отвечать на ваши вопросы, но это нас либо задержит, либо я буду вынуждена добавить тесты по этой теме... Вернемся к нашему занятию. У каждого из вас будет индивидуальное занятие в соответствии с вашим возрастом, преступлением или уровнем амбиций. Мистер Флинт, помогите мне.       Подросток встал и оказался на полголовы выше. Лайтест руководила сильным мальчиком, говоря какой поднос с полок нужно взять и к какой парте отнести. Она остановилась у первокурсницы. Перед Гермионой лежала горстка смердящей, пережженной смолистой земли, смешанной с осколками камней и гнилыми растениями.       - Это отходы из теплиц профессора Стебль, земля из-под ядовитой тентакулы конкретно. Не переживайте, она безопасна. Внутри этой грязи и смолы скрыто некоторое количество чистого магниевого песка, - Августа положила перед девочкой сито, колбы и пинцет. - Он является случайным, но очень полезным образованием из корней. Соберите его как можно больше.       Гермиона тут же потянулась за общим справочником, но Августа уже двинулась дальше, мысленно махнув на это рукой. Грейнджер оказалась самым трудным учеником, хоть и не относилась к штрафникам. Лайтест подошла к столу Аны Блэкхилл. Девочка рассматривала несколько толстых, покрытых жестким ворсом стеблей бадьяна. Они выглядели так, словно их только что выкорчевали из мерзлой земли.       - Мисс Блэкхилл, профессор Стебль жаловалась, что третий курс варварски уничтожает бадьян, пытаясь выдавить из него сок без должной обработки. Ваша задача снять кору, не повредив камбий и добыть как можно больше сока, - Августа положила перед девочкой короткий нож с тонким лезвием. - Кора жесткая, как вам известно.       В нос Маркуса же ударил резкий, кислый запах. На его лотке лежали куски черной, запекшейся стекловидной массы, похожей на застывший гудрон.       - Это загубленное Зелье Пробуждения, неудавшаяся попытка вспомнить предыдущий год у второго курса. Обычно эльфы выбрасывают отходы, потому что масса считается бесполезной. Ваша задача - извлечь из этого две ветви аконита или то, что от них осталось.       Флинт с отвращением ткнул черную массу пестиком, тут же звякнувшим. Стекло разве вообще может пахнуть, тем более так отвратительно?       - Это же монолит. Как мы это разделим без какого-нибудь заклинания?       - Как-нибудь, - протянула Августа, с мягкой улыбкой пожимая плечами, и обратилась к Дейзи, - Для вас у меня имеется некачественно сваренный экстракт корня мандрагоры, он расслоился на воду, токсичный осадок и целебное масло.       - Я должна профильтровать его через марлю? - неуверенно спросила Адлер, поднося флакон к свету.       - Если вы это сделаете, осадок забьет поры марли и испортит масло, - покачала головой Лайтест, оценив, однако, идею. - Вы должны использовать разницу в плотности. Постройте систему сообщающихся сосудов из этих стеклянных трубок и колб. Рассчитайте угол наклона так, чтобы масло впоследствии перетекло само, оставив воду и токсины в первой колбе.       - Эй, а мне вы не подсказали! - возник Маркус, но ответа не получил. Августа с широкой демонстративной улыбкой подходила к не менее демонстративным близнецам.       - Работаем в паре, товарищи? - спросила Августа.       - Так точно, товарищ профессор Лайтест! - в унисон ответили Уизли, уже разглядев свое задание. Перед ними стояла широкая чугунная чаша, над которой был закреплен стеклянный купол с узким горлышком. Хитроумная реторта была полна пузырящейся, маслянистой, черно-зеленой жижей и напоминала магловскую лавовую лампу.       - Я так и думала, поэтому задание со звездочкой. Раз уж вам так нравится дым и взрывы, займетесь... их обезвреживанием. Вы смотрите на нестабильную смесь гноя бубонтюбера, растворенного рога взрывопотама, сублимированных спор папоротника и стандартного ингредиента. Рог взрывопотама реагирует на малейшее трение или перепад температур, а гной в неразбавленном виде прожигает кожу до костей. Сейчас они сдерживают друг друга, приглядитесь к пузырькам газа, но смесь нагревается сама по себе. Если она достигнет точки кипения - чаша взорвется, и вы оба покроетесь кислотными волдырями с головы до ног.       Близнецы сглотнули, с ужасом глядя на жижу, на поверхности которой как раз вздулся и лопнул с тихим чпоканьем зеленый тягучий пузырь. Остальные ученики отложили свои дела и со смесью парализующего шока и сочувствия кивнули бледным Уизли, молча желая удачи. Некоторое время они наблюдали за беднягами, но совсем скоро озадачились своими заданиями. Ана с некоторой долей благодарности судьбе пораженно думала о вещах, что ее ждали, если бы Ная осталась учиться в Колдовстоврце.       - Ваша задача - провести процесс разделения этой дряни на безопасные составляющие, - Лайтест поставила перед ними спиртовую горелку, всевозможные инструменты и миску с колотым льдом. - Вы должны нагреть смесь ровно настолько, чтобы гной не закипел, осадок выпал на дно, а стандартный ингредиент стал своеобразной самостоятельной прослойкой между ними. Одновременно с этим вы должны обкладывать стекло льдом: горячий пар состава поднимется, ударится о ледяное стекло и осядет на стенках в виде чистых, безопасных кристаллов. Споры всплывут наверх, на поверхность менее плотного вещества, если вы ничего не перепутаете. И именно эти два ингредиента нам и нужны.       - А если мы нагреем чуть сильнее? - осторожно спросил Джордж, не сводя глаз с чаши.       - Смесь детонирует, - бесстрастно ответила Августа. - А если нагреете слишком слабо - пар остынет на полпути и вернется обратно, вызвав цепную реакцию. Итог тот же.       Температура и терпение, джентльмены. Приступайте. И возьмите перчатки, очки и респираторы, не пренебрегайте техникой безопасности.       Близнецы, славившиеся своей неусидчивостью, превратились в каменные изваяния, гипнотизировавшие смесь в средствах иллюзии защиты, на целых двадцать минут. Августина не осудила их за нерасторопность - пусть думают, прежде, чем делать. В любом случае, последствия реакции не такие ужасные, как она их расписала. Неприятные, да, но не смертельные. Лайтест специально дала остальным безопасные задания, чтобы все свое внимание и осторожность посвятить двум парням, кошмарящим всех в этом замке.       Августа медленно ходила между рядами, стараясь не наседать и встраиваться в процесс ненавязчиво. Она придержала колбу Дейзи по ее просьбе, удовлетворительно кивнула Ане, поговорила с Грейнджер. У той никак не растворялись сгустки смолы до тех пор, пока настойчивая наводка Лайтест на спирт вместо используемой воды не спасла ситуацию. Гермиона вся перепачкалась в разведенной земле, но-таки достала первые миллиграммы магния. И все это время Маркус методично колотил по прочному стеклу, затем царапал, а потом снова колотил. В голове Дейзи пронеслась мысль, что он вбивает гвозди в крышку гроба этого класса.       - Мистер Флинт, - Лайтест остановилась возле слизеринца, который с безуспешным остервенением долбил пестиком уже не только свое задание, но и парту. Маркус исподлобья зыркнул на неё, сжав огромные кулаки:       - Он не разбивается. Камень камнем. Не светит мне выйти на поле в этом году.       Августа оперлась руками о его стол и заглянула в злые, обиженные, в этот момент особенно детские глаза.       - Объясните мне суть вашей задачи в квидддиче. Вы что-то бросаете? Ловите? Бьете людей?       - Я забрасываю квоффл в кольца, - буркнул Маркус, раздраженный вопросом с очевидным ответом. - И сбиваю с метел чужих охотников, если они мешают.       - Сбиваете, хорошо-о... И как? Просто закрываете глаза и летите на них напролом всей своей массой, надеясь попасть в цель? - Августа ненавидела спортивные мероприятия во всех их проявлениях, и в новый их вид вникнуть было сложно... К сожалению, иначе к слизеринцу было не подобраться.       - Конечно нет, - Флинт фыркнул. - Если просто влететь, то сам с метлы свалишься. Нужно следить за плечами и торсом: ждешь, когда этот недоумок начнет поворот, перенесет вес, и в этот момент ка-ак бьешь в слепую зону!       - Вы ищете слабую точку в его траектории, - удовлетворенно кивнула Августа, делая соответствующее движение ладонью, - и врезаетесь под нужным углом?       - Ну-у?       - Ну-у! - Лайтест резко, с некоторой долей театральности, повернула к нему черный кусок стекла другой стороной. - У материи тоже есть траектория застывания. Взгляните на скол, видите эту светлую линию? Это напряжение материала. Слепая зона вашего противника, если угодно. Не бейте в центр, а то отлетит в глаз. И положите наконец пестик, возьмите долото и найдите уже этот проклятый угол!       Флинт насупился, но когда Августа одним указательным пальцем наклонила его кулак, корректируя наклон, безропотно подчинился. Бестолковый стук сменился глухим, ритмичным хрустом. Флинт удивленно посмотрел на результат - застывшие пласты начали трескаться и отделяться слоями.       - Продолжайте, вам осталось сделать еще с десяток ударов в правильные места, и ветви ваши.       Августа вернулась к близнецам, поскольку те перестали сидеть истуканами, и заработали так, что напоминали двух безумных ученых. Фред взял на себя горелку, миллиметр за миллиметром подкручивал огонь, не сводя глаз с поверхности жижи. Джордж стоял с куском льда, зажатым в щипцах, и водил им по стеклянному куполу, стараясь не давить слишком сильно, чтобы стекло не треснуло от перепада температур.       - Она шипит, - сквозь зубы процедил Джордж. - Убавляй.       - Если убавлю, пар не поднимется. Держи лед ровнее, ты перемораживаешь левый край, стекло сейчас лопнет!       На внутренней стороне купола уже начал оседать тончайший слой искрящихся, желтоватых кристаллов.       - Хорошо, - тихо произнесла Лайтест, заставив их вздрогнуть. Оба брата скосили на нее глаза, не смея пошевелить руками. - Вы поймали температурный баланс, а теперь слушайте внимательно, но не отвлекайтесь. Эти желтые кристаллы, которые сейчас оседают на стекле - чистейшая, стабилизированная вытяжка рога взрывопотама, так или иначе впитавшая гной... В отличие от сырого порошка, она не детонирует от удара. Но если эту соль растолочь и смешать с магниевой стружкой и добавить всего одну спору с поверхности...       Уизли замерли. В их глазах, секунду назад полных страха, начал разгораться маниакальный, изобретательский восторг.       - То получится ослепляющая мина, которая не оставит следов магии, - закончил Фред, и его глаза благоговейно округлились. - Вы гений, профессор.       - Это придумала не я и сказала тоже, - строго нахмурилась Лайтест, приблизилась ближе, улыбнулась и зашептала. - Вспышка в пять тысяч люмен в каждую из сторон. Ослепляет всех в радиусе пятнадцати метров на тридцать секунд. И никакого дыма. Никакого запаха. В помещении будто загорится солнце, никого не калеча, все просто отвернутся... Идеальное средство для безопасного отступления.       Она выпрямилась, возвращая себе строгий вид. Августа прищурилась и сделала вид, что считает кристаллы.       - Двадцать шесть... Двадцать семь... Очень много получатся, очень много. Как же я буду считать, ну точно собьюсь...       Близнецы переглянулись с таким восторгом, словно перед ними не просто открыли, но доверили тайны мироздания. Лайтест в одну секунду перестала быть для них скучным надсмотрщиком с тяжелым взглядом и просто профессором-неудачницей.       - Мы не подведем, Августина Михайловна, - серьезно, без тени привычной насмешки ответил Джордж, аккуратно меняя подтаявший кусок льда на новый. Лайтест недовольно поджала губы. У кого, как не у Аны они могли узнать ее имя-отчество.       Они и не подвели. Никто из них. В конце занятия Августа наконец-то упала в кресло, достала весы и принялась оценивать учеников. Дейзи почти успешно вытянула масло, лишь четверть его осталась в колбе с водой и токсинами. Ана все-таки резанула лишнего, но сока набрала куда больше, чем обычно. Гермиона в конце-концов перестала бояться грязи и эмпирики, по шею замаравшись в песке. Девочка набрала полную колбу магниевого песка. Маркус принес поднос с одной целой веткой, объяснив, что вторая рассыпалась на части. Пока остальные студенты уже измученно оттирали руки и столы, Фред и Джордж с невероятной осторожностью только-только снимали крышку реторты, чтобы начать извлекать кристаллы. Несколько штук отправились им в карманы. Августа сделала вид, что заполняет ведомости, и заполняла их до тех пор, пока близнецы не начали перебарщивать с коммунизмом.       - Минуту внимания. Поговорим о дисциплине и посещениях, - объявила она, не вставая из-за стола. Лайтест откинулась на спинку кресла и сцепила пальцы в замок. Взгляд её скользнул по Гермионе, которая тщетно пыталась стянуть резинку с растрепанных волос. - Сначала информация для тех, кто оказался здесь по принуждению. Маркус Флинт и близнецы Уизли настороженно замерли.       - За один дисциплинарный проступок вы отрабатываете одно полноценное занятие. Этого достаточно, чтобы искупить вину перед школой. Но есть условие: отработка засчитывается только в том случае, если вы добились результата. Если вы приходите сюда просто посидеть и перевести материал, то мы будем видеться до тех пор, пока не достигнем сносного результата, - Лайтест обвела взглядом стоящие на её столе колбы. - Сегодняшняя работа выполнена достойно, я вас поздравляю. Все присутствующие получают зачет и оправдательный приговор. Ваш долг перед мистером Филчем и вашими деканами погашен. Вы свободны, разрешаю больше здесь не появляться.       Фред и Джордж переглянулись. По их лицам было совершенно ясно: они планируют нарушить правила еще не раз, лишь бы оказаться в этой лаборатории. А может даже и прийти самостоятельно, не исключая своих проказ и совмещая приятное с полезным.       - Теперь что касается остальных. Если вы хотите в этом семестре изучить еще один предмет, вам необходимо отработать сорок академических часов практики. Я не буду загонять вас в жесткие рамки расписания, вы будете вольны распределять свое время так, как вам удобно. Лаборатория открыта для факультатива три раза в неделю: по понедельникам, средам и пятницам. Сегодняшняя суббота - просто проба пера. Приходите тогда, когда у вас есть силы работать руками. И еще кое-что... Мне не важен повод, по которому вы тут оказались: все ваши часы суммируются. Если кто-то из вас умудрится набрать нужное количество исключительно на штрафных отработках, он всё равно получит зачет по курсу. Труд есть труд.       Маркус Флинт задумчиво хмыкнул, прикидывая в уме, сколько еще котлов ему можно расплавить у Снейпа, чтобы закончить курс алхимии экстерном. Августа захлопнула журнал, и звук его гулко разнесся по каменным сводам.       - На этом всё.

***

      - Вы их купили! - с пораженной улыбкой и ноткой обвинения шепнула Ана. Они с профессором вышли из класса последними.       - Я им подыграла, - призналась Августа. - Сама видишь, нас тут полтора земплекопа, надо же это как-то решать.       - Вы же понимаете, что они теперь весь замок разнесут?       - Они бы и так его разнесли, - хмыкнула Августа, не сбавляя шага по темному коридору подземелий. - Только сделали бы это криво, покалечив кого-нибудь. Если заткнуть энергию пальцем в одном месте, прорвет другое, менее приятное.       Августа остановилась у развилки, ведущей к гостиной Пуффендуя, и выжидательно посмотрела на Ану. Та считала ее немой вопрос правильно.       - Извините, - девочка уставилась в пол. - Но они меня замучали с расспросами! Мы дружим с Уизли, они немного знают... Но я больше ничего не рассказала!       - Иди отдыхай, Блэкхилл. И если в понедельник решишь прийти, то не надевай новую мантию, - Августа позволила себе короткую, почти теплую улыбку. Что сделано, то сделано, и наверное нет ничего страшного в капельке новой информации о преподавателе.       - Доброй ночи, профессор Лайтест, - Ана кивнула ей и, поспешно развернувшись, чуть ли не вприпрыжку побежала к себе.       Августа шумно выдохнула, прижимая к груди свой ежедневник. Занятие затянулось, она рассчитывала закончить пораньше, остаток вечера проведя за расчетами. У Лайтест было несколько вариантов решения ее беды: либо заменить свинец на что-то аналогичное, но безвредное, либо манипулировать металлом. И для того, и для другого требовалась лаборатория и спокойствие, но Снейп ни за что не позволит находится там во внеурочное время. Придется химичить в своей комнате.       - Ваша самонадеянность вас погубит.       Низкий бархатистый голос раздался прямо у нее за спиной. Августа вскрикнула и резко обернулась, перехватывая ежедневник, как оружие. Хогвартс ночью все еще пугал, слишком уж много всего происходило на одном квадратном метре - движущиеся доспехи, снующие призраки, летающие страницы и стрекочущие ключи. Северус Снейп выплыл из глубокой тени ниши, где, судя по всему, стоял последние несколько минут. Его черная мантия сливалась с мраком подземелий, делая его похожим на ожившую статую.       - Профессор Снейп, - Августа коротко кивнула, поспешно убирая ежедневник. - Подслушиваете?       - Выхожу на ночное дежурство - невозмутимо парировал зельевар, делая шаг вперед. Зеленоватый свет факела выхватил его бледное лицо и насмешливо скривленные губы. - Ловлю нарушителей спокойствия и праздно шатающихся студентов.       - А мне кажется, вы решили избавиться от конкурента путем доведения его до сердечного приступа.       - Одно другому не мешает, - вот, снова оскалился, а мог бы и улыбнуться! Августа словно стояла перед своим отражением: ее улыбка тоже практически всегда смотрела вниз.       - У вас очень интересная система контроля, профессор Снейп, - Лайтест решила, что это очень удобный момент для того, чтобы выведать секрет школы, который мучал ее уже неделю. - Вместо того, чтобы выспаться перед учебным днем вы ходите тенью и ловите... Кого? Целующиеся парочки?       - Если вы забыли, мы должны ограждать учеников от закрытого коридора третьего этажа.       - Вы посвятите меня в свою тайну? - Лайтест изобразила самую очаровательную улыбку, на которую была способна.       - Нет, - грубо отрезал Снейп, задирая подбородок, и, подражая елейности Августы, перевел тему. - Как ваши успехи с заключенными?       - Вам правда интересно, или вы ищете новый повод придраться ко мне?       - Правда, - сквозь зубы протянул Снейп. - Мне крайне любопытно, как долго продержится ваш исправительный кружок, прежде чем вы признаете очевидное.       - И что же мне должно быть очевидно? - шумно выдохнула Августа, лениво переступая с ноги на ногу, всем своим естеством показывая, как уже утомилась от разговора.       - Что думать - это противоестественно для большинства в этой школе. Они просто не умеют этого делать. Грейнджер, возможно, выдержит неделю из чистого упрямства, но остальные... Уизли взорвут лабораторию, а Флинт просто разгромит всё, что не сможет понять.       - Вы недооцениваете Флинта, Северус, - пряча самодовольную улыбку ответила Августа, имея все доказательства на руках, и Снейп едва заметно дернул щекой от того, как легко она перешла черту формальности. - Сегодня он вполне успешно справился, и, мне кажется, сам остался доволен... А ваши... наши Уизли разделили на составляющие смесь без единого намека на взрыв.       Удивление на лице Снейпа переставало быть редкой эмоцией, но скрыть ее не получалось. Вышла такая карикатурная гримаса, будто он не расслышал, или у него сильнейший зуд по всему телу, на который он старается не обращать внимания.       - Вы им угрожали?       - Можно и так сказать, - искренне рассмеялась Августа, с теплом вспоминая их побледневшие лица. Внезапно, голова ее закружилась от резкой вспышки в глазах, а виски стянуло железным хомутом. Девушка сделала шаг назад на подкосившихся ногах, но все-таки устояла. Тяжелая и колючая мигрень ударила без предупреждения, а кости заныли. Мир перед глазами опасно накренился и поплыл, вытягивая лицо Снейпа. Она наугад оперлась на каменную кладку. - Простите.       Снейп, который уже собирался заканчивать дискуссию, остановился и сделал быстрый шаг к ней. Его рука дернулась, словно он собирался её поддержать, но замерла в дюйме от женского плеча. Его голос утратил насмешку, став острым и требовательным, даже несколько раздражённым новой проблемой:       - Профессор Лайтест? Что с вами?       - Ничего, - Августа открыла глаза и упрямо отстранилась от стены, выпрямляя спину, хотя это стоило ей колоссальных усилий. - Давление упало.       - Давление, - Снейп прищурился, цепко и безжалостно скользя по мертвенному лицу, отметив, что капилляры в обоих глазах полопались. Он ни на секунду не поверил в озвученный диагноз. - Допустим. Надеюсь, вы в состоянии самостоятельно дойти до своей комнаты.       - Не преувеличивайте, профессор, - Лайтест на ватных ногах полетела прочь, не глядя на зельевара. - Я не дойду только в том случае, если вы решите меня добить. Всего доброго.       Едва дверь комнаты захлопнулась и заперлась на все замки и щеколды, Августа легла прямо на ковер, раскинув руки в стороны и жадно глотая воздух. В моменте стало легче, бегающие мошки перед глазами наконец-то сбежали, а ноги перестало ломить.       Свинец. Этот проклятый свинец накапливается в костях и мучает ее. Мышцы становятся ватными, а кости превращаются в тупые иглы, готовые сломаться от любой нагрузки. Перестраховка летом оказалась мало того, что совершенно ненужной, так еще и губительной... Но ведь пару раз она сталкивалась и со Снейпом, и с Дамблдором, проводила время с Трелони, избежать этого было нельзя... Решено, завтра Августа носу не покажет из этой комнаты и не будет реагировать, если кто-то попытается ее потревожить. Ей нужен был хотя бы один день без этой бурды, пусть это будет свободное воскресенье. Каждое воскресенье. Девушка, не раздеваясь и не вставая, стащила с кровати подушку и одеяло на пол и вмиг уснула.       Целый следующий день Августа отсыпалась. Она не появилась ни на завтраке, ни на обеде, ни на ужине, и не попросила принести еду в комнату. На один день она полностью выпала из жизни школы, словно ее тут никогда и не было. Утомившийся профессор проснулась лишь ближе к полудню, когда зеленоватый свет, проникающий сквозь толщу вод Черного озера за окном, стал достаточно ярким. Августа скинула одежду, передавившую ей все внутренности, и потянулась. Где-то под потолком едва слышно скрипнуло.       - Доброе утро, Ефим Ефимыч, - хрипло произнесла Августа в пустоту. В ответ раздался тихий стук, и с деревянной балки прямо ей на подушку упал крошечный, идеально ровный кусочек сахара и одна сушка. Августа слабо улыбнулась невидимому духу, что явно одобрял её решение остаться в постели и не высовываться в этот чужой, суетливый замок. Ловким движением руки она закинула сахар в рот. - Спасибо.       В ванной комнате Лайтест отскоблила себя до блеска, вычистила черные, въевшиеся реагенты из под ногтей, после обстригла их под корень, нанесла маску для волос, спасавшие их от лабораторных испарений. Глаза все еще были красными, но уже меньше. Куда хуже зубы... Августа знала, что зубной порошок не спасет края десен от лилово-серой каймы - верного признака отравления свинцом, - но все равно продолжала тереть, размышляя про себя:       "Если летальная разовая доза свинца - полграмма, а хронические процессы возникают при ежедневном поступлении 0,0005 грамм в сутки...Как раз столько... Может просто стоит ли снизить дозу стружки вполовину, до 0,00025 грамм? И не усложнять все придумыванием формул с обеднением металла и его преобразованием... Или снизить до одной десятитысячной? Нет, тогда совсем не будет толку..."       После утренних, или, можно сказать, дневных процедур, ей нестерпимо захотелось разбавить тишину и леность. Сняв с головы мокрое полотенце, она подошла к полупустой полке и несколько раз попробовала включить портативный плеер с диском "Наутилуса". Сидишник Лайтест купила себе в награду за написанную научную выпускную работу. Тот, хоть и был не магловским, упорно не хотел работать здесь, в Хогвартсе, в наушниках не раздавался даже скрежет и шипение.       Завернувшись в тяжелое байковое одеяло, Лайтест долго лежала с открытыми глазами, прислушиваясь к гулкой тишине своих стен. Без Занавеса было даже легче дышать и думать. Вечером она составила такой план отработок на следующую неделю, чтобы он охватил все курсы с первого по седьмой. На всякий случай.

***

      Воскресенье для нее прошло незаметно. Лениво и сонно оно перекатилось в рабочий понедельник, заставив Августу вернуться к убивающему ее отвару. Впрочем, кроме этой маленькой незадачи, день начался на удивление спокойно, словно замок решил дать ей небольшую передышку перед грядущими бурями.       Сдвоенные уроки зельеварения с шестым курсом Слизерина и Гриффиндора, от которых она ожидала очередной катастрофы, прошли штатно и без происшествий. Удивительно, но профессор Снейп даже не пытался её дергать. Когда один из гриффиндорцев случайно переборщил с измельченными скарабеями, и варево опасно зашипело, Августа уже подорвалась с места, чтобы вмешаться, но зельевар оказался быстрее. Он просто взмахнул палочкой, нейтрализуя реакцию, снял десять баллов и пошел дальше, не проронив ни слова в её адрес. Ни на этом, ни на последующих двух уроках с четверокурсниками Когтеврана Снейп не обращал на нее внимания.       Августу эта молчаливая отстраненность вполне устраивала. Ее совершенно не устроило нечто другое, на что она обратила внимание сразу, но решила не спешить с выводами. Весь день она наблюдала за учениками, практически придираясь к их внешнему виду, собиралась словесно напасть, но отступала. Ей срочно нужен был незаинтересованный взгляд со стороны.       На ужине Лайтест попросила уступить место рядом с собой для Сивиллы, что обрадовало последнюю. Они давно не общались так, как делали это летом, перейдя на "ты" и пропуская по рюмашке глифта в кабинете прорицаний. Прежде чем заговорить с Трелони по делу, Августа взглядом нашла Ану, и у них состоялся немой разговор микро выражениями лиц, обмен взглядами, которые могли понять только они вдвоем во всем замке. Блэкхилл едва заметно постучала пальцем по виску, после чего профессор убедилась в своих подозрениях, и решила спросить не ученицу, а коллегу, заходя из далека.       - Сивилла, как думаешь, - шепнула Лайтест, - я склонна к паранойе? К мании величия? К раздутому эго?       Трелони замерла с вилкой в руке. За стеклами её огромных очков мелькнуло искреннее недоумение.       - Ты? Дитя мое, твоя аура слишком заземлена для паранойи, ты воспринимаешь лишь то, что материально, к сожалению. А что случилось? Твое Внутреннее Око что-то уловило? - Внешнее Око, скорее, - прыснула Августа, но снова напряглась и стала серьезной. - Посмотрите на стол Когтеврана.       Сивилла послушно проследила за её взглядом и удивленно моргнула. Снейп, украдкой услышавший их беседу, сделал тоже самое. Среди учеников, одетых в форменные синие мантии, отчетливо выделялась стайка девочек. Они украсили свою одежду неровными, пестрыми, грубыми стежками, словно пытаясь повторить обережную вышивку с рукавов и манжет Августы. Дейзи сидела прямо и с очень важным видом что-то рассказывала младшим девочкам, что слушали ее, разинув рты. Прически у всех были точь-в-точь, как у преподавателя.       - Великие небеса, - прошептала Трелони. - Мисс Адлер выглядит так, словно...       - Словно ей дерьмом под носом намазали, - не выдержала Августа, тут же закрыв рот рукой.       - Что-что? - рассеянно переспросила Трелони, но Лайтест быстро сориентировалась:       - Вы помните, что волосы были другого цвета?              Трелони прищурилась, поправляя очки:       - Определенно, да, они стали светлее.       До преподавательского стола сквозь звон тарелок долетали обрывки нарочито громкого голоса Адлер. Девочка рассказывала подругам о том, что настоящие колдуны не используют палочки, потому что это костыли, не раскрывающие настоящий волшебный потенциал. В завершение своего выступления Дейзи взмахнула рукой с огромным дешевым кольцом, пытаясь наколдовать над ладонью дождливое облачко, но вместо этого вода неконтролируемо рухнула сверху, намочив и ее, и ее кумушек.       - А я говорил, - вмешался Снейп с мрачным удовольствием. - Все бестолку, думать самим - непозволительная роскошь. Упадите в обморок, чтобы мы посмотрели на домино за их столом... Вы только вдумайтесь, у мисс Дикенс тоже есть алхимический пояс... Там что, леденцы в колбах? У вас тоже, профессор?       Августа шикнула на мужчину, чтобы тот не влезал в разговор, и наклонилась к Трелони:       - А утром они добавили в свой кофе половину перечницы, - Августе этот способ помогал почувствовать маломальский вкус еды. Десна кровоточили, язык словно атрофировал все свои рецепторы.       - Может, они под проклятьем? Дорогая, существует такая вещь, как Сглаз Пустого Зеркала...       - Простое интеллектуальное мародерство, - поддакнул Снейп. Августа странно посмотрела на него, не понимая желания присоединиться к женской компании. И с чего это у него       такое благоприятное расположение духа?       - Знаете, что происходит с такими подделками в тонком мире? - спросила Трелони, поворачиваясь к Августе всем телом.       - Ну, в алхимии липа просто не вступит в реакцию и выпадет в осадок...       - В прорицании всё еще страшнее! - глаза Сивиллы расширились так, что, казалось, сейчас выпадут из-за стекол. Она активно жестикулировала, нагоняя ужасу ситуации. - Когда человек натягивает на себя чужую личность, Вселенная перестает его видеть! Он становится суррогатом. Самое большое предательство - отказаться от самого себя! Это очень препротивный самосглаз! Человек под ним начинает воровать чужую Судьбу...       Августа перепугалась, что Трелони права, и свинцовая перспектива грозит и бедным впечатлительным детям, но потом решила, что та несколько преувеличивает масштаб катастрофы.       - Да прекратите вы, - нахмурился Снейп. - Сколько зелий и заклинаний своровано и переделано под себя, это простая творческая импотенция, но никак не проклятие.       - Профессор Снейп! - не выдержала Лайтест, всплеснув руками. - Вы уверены, что хотите поговорить со мной про импотенцию?       Снейп поперхнулся, резко мотнул головой, брезгливо поджимая губы и отворачиваясь, всем своим видом показывая, что этот разговор официально окончен.       - Благодарю покорно, мисс Лайтест, но я теперь не уверен, что вообще хочу с вами разговаривать, - процедил он сквозь зубы, яростно кромсая кусок мяса на своей тарелке.       - Меня вполне устроит такой расклад! - махнула Августа и вернулась к Трелони. - Что же делать? Стоит ли вмешаться?       - Мне кажется... Я не знаю... Быть может... Ну вот к слову о раскладах... Давай я погадаю тебе вечером? - предложила преподаватель Прорицания. На все жизненные события у Трелони была одна панацея. - Тем не менее, дитя мое, все-таки... я бы не спускала с них глаз. Пустые зеркала имеют свойство не только отражать чужой свет, но и...Ах! Разбиваться в самый неподходящий момент.       - Она придет сегодня на занятие, - протянула Августа, упирая кулак в подбородок. Она совершенно не хотела наказывать ни Адлер, ни Дикенс, ни кого либо еще. Это же дети, им практически всегда нужен пример для подражания... Августа тоже примеряла на себя разные лица в подростковом возрасте, пока не сформировала свое. Но одно - ориентир, и другое копирка, крайне неприятная копирка. Конечно, золото не тускнеет от соседства с пиритом, но звон фальши раздражает. Ну вот взять ну же Ану! Ей совершенно не нужно кривить лицо, чтобы изобразить тяжелый, уставший взгляд, она его наверняка даже и не замечает. А когтевранки... просто пыжутся и ломают глаза. - У меня не так много времени на размышление. Давай гадать! Снейп закатил глаза, теряя все оставшиеся крупицы уважения, что начал испытывать к опытному алхимику.