Петля

***

Кейпа думал, что умер. Он был в этом глубоко убежден, пока не пришёл в себя на Икаре. В целости и сохранности, если не обращать внимание на грудную рану и забыть, что бомба взорвалась за секунду, как Икар успевает отлететь от солнца. Кейпа пытается подняться, ноги после бега не держат. Накативший стресс и адреналин дают о себе знать. Упорство побеждает, и Кейпа стоит у иллюминатора, вглядываясь в тёмный простор космоса. А солнце-то где? Нет привычного яркого свечения. Икар не мог отлететь так далеко от звезды - это невозможно. По расчетам, он отдалится на достаточное расстояние, чтобы его не задел взрыв. Но солнце всё равно должно быть видно. Подойдя к иллюминатору с противоположной стороны, Кейпа видит ярко-зелёную планету в нескольких тысячах километров. — Какого чёрта, — не осознавая до конца своего положения, Роберт побрел в центр управления. Грудь нещадно сдавливает, порез пульсирует и сочится. Кислорода теперь должно хватить, только, на что? До дома не добраться, слишком огромная дистанция. Кейпа знает, смерть будет мучительной. В рубке тихо, Икар держится на последней энергии. Мэйс, Кэсси...Кейпа надрывно стонет от бессилия. Почему он остался жив? По координатам солнце нигде не видно. Это какой-то бред, оно ведь должно находиться совсем рядом. Внутри сворачивается тугой узел из страха и волнения. Может, взрывная волна отбросила корабль? Правда, тогда Икар бы мгновенно разлетелся в щепки. Что-то не так, произошло нечто за гранью возможного. Сев в одно из кресел, Кейпа почувствовал, как внутри всё колеблется и заставляет нажать на кнопку сигнала бедствия. Роберт, когда услышал его в первый раз, замер от подступающего ужаса. Ему не хотелось слышать его вновь. Передача сообщения служит сейчас подушкой безопасности, в глубине души Роберт ещё надеется на спасение. В голове вырисовывается, как Икар окружает внеземная цивилизация и спасает физика. На чужой планете он рассказывает, что сотворила вместе с ним его команда, становится местным героем. Спустя время Кейпа умирает от старости и команде Икара ставят памятник. Хороший конец, но зелёная планета похожа на газового гиганта, нежели на населённый рай. Все мысли о спокойном будущем крошатся в пыль. Такого небесного тела по пути к точке назначения они не встречали. В астрономии тоже не было обозначено нечто неизведанное между Меркурием и Солнцем. Кейпа в замешательстве, его пальцы нервно стискивают острые колени, пробуждая свежую боль. Это всё галлюцинация. В последние минуты, а может часы или дни, - Кейпа не может представить, сколько ему предстоит здесь умирать, - тянет разобраться, что могло произойти в момент взрыва. Но мозг категорически не хочет работать, все знания, приобретенные до экспедиции и во время, в миг улетучились. Осталась звонкая пустота, прерываемая вспышками дискомфорта. — Икар? — тихо срывается с губ, в надежде услышать «да, Кейпа?». Голосовой помощник молчит и вряд ли заговорит вновь. Помотав головой, Роберт направляется в свою каюту за наработками, ему нужно всё изложить на бумаге и провести расчёт. А может и не один. Скоро запасы энергии иссякнут, и свет отключится, Кейпу это не подбадривает, надо действовать быстрее. Путь обратно даётся гораздо труднее. Жилет, обмотанный Кейпой вокруг груди, спереди пропитался кровью. Теперь вещь неприятно холодит кожу сквозь порванную футболку. Сознание начинает постепенно рассеиваться. Кейпа доходит до стола, где ела и собиралась вся команда. Тетради выскальзывают из вялых рук, падая плашмя на светлую поверхность. Вроде кислород ещё есть, почему так трудно дышать. Роберт грузно усаживается на один из стульев, сжимает пальцами ручку, открывает тетрадь и старательно записывает имеющуюся информацию. Радиоприемник Икара разрывается скрипом, шуршанием, а после заговаривает искажённым, но приятным голосом: — ва.. ... звездолет "Аве Мария", кто-то ещё остал..ся жив? м..еня кт...о-нибудь слышит? От неожиданного контакта с неизвестным, Кейпа забывает обо всём на свете. Открыв рот и желая подбежать к микрофону, он валится со стула. Кейпа убеждён, что так действует усталость, и ему чудится. — Есть! Я есть! Но он кричит, ползёт на четвереньках, пока не поднимается и подбегает к панели Икара. Большой палец падает на кнопку включения микрофона, слова колко застревают в горле, перед глазами всё пляшет. — ...помогите, я один, кислорода мало. Кейпа опирается ладонями о край панели и роняет голову, аккуратно выдыхая. Головокружительные события. Роберт отходит обратно к столу, кладет ладонь на горячий лоб, перемещает на грудь. Лицо искажается болью. На фоне шумят обрывки чужих фраз, Кейпа не может их разобрать. Надо дождаться спасения, личной встречи. А вдруг тот, на "Аве Мария", так, кажется, звучало название, — каннибал? А вдруг это всё же галлюцинация от недостатка кислорода? А вдруг... Этих вдруг так много, что Кейпа теряется во времени и не замечает, рядом летящий корабль прямиком к шлюзу для стыковки. Роберт слышит скрежет и собирает тетради со стола, цепко прижимает к себе, игнорируя колющую резь. Шатается, идёт к шлюзу, и в голове на секунду возникает мысль — всё ошибка. Через маленькое окошко Кейпа видит красный скафандр, каких никогда не встречал. Кейпа тянет за рычажок, перегородка медленно съезжает в сторону. Теряя сознание, последнее, что видит Роберт перед собой, прежде чем отключиться — встревоженные глаза за защитным стеклом шлема.

***

— Рокки, прошу тебя, не появляйся в мед.отсеке, пока я не дам тебе разрешение, — Грейс устал повторять своему другу, что пострадавшему нужен покой. — неизвестно, как он на тебя вообще отреагирует, понимаешь? Эридианец наклоняет туловище вбок и стучит ногами по дну своего защитного шара. — Грейс! Мне просто интересно! — его передние конечности трясутся в воздухе, а пальцы глухо стучат друг о друга. Рокки жаждет встречи с новым пассажиром. — Прости, дружище, но потом, пойду, посмотрю как он. — Грейс, вздыхая, чешет затылок. Сначала надо вы́ходить нежданного гостя. — Хорошо, Грейс! Сообщи, как он! Хорошо, вопрос? Райланд кивает и скрывается в маленькой комнате. Посреди стоит кушетка с пациентом. Постояв с секунду, параллельно всматриваясь в спокойное молодое лицо, Грейс не удерживается от тихого прыжка на месте и радостного оборота вокруг своей оси. Это человек! Спустя столько времени! В открытом космосе! Грейс живёт в абсолютном одиночестве, если не считать надоедливого Рокки. У него в распоряжении ограниченное пространство и отсутствие возможности поговорить о чем-то земном. Шанс встретить ещё одного человека равен нулю. Только Грейс не припоминает, чтобы с Земли отправляли экспедицию на таком странном звездолёте. Осторожно подойдя ближе, Райланд, не стесняясь, трогает голую руку. — Настоящий... Сердце скачет как бешеное, Рокки можно понять: им обоим он интересен. Хотелось много о чем поговорить и выяснить. Грейс сдвигает тонкое одеяло с груди и проверяет тугую повязку. Проводит по ней кончиками пальцев, осматривает поверхностно лицо, шею, наверняка не заметил повреждения от волнения. В голове всплывает, как они с Рокки жутко волновались, услышав сигнал бедствия. Эридианец с катушек слетел, когда Грейсу ответили по радиосигналу. Пока Грейс заносил обмякшее тело на Аве Марию, Рокки носился рядом, заваливал Райланда различными вопросами и предлагал помощь. Биолог пытался соображать как можно быстрее — на кону стоит жизнь. Он не выдержит третьей смерти. Уложив тело на кушетку, Грейс доверяет механическому помощнику сканировать жизненные показатели, пока сам нервно выскакивает из скафандра. Грейс следит за процессом, иногда делает что-то самостоятельно, например, снимает с парня одежду. Машина, запрограммированная лечить людей, справляется на отлично со своей задачей. Теперь остаётся ждать пробуждения. Ещё повезло — они говорят на одном языке. Но вопрос о том, откуда появился полуразрушенный корабль с человеком на борту, если рядом с Тау-Кита больше ничего не было, не даёт покоя. Вопросы множатся, а сборник ответов на них находится без сознания. Здоровье в норме, рана совсем свежая, значит произошло крушение относительно недавно. Внутрь чужого корабля Грейс боится заходить, страшно представить, что там может находиться. Поэтому, как только пострадавшему перестало что-либо угрожать, биолог отстыковывается от звездолёта и отлетает на приличное расстояние, но на такое, чтобы из большого иллюминатора всё ещё было видно махину. Рокки, уставившись в прочное стекло, размышлял вслух, что чужое судно больше напоминает груду обломков, нежели человеческий звездолёт. Грейсу на это нечем ответить, потому что Рокки абсолютно прав. Тот факт, что незнакомец жив — огромное чудо и удача. Райланд, вынырнув из недавнего воспоминания, укладывает одеяло как было и, точно от скуки, принимается ходить рядом с кушеткой. Может, так пробуждение настанет в скором времени. Побыть рядом не суждено — Рокки зовёт Грейса на кое-что глянуть. Обернувшись напоследок и не заметив явных признаков прихода в сознание, Райланд уходит к Рокки. Тот уже вовсю выкрикивает имя биолога, не дождавшись мгновенной реакции. — Что ты мне хочешь показать? — Грейс приседает на корточки рядом с эридианцем и замечает раскрытые тетради, собранные из рук спасённого. Глаза мгновенно округлились. — Рокки! Ты что, это же чужие вещи! Биолог стал захлопывать конспекты один за другим. Рокки завопил ему на ухо, чтобы Грейс послушал его и остановился. Райланд бросает взгляд на оставшуюся тетрадь и невольно читает написанный текст. Различные формулы, расчеты диаметра взрыва бомбы. Грейс хмурится и перечитывает увиденное. Он же не ошибся? — Грейс! Бомба! Грейс! Рокки рядом взволнованно топчется на месте и вертит каменным телом. — Я говорил, а ты не слушал! Пальцы, точно заколдованные, поднимают тетрадь с пола, одна страница сменяет другую, окуная в огромный пласт информации. — Был ещё дневник, Грейс! Я читать не стал! Это хорошо, вопрос? — Да... молодец, Рокки.. — Грейс вчитывается в формулы, в размышления, процесс детонации и несколько вариантов реакции солнца. Солнце, ради спасения которого Райланда насильно отправили в космос. Бред. Грейс ничего не может понять. Он задумчиво проводит ладонью по недельной щетине, заводит руку назад и с нажимом трёт загривок. Резко захлопнув тетрадь, Райланд собирает все записи в одну стопку и поднимается на ноги. Нужно дождаться пробуждения и поговорить, делать поспешные выводы не нужно. Развернувшись, Грейс испуганно вздрагивает и забавно вскрикивает, увидев силуэт, держащийся одной рукой за проём. Неземные голубые глаза смотрят на него с опаской. — Вы кто такой?