Титан путей

      Эрен не понимал, где находится. Он не чувствовал своего тела. Не чувствовал земли под ногами, воздуха в лёгких или биения сердца. Казалось, будто он завис в пустоте, потеряв всё, кроме собственного сознания. «Что происходит?..» Он попытался открыть глаза. Ничего. Попытался пошевелиться. Ничего. А затем пришла боль. Не такая, какую причиняют раны или переломы. Эта боль была другой. Она будто разрывала разум на части. Перед глазами вспыхнули картины. Девочка. Босая. Испуганная. Она бежала через лес, спасаясь от людей с собаками. Затем огромное дерево. Свет. Падение. И сила. Невозможная сила. Эрен видел всё её глазами. Он чувствовал её страх. Её одиночество. Её покорность. Он видел, как Имир строила дороги, возводила города и уничтожала армии по приказу короля Фрица. Видел, как люди поклонялись ей как богине. И видел, как сама она оставалась рабыней до самого конца. Затем пришла следующая жизнь. Мария. Старшая дочь Имир. После неё ещё одна. И ещё. Десятки. Сотни. Каждая жизнь сменяла предыдущую. Каждая смерть становилась началом новой истории. Эрен видел всё. Он видел эпоху, когда титаны только появились в мире. Видел, как небольшое королевство превратилось в могущественную державу. Видел рождение Эльдийской империи. Её войны. Её победы. Её жестокость. Он видел, как титаны уничтожали города. Как покорённые народы теряли свои языки, традиции и историю. Как целые страны исчезали с лица земли. И впервые начал понимать ненависть мира к эльдийцам. Если бы он сам пережил подобное, он тоже ненавидел бы титанов. Воспоминания продолжали идти. Одни принадлежали Прародителю. Другие — Атакующему титану. Они сменяли друг друга словно страницы огромной книги. Прародитель. Атакующий. Прародитель. Атакующий. Снова и снова. Проходили столетия. Затем тысячелетия. Эрен уже давно перестал понимать, сколько времени прошло. Он просто наблюдал. Смотрел. Запоминал. Постепенно перед ним начала вырисовываться история мира. Не легенды. Не сказки. Не пропаганда. Настоящая история. История глазами тех, кто её создавал. Он видел Титанические войны. Видел, как Великие Дома Девяти титанов начали борьбу друг с другом. Как бывшие союзники превратились во врагов. Как сама Эльдийская империя начала пожирать себя изнутри. Именно тогда он впервые увидел человека, который позже станет легендой среди реставраторов. Филина. Не прозвище. Не символ. Первого человека, который носил это имя. Владельца Атакующего титана. Того самого, кто отказался признавать поражение. Пока остальные семьи делили власть и уничтожали друг друга, он видел приближающуюся катастрофу. Когда Эльдийская империя рухнула, он не отправился на остров вместе с Карлом Фрицем. Не подчинился Марлии. Не сдался. Он исчез. Скрыл своё настоящее имя. И взял новое. Филин. С тех пор это имя передавалось вместе с Атакующим титаном. Не как титул. Не как должность. А как идея. Как напоминание о том, что борьба ещё не закончилась. Но чем больше Эрен видел его воспоминаний, тем меньше соглашался с ним. Первый Филин мечтал восстановить Эльдийскую империю. Вернуть её прежнее величие. Вернуть её власть над миром. Однако Эрен уже видел, чем заканчивается такая власть. Он видел тысячи лет войн. Миллионы погибших. Бесконечный круг насилия. Нет. Возвращение империи не было решением. Воспоминания продолжали течь. И вскоре перед ним появился другой человек. Карл Фриц. Сто сорок пятый король. Человек, которого многие считали предателем. Или спасителем. В зависимости от того, кого спрашивать. Эрен видел мир его глазами. Видел войны. Видел бесконечные убийства. Видел, как сила титанов превращала любое государство в чудовище. И теперь он понимал, почему Карл Фриц сделал свой выбор. Он действительно хотел остановить этот кошмар. Хотел разорвать круг насилия. Хотел, чтобы титаны исчезли из истории. Но его решение было ошибкой. Бежать на остров. Стереть память людям. Запереть их за стенами. Ждать собственного уничтожения. Это не было спасением. Это было бегством. Проблема не исчезла. Она просто сменила хозяина. Эльдийская империя рухнула. На её месте появилась Марлия. Мир не стал лучше. Изменились лишь те, кто держал кнут. Последними воспоминаниями стали воспоминания Фриды Рейсс. Именно через них Эрен понял ещё одну вещь. Фрида не была безумной. Она действительно хотела положить конец страданиям. После разговора с Гришей она осознала то, чего не понял даже Карл Фриц. Проблемой были не эльдийцы. Проблемой была сама сила титанов. Пока она существует, всегда найдётся тот, кто захочет использовать её ради власти. Эрен был согласен с ней. Сила титанов должна исчезнуть. Рано или поздно. Навсегда. Но не сейчас. Не тогда, когда миллионы эльдийцев живут под властью Марлии. Не тогда, когда остров окружён врагами. Не тогда, когда уничтожение титанов приведёт лишь к новому геноциду. Сначала нужно выжить. Сначала нужно создать государство, способное защитить свой народ. Сначала нужно закончить войну. А уже потом уничтожить саму причину этой войны. Это был единственный путь, который казался ему правильным. Не империя. Не покорение мира. Не ожидание собственной смерти. Что-то другое. Что-то новое. Мысль ещё не оформилась окончательно. Плана ещё не существовало. Но направление уже появилось. Именно тогда поток воспоминаний начал замедляться. Впервые за всё это бесконечное путешествие наступила тишина. И где-то далеко впереди появился свет. Словно после очень долгого сна кто-то наконец открыл дверь. А затем Эрен начал просыпаться.