Титан путей

      Он уже не помнил, сколько раз рождался и умирал, прежде чем открыл глаза. Первое, что он увидел, — деревянный потолок. Второе — тупую боль во всём теле. Третье — незнакомое чувство пустоты. Несколько секунд он просто лежал неподвижно, пытаясь понять, где находится. «Где я?..» «Кто я?..» «Что со мной произошло?..» Мысли путались. Последним отчётливым воспоминанием была лесная поляна. Гриша Йегер. Инъекция. Маленький мальчик. Передача силы. Потом — тысячи лет чужих жизней. И темнота. «Помнится, я передал силу Эрену Йегеру.» «Значит... теперь я и есть Эрен Йегер.» «Ладно. Сначала нужно понять обстановку. Потом уже вживаться в роль.» Рядом послышался резкий шорох. Он повернул голову. Возле него сидела девочка с чёрными волосами и красным шарфом. Увидев, что он открыл глаза, она замерла. А затем по её лицу пробежало облегчение. — Эрен... Голос дрогнул. — Я боялась за тебя. В уголках её глаз появились слёзы. Филин несколько секунд смотрел на неё. Микаса Аккерман. Последний представитель азиатского рода внутри стен. Аккерман. Одна из самых важных фигур будущего. Но сейчас перед ним сидела просто испуганная двенадцатилетняя девочка. Он заставил себя говорить как ребёнок. — Что со мной случилось? — Ты не просыпался целую неделю. — Неделю? — Да. Микаса быстро кивнула. — Мы думали, что ты умрёшь. «Неделя...» «Честно говоря, маловато.» «Учитывая объём воспоминаний, которые я получил.» Он ожидал месяцев. Возможно, даже лет. Но вслух этого, конечно, не сказал. Микаса полезла в небольшую тканевую сумку и достала несколько кусков хлеба. Пять небольших ломтей. Она протянула их ему. — Поешь. Филин посмотрел на хлеб. Потом на неё. Потом снова на хлеб. «Это её еда.» Он слишком хорошо знал людей. По одежде. По лицу. По движениям. Микаса сама почти ничего не ела. Она просто отдала ему большую часть своих запасов. — Откуда это? — Люди дали. — Всем дали? Она отвела взгляд. Этого было достаточно. — Перестань меня опекать. Микаса нахмурилась. — Что? — Я мужчина. Как-нибудь переживу. Лучше сама ешь. — Нет. — Микаса. — Нет. Филин уже собирался продолжить спор. Но Микаса неожиданно сунула кусок хлеба ему прямо в рот. Он замолчал. Микаса смотрела на него с таким упрямством, что спорить дальше было бессмысленно. «Понятно.» «Если продолжать сопротивляться, она только сильнее начнёт переживать.» Поэтому он просто начал есть. Медленно. Небольшими кусками. Микаса заметно успокоилась. В этот момент со стороны входа раздались быстрые шаги. В помещение вбежал светловолосый мальчик. Увидев Эрена сидящим, он сразу оживился. — Эрен! Филин несколько секунд смотрел на него. «Так...» «Подожди.» «Я знаю его.» «Надо вспомнить...» Он быстро перебрал воспоминания Гриши. Потом обрывки воспоминаний самого Эрена. Наконец нужное имя всплыло. Армин Арлерт. Лучший друг. — Ты наконец проснулся! — выдохнул Армин. — Я уже начал переживать. — Похоже, не только ты. Армин нервно усмехнулся. — Как ты себя чувствуешь? — Терпимо. Филин сделал небольшую паузу. — Лучше расскажи, что происходит. Армин сразу стал серьёзнее. — Стена Мария потеряна. В помещении будто стало холоднее. — После падения Шиганшины всех беженцев перевезли за стену Роза. — Многие погибли. — Еды не хватает. — Люди постоянно ругаются. — Некоторые считают, что беженцев слишком много. — Другие обвиняют гарнизон. — В общем... Он замолчал. — Всё плохо. Филин внимательно слушал. Не перебивая. Каждое слово откладывалось в памяти. Каждая деталь. Каждое имя. Любая информация могла пригодиться позже. — А вы? — Мы спаслись вместе с дедушкой. — Пока живём здесь. — Как и остальные. Филин кивнул. — Понятно. Он осмотрел помещение. Повсюду лежали люди. Кто-то стонал. Кто-то кашлял. Кто-то просто смотрел в потолок. Раненые. Больные. Умирающие. Слишком много шума. Слишком много людей. Слишком мало пространства. — Пошли отсюда. Микаса удивлённо посмотрела на него. — Куда? — Мне здесь не нравится. Армин понимающе кивнул. — Тогда пойдём. Они медленно вышли наружу. Для вида Филин шёл неуверенно. Хотя на самом деле организм уже давно восстановился. Регенерация титана сделала своё дело ещё несколько дней назад. Но показывать это было нельзя. Пока рано. Слишком рано. Через некоторое время они добрались до места, где жили беженцы. Очередное длинное помещение. Та же крыша. Те же стены. Те же расстеленные на полу тряпки вместо кроватей. «Ну и разница.» Он невольно сравнил это место с дворцами древних королей, которые видел в воспоминаниях Прародителя. Сравнение оказалось не в пользу настоящего. Микаса помогла ему сесть. — Как ты? — Уже лучше. Он сделал вид, что устал. — Но всё ещё вымотан. — Наверное, посплю. Армин сразу поднялся. — Тогда отдыхай. Микаса несколько секунд смотрела на него. Потом тоже встала. — Мы будем рядом. — Угу. Когда они ушли, помещение снова погрузилось в относительную тишину. Филин лёг на спину и закрыл глаза. На самом деле спать он не собирался. Впервые после пробуждения рядом не было никого. Никого, перед кем нужно было играть роль. Наконец он остался наедине со своими мыслями. А значит, настало время разобраться, что делать дальше.