Тени призывают нас

Декабрь 1977 года

***

Пять недель пролетели в одно мгновение. Между ними, словно в тумане, растворились и промежуточные контрольные — быстро, почти незаметно. И, разумеется, на «Превосходно». Будто он вообще мог получить что-то ниже. И всё же… «Темный Лорд хочет тебя видеть». Голос Беллы тревожным эхом звучал в голове, выбивая и без того зыбкую почву из-под ног. Сириус не питал иллюзий: вести о внешнем мире просачивались даже сквозь толстые стены изолированной школы. Обрывки слухов о таинственном предводителе чистокровной оппозиции не приносили ни ясности, ни покоя. Короткой первой встречи оказалось достаточно, чтобы понять — этот человек не из тех, кто прощает. «Сири, да ты псих!» — отозвался внутренний голос, вспыхнув редкой искрой здравого страха. — «С твоим характером напороться на Аваду — плёвое дело. Ты же вообще не умеешь держать язык за зубами!» И всё же чем больше Сириус думал о Нём, тем сильнее разгоралось любопытство. Почему цвет британской аристократии склонял головы — не просто в подчинении, а почти с благоговением? Что их так влекло? Он не отличался добродетелью. И пусть не было публичных доказательств его преступлений, Сириус не сомневался — Он убивал. И не раз. Это читалось в глазах: нечеловеческих, тяжёлых, будто налитых застывшей кровью. Сириус был истинным Блэком — он знал Чёрную магию не понаслышке. Её следы. Её отметины. А Он… был ею пропитан. Настоящий Тёмный Лорд. Которому зачем-то понадобился школьник.

***

— Сири, не будь идиотом! Ему не отказывают! — Белла едва не кричала. Её роскошные кудри подпрыгивали в такт широким раздраженным шагам. — Это большая честь! — Белла, какого Мордреда? Не поэтому ли ты изначально затеяла свое «чаепитие»? — Мерлин, Сириус иногда ты такой идиот! И как только умудряешься держатся в рейтинге лучших учеников? Я когда тебе записку послала и когда ты соизволил показать свою рожу? У Милорда по-твоему других дел нет, как тебя неделями караулить?! На последней фразе голос Беллатрисы взлетел вверх, а в темных глазах зажегся Адский огонь. Опасный, глубокий и обжигающий своей непримеримостью. Сейчас она напоминала смертоносного дракона, охраняющего свое. В её истинном отношении к Волдеморту Сириус не сомневался, но в очередной раз убедиться лично… Фанатичность кузины удивляла. Хотя… Это же Белла. У неё никогда не было ничего в половину. Всегда в абсолюте. Всепоглощающая увлеченность и не менее сильная ненависть. Неиссякаемая жажда и энергия. В этом была вся она. Бесстрашная и верная Беллатриса. — Он к каждому проявляет такое «особое» отношение? — Нет, конечно! Только к самым достойным! — И давно достойных находят по рейтингам экзаменов и родословным? — удивленно вскинул голову мужчина, присаживаясь снова на кривой стул. — Или так быстрее? — Ну… — ему показалось или в глазах кузины промелькнула вина. — До него дошли слухи о твоих проделках в школе. Ему стало интересно. И я рассказала ему о тебе. — Чем ему может быть интересен школьник? — Почти выпускник, — деловито поправила она его, беря бокал с вином и делая глоток. — И что это меняет? Тут Белла отставила бокал в сторону и наклонилась к нему почти вплотную. — Это меняет все, дорогой кузен, — с придыханием прошептала она. — И скоро ты это поймешь. — Пойму что? — Мир меняется и никогда прежде не будет. И самое время решить на чьей ты будешь стороне. Сириус нахмурился. Она была права, и он чувствовал это. Предчувствие будущих перемен грозовой тучей витало в воздухе. Буря стремительно приближалась к порогу их домов. Что-то заставило потянуться ей на встречу. Не давая себе времени осмыслить порыв, он схватил кузину за левую руку и оголил предплечье. И застыл, пораженный. На тонкой бледной коже кузины чернильными линиями растеклись жутковатые узоры. Змея и череп. — Это?.. Ты?.. — Сириус слышал слухи, ходившие в школе о преспешниках Темного Лорда. О об особой Метки, которой Он их отмечал. — Это правда? Семья знает? Против его ожиданий Белла рассмеялась. И нежно провела рукой по Метке. На её лице застыла мечтательная улыбка. — Конечно, глупый! Разве можно скрываться от семьи? — Они знают… Но почему?.. Ему не хватало слов. Поверить в то, чтобы его гордая и напыщенная семья одобрила бы подобное. Чтобы дочь Блэков присягнула кому-либо. — Блэки склоняются только перед сильнейшими. — И поэтому Он хочет встречи? Заполучить еще одного Блэка в коллекцию? — Принять Метку можно только добровольно. Тебе нечего опасаться, милый кузен. Повисла тишина. Сириус ушел в себя. Собственные мысли кружили в хаосе непризнанных эмоций. Он не знал, что думать и как реагировать на признание кузины. Иметь догадки оказалось не тем же, что знать правду. А затем с его губ сорвалось: — Почему? Белла на мгновение прикрыла глаза, будто смакуя сам вопрос. — Это не объяснить словами, — наконец тихо произнесла она. — Это можно только ощутить. Её пальцы вновь скользнули по Метке — почти ласково. — Когда такой человек, как Он, выделяет тебя среди тысяч… Она открыла глаза. Взгляд стал другим — глубоким, почти одержимым. — Это не честь, Сириус. Это… призыв, — короткая пауза. — Которому невозможно сопротивляться. Мотылёк не спрашивает, стоит ли лететь на огонь. Он просто летит. Уголок её губ дрогнул. — Ты будешь жалеть, если откажешься, — добавила она уже мягче. Почти заботливо. Если бы Сириус не видел в её взгляде неприкрытый вызов. — Или наследник Блэк боится за свою жизнь? И она была права. Блэки не бегут от вызовов. Они их принимают.

***

Он переминался с ноги на ногу, неуверенно стоя посреди пустой гостинной. Лишенная привычной вычурности чистокровных, комната все же была обставлена с безупречным вкусом. Строгая симметрия мебели из темного дерева, приглушенный настенный свет который, казалось, не освещал, а скрывал все напускное. И ни одного родового герба. Это он мог сказать абсолютно точно. Ничего не выдавало личности владельцев. «Хотя… Вряд ли им было было удобно жить в склепах… Но все же странно… Обычное… ничего примечательного. Ни тебе черепов, темномагических предметов…» — Нашли что-нибудь интересное, мистер Блэк? Тихий мягкий голос прямо за спиной оказался неожиданным. «Давно Он там стоит? Как я мог пропустить его приближения?» — Не волнуйтесь, еще никому не удавалось почувствовать мое присутствие, если я того не желаю. — Вы читаете мысли, — не вопрос, утверждение. И от самой возможности подобного ему становилось неудобно. — Да, — легко признался собеседник, не став юлить, вопреки его ожиданиям. — Хотя в этом нет нужды — у вас все написано на лице. «Просто прелесть…» — кислый осадок осёл где-то между рёбер. Странный шум раздавшийся в этот миг можно было принять за смешок, но он поспешил откинуть подобные мысли прочь. «Темные Лорды ведь не смеются». — А еще живут в склепах, пьют кровь и сторонятся солнечного света. Не с вампиром ли вы меня спутали, мистер Блэк? Невольно Сириус ощутил, как к лицу прилила кровь. Нотка стыда пронзила тело, и ему стало неловко за собственную невежественность. Он хотел извиниться, но собеседник уже продолжил, словно ничего нового не случилось и он регулярно сталкивался с подобным. — Сириус Блэк, наследник Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк… Распетый, медово-тягучий тон обволакивал сознание нежным бархатом. Притягивал пониженными и глубокими нотами. И покорял. Никто прежде не произносил его фамилию так… банально? Без привычных восхвалений либо порицания. Ровно и просто, будто его фамилия была не важной, была ничем. «В отличие от имени». И будь он проклят, если скажет, что это не подкупало. «Ты — Блэк, запомни это! Ты потомок великих волшебников и колдуний! Ты должен соответствовать и не посрамить честь Рода!» – бесконечно вторила Вальбурга заветам собственных предков. Он никогда не был самим собой. Его всегда судили по семье — с раннего детства вынуждая стремится к недостижимым идеалам Древнейшего и Благороднейшего… — Признаюсь, я не совсем понимаю цель этой встречи, — осторожно проговорил Сириус, и в последний момент, спохватившись, добавил учтивое: — милорд. — Странно, мне говорили, ты весьма смышленый. Неужто ошиблись? Открытая провокация. — Я… Но Лорд уже развернулся и направился к двум стоящим креслам в дальнем углу комнаты рядом с незажженным камином. — Присаживайся. Властный взмах руки в сторону соседнего кресла. Небрежный щелчок пальцев, и сухие поленья в камине воспламенились, стремительно разгораясь, отчего Сириус в очередной раз поразился лёгкости, с которой его визави творил высшую магию. — Что же побудило юного талантливого волшебника восстать против собственной семьи? Когда другие многим пожертвовали бы за такую привилегию. — Я… — Сириус едва подавил инстинктивное желание облизнуть в миг пересохшие губы. — Неверный выбор круга знакомых. И он не солгал. Мысли о Джеймсе все также вызывали глухое раздражение. — Людям свойственно ошибаться, никто не может быть безгрешным. — Прям уж никто, — капля сарказма внезапно сорвалась с его языка. И Сириус испугался собственной дерзости. — Простите… Резкая тишина окутала комнату. Казалось, даже огонь в камине на мгновение притих. А затем Волдеморт произнес: — Забавно… Тихо. Почти лениво. Мужчина сделал шаг к огню, едва касаясь длинными пальцами языков горящего пламени. И в этой картине было что-то завораживающе. Как легко волшебник играл со стихией. Совершенно бесстрастно. — Твоя семья склоняет головы перед силой. Пауза. Лорд чуть склонил голову, будто прислушиваясь к чему-то, что было доступно только ему. — Но для тебя это не значит ровным счетов ничего, не так ли? Ты презираешь авторитеты, бунтарь по натуре. Сириус вскинул взгляд — резко, почти инстинктивно. Будто желая возразить. — Ты думаешь, я хочу сделать тебя одним из них? Лёгкий жест рукой — будто отметает саму мысль. — О, нет. В алых глазах разгорелось пламя. Будто застывшая кровь ожила и пришла в движение. — Я хочу посмотреть, кем ты станешь… От подобных слов сердце Сириуса пропустило удар. — Если перестанешь пытаться быть тем, кем тебя хотели сделать. И дашь волю своим инстинктам. Мягкая усмешка скользнула по чужим губам. — И решить, стоит ли этому помогать. «Что это за игры? Разве так он вербует себе сторонников? Долгими разговорами? Хотя едва ли это можно было назвать диалогом…» Но Лорд будто не услышал немых вопрос Блэка, продолжил: — Знаешь, это редкость. Обычно люди готовы на всё, лишь бы принадлежать чему-то большему… Взгляд Волдеморта стал внимательный, изучающий. — А ты, кажется, хочешь принадлежать только себе. Слова легли слишком точно. Неприятно точно. Сириус сжал челюсть, ощущая, как внутри поднимается знакомое упрямое раздражение — и что-то ещё, более опасное. Интерес. — И вас это… беспокоит? — холодно бросил Сириус. Он совершенно перестал понимать мотивы Темного Лорда. На мгновение показалось, что в глубине чужих глаз мелькнуло что-то вроде одобрения. — Напротив. Ответ прозвучал сразу. — Британия нуждается в сильных лидерах. Огонь в камине треснул, выбрасывая вверх сноп искр.