Тень Наару Бездны

Забытые Герои

В Эльвиннском лесу, среди зелёных деревьев и извилистых троп, находилась деревушка Златоземье. Там жил разведчик Кориф, который защищал свой край от гноллов и прочих угроз. Его острые глаза и ловкие движения позволяли ему быть незаменимым в любой миссии. Однако в сердце Корифа была пустота. Он жил ради долга, но однажды встретил любовь, которая изменила его навсегда. Его путь привёл его на остров Лазурной Дымки, куда он отправился с важным поручением. Там он увидел её — дренейку по имени Амари. Её облик, будто сотканный из звёзд, поразил его. Амари была не только красива, но и добросердечна. Как жрица, она помогала страждущим и исцеляла раны, не только телесные, но и душевные. Её свет проник в сердце Корифа, и он почувствовал, что наконец нашёл своё место в мире. Они провели вместе много времени, делясь историями своих народов и мечтая о будущем. Но мир не дал им шанса на долгую радость. Угроза Пылающего Легиона и разлом миров привлекли их внимание к Запределью, где кипела отчаянная борьба. Амари отправилась туда с первыми отрядами, чтобы помогать своему народу. Кориф последовал за ней, клянясь защищать её, как она защищала других. Они вместе сражались против демонов и хаоса, пока одна из битв не стала для Амари последней. Она пожертвовала собой, чтобы закрыть врата, через которые на них наступали орды демонов. Кориф вернулся в Эльвиннский лес другим человеком. Его больше не радовали пение птиц и ароматы диких цветов. Он пытался забыться, но каждый день без Амари был для него пыткой. Спасение он искал в крепком шнапсе, пока тот не разрушил его печень. Однажды утром на берегу озера местные охотники нашли его мертвым. Рядом с телом лежала промокшая от росы записка, написанная неровным почерком: Вся жизнь уйдёт прочь, Скоро исчезну и я... В сферы эмоций... Эмоций... Я думал... Для меня уже ничего не осталось. Совсем ничего. Всё исчезло. Нечего чувствовать и нечего понимать. Я не хотел Жить свою жизнь, И даже не хотел Жить ради собственной смерти… Старый охотник Гэррет, нашедший тело, долго стоял над записью. Он помнил Корифа ещё подростком — видел, как тот учился выслеживать дичь, как впервые ушёл в дальний патруль. Теперь от всего этого остались лишь несколько строк на мокрой бумаге и пустая бутылка рядом с трупом. Новость разнеслась по деревне быстро, но без особого шума. Смерть от пьянства не была редкостью, даже если умерший когда-то был героем. В таверне «Золотая кружка» несколько завсегдатаев вспомнили, как Кориф сидел в углу последние месяцы, пил молча и не отвечал напопытки завести разговор. — Сам виноват, — пожал плечами кузнец Томас. — Война кончилась, надо было жить дальше, а не топить горе в бутылке. — Легко говорить, — возразила трактирщица Марта. — Ты не терял никого в Запределье. — Многие теряли. Не все же спиваются, — отрезал кузнец. Записку сохранили скорее из суеверия, чем из уважения. Её засунули в ящик со старыми долговыми расписками и прочими бумагами. Лук и доспехи Корифа продали, чтобы покрыть расходы на похороны. Прошло несколько лет. О Корифе вспоминали всё реже. Его история стала одной из многих — о тех, кто не смог приспособиться к мирной жизни после войны. В деревню приезжали новые люди, селились в опустевших домах, заводили свои дела. Жизнь продолжалась. Единственным, кто ещё помнил подробности, был старый Гэррет. Иногда, сидя у камина в долгие зимние вечера, он рассказывал внукам о разведчике, который защищал их деревню от гноллов и нашёл любовь в далёких землях. Но даже в его пересказе история теряла детали, обрастала домыслами. — А что случилось с той дренейкой? — спрашивали дети. — Погибла на войне, — коротко отвечал дед. — Много кто погиб. — А почему дядя Кориф не женился на ком-то другом? Гэррет задумывался, глядя на огонь. — Некоторые люди устроены так, что могут полюбить только раз. Это не всегда хорошо для них самих. Со временем даже эти разговоры прекратились. Внуки выросли, у них появились свои заботы. Гэррет умер, унеся с собой последние живые воспоминания о Корифе и Амари. Записка с последними словами разведчика пролежала в ящике ещё несколько лет, пока новая трактирщица не устроила генеральную уборку. Она выбросила всё старое, включая пожелтевшую бумажку с неразборчивыми каракулями какого-то пьяницы. Так закончилась история любви, которая когда-то казалась способной изменить мир. Не осталось ни памятников, ни легенд — только могильный холмик на деревенском кладбище, который со временем сравняется с землёй, и даже имя на покосившемся деревянном кресте станет неразборчивым. Такова судьба большинства человеческих историй. Они горят ярко, но недолго, а потом гаснут, не оставляя следа в равнодушном мире.