Я выбираю себя

Мы вернулись за столик. Уже не те, что были пару часов назад. Я — пьяная, сбитая с толку, чувствующая себя живой. Они — расслабленные, улыбчивые, разомлевшие от выпивки и победы. Захария и Падма попрощались первыми — усталые, но довольные. Падма чмокнула меня в щёку на прощание, Захария хлопнул Драко по плечу и что-то сказал на ухо, от чего тот усмехнулся. Они ушли, оставив нас впятером. Мы болтали о чём-то необязательном — о квиддиче, о дурацких историях с тренировок, о том, как Блейз однажды упал с метлы во время показательного выступления и сломал руку. Я смеялась. Настоящим смехом. Не дежурным, не вежливым — а тем, от которого щиплет глаза и хочется дышать полной грудью. Чжоу стала собираться. Она потянулась, зевнула и посмотрела на Тео с таким выражением, что я сразу поняла — она не хочет идти одна. — Теодор, — протянула она, и в голосе звучала лёгкая капризная нотка. — Проводишь меня? Так поздно уже, а я не хочу одна по пустым улицам. Тео замялся. Он посмотрел на свой почти пустой стакан, потом на меня, потом на Драко. Я видела, что он не хочет уходить. Вечер только начинал набирать обороты, огневиски приятно грел изнутри, и компания была слишком хорошей, чтобы разбегаться в два часа ночи. Драко перехватил его взгляд и чуть приподнял бокал, улыбнувшись той своей ленивой улыбкой. — Тео, ты же не можешь отказать нашему загонщику, — сказал он. — Проводи девушку, она не должна идти в такое время одна. Тео хмыкнул: — Ты умеешь убеждать, Малфой. Драко откинулся на спинку стула, с видом человека, который уже всё решил. — Думаю, нам нужно будет повторить такой вечер. Не переживай, мы ещё соберёмся. Тео вздохнул — но с улыбкой. Поднялся, подошёл ко мне, нагнулся и поцеловал в щёку. Но поцелуй задержался на мгновение дольше, чем нужно для простого дружеского прощания. Его губы чуть задержались у моей скулы, и я почувствовала тепло его дыхания. Он приобнял меня за плечо, и его пальцы на мгновение сжались, будто он не хотел отпускать. Когда он отстранился, я почувствовала, как щёки вспыхнули. Я подняла глаза и случайно встретилась взглядом с Драко. Он смотрел на нас с лёгким прищуром, и в его взгляде мелькнуло что-то — не злость, но настороженность. Или интерес. — Приятно было познакомиться, Гермиона, — сказал он негромко, глядя на меня чуть дольше, чем следовало. — Надеюсь, увидимся ещё. Я улыбнулась, чувствуя, как щёки всё ещё горят, и он вышел за Чжоу. Дверь закрылась. Мы остались втроём — я, Драко и Блейз. На мгновение повисла тишина. Я смотрела в свой пустой стакан и чувствовала, как внутри приятно гудит огневиски. В баре играла тихая музыка, и мне не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался. Там, дома, меня ждал Рон. Пьяный. Злой. С разбитыми надеждами. Я не знала, что он скажет, когда я войду, и не знала, что отвечу ему. Где я была? С кем? Почему не вернулась? Я не хотела туда возвращаться. Блейз сидел напротив, лениво потягивал виски и, казалось, никуда не собирался. Драко молчал, но его присутствие ощущалось — тёплое, спокойное, без давления. Я чувствовала себя хорошо и спокойно. Я не напрягалась, не пыталась казаться лучше или умнее. Я просто была, здесь и сейчас. Мы перекинулись парой фраз — ни о чём. Блейз рассказывал, как однажды чуть не сжёг раздевалку Гарпий, а Драко усмехался в бокал. Я слушала и улыбалась. Всё было легко. Потом Драко поднял голову, посмотрел на Блейза. И я заметила, как что-то мелькнуло в его взгляде. Он не сказал ни слова — просто чуть приподнял бровь, когда Блейз налил себе ещё. И этого было достаточно. Блейз мгновение поколебался, потом отставил стакан, взял пиджак и поднялся, с лёгкой усмешкой глядя на Драко. — Ладно, Малфой, ты победил. Я не настолько пьян, чтобы не понять, когда меня выпроваживают. Драко усмехнулся: — Я не выпроваживаю. Просто даю тебе шанс уйти, пока я не решил, что ты мне больше не нужен. Блейз покачал головой с улыбкой: — Мне нужна новая команда. Он подошёл ко мне, легко коснулся моего плеча и, наклонившись, почти шёпотом сказал: — Не переживай. Ты в надёжных руках. Хотя я не уверен, что это комплимент. И вышел. Дверь закрылась за ним. Мы остались вдвоём. Только я и Малфой. Я смотрела на закрытую дверь, потом перевела взгляд на Драко. Он сидел расслабленно, но в его глазах горел тот самый огонь, который я уже видела сегодня. Он смотрел на меня, как на загадку, которую хочет разгадать. — Ты специально это сделал, — сказала я, чувствуя, как голос чуть дрожит. — Что именно? — он приподнял бровь, но улыбка уже играла на его губах. — Ты выпроводил их. Тео, Блейза. — Я ничего не делал, Грейнджер, — сказал он спокойно. — Я просто дал им возможность уйти. Они сами выбрали. — Ты приподнял бровь, и Блейз собрался за три секунды. Это не выбор. Драко усмехнулся, отпил из бокала и посмотрел на меня сверху вниз. — Значит, ты заметила. Я думал, ты слишком пьяна, чтобы обращать внимание на такие мелочи. — Я всегда замечаю всё, Малфой. Это моя суперсила, помнишь? Он засмеялся — тихо, низко, и от этого смеха у меня внутри снова всё перевернулось. — Помню, — сказал он. — И именно поэтому я не пытаюсь тебя обмануть. Он отставил бокал и чуть подался вперёд, сокращая расстояние между нами. Я почувствовала его запах — цитрус, дерево, что-то тёплое и родное. — Я хочу поговорить с тобой. Не с ними. Не с Блейзом, не с Тео. С тобой. Ты не хочешь остаться? Я смотрела на него и чувствовала, как пульс стучит в висках. Я знала, что должна сказать "нет". Что должна встать, попрощаться и уйти. Но я не хотела. — Я не знаю, — сказала я честно. — Сегодня я сделала много того, чего не планировала. Он улыбнулся — мягко, без насмешки. — А кто сказал, что нужно планировать? — Так о чём ты хотел поговорить, — сказала я, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Мы здесь вдвоём. Так что давай. Я слушаю. — Ты изменилась, Грейнджер, — сказал он, чуть склонив голову набок, разглядывая меня так, будто видел впервые. — Раньше ты бы ни за что не выпила чужой огневиски. И уж точно не стала бы танцевать с двумя парнями за один вечер. Я усмехнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло от его слов. — А ты перестал быть тем заносчивым придурком, который смеялся над моими зубами. Видимо, мы оба выросли. Он усмехнулся в ответ — тихо, низко, с той же лёгкой хрипотцой, от которой у меня мурашки бежали по спине. — Я и сейчас могу быть заносчивым. Но только когда рядом есть кто-то, кто это заслуживает. Я отвела взгляд, делая глоток, хотя бокал уже был пуст. Стекло звякнуло о столешницу, и Драко, не спрашивая, налил мне ещё. Его пальцы на мгновение задержались на моём запястье — и я почувствовала это всем телом. — Мы могли бы поговорить ещё в школе, — сказала я тихо. — Ты бы меня тогда слушала? — он приподнял бровь. — Нет. — А я — тебя. — он усмехнулся, сделал глоток и посмотрел на меня поверх бокала. — Но сейчас бы послушал. Правда. Я не знала, что на это ответить. Его слова звучали так просто, но в них было столько глубины, что я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. — Знаешь, — сказала я, глядя в свой стакан, — я не помню, когда последний раз чувствовала себя так... свободно. Просто быть собой. Без ролей. — Я вижу, — ответил он тихо. — Сейчас ты выглядишь иначе, чем пару часов назад. Ты пришла с красными глазами, мокрыми волосами, дрожала так, будто тебя выбросили на холод. А сейчас ты сидишь и улыбаешься. Я не знаю, как ты улыбаешься, когда тебе хорошо — мы не общались столько лет. Но я знаю, что сейчас ты выглядишь лучше. Я подняла на него глаза. Он смотрел на меня так, будто видел что-то, чего никто не замечал. Я почувствовала, как щёки начали гореть, и отвела взгляд, улыбнувшись в стол. — Что случилось? — спросил он прямо, но без давления. — Почему ты была заплаканная? Я замерла. Слишком много. Слишком больно. — Я пока не готова говорить на эту тему, — сказала я тихо, отводя взгляд. — Это Уизли? — он спросил это так спокойно, будто проверял очевидное. — Он тебя обидел? — Нет, — сказала я. — Не совсем. Он не обидел меня. Он просто... перестал меня видеть и слышать. — Прости, что спрашиваю о личном, — сказал он, и в голосе было тепло. — Это не моё дело. Но я просто не представляю, как можно хотеть обидеть тебя. Или не замечать. Я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Его слова звучали так просто, но в них было столько тепла, что у меня перехватило дыхание. — Осторожнее, Малфой. Ты говоришь такие вещи, к которым я могу привыкнуть. — Я на это и рассчитываю, — ответил он с лёгкой усмешкой. Повисла пауза. Тёплая, тягучая. Его пальцы снова коснулись моего запястья, на этот раз чуть дольше. Он провёл большим пальцем по моей коже, и по всему телу пробежала дрожь. — Ты не боишься, что кто-то увидит нас вместе? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — А ты? — он смотрел на меня в упор. — Я уже много лет не боюсь того, что обо мне думают люди. Он усмехнулся, и его пальцы сжали моё запястье чуть крепче. — Значит, мы оба давно перестали бояться. И это делает нас опасными друг для друга. — Или идеальными, — сказала я, сама не ожидая этих слов. Он замолчал, и я почувствовала, как воздух между нами стал тягучим. Его глаза потемнели, он подался ближе, и я ощутила его дыхание на своей коже. — Или идеальными, — повторил он медленно. Я перестала дышать. Его пальцы всё ещё лежали на моём запястье, и я чувствовала каждую секунду его прикосновения. Внутри всё трепетало. Я хотела сказать что-то умное, что-то, что вернёт нас в безопасное поле. Но вместо этого я просто молчала и смотрела в его глаза. Я смотрела на его раскрытую ладонь. Могла бы встать сама. Могла бы сказать "нет". Но вместо этого я вложила свою руку в его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих — тёплые, уверенные. Он помог мне подняться, но не отпустил. Я чувствовала его руку, его тепло, и внутри всё снова трепетало. Он подошёл к стойке, достал из кармана пиджака тяжёлый кожаный мешочек, развязал шнурок и высыпал на стойку горсть золотых галеонов — столько, что хватило бы на всю ночь для всей команды. Бармен округлил глаза, но Драко даже не посмотрел на сдачу. Просто кивнул, убирая пустой мешочек обратно. Рон, если бы видел это, сказал бы, что это целое состояние. А Малфой заплатил за всех, как за чашку чая. Молча. Без лишних слов. Мы вышли из бара. Ночной воздух ударил в лицо свежестью, и я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить пульс. Драко шёл рядом, не отрывая взгляда от дороги. Между нами висела тишина. — Ни ты, ни Тео не обязаны были нас провожать, — сказала я, чтобы хоть что-то нарушить тишину. — Мы спокойно могли аппарировать на улице. Он усмехнулся, не поворачивая головы. — В этом весь смысл, Грейнджер. Я остановилась. Он тоже. — Я не могу пойти домой, — сказала я, глядя в землю. — Я собираюсь снять номер в отеле. Мне нужно собраться с мыслями. Драко посмотрел на меня, потом поднял глаза к небу, будто проверяя время. — Гермиона, — сказал он, и я вздрогнула от того, как моё имя прозвучало в его голосе. — Сейчас четыре утра. У нас нет отелей, где героиню войны не заметят. Тебя тут же сдадут Скитер. Завтра ты будешь на всех полосах. Я открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что он прав. Я не подумала об этом. Совсем. — Я не подумала, — призналась я тихо. — Мы пойдём ко мне, — сказал он спокойно, но в голосе чувствовалась сталь. — Это не обсуждается. Я лягу на диване. Я приличный парень, поверь. Я попыталась сказать "нет", но он перебил меня, даже не дав договорить: — Это не обсуждается, Гермиона. Его взгляд был тёплым, но настойчивым. Он не примет отказа.