Раз, два, три... И больше нет любви

###

Повествование от лица Хëнджина

Знаете это чувство, когда просыпаешься и сразу понимаешь — день будет отстойным? Вот у меня сегодня было именно так. С самого утра в Академии «Тень» всё пошло наперекосяк. Сначала мой будильник-светляк решил заглючить и вместо мягкого света просто бахнул мне в лицо сгустком горячего воздуха. Потом я умудрился прожечь дыру в своём любимом домашнем худи, пока пытался силой мысли подогреть остывший кофе. Короче, утро задалось. Когда я наконец выполз из жилого корпуса Огня, на улице, как обычно, стоял этот дурацкий лесной туман. Наша Академия вообще славилась своей мрачной атмосферой. Представьте себе гигантский замок из чёрного камня, который наполовину врос в вековые деревья. Кругом сырость, мох, под ногами вечно хрустят какие-то ветки, а вместо нормальных ламп под потолками коридоров летают парящие сферы сжатого воздуха. Мы их называли «светляками». Факультет Воздуха их делал то ли из лени, то ли из экономии, но светили они отвратительно — тускло и как-то желтушно. В главных коридорах сегодня было не протолкнуться. Народу набилось столько, будто тут бесплатно раздавали артефакты. Все гудели, толкались и орали так, что у меня уши закладывало. Причина этого дурдома была проста — сегодня директор вывешивал списки новых боевых напарников у главного расписания. Я пробирался сквозь эту толпу, вообще не парясь о правилах. Мой чёрный форменный плащ был распахнут настежь, рубашка расстёгнута на верхние пуговицы, а рукава закатаны до локтей. Внутри меня и так вечно бурлил пожар, и эта викторианская строгость местной формы меня просто душила. Серьёзно, кто придумал эти высокие воротники? Садисты какие-то. Стоило мне сделать пару быстрых шагов, как серебряные узоры на моих манжетах начинали тлеть тускло-красным, реагируя на моё раздражение. От меня, наверное, за километр пахло гарью и корицей — мой стандартный набор, когда я не в духе. — Эй, Хёнджин! Здорóво! — из толпы вынырнул Чанбин, мой приятель по факультету. Он был уже в полной боевой экипировке и выглядел так, будто готов прямо сейчас пойти штурмовать Лес. — Ты списки видел? Слышал, что этот старик удумал? В этом году боевые пары сделают смешанными! Огонь с Водой, Земля с Воздухом. Прикинь, какой треш? — Да пофиг вообще, — буркнул я, даже не притормаживая. — Кто бы там со мной в паре ни оказался, ему придётся бегать за мной. Я подстраиваться ни под кого не собираюсь. — Ну-ну, посмотрим, как ты запоёшь, если тебе достанется какая-нибудь тихоня с Воды, которая будет падать в обморок от каждой твоей искры, — заржал Чанбин и скрылся в толпе, утягиваемый потоком студентов. Я наконец дошёл до центрального холла, где на огромной каменной стене висело расписание. Но подойти ближе не получилось. Толпа передо мной вдруг сама собой, очень плавно и синхронно, разошлась в стороны. Знаете, как в фильмах, когда идёт босс мафии? Вот точно так же. В воздухе резко похолодало. Причём так ощутимо, что у меня из рта вырвался лёгкий полупрозрачный парок. Я даже не смотрел вперёд, но моя кожа уже покрылась мурашками, а внутренний огненный лис недовольно заворочался в груди. Я прекрасно знал этот холод. Хван Йеджи. Староста факультета Воды, гордость Академии и ходячая катастрофа для моих нервных клеток.Она стояла у самой доски, спиной ко мне. Боже, на неё смотреть было тошно — идеальная, просто идеальнейшая прямая осанка, будто ей в позвоночник каменный штырь вставили. Форма застёгнута на все пуговицы, ни единой складочки, плащ выглажен так, будто она на нём не сидит, а левитирует. И её вечная причёска — две тугие, длинные тëмные косы, которые доходили ей почти до поясницы. Серебряная вышивка на её воротнике светилась ровным, леденящим неоново-синим светом, аккурат под цвет её стихии. Она что-то внимательно изучала в списках, вычёркивая какие-то имена в своём дурацком кожаном планшете. — Сделай одолжение, Хван, застегни рубашку. Ты нарушаешь устав и позоришь наш курс, — выдала она, даже не повернув головы в мою сторону. У неё что, радары на затылке встроены? — А ты сделай одолжение, ледышка, не учи меня жить, — я ухмыльнулся и намеренно сделал два больших шага вперёд, вплотную приближаясь к ней со спины. Я специально нарушил её личные границы, наклонившись над её плечом, чтобы тоже посмотреть на расписание. Расстояние между нами было от силы сантиметров двадцать. Я почувствовал, как от неё потянуло морозной свежестью и ароматом каких-то лесных кувшинок. В ту же секунду тепло моего тела столкнулось с её холодом, и между нами в воздухе зашипели микроскопические капли испаряющейся воды. Йеджи резко, как на шарнирах, развернулась ко мне лицом. Её чистые голубые глаза — кошачьи, с тем самым опасным разрезом, который у неё появлялся, когда она была готова кого-нибудь придушить, — встретились с моими красно-коричневыми. Между нами будто реальный электрический ток проскочил. Знаете, этот звук «тс-с-с», когда капля воды падает на раскалённую сковородку? Вот прямо у нас между лицами это и произошло. — Ты оглох? — процедила она, и её ладони, скрытые длинными рукавами формы, слегка сжались в кулаки. Вокруг её пальцев тут же закружились прозрачные нити конденсирующейся из воздуха воды. Она контролировала их идеально, даже не напрягаясь. — Я сказала: приведи форму в порядок. Если декан увидит тебя в таком виде, выговор получит весь наш поток. — Ой, да ладно тебе, староста, расслабься, — я лениво засунул руки в карманы брюк и чуть наклонил голову набок, разглядывая её. — Декан Огня сам ходит в обгорелом плаще, так что ему фиолетово. А вот тебе, я смотрю, скучно живётся, раз ты считаешь чужие пуговицы. Может, тебе просто не хватает немного... тепла? При слове «тепла» я намеренно позволил углям в своих красно-коричневых глазах разгореться ярче, а зрачки на секунду сузились, выдавая мою тотемную лисью натуру. Йеджи даже не моргнула. Её взгляд стал ещё холоднее, если это вообще было возможно. Температура в коридоре упала ещё на пару градусов, и стоящие рядом первокурсники благоразумно попятились назад, соображая, что сейчас тут начнётся локальный апокалипсис. — Твоё пижонство и высокомерие сгорят на первой же серьёзной тренировке в Лесу, Хёнджин, — очень тихо, но отчётливо произнесла она, чеканя каждое слово. — Ты думаешь, что если твоё пламя яркое, то ты бессмертный? Лес таких, как ты, щёлкает как орехи. Ты просто хаотичная угроза для школы. — Посмотрим, кто из нас растает первым, детка, — я придвинулся ещё на сантиметр, буквально заставляя её смотреть на меня снизу вверх, хотя разница в росте у нас была не такой уж огромной. — Когда твой идеальный лёд превратится в лужу из-за меня, не забудь извиниться. Мы стояли посреди холла как два полных придурка, тяжело дыша и буквально прожигая друг друга взглядами. Вода против Огня. Красно-коричневый против чистого голубого. Атмосфера была накалена так, что казалось, чиркни спичкой — и всё взлетит на воздух. Толпа вокруг замерла в ожидании драки, кто-то даже начал делать ставки. Но додумать свою победную реплику я не успел. Над Академией раздался оглушительный, вибрирующий звон главного колокола. Этот звук шёл откуда-то из подземелий, сотрясая каменные стены. Общий сбор. Всем студентам срочно явиться на Арену. Йеджи в последний раз прожгла меня своим ледяным кошачьим взглядом, в котором читалось явное обещание закопать меня при удобном случае. Она круто повернулась на каблуках, её длинные косы взметнулись в воздухе, едва не задев моё лицо, и она быстро зашагала в сторону амфитеатра. Самое смешное, что от её обуви на каменных плитах реально оставались едва заметные влажные следы, которые тут же испарялись под моим тяжёлым, горячим взглядом. Я проводил её глазами, глубоко вздохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце (и нет, вообще не от страха, просто эта девчонка умела бесить как никто другой), и поплёлся следом за толпой. Через десять минут весь наш курс уже торчал на трибунах Главной Арены. Это место выглядело жутковато, но атмосферно — огромный амфитеатр, вырубленный прямо в чёрной скале. Крыши тут не было, вместо неё над головами переплетались ветки гигантских деревьев, сквозь которые пробивался вечный серый туман Туманного Леса. В самом центре, на круглой площадке, засыпанной мелким песком, уже стоял директор. На нём был длинный парадный плащ, а в руках он держал старый, пожелтевший свиток. Я забрался повыше, на самые верхние ряды сектора Огня. Уселся, вытянув ноги, и принялся лениво крутить между пальцами маленькую искру. Она с тихим треском перекатывалась по моим костяшкам, приятно согревая кожу. На противоположной стороне, в секторе Воздуха, как всегда, было шумно. Там у них вообще своя атмосфера — вечные сквозняки, смех и полное нежелание подчиняться гравитации. Прямо по центру первого ряда сидела Лиа. Точнее, как сидела — она буквально парила в паре сантиметров над каменной скамьей, скрестив ноги в воздухе. Её серые глаза мерцали от любопытства, а в длинные шоколадные волосы были вплетены какие-то мелкие лесные перья, которые шевелились от её собственного дыхания. Она весело болтала с девчонками, и вокруг неё постоянно кружили маленькие вихри из сухих листьев. Воздушные, что с них взять. Полный хаос и спонтанность. А вот прямо под ней, на трибуне Земли, сидел Ким Сынмин. И это был полный противовес Лии. Сынмин устроился идеально ровно, поправил свои очки в тонкой серебряной оправе и что-то сосредоточенно строчил в кожаном блокноте. Его темно-карие глаза, цвета глубокой плотной почвы, были максимально серьёзными. Сынмин ненавидел, когда что-то шло не по плану. Он, наверное, уже расписал весь свой семестр по минутам, включая время на обед и чистку обуви. От него даже на расстоянии веяло абсолютным спокойствием и запахом свежей хвои после дождя. — Тишина! — эхом разнёсся голос директора, усиленный магией воздуха. На Арене мгновенно стало тихо. Даже Лиа соизволила опуститься на скамью, хотя её серые глаза продолжали сканировать толпу. Я погасил искру на пальцах и выпрямился. Предчувствие было паршивым. — Студенты Академии «Тень», — директор обвёл трибуны строгим взглядом. — Лес меняется. Тьма наступает на наши границы быстрее, чем раньше, а старые методы тренировок изжили себя. Мы больше не можем позволить вам вариться внутри своих кланов. Чтобы выжить в грядущих испытаниях, вы должны научиться контролировать баланс. С этого дня ваши боевые дуэты будут состоять из представителей противоположных стихий. По амфитеатру пронёсся шквал возмущённых криков. Студенты Огня повскакали с мест, воздушники начали свистеть, а земляные недовольно загудели. Все понимали, что смешать противоположные стихии — это как засунуть кота и собаку в один мешок. Директор резко вскинул руку, призывая к порядку, и развернул свиток. — Перейдём к распределению. Нация Земли и Кланы Воздуха! Ким Сынмин и Чхве Лиа — вы назначены напарниками на весь учебный год. Я тут же перевёл взгляд на нижние трибуны. Это надо было видеть! Сынмин замер на полуслове, его карандаш так и остался висеть над блокнотом. Он медленно поднял голову, и его темно-карие глаза за стеклами очков округлились от шока. Весь его идеально просчитанный мир только что разнёсся в щепки. А Лиа, наоборот, удивлённо моргнула своими мерцающими серыми глазами, а потом... заулыбалась. Она свесилась через перила своей трибуны и весело помахала Сынмину ручкой. Бедный парень выглядел так, будто у него прямо сейчас случится микроинсульт от её легкомыслия. — Продолжим, — директор перевернул страницу пергамента, и у меня внутри всё подозрительно сжалось. — Племя Огня и Клан Воды. Хван Хёнджин и Хван Йеджи. Вы — боевой дуэт номер один. В этот момент моё сердце, кажется, ухнуло куда-то в район ботинок, а потом забилось с утроенной силой. Серьёзно?! Да он издевается! Я резко повернул голову в сторону сектора Воды. Йеджи уже смотрела прямо на меня. Её чистые голубые глаза сузились, превратившись в две ледяные щелочки, а на лице застыло выражение такого дикого ужаса, пополам с чистой, концентрированной яровкой, что мне на секунду захотелось провалиться сквозь землю. Её косы даже слегка приподнялись, реагируя на выброс водной магии. Она смотрела на меня так, будто я лично поджёг её любимую библиотеку. Я медленно поднялся со своего места, чувствуя, как красно-коричневые угли в моих глазах разгораются с новой силой. Страх? Ну уж нет. Теперь это был чистый азарт. Раз уж старик решил устроить нам весёлую жизнь, я сделаю так, чтобы эта ледышка запомнила каждый наш совместный день. — Ну всё, попали, — тихо ухмыльнулся я про себя, застёгивая наконец одну пуговицу на рубашке — чисто ради приличия. — Этот семестр будет просто адским. Трибуны всё ещё продолжали возмущённо гудеть, но директору было откровенно плевать на наши протесты. Он свернул свой древний пергамент, и тот с сухим щелчком исчез где-то в складках его плаща. — Я вижу по вашим лицам, что вы полны... энтузиазма, — с лёгкой издёвкой произнёс старик, и его голос разнёсся по Арене. — Но теории на сегодня хватит. Ваша первая совместная практика начнётся прямо сейчас. Пара номер один — Хёнджин и Йеджи, на поле. Пара номер два — Сынмин и Лиа, приготовьтесь. Я мысленно чертыхнулся. Прямо сейчас? Без подготовки? Я лениво перемахнул через перила трибуны и спрыгнул на жёлтый арена-песок, на ходу разминая плечи. С противоположной стороны площадки к центру шла Йеджи. Если бы взглядом можно было заморозить человека, я бы уже превратился в ледяную глыбу и украшал собой вход в Академию. Её чистые голубые глаза буквально светились от злости, а шаги были такими резкими, что песок под её сапогами покрывался тонкой хрустящей корочкой инея. Мы остановились друг напротив друга в паре метров. Директор отошёл к краю площадки. — Ваша задача проста, — объявил он. — Синхронизация. Нападение со стороны Леса. Создайте термальный щит. Огонь должен подогреть воду, чтобы получилась плотная паровая завеса. Если щит продержится три минуты против теневых гончих — зачёт ваш. Начинайте. Едва старик договорил, как из железных клеток на краю Арены выскочили две массивные теневые гончие — лесные твари, сотканные из чёрного тумана и когтей. Они глухо зарычали и рванули прямо на нас. — Слушай меня, пижон, — сквозь зубы бросила Йеджи, резко вскидывая руки. Из песчаных лунок у её ног тут же вырвались два мощных водяных хлыста. — Я держу периметр и атакую. Твоё дело — просто поддавать тепла снизу. И не вздумай лезть вперёд, сгоришь. — Ещё чего, ледышка, — я ухмыльнулся, чувствуя, как азарт бьёт по мозгам, а красно-коричневые угли в моих глазах вспыхивают на максимум. — Я не собираюсь сидеть у тебя за спиной. Смотри и учись! Я сделал резкий выпад вперёд и выбросил ладони перед собой. Прямо из песка взметнулась стена яркого, яростного пламени, перерезая дорогу первой гончей. Тварь завизжала, отпрянув от жара. Но моё пламя было слишком хаотичным — горячий воздух резко ударил в сторону Йеджи, нарушая её концентрацию. — Хёнджин, идиот! Ты мне всю воду испаряешь раньше времени! — крикнула она. Её кошачьи глаза яростно блеснули. Она взмахнула руками, направляя огромную ледяную волну прямо сквозь мой огонь. Столкновение стихий вышло эпичным. Раздался оглушительный взрывной звук «БАНГ!», и всю Арену в радиусе двадцати метров заволокло таким густым, кипящим паром, что я мгновенно потерял Йеджи из виду. — Сама дура! Ты же нас заслепила! — крикнул я в белый туман, закашлявшись. В эту же секунду из пара выскочила вторая гончая, целясь клыками мне прямо в горло. Я едва успел выставить блок, но лесная магия твари была сильнее — меня ощутимо впечатало спиной в песок. Тварь нависла сверху, обдавая туманной гнилью. Я уже приготовился выжечь всё вокруг себя суицидальным взрывом, как вдруг прямо над моим ухом раздался резкий свист. Водяной хлыст Йеджи мёртвой хваткой обвил шею гончей и с силой отшвырнул её в сторону. Через секунду Йеджи уже стояла надо мной, тяжело дыша. Её идеальные косы немного растрепались, а на щеке красовался след от копоти. Она протянула мне руку, чтобы помочь подняться. — Хватит мериться силой, Хван, — выдохнула она, и в её чистых голубых глазах впервые вместо злости промелькнуло что-то похожее на командный дух. — Если мы не соединим пламя и воду прямо сейчас, эти твари нас сожрут. Сбавь напор своего огня. Сделай его мягче. Я посмотрел на её ладонь, потом в её ледяные глаза. Мой внутренний лис недовольно фыркнул, но затих. Я перехватил её руку — её ладонь была обжигающе холодной, а моя — горячей. На стыке наших кож снова зашипел пар, но в этот раз это было даже... приятно. — Ладно, староста. Твоя взяла, — я поднялся и встал с ней спина к спине. — Давай устроим им баню. Я закрыл глаза, концентрируясь. Вместо яростного взрыва я заставил своё пламя течь ровным, глубоким подземным теплом прямо под ногами Йеджи. Она уловила этот ритм. Её вода больше не замерзала в лёд и не испарялась в никуда — она превратилась в идеальный, плотный термальный купол, который мягко поглощал все атаки теневых тварей. Гончие бились о наш щит, но не могли пробить эту идеальную смесь огня и воды. — Время! — крикнул директор с трибун. — Зачёт! Гончих в клетки. Пар медленно рассеялся. Мы с Йеджи всё ещё стояли спина к спине, тяжело дыша. Я повернул голову и посмотрел на неё через плечо. Она тоже оглянулась. Между нашими лицами снова было совсем небольшое расстояние. — А ты не такая уж и безнадёжная, ледышка, — тихо сказал я, не удерживаясь от ухмылки. Йеджи резко отдернула свою руку, которую я, оказывается, всё ещё держал, и демонстративно отвернулась, возвращая себе свой маску строгой старосты. Но я готов был поклясться, что заметил, как кончики её ушей слегка порозовели. — Иди в баню, Хёнджин, — буркнула она и пошла к трибунам. Я проводил её взглядом, чувствуя, как угли в моих красно-коричневых глазах довольно тлеют. Ну что ж, первый раунд за нами. Я уселся на бортик Арены, вытирая пот со лба, и перевёл взгляд на песок. Теперь была очередь второй пары. Сынмин медленно снимал свои очки, протирая линзы краем плаща и с явным обречением смотрел на Лиа. А Лиа уже вовсю прыгала на месте, создавая вокруг себя маленькие весёлые торнадо и предвкушая их зрелище. Мой взгляд упал на обложку блокнота Сынмина, где красовалась надпись его рукой: «План на семестр». «Удачи тебе, бро, — подумал я, глядя на то, как Лиа случайно сдула его блокнот потоком воздуха. — Твоему плану официально хана».