Следующий принц

Облака над Королевским дворцом были густыми и мрачными. Утренний прогноз погоды на главном телеканале обещал кратковременные грозы в течение всего дня. Это привело к отмене утреннего урока верховой езды Кханина, так как мажордом опасался, что юный принц может упасть в обморок от гнетущей жары. Хотя соревнования приближались, Кханину ещё предстоит многому научиться. График был плотным, особенно в такой субботний полдень. Чакри говорил, что, хотя Эммали больше не полагается на лошадей как на средство передвижения, верховая езда остается важным навыком для королевской семьи. Она необходима для участия в официальных мероприятиях и играх. Чаран приехал рано утром. Как новый Первый помощник, он должен был ждать юного принца. Они почти не разговаривали, пока у Кханина не выдался перерыв. Из-за изменения дневного расписания Кханин оказался у окна в правом крыле дворца; скрестив руки на груди, он погрузился в свои мысли. Размышляя о не дающих покоя проблемах, он пробормотал себе под нос: — Мне кажется, он выглядел искренне печальным. — Эти слова привлекли внимание Чарана, поглощенного книгой. Он слегка приподнял бровь и буднично спросил юного наследника: — Кто? Вокруг больше никого не было. Чаран сидел, закинув ногу на ногу, на большом кремовом диване. — Джей Джират. — Он актер, — прокомментировал Чаран со вздохом. Этот единственный вздох заставил Кханина плюхнуться на тот же диван: — Верно, но он интересный. — Мы не знаем, на чьей он стороне. Он может быть шпионом другой семьи, — заметил Чаран. Юноша кивнул, соглашаясь с его осторожностью: — Ты прав. Но его навыки впечатляют. Во время встречи он двигался быстро и был очень внимателен, — заметил Кханин, придвигаясь к Чарану ещё ближе. Он потянулся к iPad на столе, заставив своего помощника затаить дыхание – тот не ожидал такой близости. Аромат шампуня от волос Кханина взбудоражил его чувства. Чаран повернулся, бормоча что-то, похожее на комментарий о Джее Джирате: — Ненадежный. Только Чаран знал, что его слова имеют двойной смысл. Он имел ввиду не только Джея, но и самого себя... — В каком смысле ненадежный? Джей? — спросил Кханин, хлопая ресницами и вытягивая шею в его сторону. Эти милые жесты давались ему так естественно. Юный принц явно ослабил бдительность, особенно рядом со своей командой. Чаран понимал все действия Кханина; тот вёл себя так, потому что не хотел, чтобы кто-то осознал его истинные способности. Поэтому он скрывал свой секрет. Кханин заставил всех поверить, что их отношения именно такие, как намекают слухи. Это было полезно для поддержания видимости, но ничего не давало сердцу Чарана. — Да… — Ненадежный, но интересный. — Кханин оторвал взгляд от планшета. Он показал Чарану фотографию Джея Джирата с лукавой улыбкой на губах, будто у него было много мыслей, которыми он не готов делиться. — Есть поговорка: «Держи друзей близко, а врагов – ещё ближе». — И что ты будешь делать, если он – «крот»? Идея Кханина была интригующей, но защитный инстинкт Чарана был не менее силен. Мужчина вернулся в серьёзный режим. Он слегка отодвинулся от юноши, стараясь сохранить дистанцию. Однако Кханин наклонился так сильно, что почти положил голову ему на плечо. — Давай заставим его подписать соглашение о неразглашении, чтобы приглядывать за ним. Мы не должны говорить ему много. Давай потестируем его какое-то время. Если что-то просочится, мы будем знать, кто предатель. Тогда мы сможем подать в суд и сделать из него пример для других. Лучше держать его при себе. — … — Если нам повезет, мы получим ценного члена команды. В противном случае мы поймаем шпиона и получим более чёткое представление о наших конкурентах. — … — Его прошлое несложно восстановить. После вчерашней встречи я попросил Чакри навести о нем справки. Он немедленно вернулся в родной город. Смотри, его семья управляет гостиницей, — сказал Кханин, протягивая iPad Чарану. Тщательность наследника заставила того задуматься и согласиться с ним. Чаран молча взял iPad и просмотрел историю Джея, составленную Чакри. Он восхитился дотошностью мажордома – тот изложил историю актера просто и понятно. Однако там не было ничего примечательного, кроме карьеры; его история в фехтовании была ещё более заурядной. — Не вижу ничего особенного, — пробормотал Чаран. Его брови нахмурились, когда возникло странное чувство. Движения и координация Джея... были действительно интересными. — Разве не странно, что его биография невзрачна, а навыки впечатляют? Может быть, он занимался фехтованием подпольно, — предположил Кханин, озвучив мысли Чарана. Они были на одной волне. — Хорошо, я попрошу Ветида ещё раз проверить прошлое Джея Джирата. — Я хочу поехать к нему... Э-э, то есть... Я хочу поехать к нему сегодня. Чаран прищурился, глядя на губы Кханина, сжатые в тонкую линию, прежде чем спросить о том, что его заинтриговало. И это не имело отношения к текущему обсуждению. — Я хотел спросить тебя ещё раньше: почему ты не ведешь себя чуть более официально? — Ну... я не привык. — Тёмно-карие глаза Кханина избегали взгляда Чарана, уставившись в iPad, но Чаран не собирался оставлять эту тему. — Ты сказал мне, что мы будем использовать неформальные обращения, когда останемся одни, — напомнил он ему. — Я имел ввиду... я имел ввиду, что мы будем говорить более спонтанно, — заикнулся тот. Чаран сам не заметил, как улыбнулся. Вид бормочущего и отводящего взгляд Кханина заставил его сердце биться чаще. Он не мог уловить момент, когда всё начало меняться. Раньше ему не нравилось, когда кто-то подходил слишком близко или вел себя слишком фамильярно. Но, теперь он подумал, что было бы... мило, если бы Кханин называл себя в третьем лице (как это принято в Таиланде) или называл его «Пи’», как несколько дней назад. — К тому же, на днях я назвал тебя «Пи’» только для того, чтобы Итт и остальные поняли, что мы близки — ну, будто мы флиртуем. Чем дольше Чаран хранил молчание, тем больше оправданий придумывал Кханин, и его нервное поведение заставило мужчину тихо рассмеяться. Очаровательно... по-настоящему очаровательно. — Что тут смешного? Почему ты смеешься? — Кханин раздражённо нахмурился, и его сбитое с толку выражение лица лишь подтвердило прежние мысли Чарана. — Разве ты не этого хотел? — мягко спросил Чаран с улыбкой, от которой Кханин густо покраснел. — Ну... да. — Тогда тебе стоит вести себя более убедительно. Если кто-то услышит, как официально мы разговариваем, никто не поверит, что мы... флиртуем. Кханин был уверен, что ему это не привиделось: в глазах Чарана вспыхнул озорной огонек. — Теперь ты надо мной издеваешься. Прекрати. Так ты меня отвезешь или нет? Иначе я поеду один, — Кханин попытался сменить тему, чтобы спастись от него. Чаран решил на этот раз отпустить «котёнка». «Может испугаться...» — промелькнула в его голове мысль. — Если я тебя отвезу, пообещай, что не будешь рисковать и будешь следовать всем моим инструкциям. — Несмотря на то что пасмурная погода вызывала у него беспокойство, оставить Кханина вне поля зрения или позволить ему ехать одному было исключено. Если бы он отказал, тот, скорее всего, сбежал бы тайком, нажив ещё больше проблем. Если принц на что-то решился, то остановить его было трудно, поэтому лучше было приглядывать за ним самому. — Хорошо, обещаю... Клянусь... Я не буду упрямиться и буду вести себя хорошо. Я всё время буду у тебя на виду. Пожалуйста, поехали. Пожалуйста, пожалуйста... — Хм... Если едем, тебе нужно быстро собраться. Дорога отсюда до дома Джея не займет много времени, но если начнется дождь, путь может стать трудным. Чаран не знал, было ли дело в том, как Кханин его умолял, или в чём-то другом, но в последнее время он замечал, что всё легче уступает его просьбам. Он повернулся к окну, на мгновение замер, глядя на небо и просчитывая в уме расстояние и время. По правде говоря, Чаран не любил рисковать и ездить в дни, когда обещали дождь. Однако желания Принца были важнее. ***** Как только тёмно-серый Mercedes-Benz остановился, юный наследник, одетый как обычный парень, выскочил из машины и раскинул руки, словно желая обнять прохладный ветерок. Кханин сделал глубокий вдох, оглядываясь вокруг сияющими глазами. Перед ними высилась величественная гора, а внизу раскинулись деревушки. Вдоль дороги виднелись небольшие указатели к гостинице, подтверждающие, что они прибыли по адресу. — Воздух такой свежий... Совсем не такой, как в Давине, — пробормотал юноша восторженным голосом, всё еще стоя с закрытыми глазами. Второй пассажир, едва выйдя из машины, быстро огляделся и инстинктивно подошёл ближе к Принцу. — Будь осторожен. Снаружи опасно. В следующий раз не открывай дверь сам. Ты должен ждать, понятно? — Тон был строгим, но юноша обернулся и одарил его такой лучезарной улыбкой, что у Первого помощника почти помутилось в глазах. — Я же сказал тебе, это просто поездка, обычная поездка, как у любой другой пары. Не будь таким занудой, – Кханин напомнил ему об их уговоре. Они не хотели, чтобы кто-то раскрыл их секрет, поэтому решили придерживаться выбранного метода. — В любом случае, не стоит быть неосторожным. — Понял! — Он приложил руку к сердцу, имитируя стражников, принимающих приказ. Однако, увидев, что Чаран качает головой, собираясь отчитать его, Кханин быстро сменил тему. — Пойдём. — Хорошо, сюда. — Помощник указал жестом вперёд, предлагая юному наследнику идти первым. Но реакция Кханина была иной. — Пары так не делают... они делают вот так. — Вместо того чтобы идти вперёд, Кханин схватил Чарана за руку, переплетая свои пальцы с его. Почувствовав это тепло, Чаран ощутил, как его душа куда-то уплывает. — Посмотри на своё лицо. Не забывай, в этот раз мы должны вести себя убедительно. Что бы я ни сказал – подыгрывай мне. Убеждением займусь я. Твоя задача – быть внимательным, но при этом выглядеть естественно. Сделай так, будто со мной ты – самый покладистый человек в мире, окей? — Кханин объяснял долго и подробно. Чаран кивнул в знак согласия. Он потакал ему не из чувства долга – это уже были чисто личные чувства… — Понял. Идем, — согласился он и последовал за указателем «Гостиница Ниран». Вход выглядел неплохо: уютный декор и скромное пространство создавали ощущение семейного тепла и местного очарования. Чаран осмотрел небольшой холл. За входной аркой находилась зона для приёма гостей. Было тихо, интерьер в деревенском стиле с бело-коричневой мебелью контрастировал с сочной зеленью растений. Перед ними была длинная деревянная стойка, за которой никого не было. На столе стоял золотистый колокольчик среднего размера с табличкой: «Позвоните в колокольчик, если вам нужна помощь». Колокольчик зазвенел сразу же, как только Чаран закончил читать надпись. Обернувшись, он увидел, что тот уже в руках у юноши. — Иду! Простите, что заставила ждать, — отозвался женский голос изнутри, пока Принц возвращал колокольчик на место. Женщина средних лет в кухонном фартуке вышла к стойке с изумленным видом. — Добрый день, — Чаран прервал тишину. Его глаза встретились с глазами женщины, которую он узнал по описанию, как мать Джея, одну из владелиц гостиницы. — Добрый день, кхун Чаран... добрый день... э-э, Ваше Высочество, принц Кханин. Поскольку они были очень известны, никаких представлений не потребовалось. — Здравствуйте. Не нужно быть официальными. Расслабьтесь. — Непринужденность Кханина помогла наладить разговор, хотя это и не могло полностью скрыть замешательство на лице женщины. — Вы забронировали комнату? — Осторожное поведение хозяйки дома заставило нежданных гостей переглянуться. Чаран поймал взгляд юноши и отступил на шаг, понимая, что Кханин сам возьмет на себя ведение беседы. — Мы здесь, чтобы увидеть господина Джея Джирата. Он на месте? — Э-э... я могу чем-то помочь? Видите ли, Джей... он сейчас никого не хочет видеть. — Мать выглядела встревоженной, вероятно, из-за внезапного визита высокопоставленных лиц, прибывших без предупреждения. — У меня есть к нему важное дело. Это то, о чём он сам меня просил. Если мы не встретимся сегодня, боюсь, он упустит важную возможность. — Красноречие Кханина впечатляло; Чаран чувствовал, что юноша вывел свои навыки на новый уровень. Он не только научился красиво говорить и использовать терпение, чтобы разрядить обстановку, но и освоил новый тон, в котором звучала власть, при этом сохраняя уважение к старшим. — Ну... — Подождите! — Казалось, само время и судьба сошлись в одной точке, когда Джей, только что вышедший из спальни, широко распахнул глаза. — Да, Ваше Высочество... Вы можете встретиться со мной... Искренне прошу прощения за ожидание! Он поспешно скатился по лестнице, заикаясь от волнения. Актёр запыхался, он буквально летел вниз. Меньше чем через минуту его высокая и стройная фигура уже замерла за спиной матери. — Я готов. Мы можем поговорить сейчас. Я очень рад возможности поговорить. — Лицо Джея светилось надеждой. Кханину казалось, что он снова видит тот же блеск, что был в глазах Миры, в глазах их потенциального нового члена команды. — Хорошо... В таком случае, давайте сначала найдем тихое место. Кханин улыбнулся, снимая напряжение в воздухе. Джей пошёл вперед, а Кханин последовал за ним, откашлявшись и напустив на себя серьёзный вид. Но он не удержался: показал Чарану «большой палец» и шутливо подмигнул, отчего тому стоило огромных трудов сохранить бесстрастное выражение лица. Прозвище «Малявка» (Mocciosetto) подходило Кханину идеально. ***** — Я перейду сразу к делу, — начал Кханин вскоре после того, как они вошли в комнату ожидания. Юный принц поставил чашку чая, приготовленную матерью Джея, на низкий столик, прежде чем поднять вопрос. Он мысленно похвалил себя за то, что вспомнил совет дедушки: фраза «Я перейду сразу к делу» позволяет легко начать любую тему. — Ваше Высочество?.. — Энтузиазм Джея рос, его оленьи глаза сияли надеждой, подпитывая решимость Кханина. Иметь талантливых людей в команде – это хорошо, но иметь и талант, и страсть – ещё лучше. Это сделает их грозными и пугающими конкурентами. — Причина, по которой я сегодня здесь – пригласить тебя присоединиться к нашей команде. Тебе это интересно, кхун Джират? — Кханин взглянул на Чарана, который хранил молчание, скрестив руки на груди и сохраняя суровое выражение лица, как они и договаривались. — В-Ваше Высочество... Да, Ваше Высочество. Это была бы огромная честь для меня. — Глаза Джея наполнились слезами. Он согласился мгновенно, не скрывая своего возбуждения и радости. — Но, если ты присоединишься к команде, тебе придется соблюдать наши условия, — вмешался глубокий голос Чарана, отчего улыбка на привлекательном лице Джея померкла. — Какие условия? — всё же захотел узнать Джей. В его глазах промелькнула тень беспокойства, которая, впрочем, быстро исчезла. Он был актером и умел хорошо справляться с эмоциями. — Ты должен подписать соглашение о неразглашении, подтверждающее, что ты не раскроешь никакой информации, касающейся принца Кханина или дел дома Ассавадеватин. Кроме того, ты должен разрешить людям семьи Пхитатева следовать за тобой и охранять твой дом 24/7 до конца соревнований. Никому не разрешается перемещаться без уведомления или получения разрешения от меня. Всё, что ты будешь делать после подписания контракта, должно быть прозрачным и проверяемым. — ... — И если ты нарушишь условия, тебе придется немедленно покинуть команду. После чего мы начнем судебное разбирательство и подадим на тебя в суд в соответствии с подписанным контрактом. — Суровый голос Чарана, который Кханин давно не слышал в свой адрес, звучал угрожающе. Джей тяжело сглотнул – не потому, что ему было что скрывать, а потому, что от Чарана исходила аура опасности. Юноша лишился дара речи, что вынудило Кханина вмешаться и помочь ему. — Что вы об этом думаете, кхун Джират? — Кханин не возражал против условий, так как знал, что они были тщательно продуманы. Чаран добавил детальные правила, чтобы перекрыть любые лазейки, что было выгодно принцу. — Мне нечего терять, и я уверен, что я достаточно прозрачен. — Его уверенность очень понравилась Кханину. — Тогда я поручу адвокату составить контракт и пришлю его тебе онлайн. Как только подпишешь, сможешь приехать во дворец. Я извещу мажордома. Добро пожаловать в команду... — Он протянул руку с улыбкой. Джей быстро пожал её, сделав несколько легких рукопожатий, но поспешно отстранился, когда почувствовал странный взгляд человека, стоящего рядом с юным принцем. Взор Чарана был не менее пугающим, чем прежде. Стоило Джею коснуться руки Принца, как от Чарана внезапно начала исходить такая мрачная аура, будто внутри дома стали сгущаться темные тучи. — Я понимаю. Однако у меня есть небольшая просьба. Если Ваше Высочество позволит, — заикнулся Джей, видя, что атмосфера снова накаляется. — Да? — Вы сказали, что будут присматривать за моими родителями. Могу я... могу я попросить кого-то, кто выглядит по-доброму? Я не хочу, чтобы они волновались, они уже в почтенном возрасте. — Конечно, — немедленно ответил Чаран, уже мысленно подбирая для этого задания людей с дружелюбной внешностью. — На самом деле, у нас нет особого распорядка. В основном мы сидим в гостинице, но каждый день ходим на рынок за продуктами для завтраков и ужинов гостей. Это место известно своими ужинами. Мы подаем кхао сой с тушеной говядиной и острое рагу из говядины... Видя, что Чаран его не прерывает, Джей быстро объяснил образ жизни своих родителей. Юноша пустился в подробности, чтобы помочь собеседнику всё понять, но казалось, что Кханин сосредоточился на чем-то другом. — Кхао сой с тушеной говядиной? — Да, Ваше Высочество... Это наш фирменный рецепт. — О, это интересно. В любом случае, мы закончили наши дела. Контракт остается в силе, как и договорились. Увидимся во дворце. Пойдем, Чаран. — Закончив, Кханин поднялся с большого дивана, готовый уйти, но его остановило громкое урчание в животе, нарушившее тишину. Кханин покраснел и неловко улыбнулся, мягко потирая живот. В наступившей тишине аромат тушеной говядины стал ещё отчетливее, усиливая его голод. — Э-э... будет ли уместным, если я приглашу вас и господина Чарана поужинать у меня дома, прежде чем Ваше Высочество уедет? — … — Рагу почти готово, а путь отсюда до города займет несколько часов. Если Ваше Высочество не возражает… — Ничуть. Я не из тех, кто зациклен на сословиях. Я человек покладистый, но... что ты думаешь? Чаран посмотрел на юношу, который лишь притворялся, что спрашивает его мнение, хотя его сердце, вероятно, уже было полностью во власти запаха еды. — Ты голоден? — Нет… Совсем нет. — Но твой желудок урчит. — Он тихо рассмеялся. Чаран знал, насколько Кханин горд, и именно поэтому любил его поддразнивать. — Я оставляю выбор за тобой. Если ты не голоден, мы можем вернуться к тренировкам... — Я умираю с голоду. Остаемся на кхао сой с тушеной говядиной. **** Послеполуденное солнце пряталось за облаками, пока Келвин Ли со скучающим видом смотрел на дорогу внизу. К счастью, его жизнь в эти дни не была суетливой, что давало ему время тратить его на пустяки – например, стоять и потягивать горячий чай, наслаждаясь закатом из окна небоскреба в соседней стране; редкое занятие в его жизни. Келвин отхлебнул ароматный чай. Сказать, что ему совсем нечего было делать, было бы преувеличением. Как известно, перед ним всё ещё стояла задача найти команду для спонсирования. И, честно говоря, ему не следовало больше медлить. — Я отправил вам информационные файлы участников соревнований, Ваше Королевское Высочество, — сказал Бен, его секретарь, доедая свой полдник. Он поднял белую салфетку с колен, чтобы промокнуть рот, а затем взял планшет. — Спасибо. — Принц открыл файлы, подготовленные Беном. Всё было именно так, как говорил его отец. Команда Пхучонгпхисут была действительно очень интересной. Все фехтовальщики были чемпионами, то же самое можно было сказать и о Минанкхарин. Навыки их бойцов были одинаково впечатляющими. Напротив, семья Ассавадеватин выглядела совершенно иначе. — Нет никакой информации о фехтовальщиках семьи Ассавадеватин? Не то чтобы они были слабее, но у семьи «Золотого коня» в команде не было ни одного фехтовальщика. Несмотря на то что Кханин был одним из чемпионов по фехтованию в Англии, он не проявлял никакого энтузиазма в подборе членов своей команды. Странно... — Нет никаких отчетов о наборе фехтовальщиков семьи Ассавадеватин, Ваше Высочество. Есть только слух о том, что юный Кханин может купить целый клуб. Келвин нахмурился. По сравнению с двумя другими семьями, Ассавадеватин казалась наименее перспективной. В слух о покупке целого клуба было трудно поверить. За этим должно было стоять что-то ещё… — Но есть ещё кое-что, о чём я хочу вам сообщить, Ваше Королевское Высочество. — Продолжай. — Джей Джират, театральный актер. Наши источники сообщают, что вчера он посетил виллу господина Чарана. А сегодня утром и принц Кханин, и кхун Чаран отправились в дом семьи господина Джея в провинции. Келвин не думал, что когда-нибудь снова услышит это имя, и его пальцы, пролистывавшие информацию об атлете из команды Рамиля, замерли. Он поднял взгляд на того, кто был одновременно его секретарем и телохранителем, с непроницаемым выражением лица. Если он правильно помнил, у Джея был ещё один дом – маленькая гостиница в деревне. Неужели Кханин отправился туда со своим Первым помощником? На первый взгляд это могло показаться случайной поездкой, но также ходили слухи, что актёр и раньше посещал дом Чарана. «Актёр и помощник принца Ассавадеватин??? Может ли это быть связано со слухом о покупке членов клуба?...» — Проверь, какой опыт в фехтовании есть у Джея Джирата, — инстинктивно приказал он. Келвин не был уверен, но он уже начал сопоставлять имеющуюся у него информацию. Такому человеку, как Чаран, ничего не нужно было от кого-то вроде Джея – ни денег, ни власти. По сути, эти двое вообще не должны были пересекаться. — Я приложил файл, Ваше Высочество. — Бен, как всегда исполнительный и проницательный, подготовил второй файл с информацией, которая была нужна принцу. Он прочел всё и вздохнул, не найдя ничего примечательного. У Джея Джирата был неплохой опыт в фехтовании, но на этом всё. Ничего выдающегося. Тогда почему он связался с этой парой?... Возможно, существовала информация, которой он не знал или не мог найти… Вероятно, пришло время пойти на риск. – Свяжись с семьёй Ассавадеватин. Скажи им, что мы хотим увидеть список членов их команды, чтобы принять решение о спонсорстве. — Слушаюсь, Ваше Королевское Высочество. — Если Джей Джират в списке, я стану спонсором Ассавадеватин. ***** В кабинете Рачаты самого хозяина не было. Рамиль сидел в большом изумрудно-зеленом бархатном кресле, сложив руки на коленях и закрыв глаза, чтобы сдержать ярость в ожидании отца. Рачата намеренно избегал его после инцидента с Петхаем, и сейчас он участвовал в важной встрече с высокопоставленными министрами, которая тянулась уже несколько часов. Рамиль был подобен вулкану, готовому к извержению. «И даже если скажу? Что ты сможешь сделать?» — мелькнул у него в голове разговор с Петхаем. Спокойный голос контрастировал с дрожащими зрачками, скрывавшими эмоции. Петхай всегда был таким: всё держал в себе, из-за чего его невозможно было предугадать. Рамилю приходилось прилагать огромные усилия, чтобы понять его. Путь к тому, где они были сейчас, не был лёгким. Между ними всё было непросто с самого начала... — Когда ты пришел? — Наконец ожидание принесло плоды. Властный голос Рачаты вырвал Рамиля из раздумий. Он резко вскочил, бросив на отца свирепый взгляд, от которого тот невольно вздрогнул, не понимая причины такой враждебности. В глазах сына Рачата увидел отражение самого себя в молодости, но с иной решимостью. В Рамиле её было больше, чем когда-либо в нём самом. — Что вы сделали? — спросил юноша. Наследник пристально смотрел на отца, пока тот проходил мимо к креслу за тёмным письменным столом. Его глаза не выражали эмоций. — Я преподал ему урок. — Рачата не выказал ни капли беспокойства и даже не притворился, что не понимает, о чём говорит сын. Он протянул руку к лежащей перед ним папке и начал читать. Его безразличие лишь подлило масла в огонь ярости сына. — У вас нет на это права! Рамиль пришёл сюда не для того, чтобы выслушивать оправдания. Он подошёл прямо к столу и выплеснул всё, что бурлило внутри. — Что ты сказал? — Мы давно отменили это нелепое наказание. У вас нет права поступать так с моими людьми! — Слова Рамиля относились к старым правилам семьи Пхучонгпхисут, которые отличались от правил любой другой семьи. Правила, которые с самого начала вдалбливали ему как единственно верные. — Это было его долгом. — Нет, Петхай не обязан страдать ни за кого! — … — Оставьте Петхая в покое! Предупреждаю вас! Иначе я не гарантирую, что буду сидеть сложа руки! — Редкая манера вызова в сочетании с его от природы свирепым взглядом делала юношу ещё более пугающим. Рамиль собирался уйти, чётко обозначив свои требования. Однако гнев всё ещё клокотал в его груди, слишком сильный, чтобы просто исчезнуть. — Что ты собираешься делать, Рамиль? Используй мозги, чтобы вспомнить, кто ты и в чём твои обязанности! — Рачата попытался утвердить свою власть над сыном, как это делали с ним самим в прошлом. Но, Рамиль не был похож на него. — Мне плевать! Если вы снова пойдете против Петхая... — Ты… — …Я опрокину всю шахматную доску! Ледяная атмосфера воцарилась в кабинете, когда Рамиль развернулся и вышел, направляясь к своим покоям. В спальне на верхнем этаже Петхай всё ещё ждал возвращения Рамиля. Он кусал губу, вспоминая их вчерашний разговор. «И даже если скажу? Что ты сможешь сделать?» «Я могу сделать больше, чем ты думаешь!» Последняя фраза, брошенная молодым господином перед тем, как он в ярости ушёл в другую часть дворца, лишила Петхая дара речи. Комок в груди, казалось, хотел выдать его, заставляя подавлять все чувства. Рамиль настоял на разговоре с Рачатой, хотя прошла уже ночь. Он не собирался сдаваться и не позволил Петхаю уйти домой. «Как ты можешь идти домой с раной на лице?» Причина была совершенно иррациональной. Петхай в разочаровании запустил пальцы в волосы, меряя комнату шагами. Он злился на самого себя, злился из-за того, что чувствовал... беспокойство за такого упрямого человека. Вибрация телефона в кармане вернула его к реальности. Он схватил телефон, намереваясь сбросить вызов, но передумал, увидев номер на экране. — Как успехи? — Ничего необычного, кхун. Похоже, они там просто на отдыхе. — Отчёт нанятого им человека не давал новых зацепок. Петхай вздохнул и пробормотал ответ, прежде чем закончить разговор, не желая затягивать его и рисковать быть обнаруженным. — Хорошо... Продолжай следить за ними. Петхай не хотел рисковать, выслеживая Чарана лично, поэтому ему пришлось прибегнуть к услугам посредника. Дверь за его спиной открылась, и появился тот, кого он ждал. Они обменялись короткими взглядами, создав неловкую атмосферу, прежде чем человек более высокого ранга медленно подошёл ближе. — Всё ещё больно? Тёплые пальцы коснулись его щеки, посылая утешительное тепло к самому сердцу. Петхай опустил веки, слегка качнул головой и пробормотал, пытаясь сменить тему: — Теперь всё в порядке... А что с соревнованиями? Я слышал, что Ассавадеватин планирует купить целый клуб. — Это невозможно. Никто не был бы настолько безумен, чтобы сделать это. — Рамиль убрал руку и рассмеялся. Большинство предпочитало временно нанимать фехтовальщиков, а не покупать их – отчасти ради экономии, отчасти потому, что никто не хотел брать на себя ответственность за владение атлетами. — Если только у них нет спонсора, который их поддержит. — Молчание Петхая подтверждало, что он согласен. Они могли бы развить эту тему, но Рамиль получил сообщение от Сивакорна, и выражение его лица мгновенно изменилось. Петхай понял, что что-то не так: — Что случилось? – Сивакорн сообщил, что принц Келвин заинтересован в спонсировании команды Кханина. — Его голос был полон тревоги. Рамиля беспокоила возможность того, что то, что он считал невозможным, действительно может сбыться. — Что ты будешь делать? — спросил Первый помощник, пока Рамиль набирал номер. — Свяжись с Сивакорном, чтобы организовать выкуп игроков, которых мы наняли в клубе. — Он должен был принять оборонительные меры. Рамиль считал Кханина незначительным соперником, но теперь ему пришлось пересмотреть свое мнение. Если бы Кханин получил спонсора и действительно смог купить целый клуб, лучшие фехтовальщики, которых выбрал Рамиль, оказались бы под угрозой перекупа. — Это может быть неправдой. У Ассавадеватин даже нет фехтовальщиков в составе. Зачем принцу Келвину спонсировать их? — Потому что это Ассавадеватин! – Этого восклицания было достаточно. Семья, которая всегда была номером один, по определению вызывала больше интереса, чем команда, пришедшая просто поучаствовать. — Но мы ещё не знаем, действительно ли принц Келвин станет их спонсором. — Сивакорн никогда не ошибался в своей работе. — Информация, которую он предоставлял, всегда была точной, поэтому Рамиль начинал нервничать так же, как и Петхай. — Возможно, всё гораздо сложнее. Чаран никогда бы не позволил Кханину совершить подобное. — Петхай скорее бормотал это себе под нос, чем обращался к Рамилю. Оба были на взводе. Зная характер Чарана, Петхай понимал: происходит что-то необычное. — Ты хорошо его знаешь, да? Этот парень здесь, чтобы делать ту же работу, что и ты. Он хоть раз в жизни держал в руках рапиру? — Все знали, что Чаран не имеет никакого отношения к фехтованию. Петхаю нечего было возразить. — Что бы ни случилось, мы должны об этом позаботиться. Фехтовальщики, которых мы арендовали, всё ещё принадлежат клубу. Если они действительно намерены их купить, мы потеряем всех выбранных игроков. Лучше закрепить за собой лучших заранее. — А как же бюджет... — Деньги не так важны, как победа. Если мы их не обеспечим, как ты можешь быть уверен, что они не используют этих игроков против нас? — Но Чаран… Имя соперника заставило Рамиля нахмуриться: — Чьей именно победы ты хочешь? Они на мгновение встретились глазами, затем Петхай кивнул, соглашаясь: — Делай, как считаешь нужным. — Нельзя было отрицать, что Кханин становился грозным противником, и метод Рамиля казался лучшим вариантом. Он связался с Сивакорном, передавая приказ о выкупе атлетов. Однако в ответ он получил новости, которые привели его в замешательство. — Ваше Высочество, в выкупе нет необходимости. Фехтовальщики, которых Ваше Высочество желает приобрести, с самого начала были собственностью Пхучонгпхисут. — Что ты сказал?.. ***** Деревенский воздух перед закатом был заметно прохладнее, чем обычно в столице. Трава колыхалась на ветру, и так как кхао сой с тушеной говядиной ещё не был готов, Джей предложил Кханину и Чарану прогуляться по окрестностям перед ужином. Они не планировали оставаться на ночь, но когда их пригласили к столу, ни Кханин, ни Чаран не подумали отказаться. Ещё одной причиной было то, что Кханин хотел воспользоваться этой редкой возможностью погрузиться в атмосферу, которую ему редко доводилось испытывать. Их ноги ступали по тропинке, и Кханин глубоко вздохнул, чувствуя себя более расслабленным теперь, когда вокруг никого не было. Он искоса взглянул на Чарана, шедшего позади. Он заметил, что, если только они не находились в людном месте или это не происходило случайно, Чаран редко шёл рядом с ним. Казалось, он привык позволять Кханину вести, в то время как сам прикрывал ему спину. Каждый раз, когда юноша замедлял шаг, помощник делал то же самое, из-за чего идти плечом к плечу было невозможно. — Эй, — окликнул Кханин, делая вид, что замедляется. Как и ожидалось, расстояние между ними осталось прежним, и Чаран не сделал ни шага навстречу. — М-м? К счастью, использование королевского языка больше не было барьером между ними, иначе у Кханина голова разболелась бы ещё сильнее. — Почему ты идёшь так медленно? — Что?.. — Ты идешь медленно. — Хочешь, чтобы я шёл рядом? — прямо спросил Чаран. Меньше чем через секунду он поравнялся с Кханином. — Да, — простым шепотом ответил юноша. Он позволил прохладному воздуху освежить себя, чувствуя тепло в груди только оттого, что Чаран теперь шёл бок о бок с ним, а не за спиной. Чаран привык позволять Кханину руководить, но теперь он знал, как следовать за своим сердцем... и это было хорошо. — Кхао сой с говядиной? — спросил Чаран, чтобы нарушить тишину, надеясь увидеть, как тот с энтузиазмом закивает. Но, Кханин сделал обратное. — Нет... совсем нет. На самом деле я терпеть не могу блюда из лапши. — Кханин покачал головой с легкой улыбкой, его взгляд блуждал. — Но я мало съел на завтрак, и... это блюдо напоминает мне об отце. — О Тхатданае? — Да. Когда мы были в Лондоне, он часто его готовил. Иногда это был обычный кхао сой, иногда с тушеной говядиной... но мне больше нравилось с говядиной. Её было легче подцепить вилкой, и вкус был лучше. Папа всегда говорил, что готовит это блюдо, чтобы научить меня пользоваться палочками. В те времена я ел всё вилкой, — рассказал он, смеясь, хотя его глаза не улыбались. Смена настроения заставила Чарана стать осторожнее. Казалось, он невольно затронул глубокое воспоминание, поэтому он предпочел промолчать, давая Кханину пространство для раздумий. — Я давно не ел этого. Но, с той самой первой ночи, как я приехал сюда, не только голод заставлял меня желать его, но и тоска. — С Тхатданаем всё будет хорошо, он очень способный. — Чаран будто бы шутил, но он знал, что Кханин не просто болтает. Он понял глубокий смысл его слов и предлагал утешение. — Надеюсь. Мы расстались не на самой доброй ноте. И у меня никогда не было возможности извиниться или сказать, что я его люблю. Я только винил его, других, винил тебя. Теперь я понимаю, что мой отец сделал для меня... — Голос Кханина дрогнул. Он заставил себя улыбнуться, притворяясь, что говорит небрежно, но внимательные глаза Чарана всё видели. — Тебе не нужно улыбаться, если тебе грустно. — Он положил руку на плечо Кханина, глядя на юношу, который изо всех сил старался быть сильным. — Можешь выговориться, если хочешь. — Я... Честно говоря, я спрашивал себя, зачем я родился. Другим не пришлось бы бороться или жертвовать собой, если бы меня здесь не было. У тебя могла быть своя жизнь, а папа мог бы жить во дворце. Вы все могли бы жить так, как хотели. Я даже не могу убедить себя в том, что моя жизнь – это что-то хорошее, — тихо пробормотал он, раскрывая свои мысли. Он позволил себе проявить слабость, потому что это пространство он делил только с Чараном. Слёзы подступили к глазам, и он опустил голову, позволяя течь этому символу своей уязвимости. Чаран сжал плечо Кханина, давая понять, что он всё ещё здесь. Это был третий раз, когда он видел слёзы Кханина, и каждый раз всё было иначе. По правде говоря, Чаран был рад слушать, рад, что Кханин позволил себе быть искренним. Но если бы он мог выбирать... Этому лицу больше подходили улыбки, чем слёзы… — Это хорошо. Хорошо, что ты всё ещё здесь... — … — Хорошо, что судьба свела нас. — Не задумываясь, Чаран протянул руку и коснулся щеки Кханина, большим пальцем вытирая слезы. Тёплое чувство, казалось, окутало их среди пения птиц и заходящего солнца. Кханин подумал про себя, что это действительно прекрасно – что у него всё еще есть Чаран. Хотя их начало было не лучшим, тот всегда был рядом, от Лондона до этого момента. Несмотря на недопонимания, он был единственным человеком, которому Кханин хотел открыться... Их взгляды встретились, и на мгновение Кханин прильнул к руке Чарана. Тот перестал вытирать слезы и просто накрыл щеку Кханина ладонью. От нежного прикосновения юноша медленно закрыл глаза. Возможно, из-за создавшейся близости ни один из них не беспокоился о своих жестах. Чаран держал руку на его щеке, пока не почувствовал, что Кханину стало лучше, затем медленно убрал её. — Почему ты никогда не злишься, даже когда я упрямлюсь? — полюбопытствовал Кханин, открывая глаза. Высохшие слезы оставили следы, а покрасневший нос заставил Чарана улыбнуться. — Ну, ты не настолько упрям, чтобы я не мог с этим справиться. Чаран сделал вид, что задумался, но в конце концов дал ответ, который успокоил Кханина, и тот улыбнулся, глядя на него. — В следующий раз я буду более послушным. Обещаю. — Не обязательно, просто не будь больше таким упрямым. — Понял. — Он слегка надул губы, заставив Чарана рассмеяться. Напряжение, возникшее во время серьёзного разговора, постепенно начало спадать. — Ты всё ещё хочешь поплакать? — Кто плакал? Просто пыль в глаза попала, — возразил он, быстро качая говой. Чаран усмехнулся, продолжая поддразнивать его: — Ладно, должно быть, это было очень много пыли. — Ты снова надо мной издеваешься. Не верится, что ты такой... Всё, хватит. Пойдём лучше посмотрим на тот вид, — сказал Кханин, указывая на здание вдали, где люди стояли в очереди — вероятно, это была пекарня, а не смотровая площадка. — Пойдём. — Чаран не стал его останавливать, позволяя Кханину вести их за собой. Там, среди сельских жителей, мизинец Кханина переплёлся с левым мизинцем Чарана. Мужчина посмотрел на этот скромный, но трогательный жест, а затем снова переключил внимание на то, что происходило вокруг. Они вместе зашагали в направлении, которое указал Кханин. На улице было многолюдно, и Чаран не мог позволить себе небрежность. Он отогнал отвлекающие мысли и как раз собирался притянуть Кханина поближе, когда произошло нечто неожиданное... — А?.. На перекрестке кто-то бросился прямо к Кханину. Человек бежал на огромной скорости, явно намереваясь сбить его с ног, но Чаран оказался быстрее. Он рванул Кханина в сторону в самый последний момент, успев заметить что-то в левой руке незнакомца. Блеск острого предмета поймал солнечный свет, и глаза Чарана расширились. В этот миг страх сжал его сердце так сильно, как никогда прежде. — Осторожно! — А-а-а-а!