Следующий принц

       Все окружающие звуки, казалось, замерли. Чаран моргнул, обдумывая неожиданную просьбу молодого принца. – Если ты победишь, сможешь попросить у меня что угодно. – Кханин не проявлял ни малейшего признака сомнения. Чаран прищурился, заинтригованный, размышляя над его поведением, чтобы понять намерения. Он не был уверен, что тот действительно знает обычаи Эммали. Кханин имел бы преимущество в поединке: королевское происхождение ставило его выше закона о дуэлях, и если бы он победил, будучи из королевского рода, Чаран должен был бы выполнить любую просьбу без всяких условий. Но, если бы победил Чаран, ему не предоставлялось право ни вести переговоры, ни предъявлять требования. Однако, если молодой принц не знал этой оговорки, дуэль была бы равной. – Каковы правила? — спросил Чаран, пытаясь прощупать почву. Если тот был не в курсе, дуэль могла бы показать его истинную сущность. Качества, необходимые для хорошего правителя. Если он осознает, что его народ не сможет победить, но все равно заставит кого-то делать то, чего тот не хочет, как он может считаться хорошим лидером? – Правила такие же, как в любой стандартной дуэли, но если ты победишь, не сможешь просить меня вернуться в Эммали — это бесполезно! Теперь стало ясно, что он не знает правил… Признаться, Чаран был этому сильно удивлен. Одно хорошо: молодой принц хитрый, но не лживый... – Какой стиль будем использовать? Международный или стиль Эммали? – Международный! – Кханин убедился, что не окажется в невыгодном положении. Чаран прекрасно понимал, что юноша лучше владеет международным стилем, чем стилем Эммали, но… – Что скажешь? Или ты боишься? – Выражение лица Кханина напоминало маленькую лису, пытающуюся заманить его в ловушку. Он вызвал его на дуэль, потому что знал, что тот не откажется: Чаран был из Эммали, и было очевидно, что он уважает традиции больше, чем кто-либо другой. – Договорились. – Отлично! У тебя есть правила, чтобы предотвратить обман? – Нет – спокойно ответил старший. Ответ удивил юного принца. Кханин думал, что Чаран окажется более хитрым: использует условия, как контрмеру и заставит его вернуться в Эммали. Но, в таком случае он бы использовал заранее подготовленный запасной план. Если бы он победил, (а в этом он даже не сомневался), то попросил бы Чарана отступить. Это была бы непрямая просьба избежать возвращения в Эммали, но позволила бы исключить его из своей жизни… – Проигравший не может нарушить соглашение, — продолжил Кханин, поднимая мизинец, чтобы скрепить обещание. – Проигравший не может нарушить соглашение, — согласился Чаран после короткой паузы. Он посмотрел на тонкий палец, затем соединил его со своим. Кханин улыбнулся: – Тогда можем начинать! – Погоди! – Что ещё? – Дождемся, пока никого не будет, когда твои друзья уйдут. – Почему? – Без особой причины. Короткий и необъяснимый ответ озадачил его. Они некоторое время молча смотрели друг на друга, затем молодой принц оценил возможные варианты… Было несложно прийти к правильным выводам… «Так значит ты боишься проиграть перед другими?.. Хорошо, подождем, пока стемнеет, чтобы начать!» - самонадеянно подумал юноша. Постепенно, время ускользало и вот уже небо стало тёмным... Когда часы показали половину десятого вечера, члены клуба начали расходиться. Через полчаса должны были уйти и они. К счастью, предпоследние двое членов вышли достаточно рано, чтобы у них осталось время уладить свои дела. – Хочешь что-то сказать? — спросил Кханин, поднимаясь на помост. Держа в руках свою любимую рапиру, он занял позицию, точно так же, как и Чаран, который взял напрокат снаряжение и костюм у Пола. Друг неправильно понял ситуацию и решил, что эти двое хотят провести время наедине, чтобы улучшить свои отношения, а фехтование — лишь предлог. Поэтому, стремясь быть посредником, охотно согласился им помочь. – Мне нечего сказать, — спокойно ответил Чаран. Он выглядел очень элегантно в белом костюме, и Кханин невольно им залюбовался. «Этот парень слишком хорош собой... Ладно, неважно. Даже если у него красивый вид, это ещё не значит, что он хороший фехтовальщик. Возможно, это просто внешность такая…» - промелькнуло в голове у юноши. – Отлично! Если проиграешь, не вздумай плакать! — провоцировал Кханин, уверенный в своих силах, но лёгкая усмешка Чарана почему-то усилила его нервозность. – И вы, Ваше Высочество, не должны плакать, если вдруг проиграете. Дуэль началась без судьи, под звук работающего таймера… Шаги дуэлянтов на помосте синхронизировались. Кханин применил недавно изученные техники, атакуя без колебаний и заставляя Чарана отступать. Он продолжал наступать, пока не приблизился к двухметровой отметке, затем внезапно перешёл в атаку и коснулся торса Чарана кончиком рапиры. На табло появился счет: 1:0. Кханин заработал первый балл, но чувствовал, что здесь было что-то не так. Он вернулся к средней линии. Сквозь маску его глаза пристально смотрели на Чарана. Тот вёл себя крайне странно. Он ни разу не атаковал, только защищается. Почему?.. Не находя ответа, Кханин рисковал потерять самообладание, поэтому решил сменить стратегию. Он глубоко вдохнул, прикидывая оставшееся время. Прошла минута, оставалось ещё почти пять… По международным правилам победителем становился тот, кто первым набирал пять очков. Это означало, что через несколько минут эта безумная ситуация разрешится раз и навсегда. Нужно было быстро завершить поединок! Кханин снова начал атаку, чтобы заработать второй балл. Чаран, как и прежде, не контратаковал, лишь защищался, не пытаясь сравнять счет. Действия Чарана начали вызывать у Кханина неуверенность, он не мог понять его тактику, ведь тот ни разу не воспользовался возможностями для набора очков. Юноша чувствовал себя растерянным почти до самого конца, пока поведение другого вдруг резко не изменилось. Чаран слегка изменил стойку, и его рука приняла правильную позицию… Кханин попытался отразить удар соперника, но это оказалось не так просто, как он думал. Чаран начал наступление, двигаясь вперёд и заставляя его отступать. Так дело не пойдет! Тот, кто ранее доминировал, теперь был вынужден защищаться. За считанные секунды электронное табло несколько раз подало сигнал. И ни один из очков не был записан на счёт Кханина: он оказался в проигрыше... Чаран использовал хитрый метод, применив свои знания о привычках и движениях Кханина, нанося удары то сверху, то снизу, не оставляя ему возможности ответить. Уверенность Кханина пошатнулась, и беспокойство взяло верх... Это создало пробелы в его игре, предоставив сопернику пространство для нанесения ударов и достижения равного счета. Инстинкт Кханина предупреждал его об опасности. Он крепче сжал рапиру и отчаянно попытался защитить свой титул мастера «Номер Один» в клубе фехтования, но это оказалось сложнее, чем он ожидал. Пот стекал по его спине… он пытался сосредоточиться, чтобы снова начать энергично атаковать, чередуя выпады и удары, чтобы найти брешь в защите соперника, но результат оставался прежним. «Чаран отражает каждую мою атаку!» - запаниковал Кханин. Техника мужчины была безупречной, шаги — элегантными, а движения — чёткими и точно выверенными. За последние десять секунд Кханин почувствовал, как его сердце начало сжиматься от нехорошего предчувствия, затем всё вокруг замедлилось, словно фильм на старой киноплёнке и прозвучал сигнал последнего очка… Это был звук его поражения… – Четыре - пять! – спокойно объявил голос соперника. Счет 4:5 не был бы ужасным на настоящих соревнованиях, но Кханину это не приносило никакого утешения. Самым трудным было принять поражение. В глубине души он знал, что набрал эти четыре очка только потому, что Чаран позволил ему это сделать. «Нет, это не должно было случиться! Только не так!!!» - кричал разум мальчика. – Пойдём. Чаран снял маску и подошёл к Кханину, который оставался неподвижным, не замечая ничего, кроме дыхания человека перед ним. Тишина была абсолютной. Кханин огляделся, и его взгляд остановился на электронном табло. Ему стало ясно, почему Чаран дождался, пока все остальные уйдут: он знал, что, независимо от обстоятельств, победителем дуэли Кханин не станет… **** Ночная температура в Лондоне быстро упала. Чаран, украдкой наблюдая за юношей, широкими шагами следовал за ним. Маленькая тихая фигурка, которая шла впереди, казалась такой потерянной… Кханин за всё это время не произнёс ни слова, погруженный в свои невесёлые мысли с тех пор, как они покинули клуб и добрались до дорожки перед домом. Обычно разговорчивый молодой человек теперь молчал. Такое поведение обеспокоило Чарана. Он не хотел разрушать его уверенность в себе и не желал, чтобы тот вёл себя подобным образом. Чаран принял вызов лишь для того, чтобы сделать всё проще и понятнее. Однако этот проигрыш, казалось, разрушил уверенность Кханина в себе. – Подожди… — сказал Чаран, остановившись буквально в нескольких метрах от двери дома. Кханин приподнял бровь, бросив на него вопросительный взгляд. – Мне нужно поговорить с тобой. – Не волнуйся, я сдержу своё обещание. – Дело не в этом. Я хочу поговорить о твоих сильных и слабых сторонах, — торопливо сказал Чаран, прежде чем парень смог бы снова погрузиться в свои мысли. Старший не собирался требовать право победителя, а хотел лишь кое-что объяснить. – Продолжай… – голос мальчика был бесцветным, глаза прикрыты, чтобы скрыть волнение. Когда он снова их открыл, то глубоко вздохнул — путаница внутри него так и не исчезла… – Твоя техника фехтования на хорошем уровне, — начал Чаран с комплимента. Кханин кивнул, хотя настроение слушать его сейчас у него явно отсутствовало. – Но, только если сравнивать с людьми из твоего мира, — прямо сказал Чаран. Кханин, удивлённый, широко раскрыл глаза, явно огорчённый такими словами. – Ты!.. – Я не хотел тебя обидеть, — поспешно добавил он. Его язык тела выражал серьёзность. – Я имею ввиду, что твой мир всё ещё очень маленький. – Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился Кханин, ничего не понимая. Хотя он осознавал, что мир, о котором говорит Чаран, — это опыт, он не мог не задаться вопросом, что тот в действительности имеет ввиду. – В реальной жизни тебе предстоит встретить ещё очень много людей. Твой недостаток в том, что тебе не хватает навыков, и тебе нужно больше практиковаться. Уверенность важна для любого спортсмена, но её избыток может привести к невнимательности, как это произошло сегодня. Чаран не сомневался в способностях Кханина, но переоценка себя и недооценка противника была одной из причин, приведших его к поражению. – Победитель может требовать чего угодно, — резко ответил Кханин. – А проигравший должен сдержать обещание, — напомнил ему Чаран, остро глядя на мягкий профиль молодого человека, пока что-то, движущееся внутри дома, не привлекло его внимание. – Я знаю, но ты можешь дать мне немного времени? Позволь мне... Слова Кханина потеряли свою значимость, когда чувства Чарана переключились на кое-что другое. Его брови нахмурились, а лицо, обычно равнодушное, стало более серьёзным. Его разуму приходилось быстро обрабатывать и анализировать происходящее. Обычно в это время дом был освещён, но сейчас он оказался погружённым во тьму. За неясной тенью окна находилось явно больше одного человека. Что происходит?.. **** – Эй? Ты меня слуша… – Шшш... – палец коснулся его губ, заставив замолчать. Кханин озадаченно поднял одну бровь: – Что происходит? – Тихо. Иди сюда. – Чаран схватил его за запястье, заставив присесть в тот же момент, когда он тоже заметил что-то подозрительное. – В доме кто-то есть… – Чаран пробормотал себе под нос. – Кто? – Я не знаю. – голос старшего был напряжённым, было понятно, что он вовсе не шутил. Он действительно не знал, кто находился внутри. – Я позову отца – решился парень. – Не делай этого! – Чаран остановил его, всё ещё держа за запястье. Звонок мог только усугубить ситуацию. – Почему? – Потому что мы ещё не знаем, кто они. Короткая фраза и озабоченное выражение лица мужчины были достаточно красноречивы, чтобы Кханин смог наконец-то сложить пазл в единое целое: сначала преследование, потом его чуть не сбил мотоцикл, а теперь кто-то проник в дом!.. Всё казалось странно взаимосвязанным. – Тогда что мы будем делать? – Кханин чувствовал сдавленность в груди, глядя на тёмный дом; его охватывала тревога, и он едва держался на ногах. – Жди снаружи. Я зайду… – Нет, я пойду с тобой! – Кханин смотрел на него серьёзно, но его веки встревоженно моргали в такт сердцебиению. Голос в голове юноши предупреждал о надвигающейся опасности. Если всё так, как сказал Чаран… Если всё это правда… «Значит, мой отец в опасности!» - встрепенулся от страшной догадки Кханин. – Это слишком рискованно! Я хочу, чтобы ты остался снаружи. – Но, мой отец там! Пожалуйста, позволь мне пойти с тобой… – Его глаза умоляюще смотрели на старшего, голос звучал чуть громче шёпота, и Чаран был вынужден пересмотреть своё решение. – Хорошо. Но, если ты идёшь со мной, то должен слушаться меня и не делать ничего, о чём я не говорил. На самом деле Чаран просто не хотел больше терять время на споры, и подумал, что в конце концов будет безопаснее держать его рядом, чем оставлять одного снаружи. – Хорошо. Веди. ****** Свет, исходящий от соседнего здания, едва освещал знакомую дорожку… Как только Кханин переступил порог дома, звуки борьбы, доносящиеся с верхнего этажа, заставили его ускорить шаг и броситься вверх по лестнице. Его сердце бешено колотилось, ладони вспотели, пока он бежал. Ему было всё равно, где Чаран и следует ли он за ним. Единственное, что имело значение, — это добраться до отца! – Кханин, не подходи сюда! Беги! Крик Тхатданая эхом раздался в тот момент, когда он увидел лицо сына, появившееся в спальне. Глаза мужчины широко раскрылись, и на мгновение он потерял контроль над ситуацией, позволив противнику выкрутить ему руку и остановить атаку. – Папа! – Молодой человек всё ещё пытался осмыслить происходящее. Незнакомцы проникли в дом и окружили Тхатданая; один из них ударил его ногой по колену, заставив упасть на землю в шоке. Стиснув зубы от боли, он почувствовал, как противник схватил его за руку и заломил её за спину. Он поднял взгляд на сына, надеясь, что тот отступит, но уже было слишком поздно. – Папа! — мальчик бросился внутрь, направляясь к ближайшей фигуре в чёрной одежде и маске, но его движения оказались заметно медленнее, чем у чужака. Чаран оттащил его назад и нанес удар в подбородок одному из мужчин в чёрном, затем пнул того, кто удерживал Тхатданая, освобождая его. Каждое движение его тела было точным и эффективным. Локтем он ударил в бок нападавшего сзади, пока Тхатданай поднялся и нанес удар ногой другому мужчине, заставив его врезаться в дверь. Схватка оказалась быстрой! Кханин понял, наблюдая за происходящим, что Чаран был мастером не только фехтования, но и рукопашного боя. – Уводи Кханина, беги! — приказал Чаран решительно, давая понять бывшему телохранителю, что нужно делать. Он справился с двумя мужчинами, ударив каждого кулаком, затем толкнул Кханина и Тхатданая вниз по лестнице, уклоняясь от удара, который прилетел слева. Кханин подошёл к отцу, пока Тхатданай пытался придумать путь к бегству. – Папа, ты в порядке? – Всё хорошо… Двигайся! – Он подтолкнул сына вперёд. Первым делом он взял рюкзак Кханина, вложил его в руки мальчика и направил к входной двери. – Мне нужно вернуться и помочь кхуну Чарану, — сказал он, тяжело дыша. Их было четверо, и, как бы он ни был силен и умел, удерживать их долго он не сможет. К тому же ранг взрослого был ниже, он не смог просто сбежать, оставив того позади. – Нет!... – Будто предчувствуя дальнейшее, Кханин энергично замотал головой, крепко ухватившись за руку отца и умоляюще глядя на него. – Нин, послушай меня. Не следуй за мной. Если что-то случится, жди меня у третьей сосны. Помнишь? – Не уходи, папа! – едва не рыдал мальчик. – Я найду тебя до восхода солнца!— сказал он, сжимая руку сына. Они обменялись последним взглядом, прежде чем он ушёл. Тхатданай больше не стал ждать и побежал на первый этаж, оставив парня следить за ним обеспокоенным взглядом. Кханин, охваченный тревогой, огляделся вокруг и схватил ближайшую лампу, намереваясь использовать её как оружие. Он хотел ослушаться приказа отца, но, казалось, кто-то сжалился над ним, потому что внезапно Тхатданай и Чаран бросились вниз по лестнице, прежде чем ситуация усложнилась. – Ведите, кхун Чаран! Кханин последовал за ними, зажатый между ними, испытывая облегчение от того, что его отец был невредим. Но, это облегчение длилось недолго... Внезапно резкий хлопок прорезал воздух. Кханин не был уверен в том, что именно его вызвало, но, обернувшись, он широко распахнул глаза. Рукав Тхатданая был пропитан кровью, которая вытекала из раны, нанесённой выстрелом из пистолета с глушителем; оружие держал один из людей в чёрном, и теперь оно было направлено на них. Парень оцепенел, его сердце замедлило ритм. Он задержал дыхание, но ситуация неожиданно ухудшилась. – Уходите!!! Кханин не мог представить, что всё зайдёт так далеко. Тхатданай встретился взглядом с Чараном, давая ему какой-то знак. – Папа! — его голос дрожал, тело парализовало из-за решения отца. Тхатданай вытолкнул его наружу и заперся внутри. Слёзы застилали ему глаза, пока он пытался успокоиться и вернуться в дом, но Чаран оказался быстрее и, прежде чем он успел что-то сделать, потянул парня за руку прочь… Дом, погружённый в темноту, становился всё меньше и дальше. Мальчик больше ничего не видел, даже силуэт своего отца. Тепло, которое он надеялся получить, слова, которые он собирался сказать, чтобы развеять недоразумения, невыраженные слова любви... Всё превратилось в мимолётный сон, разбившийся в одно мгновение…