Следующий принц

       [«Кажется, тебе ещё нужно попрактиковаться»] Слова незнакомца всё ещё звучали в ушах Кханина, несмотря на то, что прошло уже несколько дней. А сейчас он пристально смотрел в глаза своего отца, держа рапиру в атакующей позиции. Несмотря на серьёзное выражение лица и, казалось, полную готовность к тренировке, его разум, напротив, был в смятении и постоянно отвлекался, возвращаясь к тому разговору… Едва заметное движение заставило парня прервать свои размышления и сосредоточиться на том, что было перед ним. Он двинулся, чтобы избежать острия рапиры, стремительной, как молния, которая приближалась слева, затем снова повернулся, чтобы уклониться от удара справа. Нин использовал эту долю секунды, чтобы поднять руку в надежде нанести ответный удар и заработать очко, но из-за недостатка сосредоточенности всё пошло совсем не так, как он ожидал. «Я проиграл… Проиграл с треском!» – Нин!!! Счётчик очков издал свой завершающий звук, и вместе с ним раздался тяжелый вздох. Кханин сжал губы: он знал, что произойдет дальше. – Ты совершенно не сосредоточен, ты это понимаешь?! — Тхатданай укорил его жёстким голосом, затем вынул кабели из крепления на костюме, снял маску, скрестил руки и пристально посмотрел на сына. – Знаю, у меня не получается, — признался мальчик, оправдания были не нужны. Он не мог вынести, что позволил кому-то повлиять на свои мысли. Этот мерзавец, высокомерный и самонадеянный чужак, как он мог позволить себе указывать Кханину на его недостатки?! В конце своей речи этот незнакомец добавил, что «номер один» в клубе фехтования должен всегда совершенствоваться! Никто и никогда раньше не смел говорил ему такого!.. – Что тебя так отвлекает? - раздался голос отца. – Ерунда... – Если какая-то ерунда способна отвлечь тебя во время соревнования, знаешь, что это значит для тебя? Кханин не ответил, хотя понимал, что его отец имел ввиду. Колебания и неточность — это те факторы, которые ведут к неизбежному поражению. – Тебе стоит побыть одному, чтобы пересмотреть и проанализировать свои ошибки. – Ты думаешь, если я поработаю над своей стойкой и постараюсь не двигать левым плечом перед атакой, я смогу победить тебя? — задал он вопрос, который столько времени мучил его. – Что?.. — Мужчина посмотрел на него с подозрением. – То есть… Забудь… – Он прищурил глаза и крепче сжал рукоять холодного оружия, осознавая, что сказал вслух то, о чём размышлял последние дни. На этом он хотел бы закончить разговор, но реакция его отца была совсем иной, чем прежде. – Скажи это ещё раз. Повтори то, что ты только что сказал. – Я… Я спросил, что будет, если я попробую исправить стойку, стараясь не двигать левым плечом перед выпадом. То есть… Что ты об этом думаешь? — повторил он во второй раз, затем замолчал, ожидая ответа. Каждая секунда тянулась бесконечно… Такая долгая пауза перед тем, как мужчина заговорил. – Думаю, это возможно. – Глаза Тхатданая, всегда настороженные, теперь скрывали тень удовлетворения. – ... – Нин, я рад, что ты осознаешь свои ошибки. «Ах!» Это было похоже на удар молнии, пронзивший его мозг. Он даже не знал, какое выражение появилось на его лице в этот момент: широко раскрытые глаза, рот приоткрыт, брови нахмурены так, что дуги почти соединились?.. – Значит, ты всегда понимал, как я собираюсь атаковать, по движению моего левого плеча? – Да. – Ты всегда подталкивал меня становиться лучше, но никогда не говорил, что и как можно исправить. Значит, если я улучшу свои навыки, то смогу победить тебя? – Именно – Мужчина, который впервые проявил немного тепла, решительно кивнул. Кханин, стоя с открытым ртом, покачал головой в неверии; эти утверждения лишь подтверждали мысли о незнакомце. – Невероятно…, — пробормотал он, отворачиваясь. Его поведение было слишком необычным, чтобы ускользнуть от внимания отца. – Тебе кто-то на это указал? — спросил он. Тхатданай не был уверен, но глаза Кханина не могли скрыть правду, в них ясно читалась растерянность. – Нет. – Слишком упрямый, чтобы признаться, он продолжал лгать, торопливо отвернувшись, чтобы сделать глоток воды и избежать пристального взгляда; однако чем больше он пытался скрыть, тем очевиднее это становилось. Он никогда не умел лгать. – Тогда, как ты это понял? – Я… – Подумай хорошенько, прежде чем ответить мне! — сказал отец; его авторитетный тон обрушился на голову Кханина, словно молот. Кханин глубоко вздохнул, затем надул губы, как он всегда делал, когда был в раздумьях: ⁸>>– Хорошо!.. Мне об этом кое-кто сказал, — пробормотал он шепотом, прежде чем встретиться взглядом с отцом. На мгновение он попытался скрыть свои мысли, как обычно. – Но тот, кто это сказал, казалось, ничего в этом не понимал, и говорил какую-то чушь. – Чушь? И что он сказал? Расскажи, — спокойно подбодрил отец. Он повернулся, чтобы взять бутылку воды, притворяясь равнодушным, потому что знал своего сына лучше, чем кто-либо другой: если бы он проявил интерес, то такой упрямый, как Кханин, отказался бы говорить. Иногда ему приходилось применять принципы фехтования даже в воспитании. Пауза, чтобы понять противника, неподвижность перед атакой. – Он сказал, что, двигая левым плечом перед атакой, я сам даю подсказку своему противнику. Именно так он может предугадать мои действия. Сказал, что мне нужно быть внимательнее, и что даже будучи «номер один» в фехтовальном клубе, я должен совершенствовать свои навыки. Невероятно!.. и оскорбительно! — заключил он со злостью и смятением. Он был потрясён и действительно хотел бы узнать, откуда у этой «мраморной статуи» такая уверенность. В один момент парень был сбит с толку, а в следующий – жутко раздражён, иногда даже что-то бормотал и жаловался сам себе. Тхатданай наблюдал за каждой эмоцией, затем прочистил горло, чтобы наконец-то привлечь к себе внимание Кханина. – Итак, ты думаешь, что это правда? – спросил он. Мужчина не желал давить на мальчика своим авторитетом, и в глубине души был глубоко благодарен незнакомцу за его слова. Казалось, тот вскрыл давнюю проблему, и этот случай помог ему быстрее увидеть свои недостатки. – Не знаю. – Если не знаешь, тогда должен выяснить. Он поставил бутылку, надел маску и подключил электрические кабели к системе подсчёта очков. – Помнишь теорию игр, которую я тебе объяснял? – спросил Тхатданай, принимая стойку, пока парень едва успевал двигаться. – На этот раз я тебя побью! – Голос из-под маски стал более серьёзным. Парень отодвинул левую руку назад, а правую крепко сжал на рукояти сабли, взгляд был серьёзным и решительным, устремлённым на противника. На помосте их ничего не связывало, кроме тренировки. Он был уверен, что если проблема заключалась в движении левого плеча, то теория игр, которой его научил отец, окажется полезной, даже если его противником был именно он… – Ты говоришь это каждый раз. – Тхатданай улыбнулся уголками губ. Всё это придавало сыну мотивацию. – На этот раз я не проиграю! – Ну… тогда, вперёд. Атмосфера в тренировочном зале стала более спокойной. Никаких признаков нервозности не было, и оба снова сосредоточились на тренировке. В глазах Тхатданая парень, казалось, наслаждался процессом, и, сам того не замечая, левое плечо начало двигаться по-другому. Мужчина улыбнулся. Как наставник, он видел очевидный прогресс: Кханин был довольно упрямым, но, к счастью, не безнадёжным. На практике мальчик уделял невероятное внимание деталям. Его движения в фехтовании были плавными, иногда изящными, но при необходимости – яростными. Всё его поведение резко контрастировало с красивым лицом. Это напоминало два противоположных полюса… – короче: волк в овечьей шкуре. Точнее… ягуар с клыками и когтями, но в мягкой шкурке кролика. Он отбил рапиру сына, не сводя с него глаз… Он вспомнил, как тот был ещё маленьким и подражал ему во всём. Что бы он ни делал и куда бы ни шёл, слова, которые он повторял, как заезженная пластинка, были: – Если папа может это сделать, то и я могу. Всегда упрямый, с самого детства… – То, что сделал папа, хочу сделать и я. Мальчик, который всегда следовал по его стопам, уже вырос, и было жаль, что, скорее всего, им осталось совсем немного времени, чтобы провести вместе. Он надеялся, что будущее Кханина будет счастливым и что тот иногда будет вспоминать о нём… Хотя бы тогда, когда окажется перед едой, на которую так часто жаловался. Тхатданай будет очень скучать. Хотя ему не следовало бы…              ***** – En garde! Pret? Allez!* *прим.ред.: В фехтовании (с французского) три команды, произносимые рефери перед началом поединка. Последовательность команд обычно такова: «En garde» (На изготовку), «Pret» (Готов), «Allez» (Вперед). По сигналу судьи фехтовальщики на дорожке начали бой. Два соперника поочередно набирали очки, и это была борьба, в которой никто из них не собирался уступать. Звук набранных очков то и дело раздавался то с одной, то с другой стороны. На четвертой минуте фехтовальщик с красным светом продемонстрировал превосходное мастерство и смог нанести подряд два точных удара, что позволило ему одержать победу в следующую минуту. Кханин снял маску, затем обернулся, чтобы взглянуть на результат, и удовлетворенно кивнул. Он повернул голову вежливым жестом, чтобы скрыть улыбку, протянул руку для дружеского рукопожатия сопернику и обменялся парой слов с командой. Но, уже через мгновение его настроение резко изменилось. Его взгляд переключился, и он больше не мог сосредоточиться на сопернике. Что-то новое привлекло его внимание; улыбка угасла, а лицо стало серьёзным, когда он узнал незнакомца. Этот парень снова был здесь... Сегодняшнее соревнование между командами предоставляло возможность тем, кто хотел участвовать в национальных турнирах, проверить свой уровень. Клуб открыл двери для зрителей, и трибуны были необычно оживленными, как это бывает на официальных соревнованиях. Однако, несмотря на это, внимание Кханина привлек исключительно этот незнакомец. Парень с бледной кожей, черными, как смоль волосами и острым взглядом. Он скрестил руки на груди и посмотрел поверх всех зрителей на участников поединка, как делал в прошлый раз, словно эта сцена была точной копией вчерашнего дня. И точно так же поступал и другой. Сидя, он не двигался, но продолжал следить взглядом, не отрываясь, словно призрак, который не может покинуть знакомые места, чтобы переродиться. «Мне нужно прочитать какую-нибудь молитву, чтобы его прогнать?» В своих мыслях парень осыпал того яростными оскорблениями, но – понятно, что это мало, чем могло помочь… Вздохнув, Кханин попрощался с командой противника и быстро покинул дорожку… Первой мыслью было полностью проигнорировать чужака, но спустя несколько мгновений он передумал. Юноша снял защиту и направился прямо к высокой фигуре с острым взглядом. Они уставились друг на друга, позволяя тишине, напоминающей небольшую психологическую войну, продлиться достаточно долго, чтобы напряжение наросло по максимуму, пока Кханин не нарушил её. — Ты пришёл, чтобы увидеть меня? — … — Ладно, неважно. Если не хочешь говорить, это твоё дело, — пожал он плечами, демонстрируя безразличие. Ему было всё равно, ответит тот или нет. Причина, по которой он подошёл, заключалась в другом — он хотел обсудить важный вопрос. На самом деле, правильнее было бы сказать, что он хотел дать тому возможность взять назад свои оскорбления. Но, незнакомец молчал, сохраняя невозмутимый вид… Кханину ничего не оставалось, как самому продолжить свой монолог: — Я подошёл, чтобы сказать… В общем, чтобы ты знал, что, как бы там ни было, я всё ещё «номер один» в клубе! — … — Даже если в твоих глазах мои способности не так уж велики, для многих я лучший! Даже счёт на этом экране говорит громче, чем болтовня и сплетни обывателей. Не так ли? — Он улыбнулся только губами, его взгляд остался холодным. Парня задели резкие слова, сказанные ранее, но теперь настала его очередь бросить колкость. Он смотрел прямо в глаза собеседнику, даря ему ухмылку, с намерением бросить вызов наглецу. — Ах да.., кстати… Я пришёл поблагодарить тебя за урок, хотя и не просил его. Спасибо большое. — … — Но, в следующий раз не делай этого. Если бы это был кто-то другой, то уже могла бы вспыхнуть драка. Но, мужчина напротив сохранил «ледяную» маску на лице, лишь уголки его идеально очерченных губ слегка дрогнули, складываясь в медленную улыбку, когда он поднялся. Его тёмные глаза смотрели сверху вниз из-за разницы в росте. Кханин инстинктивно сделал шаг назад, автоматически подняв руку в воздух, когда другой мужчина наклонился… достаточно близко, чтобы Кханин почувствовал лёгкий аромат его одеколона. — Знаешь, помимо проблемы с плечом, ты делаешь двойной шаг, когда отступаешь. — ?!… — Ты можешь потерять очки, если столкнёшься с кем-то сильнее тех, с кем соревновался сегодня. — И что? Сейчас я… — Сейчас ты «номер один», но это не значит, что так будет всегда…              *****       Прошло уже больше часа, а Кханин продолжал бушевать: — Ненавижу этого типа! — Почему, Нин? Разве не ты говорил, что все его советы были правильными? — прошептал Пол, протягивая ему тарелку. Англичанин обратился к официанту и заказал острую рыбную похлёбку, а затем, заметив, что настроение его друга не улучшается, похлопал его по плечу. Но, парень так и не смог справиться со своими эмоциями. Возможно потому, что понимал, что в словах незнакомца была доля правды. Он всё ещё был напряжён, и, несмотря на то, что сидел среди веселящихся друзей, его настроение оставалось мрачным, словно грозовое небо. Если и был кто-то, кого можно было винить, то это была та «мраморная статуя». – То, что он сказал, меня задело! — ответил он, беря стакан воды, чтобы успокоить свой вспыльчивый характер. Он сидел в тайском ресторане в Сохо, известном своими насыщенными вкусами, единственном месте, где Пол предложил заплатить за победу. – Да ладно, ты обычно не придаёшь этому такого значения. – Но, в этот раз всё иначе! – Почему? — спросил Пол, глядя на блюда, которые официант подавал одно за другим. Лицо Кханина исказило недовольство. Чем больше он думал об этом, тем больше раздражался: – Потому, что мой отец согласен с советами этого человека! Дело было не в том, что он не хотел признавать недостатки. Он знал свои слабые стороны, но его раздражало то, что эти слова исходили от человека, которого он не выносил, и получили одобрение от того, кому он больше всего доверял в мире. – Твой отец? Тем лучше! Кстати, он просто великолепен! — Алекс, сидевший рядом с Полом, высказал своё мнение после того, как молча слушал. – ?.. – Когда твой отец давал советы Полу, он, странным образом, улучшил свои навыки. Ты разве не помнишь? Иначе он бы никогда не смог сидеть здесь с нами и угощать нас за то, что выиграл три схватки подряд. – Верно! Согласен с Алексом! Этот человек может быть действительно хорош… Я имею ввиду, что если есть кто-то, кто критикует тебя, чтобы ты становился лучше, — это не так уж плохо. В общем, все его друзья встали на сторону этого умника. Мальчик вздохнул и едва сдерживая своё раздражение, выразил своё недовольство гневными возгласами в ответ. – Эй, ты же наполовину из Эммалии, верно, Кханин? — спросил кто-то, когда атмосфера немного разрядилась. Он оторвал взгляд от своего карри. – Да, а что? – Один друг хочет узнать, правда ли, что там детей тренируют владению мечом каждый день с трёх лет, и что они обращаются с мечом лучше, чем с вилкой. – Я слышал, что там, когда выбирают нового короля, наследники трона должны соревноваться в фехтовании. Это считается одним из испытаний. Я видел видео на YouTube, — добавил кто-то, но в шуме ресторана Кханин не смог бы сказать, кто именно это сказал. – Неудивительно... Те, кто родом из той страны, всегда доходят до олимпийских финалов! Ты талантлив, как и твой отец! Последний комментарий прозвучал от Кевина, светловолосого парня. Его восторженный разговор отвлек внимание Кханина и переключил его на тему беседы. – Остальные этого не знают, но мой отец заставлял меня тренироваться каждый день. Он пожал плечами и усмехнулся, вспоминая, как отец приказывал ему тренироваться при любой возможности, будто фехтование — это самое важное в жизни, от чего не следует отказываться ни в коем случае. Отец часто говорил: «Это у нас в крови…» Однако на вопрос, который ему задали ранее, он ответить не мог. Он родился и вырос в Англии, поэтому никогда не ступал на землю Эммалии. Если бы ему пришлось что-то рассказать, он бы основывался только на опыте отца. Тем не менее, он полагал, что всё было именно так, как говорили друзья. В Эммалии, вероятно, детей действительно начинали тренировать с раннего возраста; учили владеть мечом ещё до того, как они научатся ходить… Всё это звучало довольно впечатляюще… На самом деле, говоря о строгости, отец был требовательным не только в фехтовании. Было множество других вещей, в которых он так же проявлял строгость. Например: игра на фортепиано, пение, точные науки, экономика и иностранные языки, о которых некоторые из его друзей, возможно, даже не задумывались: тайский, китайский, испанский и арабский. Он изучал так много всего, что неудивительно, что у него не было времени найти девушку. Как говорится: «ему не нужно было ввязываться в романтические отношения, ведь у него не было свободного времени даже для друзей». Казалось, что вся его жизнь была запрограммирована, заранее намечена отцом. Однако, он никогда не чувствовал себя настолько вынужденным что-то делать без своего желания или возненавидеть учёбу – тем не менее, его свобода и детство не были такими, как у других детей. Он часто задавался этим вопросом и не раз отец ходил вокруг да около, давал подсказки, пока Кханин сам не находил решение. – Я тренирую тебя в фехтовании, но фехтование — это не просто Игра. Это поединок, который нужно завершить за определённое время. Так что тебе обязательно нужно это учитывать? Слова, сказанные отцом накануне вечером, всплыли у него в памяти; тот разговор произошёл во время третьей тренировочной сессии. – Соблюдай правила. Победи соперника до истечения времени!.. – Итак… если нужно победить соперника, который сильнее тебя, за установленное время, соблюдая правила, как ты это сделаешь?... Тогда отец дал ему время подумать. Тот немного сдвинулся, следуя инстинкту, пока его мозг обдумывал варианты, затем нахмурился, словно приближался к решению. – Есть два способа… – Он поднял рапиру и посмотрел отцу прямо в глаза сквозь маску. Внезапно он занервничал, слишком переживая за свой ответ. – Говори. Он не был уверен в том, что хотел сказать, поэтому остался неподвижным. Потребовалось несколько минут, чтобы сформулировать мысль. – Первый способ — научиться читать движения соперника, искать слабые места и использовать их в свою пользу. Второй — заставить соперника нарушить правила. Так мы выиграем. Он сглотнул, едва закончив говорить, потому что понимал значение своего объяснения: это были слова нечестного человека. Жульничать — это для трусов... Но, Кханин рассуждал, исходя из переменных, заданных отцом, оценивая возможности в условиях борьбы со временем. Ему нужно было создать варианты, которые позволили бы достичь цели максимально быстро, даже если это означало вынудить соперника нарушить правила, чтобы исключить его из соревнования. – Однако, мы не можем так поступать во всех поединках. Ты не можешь планировать обман во время соревнования. Это было бы нечестно, — сказал Татданай твёрдым голосом, подчеркивая каждое слово, чтобы дать сыну пищу для размышлений. – Но, я могу сделать это вне времени… верно? — Кханин заговорил быстрее, чем его мозг успел обработать мысль. Он широко раскрыл глаза, и, удивившись собственной идее, выдвинул клинок вперед, на этот раз ошибившись со временем. Он промахнулся… И всё же увидел, что под маской отец удовлетворенно кивает. – Да, верно. Ты можешь это сделать вне времени… Поэтому будь осторожен. Всегда будь начеку в жизни, анализируй возможные недостатки. Понимай истинные желания людей: кто что делает, для кого и почему. В жизни мы никогда не знаем, кто играет по правилам, а кто их нарушает ради победы. Достаточно отвлечься на мгновение, чтобы оказаться в проигрыше. – … – Не забывай, что в каждом поединке есть только один победитель. Ты должен наблюдать и понимать, кто играет в какую игру и как. – … – И помни, что в этом мире все люди разные. Есть много тех, кто готов нарушить правила, потому что считают, что это проще, чем соревноваться честно. Он кивнул, давая знак сыну сделать то же самое. Кханин понял: его отец не учил быть нечестным, он учил разбираться в людях. Быть гордецом, думать, что ты лучше других и не смотреть по сторонам может привести к поражению. Отец учил его открывать разум… Именно так и нужно было поступить, выслушивая замечания того парня. Выслушать и сделать выводы… Хотя это было больно, но нельзя отрицать, что в тот вечер он победил Тхатданая именно потому, что исправил свои ошибки и опустил левое плечо. Таким образом, соперник не смог предугадать его действия. Даже если отец иногда шёл на компромиссы, Кханин не мог избежать правды. Если знаешь свои слабые стороны, то сможешь их исправить, и тело приспособится к новым движениям. Каждый раз, когда он атаковал, его левое плечо двигалось всё меньше и меньше… пока к концу поединка оно почти перестало дёргаться. Тот парень оказался прав… И что теперь? Кханин и тот человек больше не увидятся. Потому, что после окончания занятий, Нин собирался на время исчезнуть из Клуба фехтования. Позиция капитана на это время перейдет к его товарищу – Алексу, а его жизнь продолжит свой путь свободно и уверенно. Больше не будет причин, чтобы встречаться с этим надоедливым моралистом. Прощай навсегда! Или нет?… Чёрт!!!… Кханин застыл перед дверью. После того как парень попрощался с друзьями, он отправился домой, надеясь хорошенько отдохнуть телом и разумом, но его не покидало какое-то отвратительное предчувствие. Оно усилилось, по мере приближения Кханина к дому. Но, когда он оказался совсем рядом, парень нахмурился, ничего не понимая. Видимо те, кто отвечал за написание его судьбы, что-то перепутали. Через окно, рядом с его отцом находился тот самый незнакомец, который преследовал его всё последнее время. Тот сидел в своей привычной манере, как Нин обычно его видел, на диване, а отец почему-то стоял рядом. Проклиная небо и обвиняя богов во всём, в чём только возможно, он оценивал происходящее перед собой, но… Как бы долго ни смотрел, ничего не мог понять. Тхатданай выглядел вежливым, сдержанным, с опущенной головой и расслабленными руками, словно был человеком более низкого ранга… Взгляд Нина остановился на незнакомце: «Что за чертовщина творится???..»