Сломанная пластинка

Раздражающий писк от телевизора разносился по всей комнате. Давно стоило его заменить, но Эбигейл всё откладывала. Снова траты на ненужные совершенно вещи и деньги, которые она могла отложить на собственную квартиру испарялись с пугающей скоростью. Кажется, накопить так и не удастся. По телевизору шел очередной глупый ужастик, Эбигейл перестала уже вздрагивать на скримерах. Третья сигарета за двадцать минут была с силой утоплена на дне стеклянной пепельницы, и осознание, что отпуск завтра закончится, давило сильнее и сильнее. Зацепив ногтем обод чехла, Эби подхватила длинными пальцами телефон с рядом лежащей подушки и уставилась скучающим взглядом на открытую страницу браузера, где перечислялись самые жуткие заброшки города. Но ни один из вариантов не подходил под требования. Кажется, все самые страшные места уже были сняты на ютуб самой Эбигейл, а городские легенды давно развеяны. С ностальгией вспомнилась заброшка офиса какой-то айти компании, в которой Эби по непонятной ей причине упала в обморок. Уже год прошёл с того момента, а она больше не решалась пойти в подобное место. То ли от страха, что снова подведёт здоровье, то ли от неуверенности в собственном бесстрашии. Невольно на ум пришла бывшая коллега Лили, из супермаркета, которая каждый раз охала и ахала от рассказов Эбигейл про её похождения. Что уж говорить про то, что Лили даже не могла хоть глазком посмотреть на её видео. Прошло полгода, как Эби ушла из супермаркета, а Лили и ещё пару коллег каждую субботу звали её выпить, но для них времени не находилось. Или просто не хотелось? Но отговорка была. Сразу после увольнения, ей пришло приглашение от аутсорсинговой компании на должность младшего бухгалтера, и спустя четыре месяца она повысилась. Времени на подобные развлекаловки оставалось всё меньше и меньше, куда уж там говорить про исследование страшных подвалов и обшарпанных стен коридоров, превращающихся в лабиринты. Чем меньше оставалось возможностей посещать заброшки, тем сильнее росла ненасытная дыра внутри. И чувство пустоты, появившееся, как росток среди асфальта, после смены яркого супермаркета на гибридный формат работы — то в полупустом офисе, то дома, где было одиноко, — только усилилось. Нехватка времени всё только усугубляла. Звук уведомлений с телефона вывел Эбигейл выйти из транса. На экране блокировки появилось несколько сообщений: Эбигейл, добрый вечер. Прошу прощения, что беспокою в столь поздний час и последний день отпуска, но у нас появилось отличное предложение. Вас и Тейлора запросили в крупную айти компанию для помощи, мы уже сотрудничали с ними два года назад. Подробности обсудим завтра на звонке в 15:30. Спасибо! Внизу красовалась надпись «с глубоким уважением, менеджер по персоналу Tmall, Гилл Уиткофф» — стандарт всех деловых писем. На самом деле, Гилл был отличным приятелем, и они с Эби часто выпивали кофе по утрам в кафетерии под офисом, но регламент есть регламент. Слать такие письма, словно дань давно устаревшей вежливости. Совершенно ненужной. «Гилл, добрый вечер. Спасибо, поняла, жду созвона» Эби быстро настрочила ответ и медленно потянулась, разминая затёкшую шею. Кажется, фильм уже близился к концу, на экране мелькали счастливые главные герои, выбравшиеся из замка. Слава недоумкам, которые догадались, как спастись, но... это раздражало её? Но почему? Эби шумно вздохнула, чувствуя, пожирающую радость яму внутри, и отложила телефон в сторону. Вытянувшись на кровати, и попытавшись подцепить ногой край одеяла, коснулась горячей кожи своего любимого кота. Никель забрался в тёплый кокон из пледа и одеяла, и Эби вспомнила, что не закрыла окно. В сентябрьскую ночь, в Денвере становилось холоднее. Кот, кажется, пытался до неё до мяукаться, но, видимо, устал от хозяйки, погружённой в грёзы о заброшках и спрятался сам. — Снова отпуск в никуда, — промямлила она под нос, поспешила закрыть окно и забраться под одеяло, чувствуя тепло от мурлыкующего кота. На следующий день звонок всё же состоялся. Но не в назначенный час, а в одиннадцать утра. Гилл обожал перед новыми проектами звонить и обсуждать политику компании, хотя в самом задании всё четко обозначалось. За те малые полгода, что Эби работала, она давно прознала его любовь к ранним звонкам и предусмотрительно проснулась раньше обычного. — Короче, C&A. Чуваки делают что-то банковское в айти сфере, бесконтактная оплата, вроде. Я сам особо не вникал, тебе тоже не надо: твоя зона — зарплаты. Гилл продолжал болтать, начиная чаще сходить с темы. Как-то неожиданно разговор вильнул к кофемашинам, к которым С&А придумали крутую программу, для лучшего наливания напитка в стаканчики, и Эби глубоко вздохнула. Его красные волосы то и дело падали на глаза от сильной жестикуляции. Кажется, он сам хотел пойти работать к ним и был в большем восторге от нового проекта, чем сама компания. — Так вот, вернёмся к C&A, они запрашивают двух сотрудников, мы решили отправить тебя и Тейлора, так как вы больше любите работу в офисе, нежели чем удаленку. Просят именно работать в офисе. — Его взгляд сосредоточился на пачке документов, которые держал в руках, — Контракт хотят подписать на полгода, но думаю, будет продление. Только не уходи к ним, ладно? — светло-голубые глаза Гилла тревожно заскользили по экрану, в поисках любого жеста согласия. Эбигейл медленно кивнула, затягиваясь очередной сигаретой. Какая это была по счёту? Гилл показательно цокнул и вскоре завершил звонок с довольным возгласом «удачи, Биби!». Совершенно странная кличка, которую придумал Гилл, и был в невероятном восторге от своей, иногда посредственной, гениальности. На самом деле, даже эта кличка не раздражала. В последнее время, ничего не раздражало. Может от чувства всепоглощающей пустоты? Или от пожирающей последние силы скуки? Эби искренне надеялась, что новый проект немного растрясет её, тем более формат работы не был гибридным. Все-таки, общение с людьми, предвосхищает то самое чувство сплоченности коллектива. Это дарило надежду на шанс вновь ощутить вкус жизни. Может поэтому она проработала в супермаркете три года? Эби была права. Чертовски права, когда думала, что это её растрясет. Сильнее, чем она могла подумать.

***

Дорога до офиса не занимала много времени — навигатор подсказывал, что ехать около двадцати минут. Занятно, что будущее место работы как минимум на полгода, было в самом сердце делового центра — даунтауна. Эби взглянула в зеркало заднего вида и на секунду показалось, что на неё смотрит совершенно другая девушка: русые волосы и пронзительно голубые глаза показались инородными, а кукольно белая кожа совершенно не подходила под стандартный типаж Денвера. Мысли рассеялись, как туман по утру, когда взгляд Эбигейл упал на горизонт, за черту города. Первые лучи солнца стелились на вершины гор золотой вуалью, и тривиальный американский городок превращался в рыцаря в доспехах из благородных металлов. Но за неземной красотой скрывалась опасность. Денвер солнечный город, и даже в сентябре солнце жарило так, что бледная кожа Эби подгорала буквально за минуту под прямыми лучами. Рука по привычке потянулась к бардачку, за солнцезащитный крем; быстрыми движениями она нанесла крем по всем открытым участкам: рукам, ногам, лицу. Эби забросила крем обратно, допила горький кофе из ближайшей к дому кофейни и завела «малышку». «Малышка» не совсем соответствовала своей кличке — старая тойота королла 2007 завелась с громким неровным рычанием, и в груди в унисон зарычало удовольствие. Серебристая машина аккуратно припарковалась около здания компании. Эби надела солнцезащитные очки и вышла из машины, и посмотрела на отражающие свет высотки, что выстроились зубастым кругом. От жары закружилась голова или... от волнения? Эби настороженно вошла в холл, утопая в спасительной прохладе от кондиционеров. Красные диванчики стояли вдоль стен от ресепшена, их занимали мужчины в деловых костюмах и бурно переговаривались. Глянцевую стойку украшали ободрительные лозунги на табличках, а несколько горшков с цветами добавляли ему уюта. Всё выглядело приветливым — даже слишком. За стойкой стояла рыжеволосая девушка с трубкой около уха и кивала, словно собеседник мог её увидеть. Она заметила Эби и мило улыбнулась, жестом приглашая подойти. — Привет, эм, я Эбигейл Брукс, сотрудница из Tmall… — Привет, Эби! Сейчас позову ответственного за вас, новичков, — голос хостес был мягким и бархатистым — как у героинь старых романтических фильмов. Она снова взяла телефон в руки, быстро набрала номер и подмигнула Эби. — Нил, тут пришла Эбигейл Брукс из Tmall. Через пять минут со стороны лифтов вышел высокий светловолосый парень в строгом сером костюме и кивком поприветствовал Эби. У него было почти мальчишеское лицо и доброжелательная улыбка, от которой слегка спало нервное напряжение. — Эбигейл, привет. Меня зовут Нил Кинель, я твой куратор на время твоего контракта, — молодой мужчина подошёл ближе, и кроме лучезарной улыбки, Эби заметила сосредоточенный взгляд, — пройдём, покажу тебе место работы. Нил повел ее к лифту, рассказывая о компании: — Последние три месяца мы занимаемся проектом по внедрению бесконтактной оплаты в метро, вместо билетов, хотим ввести карты, которые будут предназначены только для проезда. Пока что все из отдела бухгалтерии заняты этим проектом, поэтому мы нанимаем бухгалтеров из аутсорсинга, таких как ты, — Нил жестом пропустил ее внутрь лифта первой, — твоя задача начислять заработную плату сотрудникам вне проекта. — А Тейлор Квилл уже приехал? — Эби взглянула на часы в телефоне. Она приехала вовремя, Тейлор из тех, кто всегда приедет раньше. Любое начальство обожает таких преданных делу сотрудников. — К сожалению, твой коллега простудился и присоединится к работе через неделю. Эби выдохнула, обрадовавшись, что пока производит хорошее впечатление, и Нил продолжил рассказывать о её обязанностях так, будто перед его глазами постоянно находился регламент, описывающий всю специфику работы. Улыбка не сходила с его лица, но он продолжал смотреть за Эби внимательно. Этого нельзя было не заметить. Кинель словно следил за её реакцией. Они прошли в помещение с высоким потолком. Холодный яркий свет, смешившийся солнечным светом из панорамного окна на мгновение ослепил. Эби моргнула и сосредоточённо огляделась: огромное пространство занимали соты, где в каждой ячейке трудился работник. Каждый стол окружали низкие перегородки, чтобы никто не мешал друг другу, и всё походило на один слаженный улей, трудящийся на благо коллектива и вышестоящей верхушки. «И правда большая компания» — Эби представила масштабы, каждого отдела. — Вот, пожалуйста, твое рабочее место, — он провел рукой по столу, на котором расположился небольшой ноутбук, стопка файлов, а на стене висела пробковая доска, — на минус первом этаже находится кафетерий, можно обедать там. За счет компании, — добавил он, и уголки её губ медленно приподнялись. Эби обвела глазами офис, приметив, что большая часть сотрудников объединилась за одним столом и что-то бурно обсуждали. Они казались настолько вовлеченными, что на секунду ей стало завидно. — Дождись обеденного перерыва, познакомлю, — Нил хитро улыбнулся, заметив, как Эби рассматривала сотрудников, — и если понадоблюсь — звони. Добавочный — 108, если что твой — 57. Эби осторожно присела на кресло около стола, сразу отметив, невероятно удобство. В предыдущих местах работы такого комфорта явно не доставало. Собственный ноутбук, предоставленный компанией, бесплатные обеды… Эби глазами прошлась по подготовленным Нилом документам: куча регламентов, описывающих должности всех сотрудников вне проекта и их ставки, премиальную часть, расчетные листы за прошлые месяцы. Казалось бы — рутина, никому не интересная и ненужная, но именно здесь Эби была как рыба в воде. Цифры легко складываются в числа, двузначные, трехзначные — они логичны, в них есть последовательность. Математика не поменяет свои формулы и не изменится даже если окажется по ту сторону Вселенной. Разве так в отношениях с людьми? Логичность математики и ее неизменность дарила Эбигейл невиданное спокойствие. Может из-за этой принадлежности к «технарям» она так тяжело находила общий язык с остальными? Секунды превращались в минуты, а те в часы, и так незаметно подкралось время обеда, но Эби продолжала изучать регламенты, пока кто-то осторожно не коснулся ее плеча. — Эбигейл, кажется ты заработалась? Документов много, еще успеешь изучить, — весело произнес заботливым тоном Нил. Глаза медленно отклеились от экрана, и она посмотрела на рядом стоящего куратора. Дрожащей рукой Эби провела по волосам и робко улыбнулась. Нил продолжал стоять рядом, словно ожидая какого-то ответа. Через несколько секунд Эби опомнилась, судорожно взглянула на часы и тихо ахнула. — Обед, — растерянно произнесла она. — Ты, конечно, можешь пойти в любое время, но сейчас все собираются в кафетерии, — Нил вежливо улыбнулся, — я хотел бы познакомить тебя с командой. Поднявшись с кресла и последовав за Нилом к выходу из офиса, Эби заметила, что в офисе почти не осталось людей. Кто-то один сидел за самым отдаленным стулом в углу и в быстром темпе клацал по клавишам. «Дедлайн» — отметила Эби про себя, вспоминая как доделывала срочные проекты в самый последний момент. Спустившись на цокольный этаж, полностью состоящий из мраморных стен и полов, присущих бизнес центрам, они направились к кафетерию. За двойными дверями отчётливо был слышен гул голосов сотрудников. Стеклянные автоматические двери открылись, как только Эби и Нил подошли. Кафетерий компании оказался не захудалой столовой, которую представляешь себе в первую очередь. Эби встретили тёмный высокий потолок с причудливыми лампами, которые пересекали металлические балки. Свет холодный, вытягивающий пространство, благодаря чётким линиям вдоль под кромкой потолка. На одной из стен ровным рядом строились вертикальные рейки, которые вели службу исправно, а вот наглые растения, всё пытались испортить их аскетичную форму. Зелёные побеги безжалостно переплетались с деревом, стараясь переломить внимание только на себя. Но Эби отметила, — если бы не это пано, то вся столовая больше походила на угрюмый карцер с ровными рядами столов и визуально удобных стульев. А место раздачи сверкало, начищенное до блеска. Повара в высоких колпаках и белых кителях, готовили на открытой кухне. Каждое блюдо либо закрыто колпаком, либо находилось под лампами для подогрева. Каждый прибор завёрнут в салфетку. Очередь выстроилась небольшая, но явно никто и никогда не толпился. Чуть дальше стоял бар, за котором бариста делал кофе и чай. Его отточенные движения, помогали быстро отдавать заказанные напитки. Блюда на подносах ждущих, не успевали остыть. Гармонию нарушало вопиющее безобразие: несколько столов сдвинули вместе и сидевшие там сотрудники, в строгих и лаконичных костюмах, стоивших запредельно дорого, говорили об отлаженных процессах. Кто-то из них сразу заметил спутника Эби — Нила, сразу приглашая его присоединится. — Коллеги, приятного аппетита! Но я не один, — Нил растянул губы в обворожительно улыбке, сел за стол и пригласил Эби сесть рядом. — Это наша новая сотрудница — Эбигейл Брукс, будет заниматься вашими зарплатами ближайшие полгода. Но, если вы произведёте на неё впечатление, то она с радостью задержится. Несколько человек кивнули Эби в знак приветствия, и она робко помахала рукой в ответ, стараясь не зажимать плечи. Кто-то из смелых говорил — добро пожаловать, в команду. — Так ты та Эби из Tmall? Я наслышана о них, — рыжая девушка с веснушками, сидевшая к Эби ближе всех, повернулась к ней всей корпусом. — Я, кстати, Кристен. Протянутая рука смутила, Эби пожала в ответ и представилась. И пока остальные продолжили на перебой говорить о горящих сроках, попытках оптимизировать последние данные и резко изменённые планы, Кристен с голосом соловья, медленно погружала новенькую в косвенное знакомство с каждым. Со слов Кристен, никто не имел слишком длинных зубов, любили вкладываться в дело на сто процентов и не мешать работать других. Все просьбы выполнялись в срок, а если нет, то всегда следовало предупреждение о переносе. Дружелюбие от коллеги исходило волной, Кристен была настроена помочь освоится ей быстро. И Эби вдруг улыбнулась, почувствовав: возможно, здесь ей понравится.

***

— Кажется, закончила, — облегченно вздохнула Эби, закрывая документ на ноутбуке. Как и после обеда, сотрудников в офисе почти не осталось, а часы показывали половину восьмого, — давно я так поздно не выходила с работы. Кивнув самой себе, она прибралась на столе и закрыла за собой дверь. Охранник на этаже лишь коротко кивнул, прощаясь. Лифт приехал не скоро, кажется сотрудники с других этажей тоже освободись недавно. Хромированные двери открылись с характерным металлическим звуком, и Эби вошла в ярко освещенную кабину, зажмурив глаза. Двери не спешили закрываться и неожиданно прозвучал электронный женский голос: — Введите пропуск. Эби растерянно уставилась на карточку с ее фотографией, свисающую с шеи. Кажется, Нил ее сделал после обеда и предусмотрительно оставил на столе. Карточка легко скользнула внутрь картоприемника, загорелась зеленая лампочка и лифт тронулся. Эби устало уставилась в телефон, просматривая ленту Тредсов. Она промотала немало записей прежде чем лифт остановился и открыл двери. Эби машнально прошла в коридор, не рассматривая окружение. Женский голос с опозданием произнес номер этажа — минус четвертый. Эбигейл яро замотала головой, осознавая, что на этаже даже нет света. Горели только аварийные лампы. — Минус четвертый? — спросила она в пустоту коридора. Внутри сжался комок, дрожь поднялась из желудка и скользнула к онемевшим пальцам. Она принялась оглядываться, лифт закрыл створки и света стало меньше. В горле словно надули воздушный шар, Эби не могла его проглотить и задышала чаще, прислоняясь к холодной стене. Какой чёрта? Разве на минус четвёртом не должно быть парковки? И паника обратилась штилем, и любопытство вылезло наружу, как голодный тигр. Не зря же лифт привез ее именно на этот этаж. Включив фонарик на телефоне, Эби медленно прошла мимо запертых дверей. Ни одна ручка не поддалась, а рядом с каждой находился картоприемник, как в лифте, и опробовав пару из них, девушка разочарованно вздохнула. «Что я делаю?» Уже собираясь уходить, она краем глаза заметила чуть приоткрытую дверь. Она так и кричала — открой меня, изучи мои недра, тебе понравится! Или Эби так казалось? Она оглянулась на лифт. Он ещё оставался на этаже. «Ничего же не случится, если я просто посмотрю?» Эби шагнула внутрь. Комната по всем признакам напоминала серверную — большие вычислительные машины, как разноцветная елка на Рождество, мигали разными цветами. Казалось, от характерного гула, вибрировал пол. Эби опустила глаза и увидела небольшое скопление коробок в самом дальнем углу комнаты. Там так же расположилась чуть приоткрытая дверь, на которой висела табличка «Архив». Ничего интересного в огромных компьютерах Эби не видела, поэтому дверь архива распахнулась легким движением руки. Внутри и правда прятался архив. Огромные коробки с бумагами, файлами разного формата, в которых копаться не самое интересное, да и попросту — неэтично. Свет от фонарика скользнул по всему помещению, и глаз зацепился за маленькую красную коробку с логотипом С&А, стоящую около компьютера на столе. Вот это точно не было свойственно архиву. Эби без раздумий подошла к компьютеру и присмотрелась к логотипу. Кажется, она уже где-то видела подобное. Да, логотип компании, где она сейчас работает. Но где именно он расположился — странная красная коробка. Руки сами потянулись к ней. Она оказалась не запечатанной. Внутри лежала консоль, а точнее, очки виртуальной реальности. Эбигейл осенило. Тот самый заброшенный офис, и та самая консоль, после которой закружилась голова и она потеряла сознание! Любопытство внутри заиграло совершенно новыми красками, теми самыми, которые скакали как черти в голове при прогулке по заброшенным местам. — В прошлый раз он был включенным? Вдруг что интересное увижу? — шепнула Эби то ли себе, то ли своей совести, которая была предусмотрительно отложена в самые далекие углы сознания — чтобы не беспокоила. Чтобы не ныла. Чтобы не спрашивала, какого черта она роется в архиве компании, где начала работать сегодня утром. Перевернув телефон экраном вниз, чтобы свет фонарика продолжал освещать комнату, она взяла очки в руки и медленно надела их на себя, предварительно включив компьютер. Последнее, что увидела Эби — экран загорелся ослепительным светом с заставкой компании и мелькнул красным цветом. Ничего не происходило. Совсем ничего — в очках было темно, чего можно было ожидать, не подключая их к определенной программе. Глупо. Очень глупо. И даже немного смешно. Прежде чем Эби потянулась их снять, и уже открыла рот чтобы на весь архив объявить себя дурочкой — на голову обрушилась ужасающая боль, стянувшая виски, что она даже не поняла, как начала кричать. Или не нет? Может кричал кто-то другой? Мысли начали сбиваться в кучи, создавая непонятную кашу, а затем она услышала сотни, нет, тысячи голосов, разом обрушившихся на ее уши. Нет, не на уши. Они шли изнутри. Перед глазами начали мелькать картинки, слишком яркие, слишком быстрые, чтобы что-то различить, будто кто-то решил ускоренно показать мультик. Можно было подумать, что консоль взбесилась и показывала все подряд, вываливает на нее весь мусор, остатки старых файлов, но даже в таком состоянии Эби поняла — это не консоль. Это ее разум. Мультяшные герои сменялись один за другим, фиолетовый кролик, который улыбался безумной улыбкой, кукла с красными волосами говорила что-то успокаивающее. В голове не унимался хор голосов. Где-то ее звали по имени, но оно не принадлежало ей. Или принадлежало? Так звали ту, что потерялась где-то давно, кто был ею и одновременно не был. «Помни». Сердце сжалось в маленький комок, а грудь сдавило. Последним голосом стал ее собственный, самопроизвольно вырвавшись из гортани, так легко и отвратительно чуждо. — Я выбралась. Голос был словно не родной, на полтона выше, чуть радостный, облегченный. Эби резким движением руки сорвала с себя очки и рухнула на пол, больно ударившись плечом. Настоящий мир вернулся слишком резко: темная комната, освещенная тусклым светом фонарика, пыльный стол, гудящий компьютер, куча разных старых бумаг. Под ней тут же образовалась лужица крови — она шла из носа, горячая, щекочущая губы. — Какого хуя! — её собственный крик эхом вернулся к ней. Мозг перегрелся. Да. Эби заработалась, перенервничала, первый рабочий день после отпуска, просто устала — только этим могла обосновать себе Эби то, что сейчас произошло. Залезла куда не стоит, и ее голова решила устроить ей цирк с галлюцинациями. Среди остальных голосов, которые не умолкали внутри — он был безумно тихим, почти ничтожным, она сама в него не поверила. Консоль взбесилась и показала ей безумный мультик — следующая мысль была еще тише предыдущей, почти ничтожна. А за ней последовала другая. Спокойная, такая же тихая, но настойчивая. Такая, что смогла утихомирить остальные голоса в голове. «Я выбралась» Эби сжала дрожащими руками сумку и поспешила сбежать из архива, но на последок обернулась к компьютеру, где размытым взором прочла надпись: «Удачи, Эбигейл Брукс»