Как вызвать демона, уделать бывшего и найти Любовь

Он сделал всё по рецепту. Черные свечи были расставлены по кругу. Нервно мерцающее пламя не разгоняло, а лишь подчёркивало тьму, создавая вокруг каждого огонька дрожащий кокон. Падающие капли воска недовольно шипели, а после наступало тихое чваканье — это воск встречался с камнем и умирал, хватая воздух чёрными когтями. Останки мертвого животного, жертвенная кровь и латунный пентакль лежали в нужных местах. В направленном на него зеркале он видел свои взъерошенные волосы, горящие огнем нетерпения глаза и капельку пота на носу. Нетерпеливо смахнув капельку, он пододвинул к себе гримуар и пробежался глазами по пергаменту с перевернутой молитвой. В давно умершей церкви пахло сыростью и тлением. Подкатывала тошнота. Крыша обвалилась, через пролом мутным, равнодушным глазом пялилась Луна. В окнах вместо витражей остались лишь свинцовые рёбра, на которых ветер играл похоронную песнь. С каждым шагом из-под ног вырывалось не эхо, а влажный шелест вздыбленных временем каменных плит — будто церковь вздыхала, пережёвывая кости давно забытых прихожан. Над опрокинутым алтарем вниз головой висело распятие. Стертый лик Христа на нем походил на череп. В углах, где когда-то теплились лампады, сейчас клубилась плесень, светившаяся тусклым, трупным фосфором. А над головой, в недрах провалившегося хора, чудилось движение — будто там, в вышине, кто-то беззвучно наблюдал, лёжа на животе и свесив длинные пальцы вниз. Воротник одежды вдруг стал удавкой. Пришлось расслабить его. Пуговица оторвалась и с громким стуком укатилась в темноту. Дрожащими руками он нарисовал на полу перевёрнутую пентаграмму, обвёл ее в круг. Опустился на колени. Разблокировал телефон. Пора. Тишину заброшенного храма разрезали древние слова на проклятом языке. Человек читал заклинание, и испытывал липкий, сводящий с ума ужас. Внезапно пахнуло свечным нагаром – горько, сухо, как от догоревшей лампады в склепе. Пришло понимание, что в церкви есть кто-то ещё. Он не слышал шагов. Он чувствовал дыхание. Слишком ровное, слишком влажное, оно доносилось прямо из-под алтаря — будто каменная плита была лишь крышкой гроба, а сам гроб дышал. Волосы во всех местах встали дыбом от первобытного страха. Пламя свечей метнулось влево, и погасло, хотя никакого дуновения воздуха в храме не было. Появилось желание бросить все и позорно сбежать, потому что из каждого угла старого храма, из каждого огонька черной свечи на него смотрела Бездна. Инстинктивно он сжался в комочек и зажмурился. Совсем рядом с ним прозвучал низкий, властный, чуть хриплый голос. -Серьёзно?! Сушёная куриная лапа? ****** Перед ним материализовался темноволосый мужчина - будто сошедший с обложки модного журнала. Идеально сшитый костюм подчеркивал все достоинства гармонично сложенного тела. Пылинки, увидев отражение в зеркально чистых туфлях, со стыдом растворялись в полумраке. Древесные нотки дорогого парфюма изысканно звучали в окружающем запустении. Лишь неестественно бледная кожа слегка нарушала совершенство образа. Впрочем, как посмотреть. В целом мужчина выглядел так, словно происходил из древнего аристократического рода, где веками разводили власть, высокомерие и безупречные манеры. Он медленно обходил магический круг с испуганным человеком на коленях внутри, разглядывая происходящее с выражением брезгливого недоумения. -Что… что это за гадость? Ты в каком Тиктоке откопал эту нелепицу, парень? Это вообще что? Он взял в руки коричневую керамическую плошку с арабской вязью. -Кровь мертвого животного, - пискнул насмерть перепуганный паренёк. -М-м-м (с интонацией «я так и думал»). Откуда? -Кошку машина сбила. Ну я и... Мужчина раздражённо закатил глаза. -Великий владыка, куда катится мир! А это что за хрень? – неприязненно скривившись, он разворошил пальцами пирамиду черных кристаллов. -Это… соль. Чёрная. Я в интернете прочитал, что она усиливает… — Усиливает необходимость таблички: «Не трогать без сопровождения взрослых». — Отрезал демон. -Ты хочешь, чтобы ритуал призыва переписали кровью с твоей фамилией в примечании? Он резко выдохнул и прикрыл глаза, пытаясь сдержать нарастающую злобу. Когда глаза открылись, в вертикальных зрачках что-то сверкнуло — красное, острое, мгновенное — и тут же погасло. Человек судорожно сглотнул, пытаясь занять как можно меньше места в пространстве. Кончики его ушей порозовели, затем пламя перекинулось на скулы и даже шею. Пальцы стиснули колени так, что побелели костяшки. -Ну и наша вишенка на торте. Мужчина устало потер переносицу двумя пальцами. Сушёные куриные конечности были с брезгливостью отброшены в сторону. — Кстати, почему вообще курица? Паренек робко поерзал на полу. -Нужны были мумифицированные останки животного. Я подумал, что так – подойдет. Что главное – вера... Простите... Демон возмущенно зарычал. — Вера? — произнес он, и в этом слове было столько яда, что передохли все крысы в округе. — Ты взывал к преисподней, но верил... во что? В любовь?! Человек вздрогнул. Верхняя часть его тела качнулась назад, будто от пощёчины. Он всё ещё стоял на коленях. Тяжело, судорожно дыша, боясь поднять взгляд. В ушах шумело. «Встань», — сказал кто-то внутри. Колени приросли к холодному камню. Конечно, ты боишься. Это же демон. Настоящий. Из страшилок. Тот, кто может испепелить тебя одним взглядом. И если ты сейчас не встанешь, он убьет тебя. А ты не для этого его звал. Подбородок человека мелко задрожал. Нижняя губа была напрочь искусана, в двух местах выступили капельки крови, которые он даже не заметил. Внутри влажных, покрасневших глаз шевельнулась обида на себя - на то, что он так глупо дрожит здесь, на коленях, перед существом, которое считает его мусором. Как и его бывший когда-то. Пальцы, вцепившиеся в колени, медленно разжались. Он вдохнул - жадно, как тонущий, который прорвал поверхность воды. И в этот воздух, смешанный с серой и пылью веков, он вдохнул собственную злость на себя. А затем — резко поднялся на ноги так, что сухим треском хрустнули суставы. Плечи расправились неестественно ровно, как у полицейского, который вот-вот рухнет от страха, но не смеет показать слабость. Грудная клетка вибрировала от рваных выдохов. Влажные глаза смотрели прямо на демона. Страх в них не исчез — он уступил место вызову. Упрямству. Отчаянию, которое выглядит как отвага. Демон не помнил, когда в последний раз его удавалось удивить. Может, лет восемьсот назад, когда один алхимик выпросил у него рецепт золота — и создал мыло. Сейчас он ожидал слёзы, мольбы, унижения. А получил – расправленные плечи и прямой взгляд сквозь слёзы. Это было похоже на укол — острый, неожиданный, но... почти приятный. Мужчина вдруг осознал: он хочет узнать, что будет дальше. Это чувство было похоже на зуд в кончиках пальцев — желание не убить, а разобрать механизм, посмотреть, что внутри. Он поймал себя на мысли, что ему не хочется тащить эту душу в Ад. Ему хочется... сесть напротив и спросить: «Что такого у тебя случилось, что ты не сломался перед одним из самых могущественных существ преисподней?». Мысль была настолько крамольной, что он почти машинально оглянулся — не услышит ли кто-нибудь и не донесёт ли Владыке. -Впрочем, — мысленно усмехнулся он, — от смерти его спасёт только то, что мне стало любопытно. Кто бы мог подумать, что куриная лапка приведёт ко мне... самое интересное создание за последнее тысячелетие». Однако, разговор был еще не закончен. - А чем круг со звёздочкой рисовал? Человек хрипло прошептал: -Мелом. Нужно было черным, или кровью, но я... Мужчина покачал головой. Легко, почти незаметно. Как будто внутри него что-то шаталось — терпение, вера в мироздание, желание разгребать вот это вот всё... — Знаешь, — сказал он, не поднимая головы, — в Аду есть камера для особо безнадежных грешников. Я всегда думал, что это преувеличение. Теперь понимаю: её создали, глядя на таких, как ты. Человек виновато шмыгнул носом. Демон отряхнул несуществующую пылинку с безупречного костюма. Пятернёй через лоб назад резко прочесал волосы, пригладив то, что и так лежало идеально, и коротко выдохнул. — С чего ты решил, что можно импровизировать в ритуале призыва? Срочно заблокируй тот сайт, на котором ты все это вычитал, и не делай так больше. Если бы пришел не я, твоя попытка могла закончиться очень плохо. А теперь, человек, шурши отсюда домой и займись чем-нибудь полез... -А вы – Сатана? Дрожащий голос парнишки прервал сварливое ворчание мужчины на полуслове. Он прищурился. Человечек перед ним выглядел, наверное, мило. Если бы в долгой жизни мужчины имели место подобные чувства -Нет. Моё имя звучит по-другому. Повелитель не приходит по каждому вызову, у него, знаешь ли, до хрена дел. Так уж и быть, неудачник, можешь высказать свою просьбу. Несмотря на то, что исполнение ритуала ты провалил по всем пунктам, я посмотрю, что смогу для тебя сделать. Если, конечно, оплата будет достойной. -О-оплата? Нижняя губа паренька задрожала, руки нервно задергали край одежды. -Что, на том сайте не сказали, что мы дорого берём? - Демон усмехнулся, щёлкнул пальцами и вальяжно опустился в появившееся под ним кресло. – Я слушаю, что тебе нужно и что ты готов предложить взамен. И побыстрее, у меня ещё есть дела. Паренёк потоптался на месте, неуверенно бегая глазами вокруг. Потом решился. Вскинул голову. Сжал кулаки. В упор посмотрел на мужчину и выпалил: -Станьте моим парнем! *****