Истинная Блэк

Мы дружной гурьбой пошагали по шуршащей траве к опушке Запретного леса. Стоило Гарри постучать в массивную деревянную дверь хижины, как изнутри раздался оглушительный басовитый лай, а следом послышался грохот падающей мебели. — Погоди, Клык, погоди, свои! — пробасил Хагрид, распахивая дверь. — О, ребята! Заходите, заходите! Не успела я переступить порог, как на меня лавиной обрушилась огромная черная туша борзой. Клык с диким восторгом снес меня с ног прямо на пороге. Я повалилась на спину, заливисто хохоча, пока пес со всей своей собачьей монументальностью удерживал меня на полу и самозабвенно облизывал мне лицо своим огромным, мокрым языком. — Клык, фу! Хватит! Прекрати, я же не косточка! — отбивалась я, задыхаясь от смеха. — Ого, Блэк, какая страсть, — тут же подал голос Поттер, нависая надо мной и ехидно ухмыляясь. — Тебе идет эта новая собачья маска. Очень… освежает. Козел взъерошенный! Кое-как отпихнув счастливого Клыка, я поднялась на ноги, вся покрытая густым слоем собачьих слюней. Взглянув на чистую, выглаженную гриффиндорскую мантию Гарри, я коварно прищурилась. Пока он стоял и самозабвенно ржал, я молниеносно подскочила к нему и с силой вытерла об его рукава свои мокрые ладони, а напоследок еще и по плечу похлопала. — Эй! Блэк, ты чего творишь?! — взвыл Гарри, испуганно отскакивая в сторону и брезгливо разглядывая мокрые пятна на форме. — Фу, от меня теперь воняет! — Ничего страшного, Поттер, — сладко улыбнулась я, сияя от слизеринского триумфа. — От тебя всегда воняет, так что собачьи слюни — это даже апгрейд! — Ах ты!.. Пока мы бурно возмущались друг на друга, Рон и Гермиона буквально покатывались со смеху, держась за животы. Даже Хагрид добродушно ухмылялся в свою густую бороду, разливая по огромным кружкам кипяток. Всё еще недовольно ворча, я прошла к столу и уселась на огромный стул, на котором мои ноги даже не доставали до пола. — Хагрид, ты не представляешь, как я скучала по тебе и твоей хижине! — искренне выдохнула я, оглядывая уютный беспорядок. Тут я внезапно одумалась, поймав взгляд притихших друзей, и хлопнула себя по лбу. — Ой, точно. Хагрид, познакомься, это Рон Уизли. Ну, Уизли ты наверняка знаешь, их сложно не знать! А это Гермиона Грейнджер, она самая лучшая и самая умная девочка на нашем курсе! — Очень приятно, — прогудел лесничий, протягивая ребятам руки размером с приличные крышки от кастрюль. — Рона-то я помню, ага, Артур отличный человек. И Гермионе очень рад, Гарри про тебя много рассказывал! Гермиона тут же смущенно улыбнулась, а Рон с опаской покосился на тарелку с каменными кексами, которые Хагрид с грохотом водрузил в центр стола. — Ну что, молодежь, — Хагрид уселся в свое гигантское кресло, сияя от гордости. — Слышал я новости-то! Джеймс мне по зеркалу все уши прожужжал, да и профессор Макгонагалл хвасталась. Гарри — ловец Гриффиндора, Лира — ловец Слизерина! Ох, как же я горжусь вами обоими! Прямо как в старые добрые времена, когда Сириус с Джеймсом наперегонки за снитчем носились! Я тут же откусила кусочек мармеладки из кармана и победно взглянула на великана. — Хагрид, вообще-то ты должен гордиться мной гораздо больше! — авторитетно заявила я, задрав нос. — Во-первых, я девочка. Во-вторых, я на Слизерине, где конкуренция жестче. А в-третьих, у Поттера на носу очки, он этот снитч без заклинания «Репаро» вообще не разглядит! — Эй! — тут же возмутился Гарри, чуть не поперхнувшись чаем. — У меня отличное зрение для ловца, Блэк! И на поле я тебя сделаю, даже если ты наденешь свою новую крутую метлу себе на голову! Я весело захихикала, глядя на его растрепанный и воинственный вид. Боже, как же с ними было хорошо. — Ох, ну точь-в-точь родители, — Хагрид тепло рассмеялся, качая головой. — Джеймс с Сириусом тоже вечно цапались перед матчами. Помню, на третьем курсе они так заспорили, кто круче летает, что Сириус заколдовал метлу Джеймса, и тот весь матч летал задом наперед! Джеймс тогда умудрился поймать снитч… э-э… зубами, потому что руками держался за древо, чтоб не свалиться! Лили тогда так кричала на них обоих, что у нас в хижине окна дрожали! Мы с ребятами дружно покатились со смеху, а Гарри робко улыбнулся, явно представляя своего отца в такой нелепой ситуации. Атмосфера в хижине стала совсем домашней и теплой. — Хагрид, ну пожалуйста, расскажи еще что-нибудь! — взмолилась я, подперев щеки кулаками и совершенно позабыв о том, что каменные кексы могут нанести непоправимый ущерб моим зубам. — Ох, ну ладно, — добродушно ухмыльнулся великан, подливая Гермионе чаю. — Помню, как Сириус на четвертом курсе решил доказать Лили, что он лучший кулинар, чем Северус на Зельеварении. Он попытался испечь пирог с патокой прямо в котле… Пока Хагрид увлеченно размахивал руками, описывая, как отцовский «пирог» в итоге ожил и попытался съесть сумку профессора Флитвика, я краем глаза заметила кое-что странное. На краю огромного сундука Хагрида лежала свежая газета «Ежедневный пророк». Но странным было не это, а заголовок, который был наспех прикрыт грязным чайным полотенцем. Я умудрилась разобрать жирные черные буквы: «ПОДРОБНОСТИ ОГРАБЛЕНИЯ В ГРИНГОТТС». В голове мгновенно вспыхнул утренний шепот Дафны Гринграсс в нашей спальне: «Гринготтс сумасшедший ограбит!» Сердце взволнованно екнуло. Мне до безумия захотелось прочесть эту статью. Я осторожно вытянула ногу под столом и ощутимо пнула Гарри по голени. Поттер от неожиданности дернулся, чуть не пролив на себя чай, нахмурился и уставился на меня свирепым взглядом, который буквально вопил: «Чего тебе еще надо, Блэк?! Я тебе все мармеладки отдал!» Я раздраженно закатила глаза и сделала максимально скрытное, но понятное движение глазами в сторону сундука. Гарри проследил за моим взглядом, заметил газету и на секунду нахмурился. До его притормознутого мозга наконец дошло, что моя интуиция нашла что-то интересное. Он коротко кивнул мне. Но то, как он решил действовать, было настоящей катастрофой. Поттер начал разворачиваться и тянуться к сундуку с такой скоростью, будто он был не ловцом сборной, а парализованной черепахой! Он делал это «потихоньку», но в масштабах хижины Хагрида его маневры выглядели так, словно он собирался украсть у лесничего дракона. У меня аж нога задергалась от нетерпения и паники. Ну сейчас же, сейчас Хагрид повернется и всё заметит! Придурок очкастый, шевелись быстрее! В самый последний момент, когда Хагрид уже заканчивал историю про пирог, Гарри всё-таки сцапал газету. Но вместо того, чтобы незаметно передать её мне под столом, этот наглый бегемот с абсолютно довольной, победной ухмылкой засунул её прямо в свою школьную сумку! Я возмущенно захлопала глазами, но закричать не могла — Хагрид как раз повернулся к нам. Спустя полчаса мы наконец начали прощаться. Стоило нам выйти на улицу, как небо над Хогвартсом окончательно потемнело и на нас обрушился тяжелый, плотный ливень. — Ну и зачем тебе эта газетка, Блэк? — тут же ухмыльнулся Гарри, поудобнее перехватывая сумку, пока мы быстрым шагом поднимались по склону к замку. — Вместо туалетной бумаги использовать будешь? У вас на Слизерине дефицит? — Поттер, если бы я хотела использовать её как туалетную бумагу, я бы завернула в неё твое невыносимое мнение и смыла в унитаз! — огрызнулась я, повышая голос из-за шума дождя. — Отдай, она мне нужна! Мы с Гермионой одновременно нахмурились и попытались прикрыть головы руками, но было уже поздно. Крупные капли безжалостно барабанили по нашим волосам. — Мерлин, только не это! — простонала я, чувствуя, как намокшие пряди начинают противно липнуть к лицу. — Моя укладка! Ты хоть представляешь, Поттер, как сложно укладывать кудри?! Они сейчас пушиться начнут, я буду похожа на бешеного крупа! Гермиона рядом со мной раздраженно фыркнула, пытаясь пригладить свои и без того пушистые волосы, которые от влажности моментально превратились в объемное облако. Наша девичья солидарность против шотландской погоды была абсолютной. Парни, разумеется, только глупо переглянулись — гриффиндорским лохмачам наших страданий было не понять. Гарри, глядя на то, как я сердито пытаюсь сдуть мокрую прядь с носа, вдруг перестал ухмыляться. Он на секунду замялся, а потом резко расстегнул свою мантию. — Ладно, держи, кудрявая, — буркнул он, неожиданно набрасывая край своей тяжелой, еще сухой мантии прямо мне на голову, укрывая от ливня. В нос тут же ударил его дурацкий запах — смесь осеннего ветра, дерева от метлы и тыквенного сока. Я замерла на полуслове, уставившись на него из-под черной ткани. Гарри, оставшись в одной рубашке, посильнее натянул лямку сумки, в которой лежала украденная газета, и припустил вперед к дверям замка. — Догоняйте, а то Грейнджер точно превратится в одуванчик! — весело крикнул он через плечо. — Поттер, стой! — крикнула я дождю вослед, на ходу стягивая с головы его тяжелую мантию. Я резко притормозила возле Гермионы и, проигнорировав её слабое сопротивление, набросила сухую ткань ей на плечи. У Грейнджер кудри были куда капризнее моих, её шевелюру шотландский потоп превратил бы в настоящее стихийное бедствие. Сама я точно не пропаду — папа всегда говорил, что у Блэков железный иммунитет, так что от пары капель я точно не растаю и не заболею. Избавившись от балласта, я с хохотом припустила за Поттером, с разбегу плюхаясь форменными туфлями прямо в глубокие лужи. Брызги летели во все стороны, пачкая подол мантии, но мне было абсолютно плевать. Вообще-то я безумно любила дождь! В нем было что-то дикое, свободное и по-настоящему прекрасное. Единственное, в чем мне крупно не повезло — это родиться кудрявой. Мерлин, за что такие мучения? Гарри обернулся у самых дверей замка и, заметив, что я бегу налегке, а его мантия спасает Гермиону, тут же затормозил — Блэк, ты вообще соображаешь, что делаешь? — крикнул он, когда я тяжело дыша взбежала по каменным ступеням крыльца. Капли воды ручьями стекали по моим щекам, а волосы уже начали упрямо пушиться. — Твой отец мне голову оторвет, если ты сляжешь с простудой! Я всё расскажу тете Марлин, поняла? Прямо так в письме и напишу: «Ваша дочь бегала по лужам без мантии и плевала на приличия!» — Ах ты ябеда очкастая! — колко отозвалась я, упирая руки в бока и сердито фыркая. — Попробуй только черкнуть маме хоть слово, Поттер, и твой любимый мармелад волшебным образом превратится в сушеных тараканов! И вообще, на себя посмотри. Сам стоишь в одной рубашке, она уже насквозь промокла и прилипла к спине! — И что? — Гарри гордо выпрямился, ухмыляясь своей самой невыносимой гриффиндорской улыбкой, хотя по его плечам вовсю катился ливень. — Я мужчина, Блэк. Мужчины от такого не болеют. Я недовольно нахмурилась и раздраженно закатила глаза. — Серьезно, Поттер? Мужчина? Причем тут это вообще?! — проворчала я, чувствуя, как к горлу подкатывает глупый смешок. — Твоя логика бьет все рекорды тупости. Анатомия у магов вообще-то одинаковая, так что твоя «мужская» гордость не спасет тебя от чихания на уроках Макгонагалл! В этот момент к нам наконец подбежали запыхавшийся Рон и Гермиона, которая выглядела невероятно довольной под защитой огромной мантии Гарри. Мы все четверо ввалились в сухой и теплый вестибюль замка, оставляя за собой цепочку мокрых следов на каменном полу. — Ну всё, гриффиндорцы, бывайте, — я весело отжала край своей мантии прямо на каменный пол вестибюля. — Поттер, не забудь выпить бодрящего зелья. А то твоя «мужская гордость» заставит тебя чихать громче, чем взрывается котел на уроках Снейпа. — И тебе не хворать, Блэк, — хмыкнул Гарри, поправляя съехавшие от сырости очки. — Смотри не утони в подземельях по дороге! Я показала ему на прощание самый очаровательный из своих слизеринских оскалов, помахала Гермионе и Рону и припустила вниз по лестнице. Мои туфли издавали донельзя смешные, хлюпающие звуки при каждом шаге, но меня это только забавляло. На ходу я предвкушающе ухмылялась: «О-о-о, как же сейчас будет пищать Паркинсон, когда увидит меня в таком виде!» Я со смехом шепнула пароль каменной стене и шагнула в гостиную Слизерина. Но мой триумфальный настрой мгновенно разбился о суровую реальность. Прямо у камина, на лучших кожаных креслах, вальяжно расположилась шайка Малфоя в полном составе — Крэбб, Гойл и сам великий аристократ Драко. Да чтоб вас черти драли. Малфой тут же манерно повернул голову, оглядел меня с ног до головы своим самым высокомерным взглядом и картинно поморщился, заметив стекающие с моей мантии лужи. — Блэк, ты что, решила поплавать в Черном озере вместе со сквидами? — ехидно процедил он, растягивая слова. — Выглядишь как… — Как человек, который умеет весело проводить время, Малфой, тебе это понятие всё равно незнакомо, — лениво перебила я его на полуслове, даже не притормаживая. — Иди лучше прическу лаком сбрызни, а то от сырости твои идеальные зализанные волосики встанут дыбом. Крэбб и Гойл глуповато хрюкнули, а Драко аж задохнулся от возмущения, но я уже взлетела по лестнице и скрылась в коридоре спален. Толкнув дверь нашей комнаты, я поняла, что мои предсказания сбылись на все сто. Там была только Пэнси Паркинсон. И она и правда пищала так, что у меня чуть кровь из ушей не хлынула. — БЛЭК! Ты с ума сошла?! Что это за свинарник?! С тебя течет! Ты испачкаешь весь ковер, Мой папа платит бешеные галеоны за обучение, а я должна жить в одной комнате с мокрой подстилкой?! — ее голос сорвался на форменный ультразвук. — Ой, Паркинсон, закрой рот, а то муха залетит, — закатила я глаза и, даже не слушая ее дальнейшие вопли, стремительно шмыгнула в ванную комнату, с грохотом заперев за собой дверь. Я тихо захихикала, прислонившись спиной к прохладному дереву. Какое же блаженство — тишина! Включив горячую воду, я начала стягивать мокрую одежду, как вдруг замерла с мантией в руках. Черт. Газета! Я же так и не забрала у Поттера этот несчастный «Ежедневный пророк»! Этот несносный очкарик утащил его в свою сумку. Ладно, решила я, залезая под теплые струи душа, завтра за завтраком я из него эту газету душу вытрясу. *** На следующее утро пророчество Сириуса сбылось с поистине блэковским размахом. Я спустилась в Большой зал в прекрасном расположении духа, хотя Пэнси с самого рассвета пыталась брызгать ядом. Едва мы уселись за столы, Паркинсон демонстративно громко, на половину Слизерина, заявила: — Посмотрите на нее, бегает за Поттером как преданная собачонка, мокнет под дождем, позорит чистокровное имя! Наверное, и на квиддич ее взяли только потому, что Поттер попросил… В этот самый момент над нашими головами раздался оглушительный шум сотен крыльев. Началась утренняя почта. Но в этот раз совы летели как-то странно — они сбились в огромную стаю, которая целенаправленно снижалась прямо к нашему столу. В самом центре этой стаи летели три огромных филина, которые с трудом удерживали длинную, тяжелую посылку, завернутую в плотную коричневую бумагу. С глухим стуком посылка опустилась прямо передо мной, едва не перевернув кубок с соком Пэнси. Зал мгновенно затих. Все четыре факультета, включая Гарри за гриффиндорским столом, вытянули шеи от любопытства. Малфой даже привстал со своего места, а у Паркинсон от шока и зависти буквально перекосило лицо. К посылке была привязана записка. Я узнала летящий папин почерк и с улыбкой прочла про себя: «Звездочка моя! Как и обещал — это тебе. Новейший, только из мастерской, самый скоростной гоночный аппарат в мире! Размажь Гриффиндор и утри нос Поттеру. Мы с мамой любим тебя и ждем на Рождество! Твой Сириус». Я решительно дернула за бечевку и сорвала обертку. По залу пронесся дружный, восхищенный выдох. На столе лежала сияющая, идеально отполированная метла высшего класса — с безупречными прутьями, золотой гравировкой и аэродинамикой, о которой Малфой мог только мечтать в своих снах. Пэнси Паркинсон мгновенно заткнулась, захлопнув рот с таким звуком, будто ей туда прилетела навозная бомба. Ее порция утреннего яда окончательно протухла. Я победно выпрямилась, обвела взглядом притихший Слизерин и посмотрела на гриффиндорский стол. Наткнувшись на широко раскрытые, ошарашенные глаза Гарри, я коварно прикусила губу и победно вскинула бровь, беззвучно одними губами говоря ему: «Ну что, Поттер, потягаемся?» *** После триумфального завтрака я с трудом пробиралась по запруженным коридорам Хогвартса, прижимая к себе длинный, увесистый сверток. Новейшая метла, бережно завернутая обратно в плотную бумагу, упорно стремилась выскользнуть из моих рук. Студенты толкались, спеша на уроки, Крэбб и Гойл намеренно задели меня плечами, из-за чего я едва не растянулась на каменном полу. Нести этот гоночный аппарат в такой толпе, стараясь не помять идеальные прутья, было тем еще квестом. Я как раз сворачивала в менее людный коридор, ведущий к кабинету Заклинаний, как вдруг чьи-то сильные руки бесцеремонно перехватили меня поперек талии. Мой драгоценный сверток тут же отобрали, а меня саму рывком затащили в полутемный пустой класс, с грохотом захлопнув за спиной массивную дверь. Внутри меня мгновенно взвилась блэковская ярость. Я уже занесла руку, крепко сжав кулак и целясь нападавшему прямо в глаз. Папа всегда учил меня: магия — это, конечно, круто, но если ты можешь постоять за себя без волшебной палочки и хорошенько вмазать врагу — ты непобедима. Я уже была готова совершить показательное рукоприкладство, как вдруг в нос ударил до чертиков знакомый запах осеннего ветра, дерева и тыквенного сока. Да блин! Я резко опустила кулак в сантиметре от чужого носа и сердито выдохнула, упирая руки в бока. Передо мной, бережно прижимая к себе мою метлу и виновато улыбаясь, стоял Поттер. На его лбу красовалась свежая царапина, а очки снова съехали набок. — Поттер, ты пугало ненормальное! — рявкнула я, чувствуя, как бешено колотится сердце. — Ты что, поставил себе цель всей жизни — довести меня до инфаркта?! Тебе чертовски повезло, что я не заехала тебе по твоей физиономии! Отец бы мной гордился, а вот твой папа знатно бы с тебя поржал! Гарри лишь тихо рассмеялся, аккуратно поставив мою завернутую метлу у стены, а затем перевел на меня свой упрямый, теплый взгляд. — Ну прости, Блэк, — хмыкнул он, поправляя очки. — Нам просто нужно поговорить без лишних глаз. И без твоих факультетских куриц, которые караулят тебя за каждым углом. Во-первых, я пришел оценить твой новый транспорт, а во-вторых… — он хитро прищурился и полез в свою сумку. — Кое-кто вчера очень сильно требовал одну вещь. Он медленно выудил из глубин сумки ту самую помятую газету «Ежедневный пророк», которую мы стащили у Хагрида. Я выхватила помятый «Ежедневный пророк» из рук Поттера с таким видом, словно это была не обычная бумага за два кната, а древний манускрипт с запретными заклинаниями. Мы синхронно склонились над партой, соприкасаясь головами так близко, что я снова почувствовала тепло, исходящее от его плеча. — Ну-ка, дай сюда, черепаха, — пробормотала я, расправляя помятые края страницы. Мои глаза быстро забегали по строчкам. Статья кричала о том, что проникновение в Гринготтс произошло тридцать первого июля. В тот самый день, когда Гарри праздновал одиннадцатилетие, а я — буквально через пять минут после него.Родители до сих пор шутили, что я умудрилась опоздать на собственный праздник, уступив Гарри право быть старшим. Но самое странное было в другом. В газете черным по белому было написано: «Следствие продолжается, однако из сейфа под номером 713, судя по всему, ничего не пропало, так как он был опустошен ранее в тот же день». Я замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Сейф 713. — Гарри… — я впервые за долгое время назвала его по имени, а не по фамилии, и мой голос упал до заговорщического шепота. — Тридцать первого июля. Мы же тогда вместе с родителями, наряжали весь дом. Но перед этим вы с отцом и Хагридом отлучались в банк по какому-то «секретному делу Дамблдора», помнишь? Гарри резко посерьезнел. Его веселая ухмылка мгновенно растаяла, а зеленые глаза за стеклами очков округлились. Он опасливо оглянулся на закрытую дверь класса и подошел к парте еще ближе, почти касаясь моего уха. — Лира, только никому, ладно? Даже Гермионе с Роном я пока не рассказал все детали, — тихо, едва дыша, произнес он. — Папа и Хагрид тогда подошли к этому сейфу. Хагрид достал оттуда маленький, невзрачный сверток, обернутый в грязно-коричневую бумагу. Папа тогда еще так странно переглянулся с Хагридом и сказал, что Дамблдор очень рискует, пряча это в школе. Они забрали его прямо перед тем, как банк попытались ограбить! Я прикусила губу, чувствуя, как в моей голове со свистом завертелись шестеренки логики. Если сумасшедший преступник рискнул штурмовать Гринготтс ради этой вещицы, значит, она обладает невероятной, возможно, опасной силой. А раз Джеймс Поттер и мой отец Сириус Блэк тоже как-то замешаны в этом деле Дамблдора, значит, наша бурная семейка снова в самом центре шторма. — Поттер, ты понимаешь, что это значит? — я медленно подняла на него взгляд, и мои глаза азартно блеснули. — В Хогвартсе, прямо под нашими носами, спрятано то, ради чего готовы пойти на преступление века. И наши родители об этом знают! Гарри посмотрел на меня с легким ужасом, смешанным с восхищением от того, как быстро я всё сопоставила. — И что ты предлагаешь, Блэк? — спросил он, упрямо сжимая кулаки. — Разузнать, что в свертке? — Именно, Поттер, — моя коварная улыбка вернулась на свое законное место. — Мы просто обязаны выяснить, какую тайну Дамблдор притащил в замок. Я решительно свернула «Ежедневный пророк» в трубочку и засунула его обратно в твою школьную сумку. — План у нас есть. Но давай смотреть правде в глаза: моя интуиция и твоя гриффиндорская готовность лезть на рожон — это, конечно, мощный коктейль. И я определенно умнее тебя, уж прости, Гарри, это просто научный факт. Гарри возмущенно открыл было рот, но я царственным жестом перебила его, не дав вставить ни слова: — Но даже моего ума и твоей удачливости маловато для шпионажа Министерства магии. Нам нужны настоящие, тяжелые аналитические мозги. А у кого они в этой школе самые лучшие? Гарри на секунду задумался, а потом его глаза за стеклами очков понимающе блеснули. — Гермиона, — синхронно выдохнули мы. — Именно, — я победно щелкнула пальцами. — Моя лучшая подруга. Без Грейнджер мы эту загадку века будем разгадывать до самого выпуска из Хогвартса. Так что берем ноги в руки, забираем мою драгоценную метлу и идем сдаваться на милость нашей главной всезнайке. Я бережно перехватила завернутый гоночный аппарат, Гарри поудобнее накинул лямку сумки с украденным «Пророком», и мы вместе выскочили из пустого класса. Нам предстояло найти Гермиону, пока она не закопалась в библиотеке на такую глубину, откуда её не достанет даже поисковое заклинание. *Спустя 5 минут* Мы перехватили Гермиону прямо на выходе из Большой лестницы — она как раз целенаправленно шагала в сторону библиотеки, прижимая к груди увесистый том по Нумерологии. Но стоило нам с Гарри заговорщически поманить её в тихий апсидный тупик за гобеленом с танцующими троллями, как из-за угла с полусъеденным пирожком в руке вынырнул Рон. — О-о-о, какие люди! — рыжий тут же расплылся в невыносимо ехидной ухмылке, переводя взгляд с меня на Поттера, а потом на длинный сверток с моей новенькой метлой. — Я не понял, Блэк, вы с Гарри что, уже планируете, куда поставите твою новую супер-метлу в будущем доме Поттеров? Или вы вместе ходили выбирать свадебную мантию? Близнецы Уизли были правы, ставки растут! Внутри меня всё буквально закипело. Меня знатно, до зубовного скрежета раздражал этот рыжий паникер. Ну блин! Мы тут, понимаешь, делом государственной важности занимаемся, тайны Министерства и Гринготтса распутываем, а этот шутник пищит под ухом свою бесконечную чепуху! Бесит. Просто невыносимо бесит! — Уизли, — я сделала обманчиво ласковый шаг вперед, вздернув подбородок и сверкнув глазами так, что Рон инстинктивно поперхнулся своим пирожком. — Если ты сейчас же не закроешь свой вечно жующий рот, я заколдую этот пирожок, и он превратится в живую жабу прямо у тебя в желудке. И поверь мне, сглазы отмывать гораздо больнее, чем отмывать котлы у Снейпа! — Рон, заткнись, ради Мерлина! — неожиданно сурово поддержала меня Гермиона, заметив наше с Гарри предельно серьезное выражение лиц. Она быстро юркнула за гобелен. — Заходите сюда, живее, пока Малфой не прибежал. Гарри схватил Рона за шкирку и буквально затащил его вслед за нами в пыльную каменную нишу. Рыжий, наконец осознав, что шутки кончились, обиженно надулся, но благоразумно замолчал. — Так, Грейнджер, — я положила метлу на каменный выступ и кивнула Поттеру. — Доставай свое сокровище из сумки. У нас тут пазл, который без твоих гениальных мозгов вообще не складывается. Гарри молча выудил помятый «Ежедневный пророк», а Гермиона пробежалась глазами по строчкам статьи, и её лицо мгновенно приняло выражение максимальной умственной концентрации. — Ну конечно! — воскликнула она, но тут же испуганно прикрыла рот ладошкой и понизила голос до шепота. — Помните, в начале сентября Дамблдор на пиру говорил, что правое крыло коридора на третьем этаже закрыто для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью? Все тогда подумали, что это шутка. Но буквально через неделю после этого в замок доставили какой-то строго засекреченный груз из Министерства. Я случайно подслушала, как профессор Макгонагалл говорила об этом со Снейпом! — Груз? Из Гринготтса прямо в школу? — Рон так и застыл с открытым ртом, окончательно позабыв про свой пирожок. — Именно, — кивнула Гермиона, победно глядя на нас. Я потерла подбородок, лихорадочно соображая. Шестеренки логики закрутились на полную мощность. — Хм… и где же они могли его спрятать? — задумчиво протянула я. — Хогвартс огромный, тайников тут пруд пруди. Но если вспомнить ту дурацкую вылазку в первую неделю учебы, когда мы с Поттером случайно забрели в заброшенный класс на третьем этаже… Поттер, помнишь? Гарри нахмурился, явно припоминая ту ночь. — Да уж, — фыркнул я. — Ты тогда еще умудрилась заблудиться в трех соснах и едва не сдала нас Филчу. — Неправда! Я не заблудилась, я заводила новые социальные связи! — возмущенно парировала я, пихнув его локтем под ребра. — Между прочим, я тогда познакомилась с Миссис Норрис. Она такая милая! Лапочка просто, шерстка пушистая, глазки умные… Только вот этот несносный Поттер перепугался, схватил меня за шкирку и до конца не дал с ней нормально пообщаться! Потащил прочь, как будто за нами стая дементоров гналась! Гарри мученически закатил глаза, а Рон с Гермионой уставились на меня так, будто я только что призналась в любви к гремучей иве. — Назвать кошку Филча «милой лапочкой»… Блэк, у тебя точно блэковские гены головного мозга, — пробормотал Рон, нервно сглотнув. — Так, ладно, кошка Филча подождет, — перебила нас Гермиона, возвращая к делу. — Третий этаж — это лишь один из вариантов. В замке куча заброшенных мест. — Точно, — согласилась я, хитро прищурившись. — Хогвартс слишком большой. Нам четырехкурсникам-то сложно всё обойти, а уж первокурсникам тем более. Может, нам стоит спросить у Фреда и Джорджа? Близнецы ведь старше, они знают этот замок как свои облупленные карманы и наверняка в курсе, где в школе есть огромные, вместительные тайники, куда можно спрятать секретный министерский груз. Гарри и Рон переглянулись. Идея привлечь старших Уизли явно показалась им одновременно гениальной и чертовски опасной. Нашли мы близнецов на исходе дня в полупустом коридоре около башни Заклинаний, где они увлеченно тестировали на каких-то несчастных дождевиках свои новые навозные бомбы улучшенного радиуса поражения. — О, глядите-ка, Фред, — Джордж первым заметил нашу конспиративную процессию. — К нам пожаловала будущая миссис Поттер в компании нашего младшего и... — ...и величайших умов нашего поколения, — подхватил Фред, картинно кланяясь Гермионе. — Чем обязаны, юные заговорщики? Я решительно шагнула вперед, проигнорировав очередную шуточку про замужество, хотя Гарри за моей спиной как-то подозрительно громко закашлялся. — Нам нужна ваша помощь, — без лишних прелюдий заявила я, скрестив руки на груди. — Вы знаете замок лучше всех. Где в Хогвартсе, кроме подземелий, есть большие, вместительные тайники? Такие, чтобы туда можно было спрятать... ну, скажем, габаритный министерский груз? Чтобы и охранять удобно, и Филч не наткнулся. Близнецы синхронно переглянулись. На их лицах расплылись абсолютно одинаковые, до чертиков хитрые ухмылки. Они тактически оценили серьезность наших мосек, а потом Фред сделал шаг ко мне, заговорщически понизив голос: — Информация, леди Блэк, в наше время стоит дорого. Карты Хогвартса мы не раздаем за красивые глазки. — Но у нас есть деловое предложение, — Джордж подмигнул брату. — Нам для новой партии «Забастовочных зацеловок» позарез нужен один редкий ингредиент. Шкура бумсланга и златоглазки. Из личных, так сказать, закромов вашего многоуважаемого декана Снейпа. Доступ туда есть только у змеек. Что скажешь, Лира? Организуешь диверсию? Я аж рот открыла от такой наглости и возмущенно нахмурилась. Мои брови взлетели куда-то в район затылка. — Вы что, совсем обалдели?! — зашипела я на ультразвуке, сердито топая ногой. — Не офигели ли вы, мальчики?! Ограбить Снейпа?! Да он меня на ингредиенты для зелья от прыщей пустит, если поймает! Чистокровные Блэки не работают на побегушках у гриффиндорских контрабандистов! Гарри и Рон за моей спиной испуганно сжались, а Гермиона мученически прикрыла глаза, понимая, что сделка века трещит по швам. Но близнецов мой блэковский гнев вообще не напугал. Они лишь дружно, во весь голос рассмеялись, ни капли не обидевшись. — Ну пожалуйста, Лирочка! — Фред умоляюще сложил руки перед грудью, состроив лицо самого несчастного в мире нюхлера. — Только ты можешь это провернуть! Ты же у нас гений Слизерина! — Пожалуйста-а-а, — поддакнул Джордж, делая такие же просящие, невинные глаза. — Мы в долгу не останемся! Мы тебе такие секреты замка откроем, о которых твой папочка Сириус в свои школьные годы даже не догадывался! Они стояли, облепив меня с двух сторон, и канючили с таким искренним, комичным упорством, что моя стена чистокровной гордости начала стремительно рушиться. Я посмотрела на Гарри — тот умоляюще кивнул. Посмотрела на Гермиону — та лишь обреченно вздохнула. — Блин… — в сердцах выдохнула я, раздраженно запуская пальцы в волосы. — Ладно! Ладно, черт с вами, вымогатели рыжие! Я достану вам эти несчастные ингредиенты. Но если Снейп заставит меня до конца жизни мыть котлы зубной щеткой, вы будете мыть их вместе со мной! — Идет! — победно вскрикнули близнецы. Фред заговорщически наклонился к моему уху: — А теперь касательно вашего тайника... Советуем вам повнимательнее присмотреться к заброшенному коридору на третьем этаже. Там за одной неприметной дверью сидит... ну, скажем так, очень громкая и очень кусачая причина, по которой туда никого не пускают. Хагрид её Пушком зовет. Мы все четверо синхронно замерли. Пазл начал складываться с пугающей скоростью. — Ладно, спасибо, вымогатели, — проворчала я, на удивление вежливо кивнув близнецам на прощание. Фред и Джордж в ответ синхронно приложили пальцы к вискам, картинно салютуя, и растворились в вечернем полумраке коридора. Я развернулась и пошагала чуть впереди нашей троицы, полностью погрузившись в свои мысли. Шестеренки в голове крутились так быстро, что я едва замечала меняющиеся лестницы Хогвартса. Зачем вообще кому-то грабить банк? Да еще и самый защищенный в волшебном мире! Если бы речь шла об обычных галеонах, то со стороны Дамблдора было бы верхом нелогичности прятать их в Хогвартсе, верно? Каменные стены школы — это, конечно, надежно, но Гринготтс веками считался неприступным. Значит, в том грязном маленьком свертке, который Хагрид забрал из сейфа 713, лежало нечто совершенно иное. Но что именно хотели украсть? Какое-то мощное темное оружие? Древний артефакт, способный даровать бессмертие или уничтожить половину Министерства? И почему этот груз охраняет какая-то жуткая трехглавая собака по кличке Пушок? Откуда Хагрид вообще притащил этого монстра, и как, Мерлин меня дери, обычная запертая дверь на третьем этаже должна сдержать преступника, который умудрился взломать защиту гоблинов?! Столько вопросов, и ни одного внятного ответа. Голова уже шла кругом. Вот если расспросить Хагрида… Да он же ничегошеньки не расскажет! Лесничий при всем своем добродушии свято предан Дамблдору. Он скорее сам съест свои каменные кексы, чем выдаст директорскую тайну. А папу? Если я напишу Сириусу, он сто процентов тоже промолчит, да еще и пришлет громовещатель с требованием не совать свой нос в опасные министерские дела. — В общем, на сонную и уставшую голову лучше не мыслить, как всегда говорит мама, — пробормотала я себе под нос, чувствуя, как затылок начинает противно ломить от перенапряжения. — А то напридумываю сейчас себе ужасов на ночь глядя. Надо анализировать всё на здоровую, свежую голову. А для этого… для этого мне нужно срочно лечь спать. Я даже ужинать сегодня не пойду, сил нет. Мы как раз дошли до развилки, откуда одна дорога вела в подземелья, а другая — к гриффиндорской башне. Я остановилась, чтобы попрощаться. Гарри, услышав мои слова про пропущенный ужин, тут же нахмурился. Его зеленые глаза за стеклами очков недовольно сузились, и он сделал шаг ко мне. — Блэк, ты с ума сошла? — буркнул он, недовольно скрестив руки на груди. — Ты и так обед проспала. Шла бы ты в Большой зал, съешь хотя бы булочку с повидлом. А то завтра на уроках в обморок упадешь, а мне тебя караулить. Я демонстративно, с особым слизеринским шиком закатила глаза. — Поттер, с чего бы это мне вообще тебя слушаться? — фыркнула я, ухмыляясь его командирскому тону. — Твое гриффиндорское занудство утомляет меня сильнее, чем домашнее задание по Трансфигурации. Справлюсь как-нибудь без твоих бесценных советов по диетологии! Я сделала шаг в сторону, крепко обняла Гермиону, которая понимающе улыбнулась мне на прощание, весело помахала рукой Рону и, прижимая к себе завернутую метлу, зашагала вниз, в прохладную темноту подземелий. За спиной я отчетливо услышала, как Поттер раздраженно и громко вздохнул, но оборачиваться не стала — блэковская гордость требовала уйти красиво. *** Утро снова началось с абсолютной, звенящей тишины. Я разлепила глаза, сладко потянулась и обнаружила, что в спальне я опять совершенно одна — наши факультетские «дамы» уже благополучно упорхнули на завтрак. — Да что за везение такое? — проворчала я, довольно улыбаясь. — Неужели вселенная наконец-то решила избавить меня от их писклявых голосов по утрам? Я быстро вскочила с кровати, наспех почистила зубы, умылась и соорудила на голове максимально небрежный, растрепанный пучок из своих буйных кудрей. Стоило мне сделать первый шаг из комнаты, как мой желудок издал такой оглушительный, утробный урчащий звук, что я инстинктивно оглянулась — не проснулся ли в подземельях какой-нибудь скрытый монстр. Ну блин, Гарри вчера был абсолютно прав! Я была голодная как стая диких волков. Сейчас я бы с легкостью съела целого кита, а на закуску — Поттера! Хотя… этот лохматый очкарик, наверное, жутко невкусный и костлявый. Весело напевая под нос, я влетела в Большой зал и уже прицелилась взглядом в сторону слизеринского стола, как вдруг заметила яростные взмахи рук. Меня вовсю подзывали к гриффиндорскому столу! Там в полном составе сидели мои любимые друзьяшки — Гермиона, Рон, Гарри и, судя по всему, половина их красно-золотого факультета в придачу. Наплевав на косые взгляды Малфоя, я решительно направилась к гриффиндорцам и с разбегу плюхнулась на скамью рядом с Гермионой. — Всем приятного аппетита, заговорщики! — жизнерадостно объявила я, уже готовая тянуться через весь стол за едой. Но тянуться никуда не пришлось. Прямо передо мной стояла идеальная, огромная тарелка, на которой кто-то заботливо собрал все мои самые любимые блюда! Здесь были и нежные черничные мармеладки, и шоколадные блинчики, и — о Мерлин! — фаршированный перец. Но не просто перец, а без самого перца! На тарелке аккуратно возвышалась сочная, дымящаяся горка фарша. Да, я обожала фаршированный перец (как и еду впринципе), но саму горьковатую овощную оболочку терпеть не могла и всегда её выковыривала. А тут кто-то проделал эту ювелирную работу за меня! Я восхищенно округлила глаза и уставилась на тарелку, чувствуя, как слюнки текут с утроенной скоростью. — Ого! А кто это сотворил такое чудо? Кто этот святой человек, освободивший меня от кулинарного рабства? — спросила я, с аппетитом нанизывая на вилку первый приличный кусок фарша. — Э-э-э… Ну, это я тебе всё собрала, Лира, — как-то чересчур неуверенно и смазано ответила Гермиона. При этом она на секунду скосила глаза в сторону Гарри, который в этот момент с абсолютно независимым и жутко сосредоточенным видом пытался намазать джем на свой тост. — Спасибо, Гермионочка, ты лучшая! — я лучезарно улыбнулась подруге и отправила еду в рот, но внутри меня мгновенно закралось смутное подозрение. Я мысленно нахмурилась. Откуда Грейнджер вообще могла знать такие тонкости? Мы общаемся всего ничего, и я точно никогда не рассказывала ей, что ем фарш без перца и обожаю именно эти блинчики. Странно всё это, очень странно… Ладно, решила я, решив пока не докапываться до истины, сейчас главное — спастись от голодной смерти. Поттер за углом стола подозрительно тихо хмыкнул, но продолжал упорно изучать свой тост. Мою гастрономическую идиллию бесцеремонно нарушили близнецы Уизли. Фред и Джордж синхронно наклонились над столом, заговорщически подмигивая мне. — Ну что, леди Блэк, — вкрадчиво начал Фред, понизив голос до шепота. — Как спалось на голодный желудок? Надеемся, аппетит не заглушил твою память? — Да-да, — поддакнул Джордж, многозначительно поигрывая бровями. — Напоминаем, что сегодня у вас как раз совмесное Зельеварение. Шкура бумсланга и златоглазки сами себя из кладовой Снейпа не утащат! У меня кусок фарша чуть поперек горла не встал. Черт! Блин, я же совсем забыла про наше соглашение и ограбление века! За всеми этими мыслями о Гринготтсе и Пушке диверсия у Снейпа напрочь вылетела у меня из головы. Я сглотнула, воровато оглянулась на преподавательский стол, где декан Слизерина как раз пил свой утренний кофе с видом человека, готового снять сто очков при первой же возможности, и решительно посмотрела на близнецов. — Ладно, вымогатели, — прошипела я, коварно ухмыляясь. — На сегодняшнем уроке я точно что-нибудь придумаю. Снейп даже пикнуть не успеет! *** Я сидела на уроке Зельеварения со скучающим и предельно кислым видом, подперев подбородок рукой и лениво помешивая зелье в котле. Блин, как же мне хотелось сейчас сидеть на нормальном ряду вместе с Гермионой! С ней можно было бы хотя бы тихонько обсудить рецепты. Но нет... черт бы побрал этого Поттера! Из-за наших утренних и вчерашних терок Снейп с особым садистским удовольствием усадил нас за одну парту, чтобы «лучшие ловцы школы учились работать в команде». Ага, сейчас. Пока Снейп монотонно читал лекцию о свойствах сушеных златоглазок, расхаживая между рядами, я лихорадочно прокручивала в голове план. Так, как же нам ограбить эту чертову кладовую? На уроке пытаться пролезть туда — чистой воды самоубийство, Снейп спиной чует любое шевеление. Но и после уроков сделать это незаметно казалось невозможным — личный склад декана запечатан заклинаниями. Я сердито прикусила губу, думая о том, как аккуратно проскользнуть по коридору. И тут до моей тупой Лириной башки дошло: черт! Надо было заставить Гарри притащить его Мантию-невидимку! Мы бы под ней спокойно зашли и вынесли всё, что нужно близнецам. Вот я дура, не подумала! Мои гневные мысли о собственной недогадливости прервал легкий толчок в локоть. Я опустила глаза и заметила, как Гарри осторожно, под прикрытием раскрытого учебника, пододвинул ко мне клочок пергамента. Я развернула записку. Корявым, торопливым почерком Поттера там было написано: «Я пойду с тобой грабить Снейпа после уроков. Одна ты точно попадёшься и не справишься, Блэк. У тебя на лице написано, что ты паникуешь». Я мгновенно надулась, и внутри меня вспыхнула яростная блэковская гордость. В смысле — я не справлюсь?! Как это?! Да я Блэк, во-первых! А во-вторых, я одна еще как со всем разберусь, без всяких лохматых помощников! Разозлившись, я схватила перышко, с силой обмакнула его в чернила и прямо под его строчкой размашисто начеркала: «Поттер, закрой рот! Я прекрасно со всем справлюсь сама! Сиди ровно не рыпайся!» Я сердито швырнула записку обратно на его половину парты. Гарри прочитал, его брови взлетели вверх, и он тут же, яростно скрепя пером, написал ответ: «Ага, конечно. Ты в прошлый раз от кошки Филча едва в обморок не упала со своими „социальными связями“. Без моей Мантии-невидимки тебя Снейп у дверей поймает. Так что мы идем вместе». Бумажка снова прилетела ко мне. Я аж задохнулась от возмущения. Мы начали спорить прямо на этом несчастном клочке пергамента, вырывая его друг у друга и строча колкости наперегонки. «Я не боялась Миссис Норрис, она лапочка! А мантию свою мог бы просто одолжить, если бы был джентльменом!» — написала я. «Я не сумасшедший, чтобы отдавать Слизерину семейную реликвию! Или вместе, или я иду к Гермионе и говорю, что ты задумала суицид в кабинете Снейпа» — ответил этот шантажист очкастый. Я так увлеклась нашей письменной перепалкой, сердито сопя и выписывая очередное оскорбление, что совершенно перестала следить за окружением. Как вдруг над нашей партой нависла огромная, зловещая черная тень, а в воздухе отчетливо запахло летучими мышами и горькой полынью. Ой. — Поттер, Блэк… — раздался над нашими головами ледяной, вкрадчивый голос Снейпа, от которого у меня кровь застыла в жилах. — Я вижу, составление любовных посланий интересует вас гораздо больше, чем свойства шкуры бумсланга? В ту секунду, когда длинные пальцы Снейпа уже готовы были сомкнуться на несчастном клочке пергамента, у меня в голове сработал инстинкт самосохранения. Оставлять улики о Мантии-невидимке и планах ограбления в руках нашего декана? Ну уж нет! Я молниеносно выхватила бумажку прямо перед носом профессора, скомкала её в кулак и… запихнула себе в рот. Гарри рядом со мной издал какой-то задушенный, хрюкающий звук и в ужасе вжался в спинку стула, округлив глаза до размеров своих очков. Гермиона на соседнем ряду тихо охнула, прикрыв лицо ладонями, а Рон просто застыл с отвалившейся челюстью. Снейп замер. Его бледное лицо медленно начало наливаться багровым оттенком от такой неслыханной наглости. А я, изо всех сил стараясь сохранять невозмутимый вид, усиленно жевала пергамент. И знаете что? Бумажка-то оказалась на удивление вкусной, без шуток! То ли чернила у Поттера были с каким-то черничным привкусом, то ли голод после пропущенного ужина еще не до конца отпустил, но я проглотила ком кулинарного компромата с самым победным видом. — Блэк… — прошипел Снейп на грани ультразвука, и его мантия взметнулась, точно крылья гигантской летучей мыши. — Ваше шутовство переходит все границы. Слизерин теряет двадцать очков за недостойное поведение, а Гриффиндор — десять за соучастие. И вы оба… оба отработаете это завтра. В пять часов вечера. Будете перебирать гнилые сушеные смоквы без использования магии! — Профессор, но завтра в пять… — попытался было вставить Гарри. — Вон из класса! Оба! — рявкнул Снейп, указывая пальцем на дверь. Мы лихорадочно сгребли вещи в сумки и пулей выскочили в прохладный коридор подземелий, подальше от гнева декана. Стоило тяжелой дубовой двери захлопнуться за нашими спинами, как до меня наконец дошел весь масштаб катастрофы. В пять вечера?! Завтра?! Я резко затормозила посреди коридора и в ужасе уставилась на Поттера. — Черт… Поттер, мы трупы! Завтра в пять вечера капитаны наших команд поставили нам первую общую лекцию по квиддичу! Нам должны были рассказывать правила, показывать тактику и знакомить с полем! Вуд и наш Маркус Флинт (Простите за то что в прошлой главе писала другого человека) нас просто на ремни порежут, если мы пропустим эту встречу! Гарри, всё еще пребывающий в легком шоке от моего гастрономического перформанса с запиской, уныло вздохнул и поправил лямку сумки. — М-да, Блэк… — протянул он, но в его глазах вдруг снова заплясали те самые упрямые и невыносимо веселые искорки. — Придется им сказать, что ловец Слизерина была слишком занята поеданием школьной канцелярии. Но знаешь… ты реально сумасшедшая. Теперь я точно иду грабить Снейпа вместе с тобой, потому что одну тебя в кладовую пускать просто опасно для жизни. Вдруг ты там все запасы шкур бумсланга с голодухи сожрешь? Я возмущенно засопела, но внутри почему-то разлилось приятное, глупое тепло. Этот очкастый придурок всё-таки оставался на моей стороне. Но после я застыла посреди безлюдного коридора подземелий, сжимая в руках лямку сумки, и мои глаза округлились от внезапного озарения. Судьба! Сама судьба слизеринская всё предвидела! — Поттер… — благоговейно прошептала я, хватая его за рукав мантии. — Ты понимаешь, что произошло? — Что? У тебя пергамент в желудке зашевелился? — хмыкнул Гарри, подозрительно косясь на мой восторженный вид. — Да закройся ты со своим пергаментом, он был прекрасен! — я нетерпеливо затрясла его за руку. — Я же так рвалась выбраться из класса, чтобы пролезть в кладовую Снейпа! И он сам… САМ нас выставил! Прямо посреди урока! До конца занятия еще добрых сорок минут, Снейп сидит там и гипнотизирует наши брошенные котлы, а это значит… Гарри замер, и до его гриффиндорской головы наконец-то дошел весь масштаб моего гениального плана. — Это значит, что его личная кладовка сейчас пуста, а в коридорах ни души, — шепотом закончил он, и на его губах расползлась абсолютно хулиганская улыбка. — Блэк, ты гений преступного мира. Но мантии-то у нас с собой нет! — Слизеринцы берут умом и скоростью, очкарик! Разворачивайся, бежим назад к кабинету, пока он там не закончил раздавать баллы Гриффиндору за твое соучастие! Мы на цыпочках припустили обратно по темному коридору. Сердце бешено колотилось в груди — не то от страха быть пойманными, не то от дикого, пьянящего азарта. Мы подскочили к массивной двери кабинета Зельеварения. Изнутри доносился мерный стук ножа — это Рон, судя по всему, испуганно крошил сушеные смоквы за нас двоих. Справа от кабинета находилась неприметная, узкая дверь в личные покои и кладовую Снейпа. Я осторожно потянула за ручку. Заперто. Ну еще бы. — Пропусти профессионала, — шепнул Гарри, мягко отодвигая меня плечом. Он достал палочку, воровато огляделся и тихо произнес: — Алохомора! Замок тихо, со щелчком поддался. Я победно улыбнулась и первая скользнула внутрь, увлекая Гарри за собой. Дверь за нами закрылась, погружая нас в полумрак, наполненный густыми, резкими запахами сушеных трав, маринованных жабьих глаз и формалина. По стенам тянулись бесконечные полки с банками, в которых в странном растворе плавало черт пойми что. — Так, Поттер, ищи шкуру бумсланга и златоглазок, — скомандовала я шепотом, лихорадочно оглядывая верхние стеллажи. — Близнецы сказали, они нужны им для зацеловок. — Златоглазок я вижу, вон там, в большой банке, — Гарри потянулся к полке, но из-за своей вечной неуклюжести едва не снес соседний флакон с желчью проглота. Я инстинктивно выставила руки и поймала стекло в самый последний момент, прижавшись к Гарри почти вплотную. На секунду мы замерли. В полумраке кладовой его зеленые глаза за стеклами очков оказались так близко, что я снова почувствовала этот его дурацкий запах осеннего дождя. — Поттер, если ты сейчас здесь что-нибудь разобьешь, я тебя сама Снейпу скормлю, — сердито, но как-то слишком тихо прошипела я, чувствуя, как щеки предательски обдает теплом. — Не ворчи, Блэк, я контролирую ситуацию, — так же шепотом ответил он, но улыбнулся как-то очень тепло и осторожно, не спеша отстраняться. — И вообще, могла бы сказать «спасибо». Кто из нас только что взломал дверь? — По рождению ты старше меня всего на пять минут, а хвастаешься так, будто прожил на свете вечность! — я фыркнула, аккуратно забирая у него из рук банку со златоглазками и пряча её в сумку. — Ищи шкуру, герой-взломщик. Гарри тихонько рассмеялся, обернулся и выудил с нижней полки плотный, чешуйчатый сверток. Шкура бумсланга! — Есть добыча! — победно шепнул он, протягивая её мне. — Ну что змейка, уносим ноги, пока наш декан не пришел проверять, хорошо ли ты переварила его учебный план? — Быстрее, — я схватила сверток, засунула в сумку и дернула ручку двери. Мы выскочили в коридор, прикрыли дверь и на полной скорости рванули прочь из подземелий, задыхаясь от беззвучного хохота и адреналина. Диверсия века официально удалась! Мы мчались по каменным коридорам Хогвартса с такой скоростью, словно за нами по пятам гнался сам Салазар Слизерин со своим любимым василиском. Сумка на моем плече подозрительно побрякивала банкой со златоглазками, а шкура бумсланга так откровенно пахла старой болотной тиной, что у меня то и дело дергался нос. — Поттер, шевели своими конечностями! — шипела я на ходу, перепрыгивая через две ступеньки Большой лестницы. — Нам нужно срочно найти этих рыжих вымогателей. Не дай Мерлин кто-то заглянет в мою сумку — Снейп меня из Хогвартса вперед ногами выставит! Избавиться от улик нужно прямо сейчас! — Блэк, да я и так бегу быстро! — задыхаясь от быстрого бега, ворчал Гарри, едва поспевая за мной. Его очки снова угрожающе съехали на самый кончик носа. — И вообще, у тебя шкура бумсланга из сумки хвостом наружу торчит! Запихни её обратно, гений преступного мира! — Сам ты хвост! Это аэродинамический дизайн! — огрызнулась я, на ходу яростно заталкивая чешуйчатый сверток поглубже между учебниками. Мы выскочили на третий этаж, лихорадочно соображая, где могут быть близнецы. По расписанию у третьего курса Гриффиндора сейчас как раз должен был закончиться урок Заклинаний, так что шанс поймать их в коридоре был равен один к десяти. — Так, Поттер, включай свои ловцовские радары, — скомандовала я, резко тормозя у гобелена с изображением каких-то унылых гномов. — Ищи две абсолютно одинаковые рыжие макушки. Если мы их не найдем в ближайшие три минуты, я скормлю эти ингредиенты тебе на обед! — Ого, Блэк, какая кровожадность, — хмыкнул Гарри, останавливаясь рядом и пытаясь перевести дыхание. Он неожиданно мягко поправил пальцем выбившийся кудрявый локон из моего растрепанного пучка, который теперь окончательно сполз на левое ухо. — Не ворчи. Тебе вредно злиться, у тебя от этого нос забавно морщится. Я замерла, чувствуя, как щеки моментально обдало знакомым пунцовым жаром. Черт! Ну почему этот лохматый придурок делает это так спокойно, пока у меня внутри всё переворачивается?! — Поттер, руки убрал! — возмущенно пискнула я, изо всех сил стараясь вернуть себе невозмутимость и грозно топая ногой. — И вообще, не заговаривай мне зубы! Нашу назревающую перепалку прервал громкий смешок. Из-за поворота коридора, весело переговариваясь, вышла стайка третьекурстников с красно-золотыми галстуками. И среди них не было близнецов, зато прямо на нас шла Ли Джордан — лучший друг Фреда и Джорджа и по совместительству главный комментатор квиддича. Завидев нас — а точнее, слизеринку Блэк и гриффиндорца Поттера, которые стояли в подозрительной близости друг к другу в пустом коридоре, — Ли тут же затормозил и расплылся в невыносимо ехидной, понимающей ухмылке. — О-о-о, глядите-ка, — протянул Джордан, складывая руки на груди и заговорщически подмигивая Гарри. — Какая интересная картина. Поттер и Блэк снова устраивают международный скандал в кулуарах Хогвартса? Гарри, друг, близнецы там в гостиной как раз принимают новые ставки на то, на каком факультете вы в итоге сыграете свадьбу. На Слизерине или у нас? Я думала, что моя сумка сейчас просто взорвется от стыда вперемешку с раздражением. Ну что за день! Одни курицы шипят в спальне, другие рыжие пищат под ухом, теперь еще и этот! — Джордан! — ледяным тоном Блэков оборвала я его, вздернув подбородок, хотя уши у меня горели ярче гриффиндорского знамени. — Твое авторитетное мнение по поводу моей личной жизни интересует меня меньше, чем линька флоббер-червей. Лучше скажи, где твои ненормальные рыжие сообщники? У нас к ним… сугубо деловое предложение! Ли Джордан тихонько заржал, бросая взгляд на Гарри, который в этот момент тоже усердно пытался слиться цветом лица со стеной, и заговорщически склонил голову набок.