Недосказанность

      Около девяти вечера солнце уже опустилось за горизонт, поэтому веранду освещала лишь подвесная лампа возле двери. На столе располагался весь свежеприготовленный ужин в виде ребрышек барбекю с запечённой в специях картошкой и салата. Кайл моментально почуял великолепный и знакомый аромат, как только поднялся со Стэном в сторону кухни. Шэрон позвала парней, и, завидев их, кивнула в сторону стаканов. — Мальчики, возьмите сок. — А мне пивка захватите! — добавил Рэнди, усаживаясь за стол на террасе. Кайл без единого вопроса взялся за стаканы с графином, пока Стэн полез в холодильник. Выйдя следом за родителями, мальчики помогли расставить посуду на столе так, чтобы было удобно всем, после чего наконец все могли приступить к ужину.       Поначалу Кайл со Стэном молчали, внимательно осматривая разговаривающих взрослых и силясь вникнуть в нить их диалога, но Рэнди быстро перескакивал с темы на тему. Сначала он начал рассуждать что-то про политику, затем вдруг фокус сместился на работу и вскоре на друзей. Всё было по-домашнему спокойно и привычно, позволяя Кайлу расслабиться. Эффект от пива по-прежнему сохранялся из-за количества выпитого, но так сильно не влиял. Он мельком посмотрел на Стэна, который дёргал ногой под столом и задумчиво ковырял картошку в тарелке. Неужели не голодный? Они не ели несколько часов точно! Может, его что-то беспокоит, а он молчит? Или просто задумался, такое бывало много раз. Из размышлений Брофловски выбил неожиданно адресованный ему вопрос: — Кайл, как твои анализы? — Шэрон по-доброму ему улыбалась, заглядывая в растерянные зелёные глаза. Стэн также перевёл на него свой цепкий взгляд, ожидая, что тот скажет. Но Кайл мысленно готовился к подобному исходу, отвечая почти без единой запинки. — Всё почти в порядке, — он кивнул для убедительности. — Выписали гормональные препараты, которые должны привести всё в норму. — Ты же альфа? — бестактно спросил Рэнди, получая пинок под столом от жены и упрекающий взгляд. — Прости-прости. Просто спросил. — Да, — ответил Кайл, но в этот раз не кивал, лишь прикрыл глаза на секунду, успокаивая бушующее беспокойство в груди. Стэн серьёзным взглядом рассматривал Брофловски, однако мысли его были далеко отсюда. Ведь именно такой результат и предполагался изначально, но отчего в груди неприятно щемит? — Не слушай его, — постаралась смягчить обстановку Шэрон, строго глядя на мужа. — Кому-то хватит пива на сегодня! — Э-э, — протянул Рэнди с толикой неловкости, затем переключил внимание на сына. — Стэн, сыграй-ка мою любимую песню. — Отстань ты от детей! — возмутилась женщина, но Марш лишь молча встал и пошёл в спальню за своей гитарой. Кайл проводил его взглядом и затем смущённо уставился на свои ладони. Как же неловко. — Ну вот и для чего это всё?! Господи, даже поесть не даст. Что за человек! — Расслабься, он любит бренчать. А тут хоть попрактикуется.       Стэн вернулся со своей гитарой и усилителем, отодвигая стул подальше от стола, затем уселся поудобнее. Ему в самом деле нравилось играть, но сейчас он это делал не ради отца. Марш прекрасно знал, что Кайл тоже любит слушать его пение, поэтому посчитал, что это поможет разрядить обстановку и поднять настроение. Может, хотя бы немного. Заиграв знакомый перебор, Стэн прикрыл глаза и задумчиво приподнял голову. Отточенное мастерство позволяло наощупь зажимать нужные аккорды и струны, не сбиваясь. Рэнди рефлекторно стал топать в такт, чтобы поддерживать ритм, и заулыбался. Кайл впился в друга пристальным взглядом, рассматривая словно впервые в своей жизни. Стэн всегда был очень сосредоточен во время игры, забавно хмурясь на особенно эмоциональных моментах, и Брофловски всегда это замечал. Лёгкий бас с едва заметной хрипотцой пропел первую строчку. Кайл понял, что его кожа неосознанно покрылась мурашками, вынуждая поёжиться. Он поджал губы, вслушиваясь в нежное пение лучшего друга, который отдавался игре без остатка. Рэнди наслаждался игрой сына, а Шерон лишь вздохнула и с лёгкой улыбкой наблюдала за подростком. С момента, как Стэн взялся за изучение игры на гитаре прошёл уже не один год, и его навыки очевидно окрепли. Кайл пытался научиться и хотя бы приблизиться к его умениям, но все попытки успехом не увенчались, потому оставалось лишь наслаждаться игрой Стэна и впитывать каждую ноту. С каждой новой строчкой, пропетой Маршем, улыбка с лица Кайла медленно исчезала, он задумался над самим смыслом услышанного.       Кайл поймал себя на том, что перестал следить за потоком собственных мыслей. Слова песни ложились поверх привычных звуков вечера — позвякивания приборов, тихого скрипа стула, далёкого стрекота насекомых, — и почему-то заглушали их все разом. В этом не было ничего нового: Стэн всегда пел хорошо. Но сейчас голос звучал иначе — не громче и не чище, просто… по-другому.       Кайл невольно опустил взгляд в тарелку, водя вилкой по картошке, но не притрагиваясь к еде. Отчего-то вдруг стало трудно глотать. Ощущение, что что-то смещается, не отпускало. — So close, no matter how far… — пропел Стэн с особенной отдачей.              Кайл нахмурился, неосознанно сжимая пальцы под столом. Он знал эту песню. Знал давно, наизусть, слышал её в машине, по радио в детстве, Стэн и сам раньше частенько её напевал. Но сейчас слова словно впервые пробивались сквозь привычный фон, цепляясь за мысли, которые он предпочёл бы не трогать. О вещах, которые раньше не требовали осмысления.       Брофловски осторожно вдохнул, стараясь выровнять дыхание, и снова поднял взгляд. Стэн по-прежнему сидел, слегка подавшись вперёд, с закрытыми глазами, полностью сосредоточенный на игре. Его пальцы уверенно скользили по струнам, движения были выверенными и спокойными — ни капли показной эмоциональности. Именно это всегда и выделяло его: Стэн не играл на публику, он просто погружался в мелодию с головой.       От этой мысли в груди что-то неприятно сжалось. Кайл поспешно отвёл взгляд, уставившись в тёмные силуэты деревьев за верандой. Сумерки сгущались, воздух стал прохладнее, и он поёжился, не сразу поняв, что дело вовсе не в температуре. Казалось, ещё немного — и он начнёт чувствовать себя лишним в этом привычном, тёплом пространстве, которое раньше принимало его безусловно. — Nothing else matters…       Последние строчки прозвучали тише, почти шёпотом. Стэн медленно провёл по струнам, позволяя аккорду затухнуть самому, и только потом открыл глаза. Несколько секунд за столом стояла тишина — та самая, неловкая и одновременно правильная, которую никто не спешит нарушать. Рэнди первым хлопнул в ладоши.        — Чёрт возьми, Стэн, — довольно протянул он. — Никто так не играет эту песню, как ты!       Шэрон улыбнулась и качнула головой, возвращаясь к еде. Стэн смущённо фыркнул, опуская взгляд на гитару и аккуратно приглушая струны ладонью. — Да ерунда, — отмахнулся он, оставив гитару в сторону. — Просто песня.              Остаток ужина прошёл в более сдержанной обстановке под продолжившиеся разговоры родителей, а парни задумчиво пытались втолкнуть в себя еду. И если у Стэна будто бы изначально не было аппетита, то Кайла начало мутить после песни. Наверняка он просто устал от огромного количества новостей за этот проклятый день, и ему просто нужно поспать. Расслабиться, в конце концов! Стэн заметил состояние друга и, осмотревшись, сложил приборы на тарелку. Неловкая улыбка появилась на губах Марша, он глухо хлопнул в ладоши и посмотрел на родителей. — Ладно, мы наелись. Спасибо за ужин, мы пойдём. — Вы же ничего не съели! — возмутилась Шэрон, указывая на тарелки подростков. Посмотрев в глаза Кайла, будто бы он более податливый на манипуляции, она продолжила. — Почему ты не доел мясо? Не вкусно? — Очень вкусно! — Брофловски выставил руки в знак капитуляции. — Я просто недавно ел, не очень голодный. Но всё правда отлично! — Ужас какой-то! — причитала Шэрон, пока парни вставали из-за стола и возвращались обратно в дом. Беззвучно Кайл поблагодарил Стэна, который лишь улыбнулся, убегая скорее на второй этаж в свою спальню. — Растущий организм альф, нет бы нормально поесть! Что за поколение, мы вот раньше…       Дальше Кайл не слышал, поднимаясь на второй этаж вслед за Маршем, который поправлял ремень на гитаре и придерживал ее за гриф. Свернув направо и минуя санузел, они по очереди вошли в небольшую спальню Стэна, окна которой выходили на подъездную дорожку. Возле одного из окон располагалась большая кровать, застеленная наспех, а рядом располагался его письменный стол с разбросанными исписанными листами, ноутбуком и также парой книг. Марш быстро поставил гитару к стене и одним ловким движением сгреб листы в охапку, убирая в ящик стола. — Что за роман ты там написал? — с улыбкой спросил Кайл, беспечно разваливаясь на постели и не глядя на друга. Стэн на мгновение заволновался, но быстро взял себя в руки и улыбнулся. — Да всякие ноты записывал с текстами. Чисто для тренировки, — откровенная ложь звучала буднично, и Брофловски угукнул. — А книги? Собрался читать то, что нам дали на лето? — Кайл приподнялся на локтях и бросил взгляд на две книги. — Я взял «Повелителя мух» в библиотеке, а ещё выбрал из списка «О мышах и людях». Не знаю, так лень, вообще не охота. А ты что выбрал? — Стэн уселся за стол, облокачиваясь руками о спинку стула и поворачиваясь к Кайлу. Тот задумчиво вздохнул, потягиваясь на кровати, и края футболки немного задрались. Марш усилием воли отвёл взгляд в сторону. — Не знаю, мне не хочется читать это всё вообще, — Брофловски грузно выдохнул, рассматривая белый потолок. — Меня тянет последнее время на какой-то самоанализ, но будто бы с другой стороны. Думаю взять пару книг Камю. Может, ещё что-то. — Книжный червь, — Стэн улыбнулся, уперевшись подбородком в свои руки, и вновь вернул взгляд на Кайла. Брофловски демонстративно закатил глаза, затем хмуро посмотрел на друга, хотя улыбка всё равно сама собой появилась на его губах. — Если я люблю читать, то это не значит, что я книжный червь. Или значит? — У тебя уже полок не хватает в шкафу, — усмешка сорвалась с губ Марша. — И те прогибаются под весом. Ты всю классику собрал в своей комнате. Запах уже как в библиотеке. — Да иди ты, — Кайл швырнул в Стэна подушкой, и тот звонко рассмеялся, поправляя волосы после удара.       Обстановка ощущалась родной. Кайл так часто ночевал у Маршей, что ему даже не требовалось задавать лишних вопросов о расположении вещей в комнате Стэна. Или вообще во всём доме. Запах цитрусового дезодоранта вперемешку с каким-то особенным естественным запахом комнаты Брофловски любил. Когда заходишь в чужой дом, то с порога ощущается специфический аромат, неуловимый, но устойчивый — смесь людей, вещей и привычек, которые в нём живут. Со временем к нему привыкаешь и перестаёшь замечать шаги или звук дыхания. Иной раз Кайл будто бы даже не обращал на него внимание, воспринимая как свой собственный. Сидя в кровати спиной к стене, он листал ленту новостей и впервые об этом задумался, когда в комнату вернулся Стэн после душа и воспользовался своим дезодорантом. Рваная вереница мыслей пронеслась в его голове, сойдясь на единственной и очень тревожной: будет ли он со временем воспринимать лучшего друга не только по запаху парфюма? Ведь феромоны альф и омег Кайл сейчас не воспринимает, но гормональные лекарства неминуемо исправят это. Будут ли его феромоны заметны и ощутимы для самого Марша? — Что-то меня разморило, — протянул Стэн, вытирая влажные волосы полотенцем. Кайл на него посмотрел, цепляясь взглядом лишь на мгновение, затем сразу вернул взор в телефон. — Спать тянет. Ты сам как? — Немного, — ответил Кайл, бесцельно листая ленту и даже не фокусируясь на новостях. — Полотенца на местах? Я тоже думаю принять душ. Утомил меня этот день. — Да, конечно. Всё на местах, — ответил Стэн, проследив взглядом за тем, как Брофловски поднимается с постели и идёт к его гардеробной. Схватив нижнее бельё, которое принадлежало ему, и чистое полотенце, он быстро вышел из комнаты и свернул сразу налево. Так часто они ночевали друг у друга, что их одежда в гардеробных давно перемешалась, превращаясь почти что в общую. Марш сел за стол, услышав звук падающей воды в душе, и приоткрыл ящик стола. Черновики, исписанные «слащавыми» по его мнению текстами, прикрывали третью книгу, которую он взял для внеклассного чтения в библиотеке. Книгу, которую Кайлу лучше бы и не видеть. Мрачный вздох сорвался с его губ, Стэн закрыл книгу и, достав из кармана джинсов пачку сигарет, открыл окно и закурил.       Брофловски встал под струи теплой воды, сразу же прикрыв глаза. Душ казался спасительной паузой, позволявшей не думать и не чувствовать хотя бы какое-то время, смыть с себя все тревоги этого ужасного дня. Слишком много нового навалилось на Кайла за раз, и он совершенно не понимал, как уложить всё в своей голове. Как вообще принять это и смириться? Кайл провёл ладонями по намокшим волосам, затем опустил взгляд на своё тело и задумчиво коснулся живота. Судорожно выдохнув, Брофловски упёрся лбом в стену, позволяя воде стекать по его шее и спине. Ладно, наверняка это всё можно контролировать, ведь не просто так ему выписали лекарства? Можно ведь поговорить со врачом и уточнить, что позволит ему скрывать это как можно дольше?       Когда Кайл вернулся в спальню, Стэн уже лежал в постели со стороны окна и залипал в телефон. Судя по звукам, он смотрел видео, которые быстро пролистывал с лёгкой улыбкой на губах. — Ты курил? — Всё ещё пахнет?! — шепотом встрепенулся Марш, отвлекаясь от мобильного. Кайл кивнул. — Оставим окно открытым на всю ночь, — мгновенно ответил Брофловски, отбрасывая влажное полотенце на спинку стула. Сушить волосы сил уже не было, и Кайл без лишних слов залез в кровать рядом с другом, смирившись с утренним гнездом, которое его ждёт. Стэн как обычно подвинулся ближе к окну, уступая место, и парни с комфортом расположились на большой кровати под одеялом. Стэн повернулся на бок лицом к Кайлу, но тот лишь положил между ними телефон и закрыл глаза, вздыхая. Этот жест удивил Марша, который с нескрываемым разочарованием посмотрел на лицо друга. Кайл выглядел очень уставшим и даже измотанным, поэтому порыв начать разговор исчез сам собой. — Спокойной ночи, — лишь прошептал Марш, всё ещё глядя на Брофловски. Тот едва заметно кивнул и ответил. — Спокойной ночи.       Кайл открыл глаза около десяти утра, выспавшийся и расслабленный, но первые секунды покоя разрушили воспоминания о прошлом дне. Он в комнате Стэна, а значит, всё это — не ночной кошмар. Самого Марша в постели уже не было, а с первого этажа навевал аромат тостов с сыром и свежих блинчиков. Кайл улыбнулся, взяв в руки мобильный. Мать пожелала ему доброго утра, спрашивая о его самочувствии, а также было несколько уведомлений от Стэна, который прислал несколько видео в Инстаграме. Новое уведомление пришло сразу же, и Брофловски усмехнулся, поднимаясь с постели. Беглый взор в зеркало — и он увидел, какой кавардак на его голове после сна с влажными волосами. Ладно, позже с этим разберется. Кайл вышел из комнаты и сразу же постучался в туалет. — Ты уже час там торчишь, судя по видео, которые ты мне прислал, — по голосу Стэн услышал, что Кайл улыбается. — Ты посмотри их хотя бы! — Ла-адно, — Кайл спустился вниз и свернул на кухню. Шэрон стояла в домашней одежде и задумчиво глядела в окно с чашкой кофе в руках. Увидев появившегося Брофловски, она ему улыбнулась. — Доброе утро! Кофе или чай? — Доброе. Я сам, спасибо, — Кайл улыбнулся ей, сворачивая к холодильнику и доставая оттуда безлактозное молоко и обычное. Оно всегда находилось дома у Маршей исключительно ради Кайла, так как всё семейство было одарено толерантностью к лактозе, и проблем с обычным молоком ни у кого не возникало. Отточенными действиями Брофловски налил себе и Стэну кофе, пока Шэрон раскладывала по тарелкам завтрак. Стэн спустился как раз в момент, когда всё было готово к завтраку, улыбчиво осматривая блины. — О-о, как классно! — На террасе позавтракаем? — предложил Кайл, затем поблагодарил Шэрон за помощь. Стэн кивнул, помогая унести чашки с кофе, а Брофловски прихватил две тарелки. Парни расположились на залитой солнцем террасе, наслаждаясь хвойным ароматом леса. Кайл вдохнул поглубже и удовлетворённо выдохнул, прикрыв глаза. Стэн на него посмотрел. — Как спалось? — Отлично, как и всегда, — улыбчиво ответил Кайл, отпив немного кофе. — У тебя такой удобный матрас, спину расслабляет. Даже шея перестала болеть. — Почаще ночуй у меня, сколиоз вылечишь, — саркастично ответил Стэн, получая в ответ лишь раздражённый взгляд. — Я шучу! — Ещё бы ты не шутил, — Брофловски усмехнулся, доставая телефон и наконец отвечая матери, что скоро приедет домой. — Сколиоза у меня ещё пока нет, слава богу. — Ключевое слово — пока! — тонко заметил Марш, и парни рассмеялись. Кайл вдруг ощутил приятную лёгкость в груди, будто ничего не происходило из событий прошедшего дня. И он позволил себе хотя бы ненадолго забыть обо всех проблемах, полностью отдаваясь безмятежности.       Кайл приехал домой около полудня, паркуясь рядом с автомобилем матери. Реальность медленно, но верно окутывала его с ног до головы. Кое-как взяв себя в руки, он вошёл в дом, осматриваясь и оценивая обстановку. Он искал малейшие изъяны, намекающие на изменения, но всё выглядело по-прежнему. Однако, лишь визуально. Атмосфера в доме будто бы внезапно отяжелела, и Брофловски почувствовал это на уровне интуиции, чего-то неосязаемого. Либо это уже его паранойя? — Привет, сынок, — улыбнулась Шейла, выглядывая из-за угла. Кайл постарался улыбнуться ей в ответ. — Ну, как ты? Как вчерашний вечер? — Всё нормально, — лаконично ответил Кайл, направляясь на кухню в поисках чего-нибудь освежающего. — Посидели с парнями, потом поужинали и спать ушли. Всё как всегда. — Хорошо, — в голосе Шейлы сквозила неуверенность. Он подошла ближе к сыну и достала из ящика над холодильником упаковку каких-то лекарств. Кайл сразу же всё понял. — Я съездила с утра и купила. Принимать один раз в день перед сном. Не пропускай их, чтобы не было побочных эффектов. — Если у лекарства нет побочных эффектов, то это пустышка, — отшутился Брофловски и рассмотрел цветастую упаковку. Мать улыбнулась и, заботливо погладив сына по уложенным с большим трудом волосам, вернулась к своим делам. Кайл остался стоять на кухне один, продолжая гипнотизировать таблетки потухшим взглядом. Словно пощёчиной, реальность в очередной раз отрезвила его. Он не альфа.