Четвертое крыло: Второе пламя

      

Глава 5:

      

Хранить вещи умерших близких – тяжкое преступление против Малека. Их место в потустороннем мире, вместе с богом смерти и усопших. При отсутствии соответствующего храма для уничтожения подойдет любой огонь. Тот, кто не жжет вещи для Малека, будет сам сожжен Малеком.

Майор Рорили. Руководство по ублажению богов, издание второе

Лира: Следующие тренировки на Полосе проходили для меня терпимо. Не идеально, но терпимо. Для Вайолет — нет. Каждый раз я первой выбиралась из проклятого дымохода и останавливалась наверху, чтобы посмотреть назад. Каждый. Гребаный. Раз. И каждый раз видела одно и то же. Вайолет падала. Иногда почти добиралась до конца. Иногда вылетала сразу. Но результат оставался прежним — она не могла пройти этот участок. К девятому занятию я уже ненавидела этот дымоход почти так же сильно, как Даина. Ладно, не совсем. Даина я ненавидела сильнее. Потому что вместо того, чтобы помочь Вайолет найти решение, он продолжал уговаривать её уйти. Сдаться. Сбежать к писцам. Словно все эти недели ничего не значили. Словно она не заслужила право быть здесь. Я сидела на камнях у финиша, наблюдая, как Рианнон, Сойер и сама Вайолет снова изучают проклятую расщелину. — Может, ты заберёшься мне на плечи… — предложила Рианнон. — Я всё равно застряну на полпути, — устало ответила Вайолет. — Это не имеет значения. Нельзя касаться других кадетов на маршруте, — заметил Сойер. Я закатила глаза. Очень полезно. Просто невероятно. Утром я сразу заметила, что Даин снова злится. Не на меня — на Вайолет. После нашей ссоры в туннеле он почти не разговаривал со мной. И честно? Отлично. Потому что если он снова начнёт убеждать её сбежать, я опять скажу всё, что думаю. Даже если ему это не понравится. Особенно если ему это не понравится. Я стояла рядом со своим отрядом и смотрела, как он избегает взгляда Вайолет. Трус. Вот кем он был сейчас. Не потому, что боялся драконов или смерти. А потому, что боялся поверить в неё. И это бесило меня сильнее всего. Когда мы вошли в туннель, я специально замедлила шаг. Так и знала — Даин сразу оказался рядом с Вайолет. — Передумай, — прошептал он. Я прикрыла глаза. Опять. — Нет, — ответила Вайолет. — Ты должна передумать. — Она сказала нет. Даин резко обернулся. — Не сейчас. — Нет, именно сейчас. — Несколько человек впереди начали оборачиваться. Мне было плевать. — Она прошла парапет. Пережила почти два месяца здесь. Добралась до дня Презентации. Почему ты продолжаешь вести себя так, будто она уже мертва? — Потому что я не хочу её хоронить. На секунду мне стало его жалко. На секунду. Потом прошло. — А я не хочу смотреть, как ты убиваешь в ней всё желание бороться. Вайолет молчала. Даин тоже. — Передумай, Ви, — тихо сказал Даин. — Ещё не поздно. Вайолет тяжело вздохнула. — Нет. — Ты даже не представляешь, что будет на Молотьбе. — А ты представляешь? — вмешалась я. Даин бросил на меня предупреждающий взгляд. — Не начинай. — Нет, это ты не начинай. Она сказала нет. — Лу… — Что, Лу? — огрызнулась я. — Ты достал. Каждый раз одно и то же. — Я пытаюсь спасти ей жизнь. — Нет. Ты пытаешься принять решение за неё. Отлично. Просто отлично. — Она не справится! — рявкнул Даин. И вот тут я не выдержала. Кулак сам врезался ему в челюсть — не сильно, но достаточно, чтобы он отшатнулся. — Какого хрена?! — Не смей так говорить! — прошипела я. — Она прошла парапет. Пережила два месяца в Басгиате. Добралась до дымохода. И знаешь что? Я верю в неё! Даин застыл. — Нет! Ты постоянно твердишь, что она умрёт. Постоянно! Хоть раз попробуй поверить в неё! Несколько секунд стояла тишина. Потом Вайолет шагнула между нами. — Хватит. Мы оба посмотрели на неё. — Я не уйду, — спокойно сказала она. — Не стану писцом. Не уйду из квадранта. Не сбегу. Мне страшно. Очень страшно. Но это моё решение. Даин сжал челюсть. — Ви… — Моё решение, Даин. — На этот раз она не отвела взгляд. — Не знаю, смогу ли я смотреть на всё это, — тихо сказал он. Я посмотрела на брата. На напряжённую линию губ, на страх, который он даже не пытался скрыть. — Тогда закрой глаза. Что изменилось между тем днём, когда она перешла парапет, и сегодняшним? Даин не ответил. Я перевела взгляд на Вайолет. Она стояла чуть впереди нас, глядя на Полосу. — Я. – ответила она. И невероятная гордость за неё расцвела у меня в груди.

***

Через час я стояла на вершине утёса рядом с Рианнон и Ридоком и до боли в пальцах сжимала край каменного ограждения. Вайолет добралась до конца третьего подъёма. Я выдохнула только тогда, когда её ноги коснулись гравийной дорожки. — Давай, Ви, — пробормотала Рианнон рядом со мной. Вайолет даже не прикоснулась ни к одной верёвке. Горячая волна гордости разлилась у меня в груди, потому что ещё несколько недель назад многие были уверены, что она не переживёт даже половину. Я невольно посмотрела вниз. Даин стоял у подножия Полосы и не сводил с Вайолет глаз. Даже отсюда было видно напряжение в его плечах. Пусть смотрит. Пусть наконец увидит то, что видела я. Вайолет сильнее, чем он думает. Намного сильнее. — Ты сможешь! — закричала Рианнон, когда Вайолет остановилась перед дымоходом. — Или можешь сделать нам всем одолжение и упасть! — донёсся сверху голос Барлоу. — Заткнись! — рявкнула я раньше, чем успела подумать. Ридок поддержал меня несколькими словами, за которые нас точно отправили бы драить уборные. Но Вайолет, кажется, даже не слышала нас. Она смотрела на дымоход. Потом неожиданно отступила назад. — Что она делает? — нахмурился Ридок. Я увидела, как Вайолет схватила одну из верёвок и потащила её в сторону. Камни посыпались вниз по склону. Рианнон удивлённо моргнула. — Она же не... — О боги, — выдохнула я. На моих губах сама собой появилась улыбка. Она придумала выход. Конечно придумала. Вайолет закрепила верёвку у основания дымохода, проверила натяжение и поставила ногу на стену расселины. — Она что, имеет право так делать? — возмутился кто-то рядом. — Понятия не имею, — ответила я, не отрывая взгляда от Вайолет. — Но если никто не запретил, значит может. Медленно, шаг за шагом, она начала подниматься вверх. Верёвка дрожала под её весом. Ладони наверняка горели — я видела это по тому, как напряжены были её руки. Но она продолжала лезть. И с каждым футом, который оставался позади, моя гордость становилась только сильнее. Потому что именно такой была Вайолет Сорренгейл: если перед ней закрывали дверь — она искала окно, а если не находила окна — пробивала собственный путь. Вот он. Верх дымохода. Верёвка натянулась так сильно, что я была уверена — сейчас она оборвётся. — Давай, Ви, — прошептала Рианнон рядом со мной. Вайолет дёрнулась вверх. Раз. Другой. И вдруг её руки оказались на краю. — Да! — заорал Ридок. Через секунду Вайолет перевалилась наверх и рухнула на четвереньки. Я даже не поняла, что всё это время задерживала дыхание. — Да, так его! — вопил Ридок. — Вот она! Вот она, наша девочка! Я не выдержала и заорала вместе с ним, а Ридок обхватил меня за плечи, и мы оба орали как сумасшедшие. — Вставай! — закричала Рианнон. — Ещё одно осталось! Потому что теперь я знала. Она пройдёт. Вайолет тяжело поднялась на ноги и повернулась к последнему препятствию. Пандусу. Я видела, как она смотрит на него — не как человек, который собирается сдаться, а как человек, который уже придумал решение. — Что она делает? — нахмурился Ридок, когда Вайолет вытащила кинжал. — Не знаю, — честно ответила я. Но внутри уже разгоралось предвкушение, потому что это была Вайолет. Если существовал хоть один безумный способ пройти препятствие, она его находила. Внизу кто-то засмеялся. Кто-то крикнул, что у неё ничего не получится. Я даже не обернулась. Плевать. Вайолет сорвалась с места. Её ноги быстро застучали по дереву. Всё выше. Выше. Выше. — Давай... — выдохнула Рианнон. Пандус почти стал вертикальным. На секунду мне показалось, что она сейчас сорвётся. Но в последний момент Вайолет взмахнула рукой. Кинжал вонзился в дерево. — О боги! — ахнул Ридок. Вайолет подтянулась. Ещё немного. Ещё. И вдруг её рука легла на край. Потом локоть. Потом плечо. А через мгновение она уже лежала наверху. На вершине. Она прошла. На секунду вокруг воцарилась тишина. А потом мы с Ридоком закричали одновременно. Я бросилась к ней первой. Рианнон оказалась рядом почти сразу. Вайолет шаталась, едва держась на ногах. Я обхватила её за плечи с одной стороны, Рианнон — с другой, а Ридок влетел в нас так, что мы едва не рухнули всей кучей на землю. — Ты сделала это! — вопил он. Я только смеялась. Потому что где-то далеко внизу стоял Даин. И я надеялась, что он всё видел. Каждую секунду. Каждый шаг. Потому что Вайолет Сорренгейл только что доказала всему Басгиату, что её нельзя списывать со счетов. — Это жульничество! Я резко обернулась. Эмбер Мэвис буквально летела через площадку. На её лице была такая ярость, будто Вайолет только что лично её оскорбила. — Эта мошенница использовала запрещённые предметы! — выкрикнула она. — Этого нельзя терпеть! — Назад, Мэвис, — предупреждающе произнёс Гаррик, становясь между ней и Ксейденом. — Она должна быть дисквалифицирована! Я почувствовала, как рядом напряглась Вайолет. Даже сейчас. После всего, что она только что сделала. — Да пошла ты, — вырвалось у меня. Эмбер повернулась ко мне. — Что? — Ты слышала. Ридок рядом тихо хрюкнул от смеха. Я шагнула вперёд. — Она только что прошла всю Полосу. В одиночку. А тебя волнует только то, что она оказалась умнее остальных? — Правила существуют не просто так! — Тогда покажи правило, которое она нарушила. Эмбер открыла рот. И закрыла его. Потому что не могла. Я усмехнулась. — Вот именно. — Ты разговариваешь с командиром крыла. — А ты разговариваешь о моей подруге. На секунду мне показалось, что она сейчас бросится на меня. Честно? После разговора с Даином и нескольких недель наблюдений за тем, как все пытаются списать Вайолет со счетов, я была бы только рада. Но тут заговорил Ксейден. — Сорренгейл? Вайолет выпрямилась рядом со мной. И пока она спокойно цитировала Кодекс, я наблюдала за лицом Эмбер. С каждым словом Вайолет оно становилось всё краснее. — Я ожидаю тридцатисекундного штрафа за использование верёвки, — сказала Вайолет и почувствовала, как дыхание наконец выравнивается. — А нож? — Эмбер сузила глаза. — Она дисквалифицирована. Когда Ксейден не ответил на это, она перевела взгляд на него. — Конечно, она вне игры! Ты не можешь терпеть беззаконие в своём собственном крыле, Риорсон! Но взгляд Ксейдена не отрывался от лица Вайолет. Он ждал её ответа. — Всадник может взять с собой в квадрант только те предметы, которые может унести на себе… — начала Вайолет. — Да кто ты такая, чтобы цитировать мне Кодекс? — закричала Эмбер. — …и в дальнейшем всадники не должны быть отделены от этих предметов, что бы те из себя ни представляли, — продолжила Вайолет. — Ибо после переноса через парапет они считаются частью их личности. Статья три, раздел шесть, дополнение Б. Подняв взгляд на Мэвис, Вайолет увидела, что её голубые глаза широко распахнулись. — Это дополнение было написано, чтобы сделать воровство смертным преступлением. — Верно, — кивнула Вайолет, переводя взгляд с её глаз на ониксовые, которые словно видели её насквозь. — Но при этом оно придаёт любому предмету, перенесённому через парапет, статус неотъемлемой части всадника. Она вынула из ножен обломанный и выщербленный клинок, поморщившись от острой боли в ладонях. — Это не кинжал, полученный после вызова. Его я перенесла через парапет и поэтому считаю частью себя. К концу объяснения мне уже хотелось рассмеяться. А когда Ксейден лениво произнёс: — Она сделала тебя, Эмбер. Я всё-таки не сдержала ухмылку. Эмбер побелела от злости. — Ты мыслишь как писец! — выплюнула она. — Знаю, — спокойно ответила Вайолет. И именно в этот момент я почувствовала такую гордость, что едва не лопнула. Потому что она сделала это. Прошла. Всем назло. Даже самой себе. Эмбер развернулась и ушла. А я посмотрела вниз, туда, где среди остальных стоял Даин, и показала своему брату средний палец.       

День Презентации не похож ни на какой иной. В воздухе витает аромат возможностей и, возможно, вонь серы – так пахнут возмущенные драконы. Никогда не смотрите в глаза красному. Никогда не отступайте перед зеленым. А если вы проявите слабину перед коричневым… ну, просто не стоит этого делать.

Полковник Каори. Полевое руководство по драконам

К моменту, когда утро сменилось днём, нас осталось сто шестьдесят девять. Сто шестьдесят девять из тех, кто когда-то перешёл парапет. Я стояла рядом с Вайолет и старалась не думать о том, сколько людей не добрались до этого момента. Получалось плохо. Но стоило посмотреть на неё, и становилось легче. Потому что она прошла. Она действительно прошла. Даже несмотря на то, что половина Басгиата была уверена в обратном. Мы заняли одиннадцатое место из тридцати шести отрядов. Одиннадцатое. Я до сих пор не могла поверить. Ридок выглядел так, будто готов был рассказать об этом каждому встречному. Рианнон улыбалась без остановки. А Вайолет стояла рядом с перевязанными ладонями и делала вид, что это совершенно нормально. Я толкнула её плечом. — Гордишься собой? — Немного. — Врёшь. — Ладно. Очень. — Так-то лучше. Вайолет закатила глаза. Вдалеке показались драконы. Даже мне стало не по себе. А ведь я обычно не боялась ничего. Почти ничего. — Второй отряд, вы следующие, — объявил Гаррик. Я подняла голову. Даин стоял позади остальных командиров отрядов. Наши взгляды встретились. Я демонстративно показала ему средний палец. Ридок поперхнулся. Рианнон закашлялась, пытаясь скрыть смех. Даин закрыл глаза и медленно потёр переносицу. Отлично. Значит, увидел. — Стройся! — приказал Гаррик. Мы заняли свои места. Впереди раскинулась Долина, а за ней — драконы. Много драконов. Слишком много. — Надеюсь, Аэтос сделал своё дело, так что вы знаете, что нужно идти прямо вдоль луга, — сказал Гаррик. — И держитесь подальше друг от друга. — На случай, если кого-то из нас сожгут, — пробормотал Ридок. — Именно так. — Отлично. Просто отлично. — Заткнись, Ридок, — одновременно сказали мы с Рианнон. Я улыбнулась и посмотрела на Вайолет — перевязанные ладони, разбитая скула, усталость в глазах. И всё равно подбородок поднят вверх. Моя девочка.

***

— Может, это детёныш? — предположил Сойер про золотого перьехвоста, когда мы добрались до конца тропы. — Нет, — покачала головой Рианнон. — Драконы никогда бы не допустили детёныша к связыванию. — Тогда он просто ошибка природы, — усмехнулся Тайнан. Взгляд его скользнул к Вайолет. — Тебе стоит связаться именно с ним, Сорренгейл. Вы оба одинаково слабые. Воздух вокруг будто стал холоднее. Я шагнула вперёд раньше, чем успела подумать, но Сойер оказался быстрее — схватил Тайнана за воротник. — Никогда больше так не говори о товарище по отряду. — Он просто сказал то, что все думают, — пробормотала Лука. — Все? — резко повернулась я к ней. — Посмотри на неё. Посмотри на дракона. Они идеально подходят друг другу. Даже Ридок перестал улыбаться. Трина осторожно коснулась плеча Сойера — мы стояли посреди долины, окружённые сотней драконов, и это было худшее место для выяснения отношений. Сойер медленно отпустил Тайнана. — Кто-то должен убить эту ящерицу до Молотьбы. — Кто-то должен заткнуть тебя до Молотьбы, — огрызнулась я. Но Тайнан уже двинулся обратно по тропе, и нам пришлось идти следом. Через несколько минут напряжение понемногу начало спадать. Ридок заговорил о драконах, Рианнон вспомнила детские сказки, даже Вайолет начала рассказывать историю про мать и вэйнителей. Я слушала вполуха — потому что всё время чувствовала взгляд. Тот самый. Когда я всё-таки обернулась, золотой дракон всё ещё смотрел. Не на Тайнана, не на Луку. На Вайолет. — Папа читал мне эти сказки каждый вечер, — продолжала Вайолет. — И однажды я всерьёз спросила его, не собирается ли мама превратиться в вэйнителя. – А он не говорил тебе, что люди якобы превращаются в вэйнителей, только если они используют силу прямо из источника? – возразила Ри. — Говорил, но это было уже после того, как у мамы выдалась очень длинная и тяжёлая ночь. Мы тогда были расквартированы у восточной границы, и наутро её глаза стали кроваво-красными, так что я испугалась и начала кричать. Она забрала мою книгу сказок на месяц, потому что на ор все охранники форпоста прибежали, а я продолжала вопить и пряталась за своим братом, который не мог перестать ржать, и… в общем, это был хаос. — Было весело, — отозвалась я. Папа Вайолет читал эти сказки и мне. На пару минут стало легче. Будто мы были не в Долине драконов, а просто шли по двору академии. — Хотела бы я, чтобы у нас была такая книга, — сказала Рианнон. — Думаю, мама просто меняла сюжет, чтобы пугать нас всякий раз, когда мы не слушались. — Это какая-то деревенская чушь, — фыркнула Лука. — Это же сказки, Лука, — бросила Ри через плечо. — Приор, ты не можешь ускориться? — Может, наоборот, стоит притормозить? — предложил Приор. Я уже открыла рот, чтобы сказать ему перестать паниковать, когда из драконьего строя выступил красный. Моё сердце остановилось. Огромный коготь указал прямо на нас. Красный открыл пасть. Огонь вырвался наружу. Рианнон закричала. Жар ударил мне в лицо — на мгновение я перестала дышать. А потом всё закончилось. Запах серы. Горелой травы. И чего-то ещё. Чего-то, что раньше было человеком. Я смотрела вперёд и не могла заставить себя моргнуть. Приора больше не было. — Продолжайте идти! — закричал Сойер. Мы обошли то, что осталось от Приора. Рианнон судорожно кивала. Вайолет шла рядом с ней, что-то тихо говоря. Я заставляла себя делать шаг за шагом. Видела смерть раньше — в Басгиате её видели все. Но одно дело знать. И совсем другое — смотреть, как человек исчезает за одно мгновение. Именно тогда Ридок выдохнул: — Вайолет. Я тут же повернулась и застыла. Два зелёных дракона стояли прямо перед нами. Не рядом с тропой. Не в строю. Перед нами. Слишком близко. Один смотрел на Вайолет. Второй — на меня. У меня пересохло во рту. — Ох… твою мать. Тёплое дыхание обдало лицо. Зелёный дракон наклонился и шумно вдохнул. Я замерла полностью — даже сердце, кажется, перестало биться. Рядом второй дракон ткнулся носом в плечо Вайолет. Она качнулась, но устояла. — Только не двигайся, — прошептала я. Не знаю, ей или себе. Мой дракон снова вдохнул. Потом ещё раз. Словно изучал меня. Оценивал. А потом вдруг ткнулся носом мне в грудь. Я чуть не упала. — Очень приятно познакомиться, — нервно пробормотала я. Ридок издал какой-то странный сдавленный звук — похожий на попытку не засмеяться и не умереть одновременно. Рядом Вайолет уже что-то объясняла драконам про чешую Тейна в своём жилете. И, к моему ужасу, зелёные словно действительно её слушали. Мой дракон вдруг повернул голову в её сторону, потом снова посмотрел на меня и тихо заклокотал. Второй ответил тем же. Они словно разговаривали. О нас. И это пугало сильнее всего. Наконец оба дракона отступили — медленно, неохотно — и вернулись в строй. Только тогда я поняла, что всё это время не дышала. Воздух вырвался из лёгких рывком. — Вы обе в порядке? — Рианнон смотрела на нас огромными глазами. — Понятия не имею, — честно ответила я. — Кажется, драконы нашли себе новых любимчиков, — пробормотал Ридок. — Если не считать того, что у меня только что прибавилось седых волос и убавилось несколько лет жизни, — нервно рассмеялась Вайолет. Смех получился дрожащим. Почти истеричным. Честно говоря, я понимала её — у меня самой колени всё ещё подрагивали. — Давайте уходить отсюда, — сглотнула Рианнон. — Отличная идея. Мы шли молча, пока Лука не открыла рот. — Похоже, драконы тоже считают её невыносимой. — Она не успела договорить. Вспышка жара ударила мне в спину. Все остановились. Один из красных смотрел прямо на Луку. Воздух вокруг его пасти дрожал от жара. Лука побледнела — впервые с того момента, как я её увидела. Красный чуть наклонил голову. А потом открыл пасть. Огонь ударил так быстро, что я даже не успела моргнуть. Вспышка света. Жар. Крик, который оборвался почти сразу. Тишина накрыла нас тяжёлым одеялом. На тропе остался только пепел. Никто не двигался. Никто не говорил. Даже Ридок. Я смотрела на чёрное пятно на земле и понимала только одно — драконы действительно всё слышат. — Похоже, им тоже не понравилось, — наконец пробормотал Ридок. На этот раз никто не засмеялся. И молча мы продолжили путь. Так в нашем отряде осталось семь первогодков.       

Ничто так не учит смирению, ничто не приводит в такой благоговейный трепет, как наблюдение за Молотьбой… Разумеется, я говорю о тех наблюдателях, кто уже пережил ее.

Полковник Каори. Полевое руководство по драконам

Первое октября — это всегда Молотьба. Понедельник, среда или воскресенье — неважно, на какой день года оно выпадает. Первого октября кадеты первого курса квадранта всадников входят в чашеобразную лесную долину к юго-западу от цитадели и молятся, чтобы выйти оттуда живыми. Я не умру сегодня. Утром я осознанно не тратила время на еду и теперь искренне сочувствовала Ридоку, который украшал содержимым своего желудка дерево справа от меня. Рианнон разминалась рядом, подпрыгивая и вытягивая руки. Ви стояла чуть впереди и смотрела на долину так, словно пыталась запомнить каждое дерево. Я знала этот взгляд. Она просчитывала. Как всегда. — Не забывайте слушать голос вот отсюда, — сказал профессор Каори ста сорока семи оставшимся кадетам, постукивая себя по груди. — Если дракон уже выбрал вас, он будет звать. Так что обращайте внимание не только на окружающую обстановку, но и на свои чувства — и следуйте им. — Тут он скривил лицо. — Если чувства говорят идти в противоположном направлении… к этому тоже стоит прислушаться. Я прислушалась к себе. Внутри было тихо. Пусто. И непонятно, хорошо это или плохо. — Кого из них ты собираешься искать? — тихо спросила я у Ви. — Не знаю. — Она покачала головой. — Я не чувствую связи ни с одним из них. Я кивнула. Честно говоря, у меня было то же самое — если не считать двух зелёных на Презентации. Они смотрели на нас обеих. И я всё ещё думала об этом. — Если идти группой, вероятность сгореть возрастает, а вероятность получить дракона резко снижается, — втолковывал профессор Каори кому-то в центре строя. — В одиночку вам будет лучше. — А если нас не выберут к ужину? — спросил кадет с короткой бородкой слева. Я посмотрела мимо него и поймала взгляд Джека Барлоу. Тот медленно провёл пальцем по горлу, глядя на Вайолет. Очень оригинально. После этого Орен и Тайнан одновременно пихнули его в бока. Вот тебе и верность. Сегодня каждый сам за себя. — Если вас не выберут до наступления ночи, возникнут проблемы, — ответил профессор Каори, пошевелив усами. — Не сдавайтесь и не думайте, что мы о вас забыли. — Он посмотрел на часы. — Сейчас девять, значит, они должны появиться с минуты на минуту. Единственное, что мне остаётся, — пожелать вам удачи. Он кивнул и широко зашагал вверх по холму, пока не исчез среди деревьев. Вот и всё. Время пришло. Мы либо выйдем отсюда всадниками, либо не выйдем никогда. — Будь осторожна, — сказала Ви, обнимая меня и Рианнон. — Ты тоже. Потом Ридок обнял нас троих сразу и пробурчал: — Не умирайте. Я поймала взгляд Вайолет. Мы смотрели друг на друга всего секунду. Слов не нашлось — да они и не нужны были. После всего, что мы пережили вместе, слова казались лишними. Я только сжала её руку — быстро, крепко — и отпустила. — Увидимся по ту сторону, — сказала я. Она кивнула. И вот те, кто остался от нашего отряда, разделились — каждый направился в свою сторону, словно нас разбросало центробежной силой вращающегося колеса судьбы. Я смотрела, как Ви исчезает среди деревьев, и мысленно повторяла одно и то же. Выживи. Пожалуйста. Просто выживи.

***

Судя по положению солнца, прошло уже не меньше шести часов с тех пор, как драконы пронеслись над нашими головами и опустились в Долину. Теперь начинало темнеть. Золотистый свет медленно угасал между деревьями, а лес вокруг становился всё более мрачным и чужим. Я уже встретила двух зелёных, одного коричневого, четырёх оранжевых и бесчисленное количество драконов, которых даже не успела толком рассмотреть. Ни один из них не заговорил со мной. Ни один не дал почувствовать ту самую связь, о которой нам рассказывали с детства. Моё сердце замерло, а ноги словно приросли к земле, когда впереди показалась огромная красная голова, возвышавшаяся под самым пологом деревьев. Не мой дракон. Не знаю, откуда я это поняла — просто знала. Я задержала дыхание и почтительно опустила взгляд. Красный медленно повернул голову вправо, затем влево. Потом фыркнул и двинулся дальше. Его хвост зацепил низкую ветку, и та с треском рухнула вниз. Только когда звук шагов окончательно стих, я снова подняла голову. Желудок болезненно сжался. Что, если я одна из тех курсантов, которым никогда не суждено стать всадниками? Одна из тех, кого будут раз за разом возвращать на первый курс, пока смерть наконец не настигнет их раньше дракона? Неужели всё было напрасно? Я медленно выдохнула. И вдруг почувствовала что-то странное. Словно лёгкое натяжение где-то глубоко внутри. Будто невидимая нить тянула меня вперёд. Я остановилась. Огляделась. Ничего. И всё же ощущение не исчезало — наоборот, с каждой секундой становилось сильнее. Не понимая почему, я пошла в ту сторону, куда меня тянуло. Ветки цеплялись за одежду. Под ногами трещали сухие листья. Через несколько минут деревья расступились, и я вышла на небольшую поляну. Там стоял дракон. Небольшой коричневый кинжалохвост. Совсем один. Моё сердце подпрыгнуло. Наконец-то. Я осторожно сделала шаг вперёд. Потом ещё один. Но стоило нашим взглядам встретиться, как надежда мгновенно умерла. Он не хотел меня видеть. Это читалось в каждом напряжённом мускуле его тела, в каждом движении хвоста, в холодном взгляде огромных янтарных глаз. Я застыла. — Что, мать твою, со мной не так? — прошептала я. С тобой всё в порядке. Я резко вдохнула. Мелодичный женский голос прозвучал прямо у меня в голове. Я замерла. Сердце перестало биться. Они знают, что ты моя. Я резко развернулась, пытаясь понять, откуда донёсся голос. Лес вокруг был пуст. Только деревья, длинные тени и стремительно темнеющее небо над головой. Коричневый кинжалохвост внезапно расправил крылья. Мощный удар воздуха заставил ветви вокруг меня затрястись. Ещё один взмах — и дракон поднялся в небо, исчезая за верхушками деревьев. — Что за... Я завертелась на месте. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось болью в рёбрах. — Кто здесь? — крикнула я. Тишина. Только шорох листьев. Потом лес впереди словно потемнел. Две огромные золотистые точки вспыхнули между деревьями. Глаза. Драконьи глаза. Я застыла. Из тени медленно выступила огромная голова. Зелёная чешуя переливалась даже в сумерках, словно была вырезана из изумруда. Каждый рог был длиннее моей руки — они изгибались назад величественной короной, а между ними тянулся гребень из тёмных шипов. Святые боги. Он был огромен. По размерам почти как Сгаэль. Может, немного меньше. Но совсем немного. Его грудь поднималась и опускалась от каждого вдоха, из ноздрей вырывался горячий пар. Огромное тело медленно вышло на поляну, и земля под ногами дрогнула. Я невольно сделала шаг назад. Дракон опустил голову. Золотые глаза внимательно изучали меня. Моё имя Маллдексис. Я замерла. Мелодичный женский голос прозвучал прямо у меня в голове. Женский. Дракон был самкой. Но можешь называть меня Малл. Я продолжала смотреть на неё, совершенно забыв, как дышать. Опусти голову, человек. Я моргнула. Один раз. Второй. Потом поспешно опустила взгляд. — Прости. В её сознании мелькнуло что-то похожее на смех. Тёплый. Удивительно добродушный. Ты слишком много извиняешься. — Я… — голос сорвался. — Ты сказала… что я твоя? Огромная зелёная голова приблизилась ещё немного — настолько близко, что я смогла рассмотреть узоры на её чешуе. Каждая пластина была испещрена тонкими золотыми прожилками. Будто внутри неё текло жидкое солнце. Да. Сердце снова остановилось. — Но… почему? Золотые глаза сощурились. Потому что я выбрала тебя ещё до того, как ты вошла в Долину. Я застыла. — Что? Я наблюдала за тобой. Перед глазами вспыхнули воспоминания. Парапет. Полоса препятствий. Два зелёных дракона, которые обнюхивали меня на тропе. — Это была ты? Один из них. У меня подкосились ноги. — Ты всё это время наблюдала? Конечно. Огромная голова склонилась чуть набок. И, должна признать, ты постоянно находишь новые способы заставить меня сомневаться в собственном выборе. — Спасибо… наверное? На этот раз драконья усмешка была совершенно отчётливой. Но каждый раз ты всё равно поднимаешься снова. Именно поэтому ты моя, Лира Аэтос. — Ты знаешь моё имя? — выдохнула я. В золотых глазах мелькнуло что-то похожее на веселье. Я знаю, кто ты. И Что ты Лира Аэтос. По моей спине пробежал холодок. Я никогда раньше не разговаривала с драконом. И уж точно не ожидала, что дракон будет знать меня. — Но как?.. Позже, — мягко перебила Мал. Сейчас пошли. Я моргнула. — Пошли? Пошли, — повторила она так, словно объясняла очевидное маленькому ребёнку. А потом огромная зелёная драконица неожиданно опустила переднюю ногу. Земля вздрогнула. Я уставилась на неё. Потом на её спину. Потом снова на неё. — Ты серьёзно? Обычно да. Я продолжала стоять. Малл тяжело вздохнула. Ну чего ты ждёшь? Одна из её передних лап поднялась и опустилась рядом со мной, образуя своеобразную ступеньку. Давай. Залезай. — Я никогда раньше этого не делала. Это заметно. Я прищурилась. — Ты смеёшься надо мной? Немного. Возмущение помогло справиться с шоком. Я подошла ближе. Вблизи Мал казалась ещё больше. Её чешуя переливалась всеми оттенками зелёного и золота, между пластинами пробегали тонкие золотистые линии, а длинные рога уходили назад изящной короной. Ни один рисунок в книгах не мог передать, насколько величественными были драконы на самом деле. — Я упаду. Не упадёшь. — Откуда такая уверенность? Потому что я не позволю. И почему-то именно эти слова заставили меня поверить. Я осторожно поставила ногу на её лапу, затем вторую. Цепляясь за выступы чешуи, начала карабкаться вверх. Через минуту я наконец перебралась ей на спину, проползла к седловине и вцепилась руками за луку. Сердце колотилось где-то в горле. Вот видишь, — довольно произнесла Малл. Ничего сложного. — Для тебя. Справедливое замечание. Я нервно рассмеялась. А потом драконица расправила крылья. Огромные. Невероятные. Они закрыли собой половину поляны. — Мал? Да, искорка? — Ты ведь предупредишь меня перед взлётом? Наступила короткая пауза. Нет. — Что? Держись. — Малл! Она оттолкнулась от земли. И мир исчез. Ужас сковал мне горло. Малл даже не взмахнула крыльями второй раз, а земля уже исчезла где-то далеко внизу. Я вцепилась в луку седла так сильно, что костяшки пальцев побелели. Ветер ударил в лицо. Деревья превратились в размытое зелёное пятно. — Малл! — заорала я. Ты кричишь громче всех всадников, которых я встречала за последние пятьдесят лет. — Потому что я сейчас умру! Нет. — Ты не можешь знать наверняка! Могу. Она резко накренилась вправо. Мир перевернулся. Я вскрикнула. Малл снова рассмеялась. Определённо могу. Мы взмыли выше облаков. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в золотые и алые цвета. Внизу тянулись горные хребты, леса и реки, которые с этой высоты выглядели тонкими нитями. Я никогда не видела мир таким. Никогда. Страх постепенно начал уступать место чему-то другому. Восторгу. Свободе. Невероятному ощущению полёта. Мал почувствовала это. Вот. Теперь лучше. Я нервно рассмеялась. — Ты специально меня напугала. Конечно. — Почему? Потому что ты слишком много думаешь. Я открыла рот. Закрыла. Открыла снова. — Это очень грубо. Но это правда. Малл поднялась ещё выше. Воздух стал холоднее. А потом она сложила крылья. Я не успела даже вдохнуть. Мы рухнули вниз. — МАЛЛ! Держись. Земля неслась навстречу с чудовищной скоростью. Ветер вырывал воздух из лёгких. Слёзы текли по щекам. А потом в последний момент драконица раскрыла крылья. Рывок отбросил меня назад. Мы пронеслись над верхушками деревьев так низко, что я увидела, как испуганно разлетаются птицы. Моё сердце колотилось где-то в горле. Теперь ты начинаешь понимать. — Что понимать? Почему мы летаем. Я замолчала. Потому что впервые за весь день у меня не нашлось ответа. Впереди уже виднелась Долина. Драконы кружили над ней тёмными силуэтами. Некоторые несли на спинах новоиспечённых всадников. Некоторые летели одни. Мал плавно скользнула между потоками воздуха. Скоро начнутся вопросы. — У меня тоже есть вопрос. Я знаю. Я прижалась щекой к тёплой чешуе её шеи. — Почему я? Некоторое время она молчала. Только ветер шумел вокруг нас. Потому что ты напоминаешь мне меня. Я нахмурилась. — Ты огромная и страшная. И великолепная. — И великолепная. Я почувствовала её довольство. А ты упрямая. — Это не ответ. Это часть ответа. Мы пролетели над озером, и заходящее солнце вспыхнуло на золотых прожилках её чешуи. Все видели в тебе только дочь полковника, сестру командира отряда. А я увидела Лиру. Мал повернула голову так, что один золотой глаз посмотрел прямо на меня. И этого оказалось достаточно. У меня перехватило дыхание. Когда мы вылетели к лётному полю, среди драконов прокатился оглушительный рёв. Сотни голов одновременно повернулись в нашу сторону. Они приветствовали не меня — они приветствовали Малл. Зелёная драконица летела прямо к центру поля, и драконы один за другим расступались перед ней. Красные. Оранжевые. Коричневые. Зелёные. Даже самые крупные из них освобождали место. И только теперь я поняла одну простую вещь. Малл была важна. Очень важна. Настолько, что остальные драконы отдавали ей честь. Наконец-то догадалась, — прозвучал её довольный голос. Я хотела ответить что-нибудь язвительное, но замерла. Посреди поля стояли десятки драконов — намного больше, чем я видела во время Презентации. Некоторых профессор Каори показывал нам на занятиях. Других я никогда раньше не встречала. А потом мой взгляд остановился на золотой драконице. Той самой. Перьехвост. Она стояла чуть в стороне от остальных и смотрела прямо на меня своими огромными янтарными глазами. Рядом с ней возвышался чёрный дракон. Тэйрн выглядел как ожившая гора — даже отсюда его размеры казались невозможными. Малл чуть повернула голову в его сторону. Тэйрн посмотрел на неё. И этого оказалось достаточно. Никаких слов. Никаких движений. Но что-то между ними произошло — как будто они обменялись мыслями. Не начинай пялиться, — лениво заметила Малл. — Я не пялюсь. Пялишься. — Совсем чуть-чуть. Искорка. — Ладно, пялюсь. Я почувствовала её мысленный смешок. Потом драконица плавно опустилась на землю. Удар её лап заставил поле слегка содрогнуться. Крылья медленно сложились за спиной. Я всё ещё сидела в седле, не в силах поверить, что всё это происходит на самом деле. Что я выжила. Что связала себя с драконом. Осознание ударило мгновенно. Вот и конец личному пространству. Мал явно почувствовала мою реакцию. Ты больше никогда не будешь одна. — Это звучит как угроза. Знаю. Проклятье. Она ещё и специально это сказала. Золотая драконица тем временем подошла ближе и остановилась рядом с Тэйрном. Я действительно стала всадницей.Сумерки окончательно опустились на Басгиат, и теперь трибуны и помост освещали магические огни. В центре возвышения сидел полковник Аэтос в полной парадной форме. Золотые нашивки поблёскивали в свете огней, а на груди сверкал ряд наград. Рядом расположились генералы и командиры крыльев, но мой взгляд сразу нашёл отца. Он смотрел не на меня. Он смотрел на Малл. Изучал её с тем же профессиональным вниманием, с каким изучал бы любого другого дракона на поле. Когда его взгляд всё-таки скользнул в мою сторону, он задержался на секунду — не дольше — и вернулся к драконице. Никакого облегчения. Никакой гордости. Просто оценка. Как будто я была ещё одной строчкой в отчёте. Я отвела взгляд. Рядом с ним сидела мама Вайолет. Генерал Сорренгейл улыбалась, глядя в мою сторону. Всё её внимание было приковано к драконице за моей спиной. Мал лишь фыркнула. Я едва удержалась от улыбки. Внизу, у основания помоста, уже знакомая хранительница свитка записывала новые связи. Всадники подходили по одному, называя истинные имена драконов. Профессор Каори буквально слетел с платформы, когда увидел Малл. Его глаза стали огромными. Он переводил взгляд с драконицы на меня и обратно, словно не мог поверить в происходящее. — Это действительно... — начал кто-то из старших офицеров. — Не произносите этого вслух, — резко перебил другой. Мне нравится этот человек. Он хотя бы понимает правила, — довольно заурчала Малл у меня в голове. Очередь медленно двигалась вперёд. Я чувствовала на себе десятки взглядов — кадетов, офицеров, командиров. Снова посмотрела на отца. Он разговаривал с кем-то из генералов, уже не глядя в мою сторону. Как будто меня здесь не было. Как будто ничего особенного не произошло. Не трать на него силы, — тихо сказала Малл. Я ничего не ответила. Просто смотрела вперёд. Наконец предыдущий всадник закончил. Хранительница свитка подняла голову. Сначала посмотрела на Мал. Потом на меня. И её брови медленно поползли вверх. — Лира Аэтос, — произнесла она, делая запись в Книге всадников. — Для протокола назовите имя дракона, который выбрал вас. Я выпрямилась. За моей спиной огромная зелёная драконица подняла голову. Поле замерло. — Маллдексис, — чётко произнесла я. Хорошо, — одобрительно заметила драконица.Всадники хранили жутковатое молчание, пока драконы один за другим взлетали в ночное небо. Их силуэты быстро растворялись в темноте, направляясь к плато возле южной вершины. Даже отсюда было видно, что среди них летят сразу два дракона рядом. Тэйрн и золотая малышка Андарна. Я до сих пор не могла поверить в произошедшее. Два дракона. Два. За всю историю Басгиата такое случалось считанные разы. Не пялься, — лениво заметила Мал. Я вздрогнула. — Ты буквально читаешь мои мысли. Да. — Это жутко. Привыкай. Последний дракон поднялся в воздух, и поле мгновенно взорвалось шумом. Первогодки носились во все стороны, смеялись, кричали, искали друзей и товарищей по отряду. А я стояла рядом с Мал и пыталась найти взглядом хоть кого-нибудь из своих. — Лира! Я резко обернулась. Вайолет. Живая. С двумя драконами. Чёрт меня побери. Я почти бегом бросилась к ней. — Вайолет! Мы столкнулись посреди поля. Я обняла её так крепко, что она тихо охнула. — Осторожнее, — пробормотала она. — Ты связала двух драконов! — почти выкрикнула я. — ДВУХ! — Да, я тоже пока не до конца это осознала. — Охренеть, Вайолет… Я покачала головой. — Это самая безумная вещь, которую я видела за всю жизнь. — А я видела, как ты приземлилась на спине Зеленого и выглядела так потрясающе. Вайолет рассмеялась. Настоящим смехом. И только тогда я поняла, насколько боялась за неё весь день. К нам подошли Ридок, Рианнон и Сойер. Я едва успела ответить, как Ви сорвал с места Ридок и начал крутить на месте так быстро, что ноги взлетели почти параллельно земле. – Смотрите, кто пригнал на самом крутом ублюдке во всей округе! – Опусти ее! – возмутилась Рианнон. – У нее кровь! – Блин, прости, – пробормотал Ридок и аккуратно поставил Ви обратно на землю. – Все в порядке. – На повязке Ви выступила свежая кровь, но, кажется, швы не разошлись. И обезболивающие круто действовали. – Вы сами в порядке? Кого вы, ребята, связали? – Зеленого кинжалохвоста! – Рианнон улыбнулась. – Фейгэ. Это было довольно… легко. – Она вздохнула. – Я увидела ее и сразу все поняла. – У меня Аотром, – с гордостью заявил Ридок. – Коричневый мечехвост. – Слизег, – подошедший Сойер обнял за плечи Рианнон и Ридока. – Красный мечехвост. Вот это да! Мы все захлопали, и через мгновение он и меня обнимал тоже. Из всех нас я больше всего радовалась именно за Сойера, из-за того, сколько ему пришлось пережить, какой длинный путь пройти, чтобы оказаться на этом поле. Я посмотрела на них и почувствовала, как внутри становится легче. Мы справились. Не все. Но мы. — А ты? — спросила Рианнон. — Зеленый дубинохвост, — гордо заявила я.На губах сама собой появилась улыбка. — Малл, — тихо ответила я. Ридок присвистнул. — Ну конечно. — Что значит «ну конечно»? — прищурилась я. — Она выглядит большой. Почти как Сгаэль, — сказал Ридок, с уважением разглядывая Малл. Мне нравится этот человек, — довольно заметила Малл. — Не привыкай, — пробормотала я. Вайолет заметила выражение моего лица и тут же рассмеялась. — Она тоже разговаривает с тобой? — Постоянно. — Добро пожаловать в клуб. А потом я заметила, что Вайолет вдруг смотрит куда-то поверх моего плеча. Через поле к нам направлялся Даин — выглядел он так, будто наконец снова начал дышать после нескольких часов ожидания. Он остановился рядом с Вайолет и крепко обнял её. Я отвела взгляд. В этот момент почему-то вспомнила отца. То, как он смотрел на меня с помоста. И как кивнул. Укол гордости неожиданно кольнул под рёбрами. Сегодня мы обе выжили. Вайолет связала двух драконов, а меня выбрала Малл. И мне почему-то казалось, что это только начало проблем. Когда Даин взял Вайолет за руку и потянул в сторону, я сначала не придала этому значения. Пока не увидела выражение его лица. Он выглядел не счастливым, не ошеломлённым — а испуганным. Очень испуганным. Я нахмурилась и машинально шагнула следом. — Что, блядь, там произошло? — услышала я голос Даина. — Кэт сказал мне, что не только Тэйрн выбрал тебя, но и тот маленький, Андарна? — Андарна, — поправила его Вайолет, и я услышала улыбку в её голосе. — Они заставят тебя выбирать. Я резко подняла голову. Что? — Я не буду выбирать, — ответила Вайолет. — Тебе придётся. — Нет. Ну и дела. Я закатила глаза и вышла из тени. — Ты серьёзно? Они оба обернулись. Даин явно не обрадовался моему появлению. — Это тебя не касается. — Вайолет касается. Его челюсть напряглась. — Они заставят её выбрать одного дракона. — Откуда ты вообще это знаешь? — перебила я. — Потому что такого никогда не происходило. — Именно. Такого никогда не происходило. Значит, никто не знает, что будет дальше. Даин провёл рукой по волосам. — Лира, сейчас не время спорить. — Тогда перестань говорить так, будто решение уже принято. Вайолет переводила взгляд между нами. — Я всё равно не собираюсь выбирать. — Тебе придётся. И это должна быть Андарна, — настаивал Даин, схватив Вайолет за плечи. — Я знаю, она слишком мала, чтобы нести всадника... — Мы не проверяли, — тут же возразила Вайолет. Я поморщилась. Они серьёзно спорят об этом сейчас? После всего, что произошло? После того, как на неё напали? После того, как она едва не погибла? После того, как она связала сразу двух драконов? — Это не имеет значения, — продолжал Даин. — Это лишь будет означать, что ты не сможешь летать с крылом, но тебя, вероятно, сделают постоянным инструктором здесь, как Каори. — Он здесь потому, что сила печати делает его незаменимым учителем. А не потому, что его дракон не может летать, — возразила Вайолет. Я едва заметно улыбнулась. Вот эту упрямую Вайолет я знала. Даин отвёл взгляд, явно что-то просчитывая у себя в голове. — Даже если ты возьмёшь Андарну в бой, есть всего лишь вероятность, что тебя убьют. Но выберешь Тэйрна — и Ксейден тебя точно уничтожит. Я нахмурилась. Что за бред? После всего увиденного мне уже не казалось, что Ксейден хочет убить Вайолет. Скорее наоборот. — Ты думаешь, Мельгрен страшен? — продолжал Даин. — Я здесь на год дольше, чем ты, Ви. От Мельгрена ты хотя бы знаешь, чего ожидать. А Ксейден не только вдвое безжалостнее, но и опасно непредсказуем. Вайолет моргнула. — Подожди. Что ты такое говоришь? — Тэйрн и Сгаэль — брачная пара. Самая сильная за последние столетия. Даже я замерла. Бездна. Вот дерьмо. Теперь многое становилось понятнее. — Просто расскажи мне, как это случилось, — уже мягче попросил Даин. И Вайолет рассказала. Про Джека. Про его дружков. Про то, как они охотились на Андарну. И чем больше я слушала, тем сильнее сжимались мои кулаки. На неё напали. Снова. Трое против одной. И она всё равно полезла защищать дракончика. Бездна, Вайолет действительно не умела беречь себя. Она рассказала про падение. Про поляну. Про Ксейдена, который оказался рядом. Про то, что он предупредил её об Орене. Про то, что мог позволить ей умереть, но не сделал этого. Я слушала молча. Потому что это совсем не походило на человека, который мечтает её убить. — Ксейден был там, — тихо сказал Даин. Что-то в его голосе мне сразу не понравилось. — Да, — кивнула Вайолет. — Но он ушёл после появления Тэйрна. — Ксейден был там, когда ты защищала Андарну, а потом Тэйрн просто... появился? — Да. Именно это я только что сказала. К чему ты клонишь? Даин крепче сжал её плечи. — А ты не понимаешь? Не видишь, что сделал Ксейден? Я резко нахмурилась. Нет. Я как раз видела совсем другое. Я видела девушку, на которую напали трое вооружённых кадетов. Девушку, которая всё равно встала между ними и маленьким драконом. И я видела Ксейдена, который почему-то не дал ей умереть. И сейчас совершенно не понимала, почему Даина волнует Ксейден больше, чем то, что Вайолет вообще пережила этот день. Вайолет нервно хмыкнула. А я вдруг подумала, что очень хотела бы посмотреть на лицо того идиота, который решит объяснить Тэйрну, почему он не может оставить себе собственного всадника. — Будь добр, расскажи мне, что, по-твоему, я сделал. Из теней появилась тёмная фигура, и мой пульс забился часто-часто, когда Ксейден шагнул в круг лунного света. Тьма соскользнула с его плеч, как сброшенная вуаль. Тепло разлилось по моим венам, нервные окончания словно заискрили. Я ненавидела реакцию своего тела на него — но не могла её отрицать. Его привлекательность была охуительно неудобной для меня. — Ты манипулировал Молотьбой. — Руки Даина соскользнули с плеч Ви, он повернулся лицом к командиру крыла. Линия его плеч стала невозможно жёсткой. Проклятье, какое громкое обвинение. — Даин, это… — Твоя паранойя. Ви шагнула из-за его спины. Если бы Ксейден собирался убить меня, он не стал бы тянуть так долго. У него были все возможности, и всё же я всё ещё стояла здесь. Связанная. С парой его драконицы. Ксейден не собирался меня убивать. Осознание этого заставило грудь болезненно сжаться, заставило пересмотреть всё, что произошло на той поляне, заставило землю уйти из-под ног. — Это официальное обвинение? — Ксейден презрительно смотрел на Даина как на досадную помеху. — Ты сделал это? — требовательно спросил тот. — Что именно я сделал? — Ксейден выгнул тёмную бровь и бросил на Даина взгляд, от которого более слабый человек просто растёкся бы бледной лужей. — Увидел ли я, что она в меньшинстве и уже ранена? Подумал ли я, что её храбрость столь же восхитительна, сколь и охренительно безрассудна? — Он перевёл взгляд на меня, и меня словно электрическим разрядом прошило от макушки до пальцев. — И я бы сделала это снова. — Я вздёрнула подбородок. — Да-я-блядь-знаю! — зарычал Ксейден, теряя самообладание — кажется, впервые с тех пор, как мы встретились на парапете. Я быстро втянула воздух. Ксейден сделал то же самое, как будто был так же потрясён собственной вспышкой, как и я. — Видел ли я, как она отбивалась от трёх кадетов, каждый из которых вдвое больше неё? — Его взгляд вернулся к Даину. — Ответ на все эти вопросы — да. Но ты задал неправильный вопрос, Аэтос. Ты должен спросить, видела ли это Сгаэль. Вместе со мной. Даин сглотнул и отвёл взгляд, явно переосмысливая свою позицию. — Она позвала пару, — прошептала я. Сгаэль позвала Тэйрна. — Она не любит, когда задирают слабых, — сказал мне Ксейден. — Но не принимай это за проявление доброты по отношению к тебе кивнул он Ви. Она просто любит маленького дракончика. К сожалению, Тэйрн выбрал тебя сам. — Проклятье, — пробормотал Даин. — Один в один мои мысли. — Ксейден качнул головой. — Сорренгейл — последний человек на континенте, которого я хотел бы приковать к себе. Так что я ничего не делал. — И даже если бы я и правда вмешался, — Ксейден шагнул к Даину, возвышаясь над ним, — ты бы действительно выдвинул обвинения, зная, что я спасал женщину, которую ты называешь своим лучшим другом? Я посмотрела на Даина. Между нами повисло напряжённое, ужасное молчание. Простой вопрос — и всё же я затаила дыхание в ожидании ответа. Что Ви на самом деле значила для него? — Существуют… правила. — Даин задрал подбородок, чтобы посмотреть Ксейдену в глаза. — И чисто из любопытства я снова спрошу: ты бы нарушил эти правила, чтобы спасти свою драгоценную маленькую Вайолет на той поляне? — Несправедливо спрашивать его об этом. — Ви шагнула ближе к Даину, но тут ночную тишину разорвал звук хлопающих крыльев. Драконы возвращались. Они приняли решение. — Я приказываю тебе отвечать, командир отряда. — Ксейден даже не удостоил меня взглядом. Даин сглотнул и зажмурился. — Нет. Не нарушил бы. Моё сердце будто разбилось о землю под ногами. В глубине души я всегда знала, что Даин ценит правила и порядок больше, чем отношения, больше, чем Ви или возможно даже меня — но то, как это было жестоко продемонстрировано, ранило глубже, чем ржавый меч. Ксейден усмехнулся. Даин тут же повернул голову в сторону Ви. — Я бы просто умер, если бы с тобой что-то случилось, Вайолет, но правила… — Всё в порядке. — Ви прикоснулась к его плечу. Но всё не было в порядке. Я видела это. — Драконы возвращаются, — сказал Ксейден, когда первый из них приземлился на освещённое поле. — Возвращайся в строй, командир отряда. Даин оторвал взгляд от лица Ви и ушёл, слившись с толпой всадников. — Зачем ты так с ним поступил? — бросила Вайолет. Я сразу поняла, что речь о Даине.Но уже через секунду она покачала головой, будто сама устала от этого разговора. — Ладно, забудь. Она развернулась и направилась куда то.Ксейден двинулся следом. — Потому что ты слишком доверяешь ему. Вайолет даже не остановилась. — А знание, кому стоит доверять, — продолжил он, — это единственное, что поможет тебе... нам... выжить не только в квадранте, но и после выпуска. Я нахмурилась. Нам? Судя по тому, как дёрнулась Вайолет, она подумала о том же. — Нам? Нет никаких нас. Они обходили всадников, драконов и людей, которые метались по полю во всех направлениях. Земля дрожала под лапами приземляющихся драконов. Я никогда в жизни не видела столько драконов одновременно. — Думаю, ты скоро поймёшь, что это уже не так, — тихо ответил Ксейден. В следующий момент он схватил Вайолет за локоть и отвёл в сторону, спасая от столкновения с каким-то бегущим всадником. Я моргнула.Странно.Очень странно.Потому что ещё пару месяцев назад я бы скорее поверила, что Ксейден сам её толкнёт. — Тэйрн образует сильную связь как со своей парой, так и со своим всадником, поскольку он сам невообразимо силён, — продолжил Ксейден. — Потеря предыдущего всадника едва не убила его, что, в свою очередь, чуть не погубило Сгаэль. Жизни спаренных драконов... — Взаимозависимы, я знаю. Я замерла. Вот дерьмо. Теперь я наконец поняла, к чему он клонит. Если Тэйрн связан с Вайолет, а Сгаэль — с Ксейденом… это уже не просто связь дракона и всадника. Это проблема. Большая проблема. — Твою мать, — выдохнула я раньше, чем успела подумать. Ксейден фыркнул. Кажется, впервые за всё время я услышала от него звук, похожий на смех. — Значит, это правда? — спросила я. — Правда, — ответил Ксейден. Я медленно покачала головой. — Это худшая идея, которую драконы когда-либо принимали. — Спасибо, Лира, — сухо сказала Вайолет. — Нет, серьёзно. Они что, решили собрать в одну связку самых проблемных людей квадранта? — Я не проблемный человек, — возмутилась Вайолет. Мы с Ксейденом одновременно посмотрели на неё. Она закатила глаза. — Ладно. Возможно, немного. — Немного? — переспросила я. — Очень немного. — Ты связала двух драконов за один день. — Это было не специально! — Именно это и пугает. На секунду напряжение ослабло. Даже Даин устало провёл рукой по лицу. Но его взгляд снова остановился на Ксейдене. — Это всё равно ничего не меняет. — Нет, меняет, — перебила я. — Послушай себя. Вайолет сражалась не за свою жизнь. Она защищала дракона. Связала двух драконов. А ты всё ещё пытаешься найти проблему. — Я пытаюсь защитить её. — Иногда это не одно и то же. Повисла тишина. Над головой захлопали огромные крылья — драконы возвращался. В ночном небе мелькнула огромная чёрная тень. Тэйрн. А рядом — золотая вспышка. Андарна. Они летели вместе. И от этого зрелища по спине пробежали мурашки. — Драконы приняли решение, — спокойно сказал Ксейден. Мы двигались вперёд, пока не оказались в центре строя всадников. Вокруг один за другим приземлялись драконы, сотрясая землю ударами огромных лап. Любой другой день я бы стояла с открытым ртом. Но сейчас всё моё внимание цеплялось за происходящее между Вайолет и Ксейденом. — Связь с каждым новым всадником у дракона крепче предыдущей, а это значит, что если ты умрёшь, Вайоленс, это запустит цепь событий, которые потенциально могут закончиться тем, что я тоже умру. Я поперхнулась воздухом. Ну конечно. Потому что обычных проблем нам было мало. — Так что, к сожалению для всех вовлечённых лиц, теперь существуем мы, — продолжил Ксейден. Я перевела взгляд на Вайолет. Судя по её лицу, она только сейчас осознала масштаб проблемыл. Честно говоря, я тоже. Вайолет Сорренгейл и Ксейден Риорсон оказались связаны. Это звучало как начало очень плохой легенды. Или очень хорошей трагедии. Я пока не решила. Дальше Ксейден объяснял про бездраконных, про охоту, про Тэйрна и про то, что теперь Вайолет стала целью номер один для всех, кто не получил дракона. Отлично. Просто замечательно. Сначала Джек. Теперь ещё сорок человек. Когда Ксейден наконец ушёл к Сгаэль, я облегчённо выдохнула. Хотя облегчение длилось недолго — почти сразу заговорил Мельгрен. Я слушала вполуха, стоя рядом с Малл. Мой дракон возвышался надо мной живой зелёной горой, хвост с тяжёлой дубиной лениво бил по земле. Когда генерал объявил решение драконов, по толпе прошёл ропот. Андарна и Тэйрн сохраняли свой выбор. Я улыбнулась раньше, чем успела остановить себя. Конечно сохраняли. Словно кто-то вообще смог бы заставить Тэйрна отказаться от собственного решения. Ты начинаешь понимать драконов, — фыркнула Мал. Немного. Очень немного. Когда церемония закончилась, я заметила движение на другом конце поля. Ксейден стоял рядом со Сгаэль, но смотрел вовсе не на драконов. На Вайолет. Выглядел он так, будто уже просчитывал десяток способов не дать ей умереть. Я перевела взгляд на Вайолет. Она тоже смотрела на него. А потом Ксейден поднял один палец. Цель номер один. — Поздравляю, Ви, — пробормотала я себе под нос. — Ты связала двух драконов и самого проблемного мужчину во всём Басгиате. Укол ревности кольнул меня. Мал хрюкнула так громко, что несколько ближайших всадников обернулись. Это было смешно. — Спасибо за поддержку. Всегда пожалуйста. Я покачала головой и шагнула вперёд вместе с остальными новыми всадниками. Похоже, наш первый год только что стал гораздо сложнее. Я уже собиралась уйти, когда заметила Ксейдена. Он стоял, прислонившись плечом к дереву на краю поля, и поманил меня пальцем. Меня. Я оглянулась через плечо — на всякий случай. Может, там стояла ещё какая-нибудь Лира. Никого. Он зовёт тебя, — заметила Малл. — Вижу. Я бы на твоём месте не заставляла его ждать. Я вздохнула и направилась к Риорсону. Чем ближе подходила, тем больше мне казалось, что он выглядит раздражённым. Не злым. Просто раздражённым. — Если собираешься убить меня, предупреждаю заранее: Мал будет недоволена. На секунду уголок его рта дёрнулся. Почти улыбка. Почти. — Сорренгейл. — Что Сорренгейл? — Следи за ней. — За Вайолет? — Нет, за генералом Мельгреном. Я закатила глаза. — Конечно за Вайолет. — Ты её подруга. Она тебя слушает. — Очень смешная шутка. — Это не шутка. Его взгляд скользнул через поле туда, где стояла Вайолет рядом с Тэйрном и Андарной. — В ближайшие месяцы её попытаются убить чаще, чем любого другого первогодку. — Ты только сейчас это понял? — Я понял это раньше всех. Меня неприятно кольнуло от того, насколько спокойно он это произнёс. Словно уже смирился с фактом. — Я и так собиралась за ней присматривать. — Недостаточно. — Эй. Он перевёл взгляд на меня. — Я серьёзно, Риорсон. Я не позволю ей остаться одной. Несколько секунд он молчал. Потом кивнул. — Хорошо. — Это всё? — Нет. Я обречённо вздохнула. — Что ещё? — Если она решит сделать что-нибудь безумное… сообщи мне. Я расхохоталась в голос. — Тогда мне придётся докладывать тебе каждые пять минут. На этот раз он действительно усмехнулся. — Да. Я уже начинаю это понимать. Жар обжёг мою ключицу, и я зашипела от боли. Всадники по обе стороны вскрикнули — казалось, будто кожу между лопатками прижали раскалённым железом. — Какого чёрта! — выдохнула я. Тебе понравится, — довольно произнесла Мал. Боль постепенно стихала. Из-под воротника жилета выглядывало что-то тёмное. Зелёное?. Почти как чешуя Малл. Передо мной остановился Ксейден. Его взгляд скользнул к моей шее, и он неожиданно нахмурился. Очень сильно нахмурился. — Где твой… — он осёкся. А потом указал на воротник жилета. — Могу я распустить шнуровку? Только сверху. Я растерянно кивнула. Через несколько секунд холодный вечерний воздух коснулся моей кожи. Ксейден отступил на шаг. — Ты должна это увидеть. Я опустила голову и застыла. На ключице чётко проступал рисунок дракона. Тёмно-зелёный. С расправленными крыльями. С тяжёлым хвостом-дубиной. Малл. Моя метка. Моё доказательство связи. — Это невероятно, — прошептала я. Я же говорила. Но я почти её не слышала. Потому что подняла взгляд и наткнулась на Ксейдена. Он смотрел куда-то поверх моего плеча, и я успела заметить, как с его губ медленно сползает улыбка. Не исчезает рывком — будто стирается сама собой, пока он смотрит на что-то впереди. Я обернулась, проследив его взгляд. И увидела Даина. А рядом с ним — Вайолет. Даин держал её лицо в ладонях. И целовал? Я моргнула. Один раз. Второй. Потом перевела взгляд на Боди — и застыла. Потому что он смотрел на эту картину с таким лицом, будто всерьёз размышлял, как именно убить моего брата. Медленно. Очень медленно. Судя по его выражению, Даин только что подписал себе смертный приговор. И тут до меня наконец дошло. — О-о-о... — Вот дерьмо. Я посмотрела сначала на Ксейдена, потом на Боди, потом снова на Вайолет. — Кажется, я единственная на всём этом поле, кто ничего не замечала.