Лучший друг

Старая ферма. Рассвет.

Кэрол проснулась первой. Солнце еще не показалось из-за холмов, но небо на востоке уже наливалось бледным золотом. Она лежала, закутавшись в куртку, и смотрела, как Дэрил спит у догорающего камина. Во сне его лицо разгладилось - исчезла вечная складка между бровей, разжались челюсти. Он выглядел моложе. Она не стала его будить. Просто подбросила веток в камин и вышла на крыльцо. Воздух был холодным, пах прелой листвой и дымом. Римская дорога, пустая и прямая, уходила за горизонт. Где-то там были Лоран и Жан-Люк. Где-то там было все, ради чего они шли. — Опять не спишь, — раздался голос за спиной. Она обернулась. Дэрил стоял в дверях, привалившись плечом к косяку. Волосы всклокочены, глаза еще мутные со сна. — Выспалась, — сказала она. — Кофе нет, извини. — Она чуть улыбнулась. — Здесь вообще ничего нет. — Он потянулся, поморщился - ребра еще болели. — Долго нам идти? — Тео сказал - день. Может, два. — Она развернула карту. — Если мы не заблудимся. — Мы не заблудимся. — Ты уверен? — Я следопыт. — Ты следопыт в американских лесах. Здесь тебе не Вирджиния. — Лес везде лес. — Он спустился с крыльца, зачерпнул воды из старой бочки, плеснул в лицо. — Идем. Чем раньше выйдем, тем быстрее найдем пацана.

***

Римская дорога. Утро.

Они шли уже третий час. Дорога была пустынной, только ветер гулял между старых камней. Кэрол шагала впереди, Дэрил чуть позади, по привычке прикрывая спину. Молчание было привычным, но сегодня в нем чувствовалось что-то новое - недосказанность, которая копилась с момента их встречи в подземелье. Первой не выдержала Кэрол. — Ты можешь идти быстрее? — Я иду нормально. — Ты хромаешь. — Ничего я не хромаю. — Я слышу. У тебя шаг неровный. Дэрил остановился. — Ты серьезно? Ты будешь меня учить, как ходить? — Кто-то же должен. — Она обернулась, скрестила руки. — Ты еле стоишь на ногах после того, что с тобой сделали. Если хочешь догнать Лорана, тебе нужно беречь силы. — Я берегу. — Нет, не бережешь. Ты прешь, как танк, не думая о себе. — Это ты мне говоришь? — Он усмехнулся. — Ты сама пересекла океан, не спала, не ела, пришла в логово Жене и врешь мне, что я не берегу себя? — Это другое. — Что? — Заткнись и иди, — ответила она, но в голосе не было злости. Было что-то теплое, почти смех.

***

Лес у дороги. Полдень.

Они остановились на привал у ручья. Кэрол сняла ботинки, опустила ноги в ледяную воду. Дэрил сел на поваленное дерево, проверил нож. — Ты так и не рассказал, — сказала она, глядя в воду. — О чем? — О том, как ты жил здесь. До того, как тебя схватили. Он молчал. Она продолжила: — Я знаю только то, что рассказала Диди. Что ты заботился о мальчике. Что Изабель была с тобой. — И что? — И ничего. — Она повернулась к нему. — Я просто хочу знать. Как ты жил. Что ты чувствовал. Меня не было рядом, и я… — Ты не могла быть рядом. Ты была в Содружестве. — Это не оправдание. — Ты пришла. — Он поднял глаза. — Этого достаточно. — Мне - нет. — Она встала, подошла ближе. — Мне не хватало тебя, Дэрил. Каждый день. Я просыпалась в Содружестве, в безопасности, с горячей водой и нормальной едой, и мне было пусто. Он смотрел на нее. Его лицо было неподвижным, но что-то в глазах дрогнуло. — Мне тоже тебя не хватало, — сказал он тихо. — Знаю. Они помолчали. Ручей журчал. Ветер шумел в кронах. — Ты изменился, — сказала Кэрол. — В каком смысле? — Не знаю. Ты стал… тяжелее. Как будто носишь что-то внутри. — Она посмотрела на него. — Это из-за нее? Дэрил не ответил. Он встал, закинул рюкзак на плечо. — Идем. Нам еще долго. — Дэрил. — Что? — Ты можешь поговорить со мной. Я здесь. Он стоял к ней спиной, глядя на дорогу. Потом повернулся. — Я знаю. Просто… не сейчас. Ладно? — Ладно. — Она надела ботинки, встала. — Но ты не отделаешься от этого разговора. — Я в курсе. Они двинулись дальше. Молчание уже не было напряженным - оно стало другим. Как будто что-то между ними сдвинулось, приоткрылось. Ненамного. Но достаточно.

***

Дорога на побережье. Вечер.

К вечеру дорога привела их к старому маяку на скалистом берегу. Маяк был заброшенным, но в одном из окон горел свет. Дэрил ускорил шаг, почти побежал, забыв про хромоту. Кэрол едва поспевала за ним. Дверь маяка была приоткрыта. Изнутри доносились голоса. Дэрил толкнул дверь и замер на пороге. У очага сидел Лоран. Живой. Целый. Он поднял голову, увидел Дэрила, и его лицо осветилось. — Ты вернулся! Его глаза были красными, но сухими. Теперь в них было только ожидание. Ожидание того, что Дэрил скажет то, что мальчик уже знал. — Где Изабель? — спросил Лоран. Дэрил не отвел взгляда. — Она не вернется. Лоран молчал. Ветер шевелил его волосы. Где-то в кронах пела птица. — Она умерла? — спросил он наконец. — Да. — Как? — Она защищала тебя. До конца. — Дэрил говорил ровно, без дрожи в голосе, но Кэрол видела, как напряглись его плечи. — Она попросила меня заботиться о тебе. Лоран опустил глаза. Его пальцы теребили край рубашки. Потом он поднял взгляд - не на Дэрила, а куда-то вверх, в небо над деревьями. — Она теперь с Богом? — спросил он. Дэрил не ответил. Кэрол шагнула вперед и опустилась рядом с мальчиком. — Изабель верила в это? — спросила она. — Да. Она говорила, что после смерти мы все возвращаемся к Богу. Что Он ждет нас. Что Он добрый. — Тогда она с Ним. Лоран долго смотрел на нее. Потом перевел взгляд на Дэрила. — Ты веришь в Бога? Дэрил помолчал. — Я не знаю, во что я верю. Но Изабель была хорошим человеком. Лучшим из тех, кого я встречал. Если Бог есть - Он ее не оставит. Лоран кивнул. Он не плакал. Просто стоял, переваривая то, что уже знал, но только теперь услышал вслух. Потом он повернулся к Жан-Люку. — Мы пойдем в твое убежище? — Да, — сказал Жан-Люк. — Это недалеко. Час ходьбы. Там безопасно. Там можно отдохнуть. — Тогда идем, — сказал Лоран. Он взял свой рюкзак и первым двинулся по тропе. Дэрил смотрел ему вслед, и Кэрол видела, как что-то в его лице меняется. Это была не боль. Это было что-то похожее на гордость.

***

Убежище Жан-Люка. Вечер.

Они добрались до места к закату. Убежище оказалось заброшенной пастушьей деревушкой в расщелине между двух скал - несколько каменных домов, очаги, колодец, даже пара коз в загоне. Здесь уже жили несколько человек - семья с детьми, старый охотник, молодой парень, который помогал Жан-Люку с патрулями. Все они встретили Дэрила и Кэрол настороженно, но не враждебно. — Вот они, — сказал Жан-Люк своим людям. — Они спасли мальчика. После этого настороженность исчезла. Им выделили отдельный дом - крошечный, но с крышей, которая не протекала, и с очагом, в котором горел огонь. Лоран сел у очага и долго смотрел в пламя, не говоря ни слова. Дэрил не трогал его. Он знал: слова сейчас не помогут. Кэрол вышла наружу, где Жан-Люк разливал по кружкам воду с травами. — Как он? — спросил Жан-Люк. — Держится. По крайней мере, снаружи. — Это ненадолго. Слезы придут позже. — Он протянул ей кружку. — А ты как? — Я в порядке. — Ты тоже врешь. — Жан-Люк усмехнулся в бороду. — Вы с американцем похожи. Оба молчите, оба думаете, что справитесь в одиночку. Кэрол отпила из кружки. — Мы справляемся. Вдвоем. — Я заметил. — Жан-Люк посмотрел на нее поверх кружки. — Он смотрит на тебя, даже когда ты не видишь. — Он смотрит на всех. Он следопыт. — Нет. — Жан-Люк покачал головой. — На всех он смотрит как на угрозу. На тебя - как на дом. Кэрол ничего не ответила. Она посмотрела на дом, где за очагом сидели Дэрил и Лоран, и почувствовала, как что-то в груди сжимается. Не от боли. От осознания.

***

Дом в убежище. Ночь.

Лоран уснул на матрасе у очага, закутанный в одеяло. Дэрил сидел рядом, привалившись спиной к стене. Кэрол вошла, села напротив. — Ты как? — спросила она. — Нормально. — Опять нормально. — А что ты хочешь услышать? Что мне хреново? Мне хреново. Каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу ее лицо. Я слышу, как она говорит «позаботься о нем». Я не знаю, как это сделать. Не знаю, как быть ему кем-то. — У тебя получается. — Кэрол… — Он ждал тебя. — Кэрол кивнула на спящего Лорана. — Он не ждал Жан-Люка. Он ждал тебя. Ты - тот, кому он доверяет. Это не дается просто так. Дэрил молчал. Она пододвинулась ближе. — Ты можешь скорбеть. Ты имеешь на это право. — Я не могу. — Ты просто не позволяешь себе. Он поднял на нее глаза. В свете очага они казались совсем темными. — Мне не хватало тебя, — сказал он. — Все эти месяцы. Я думал, что если уеду - тебе будет лучше. А получилось… я просто сделал хуже. Себе. Тебе. Изабель. — Изабель была с тобой, потому что хотела этого. Ты дал ей и Лорану надежду. Ты не сделал ей хуже. — Она умерла. — Она умерла, спасая Лорана. Это был ее выбор. — Кэрол протянула руку и взяла его ладонь. — Ты не можешь нести ответственность за все, Дэрил. Ты не Бог. — Лоран спросил меня, верю ли я в Бога. Я не знал, что ответить. — Ты ответил честно. Это лучше, чем соврать. Он сжал ее пальцы. Они сидели в тишине, и где-то за стенами дома выл ветер. Убежище Жан-Люка было маленьким, хрупким, но в эту минуту оно казалось самым безопасным местом на земле. — Мы останемся здесь на какое-то время? — спросила Кэрол. — Да. Пока Лоран не окрепнет. Пока я не пойму, что делать дальше. — Я думаю насчет того, чтобы отправиться вместе с ним к нам. В Содружество. Дэрил кивнул, закрывая глаза.