Альпы и мы.

Тяжелая дубовая дверь поддалась с тихим скрипом, и Ария буквально ввалилась внутрь коттеджа. Шале встретило её блаженным, окутывающим теплом. Внутри было тихо и очень уютно: в глубине просторной гостиной мягко горели настенные бра, а автоматическая система отопления тихо гудела, удерживая идеальную температуру. Ария с облегчением выдохнула, поставила тяжелый кофр с виолончелью у стены и заперла за собой дверь на засов. Наконец-то она на месте. За панорамными окнами уже окончательно стемнело. Стрелки часов близились к семи вечера, и альпийская ночь полностью вступила в свои права, превратив шторм за стеклом в ревущую черную бездну. Ария включила верхний свет в гостиной. Осмотревшись, она пришла в восторг от интерьера: массивные деревянные балки на потолке, ковры, мебель из дикой вишни и огромный каменный камин, в котором уже были аккуратно сложены березовые поленья — оставалось только поднести спичку. Дом казался абсолютно безжизненным и пустым, именно таким, о каком она мечтала. Первым делом Ария сняла тяжелый свитер и сапоги. Она решила сразу обосноваться на первом этаже, где была небольшая, но уютная спальня с видом на заснеженный склон. Ария перетащила туда свой чемодан и принялась неторопливо разбирать вещи: Развесила в шкафу несколько теплых свитеров и шерстяных брюк. Расставила на прикроватной тумбочке свои кремы и любимый парфюм с ароматом средиземноморского инжира. Достала дорожную аптечку и пару книг, которые планировала прочесть. Закончив со спальней, она вернулась в гостиную. Бережно, словно хрустальную вазу, Ария достала из кофра свою виолончель. Она устроила инструмент на специальной подставке у окна. В полумраке вечера изящные изгибы старого дерева выглядели особенно красиво. На кухне Ария обнаружила, что профессор позаботился о запасах: в шкафчиках были чай, паста и специи. Она поставила греться чайник, предвкушая, как через пару минут зажжет камин, нальет горячий чай и останется наедине со своей музыкой и тишиной. Чайник на кухне засвистел, нарушив тишину дома. Ария выключила плиту, залила крутым кипятком ароматный чай с бергамотом и с наслаждением зажмурилась от поднявшегося пара. Ей хотелось окончательно прогнать остатки дорожного стресса. Она достала из кармана телефон. Сети по-прежнему не было, но локальная медиатека работала отлично. Ария пролистала плейлист, выбрала старую добрую классику — песню Элвиса Пресли «Can’t Help Falling in Love» — и положила мобильный на кухонный стол. Из динамика полился мягкий, бархатный голос короля рок-н-ролла. Ария взяла в руки большую дымящуюся кружку. Ритмичная музыка и тепло горячего чая подействовали на неё волшебно. Позабыв обо всем на свете, она сделала первый глоток и начала тихонько подпевать, покачивая бедрами в такт мелодии. Она кружилась по теплой кухне, забавно переступая босыми ногами по гладкому деревянному полу. Ария сделала аккуратный пируэт у кухонного острова, держа кружку как самый драгоценный кубок, абсолютно счастливая в своем воображаемом уединении. Она была так увлечена музыкой и собственным маленьким триумфом над альпийской непогодой, что совершенно не услышала, как наверху скрипнула половица. Она как раз зажмурилась, вытягивая высокую ноту вместе с Элвисом, когда прямо за её спиной раздался низкий, хриплый и до предела собранный мужской голос: — Ты еще кто такая? Ария от неожиданности подпрыгнула на месте. Пальцы разжались, кружка выскользнула из рук и с грохотом полетела на пол. Горячий чай вместе с осколками керамики брызнул во все стороны, пачкая светлую древесину. Она резко развернулась, тяжело дыша, и прижала ладонь к бешено заколотившемуся сердцу. В паре шагов от неё, в дверном проеме кухни, стоял широкоплечий мужчина. В полумраке его фигура казалась огромной и угрожающей. Светлые волосы были растрепаны, словно после сна, но взгляд синих глаз, направленный на неё из-под челки, был ледяным, цепким и абсолютно трезвым. Леон Кеннеди стоял в оборонительной позе, и вся его фигура излучала опасную готовность к действию. Из телефона на столе всё так же романтично и безмятежно продолжал петь Элвис Пресли.