Эхо забытого ветра.

Ллойд не знал, сколько еще сможет выносить эту тишину. Она была хуже криков, хуже боя, хуже даже ледяного спокойствия Отца, когда тот смотрел на него с высоты своего «всезнания». Эта тишина была вязкой, липкой, как прибрежный песок после шторма, и она исходила от фигуры, стоящей на краю обрыва. Морро стоял на самом ветру, его белый балахон развевался, как сломанное крыло. Он не оборачивался. Они не разговаривали уже три дня. Три дня с того момента, как Ллойд нашел его — не в Храме, не в тени, а здесь, на этом проклятом острове, где ветер пах войной и поражением. — Ты не должен был приходить, — голос Морро прозвучал глухо, перекрывая гул прибоя. В нем не было привычной едкой насмешки, только усталость. — А ты не должен был исчезать, — Ллойд сделал шаг вперед. Гранит под ногами был холодным, и холод этот пробирался сквозь подошвы ботинок прямо в кости. — Мы думали, ты мертв. Опять. — Может, так было бы проще, — Морро наконец повернулся. Ллойд вздрогнул. Глаза Морро, когда-то горевшие изумрудным пламенем одержимости, сейчас были тусклыми и пустыми, как стекло. Под ними залегли темные тени, а на виске пульсировала тонкая синяя жилка — верный признак того, что Призрачный Мастер снова и снова прокручивает в голове один и тот же кошмар. — Ты говоришь как старик, — Ллойд попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. — Морро, я знаю, что ты чувствуешь. После того, как мы победили… после того, как я высвободил твою душу… я думал, ты успокоишься. — Успокоюсь? — Морро горько рассмеялся, и смех этот был похож на скрежет гравия. — Ты подарил мне вторую жизнь, Зеленый Ниндзя. Величайший подарок от моего самого «великого» врага. Но что мне делать с этой жизнью, Ллойд? Ветер больше не говорит со мной. Он шепчет мне только о смерти. Ллойд подошел ближе. Он чувствовал исходящий от Морро холод — не физический, а ментальный, тот самый, что высасывает тепло из воздуха вокруг. Он хотел коснуться его плеча, как делал раньше, когда они были союзниками, пусть и вынужденными. — Тогда позволь мне помочь тебе найти новый ветер. Морро резко перехватил его запястье. Хватка была стальной, почти болезненной. — Новый ветер? — прошипел он. — Ты думаешь, все можно починить, как свой драгоценный Голден-Мастер? Ты забрал у меня все, Ллойд. Ты забрал мою цель, мое предназначение, мою ненависть. Ты оставил меня пустым. Он приблизил свое лицо к лицу Ллойда, и Ллойд впервые увидел в его глазах не злобу, а дикую, животную боль. — Я хотел быть величайшим. Я был готов уничтожить весь мир, лишь бы стать им. А ты… ты просто пришел и сделал меня ничтожеством. И хуже всего то, что я благодарен тебе за это. Ты понимаешь, что это за ад? Благодарность тому, кто лишил тебя смысла существования! Он оттолкнул Ллойда, и тот пошатнулся, едва удержавшись на краю уступа.