Вражеский генерал становится рабом

Глаза его внезапно расширились.   В комнате воцарилась мёртвая тишина.   Линь Сюэюэ медленно, с трудом повернул окаменевшую шею. — Так значит, господин Наставник… — раздался холодный, ледяной голос, — вы осмелились явиться в мой дворец в моё отсутствие? Перед ним стоял Янь Янь — в полном боевом облачении, величественный и грозный. — Не стану задерживаться у Его Высочества, — старец быстро поправил пояс, склонился в почтительном поклоне, сложив ладони. — Простите за дерзость. В другой раз непременно зайду. Он развернулся и ушёл, оставив за собой лишь гордую, высокомерную спину.   «Собака…» — подумал Линь Сюэюэ, сжимая кулаки. «Выглядит так жалко…» Он опустился на мягкую постель, всё ещё дрожа.   Даже сейчас, спустя столько времени, он не мог сдержать порыв — протянул руку, будто пытаясь ухватиться за что-то ускользающее. Но вдруг — как удар хлыста! Он вспомнил тот день, когда, рыдая, бросился к Янь Яню с мольбой:   — Почему ты так со мной обращаешься?! А тот лишь холодно бросил, даже не глядя:   — Ты всего лишь собака, которую я приручил.   — Ты сам называешь меня своим хозяином, — добавил Янь Янь, сняв с пояса изящный клинок и бросив его Линь Сюэюэ. На лезвии чётко проступали следы старых, но глубоких царапин — словно отчаянные попытки вырваться. Когда Янь Янь повернулся, чтобы уйти, Линь Сюэюэ в отчаянии бросился ему вслед. «Р-р-раз!» Холодное лезвие уже почти коснулось горла Линь Сюэюэ… *** Военный лагерь Наньчу. Прежде чем плеть коснулась спины Чжань Тяньбая, Чжао Юэ вдруг остановился.   Из-за поворота стремительно приближался человек в доспехах — высокий, уверенный, с мощной аурой командира. — Чжао Юэ! — громко окликнул он. — Ты вообще понимаешь, с кем имеешь дело? Это был Чжу Цифэн — заместитель Дуаньму Ли. Его лицо было серьёзным, но взгляд — твёрдым и властным. Чжу Фэн, стоявший рядом, облегчённо выдохнул. Этот Чжу Цифэн — совсем не такой, как Чжао Юэ: он справедлив, рассудителен и никогда не станет без причины обвинять Чжань Тяньбая. Именно поэтому он и явился сюда — и вовремя. — Ты цел? — спросил Чжу Цифэн, подойдя к Чжань Тяньбаю.   — Конечно, — тот улыбнулся, хотя в глазах ещё теплилась боль. — Спасибо, что пришли. — Как можно благодарить? — возмутился Чжу Фэн, вмешавшись. — Это же они виноваты! Их командир тысяча салдат сам затеял драку, а теперь ещё и хочет наказать тебя?! Да кто они такие?!   Он повернулся к Чжу Цифэну:   — Вы — заместитель принца! Почему не наказали этого Чжао Юэ? Он же чуть не убил супругу принца! Не дав ему договорить, Чжу Цифэн мягко положил руку на плечо Чжань Тяньбая, встав за его спиной. — Хватит, — произнёс он строго, но спокойно. — Сегодняшнее происшествие… Я доложу принцу лично. Чжао Юэ фыркнул, бросив на Чжань Тяньбая полный ненависти взгляд:   — Да кто этот выскочка такой?..   Но вокруг уже не было ни одного солдата, готового поддержать его. — Эти люди… — начал было Чжу Фэн, но осёкся, увидев выражение лица Чжань Тяньбая. — Они ведь не виноваты, — тихо сказал тот. — Просто помнят, что я когда-то убил их товарищей. Разве можно винить их за это? — Но ты же не враг им теперь! — воскликнул Чжу Фэн, прикрывая лицо рукой. — Ты же вернулся… Живым! Чжу Цифэн кивнул:   — Не нужно благодарить меня. Это мой долг.   Он помолчал, затем добавил:   — Путь до границы будет долгим. Конфликты, возможно, ещё повторятся. Но я обещаю — больше никто не посмеет поднять на тебя руку. Я лично буду следить за этим. Чжань Тяньбай лишь улыбнулся — тихо, с благодарностью.   Он знал: мир не станет добрым только потому, что он изменился. Но то, что рядом есть те, кто готов защищать его — уже само по себе чудо.