Вражеский генерал становится рабом

Чжань Тяньбай почувствовал тёплое дыхание Дуаньму Ли у себя на шее. Он резко отвернулся, опустив ресницы. — Завтра нужно… — начал он. — Просто полежать рядом, — мягко перебил Дуаньму Ли, уголки губ его едва заметно приподнялись. — Ты о чём думаешь? Неужели так много фантазируешь? — Дуаньму Ли! — Чжань Тяньбай попытался отстраниться, но тот вдруг обхватил его за талию и прижал к себе. Ощущение в постели… казалось, будто прошла целая вечность с тех пор, как он последний раз лежал так спокойно.   Тёплый вес тела Чжань Тяньбая, его лёгкое дыхание — всё это тоже было давно забыто. В ту ночь Чжань Тяньбай спал крепко.   Будто только рядом с Дуаньму Ли он мог по-настоящему расслабиться.   Они ничего не делали — просто лежали. Но этого было достаточно. *** Рассвет ещё не наступил, когда Чжань Тяньбай и Дуаньму Ли уже собрались в путь.   Время не ждало — им нужно было как можно скорее добраться до ущелья Лоуин. Ущелье Лоуин, названное так из-за бесчисленных вишнёвых деревьев, что цветут здесь каждый год, было необычайно красиво.   Но красота эта была обманчива: среди скал и ущелий кишели демонические твари. Они мчались без отдыха целый день.   Когда небо начало темнеть, они наконец достигли подножия ущелья. — Мы уже внутри, — сказал Чжань Тяньбай, держа поводья коня и оглядываясь вокруг. Местность была дикой и величественной — будто вырезанной рукой богов.   Повсюду цвели вишни, но их лепестки, окрашенные закатом, уже не были нежно-розовыми — они будто пропитались кровью, став тёмно-алыми, почти зловещими. Конь Чжань Тяньбая склонился к ручью, чтобы напиться.   Тот поднял подбородок, любуясь пейзажем — перед ним разворачивалась картина, достойная кисти мастера. Эта сцена отразилась в глазах Дуаньму Ли — и в тот же миг порыв ветра сорвал с дерева несколько лепестков.   Один из них упал на голову коня.   Дуаньму Ли осторожно снял его и, слегка дунув, отправил вдаль. — Здесь… очень красиво, — прошептал Чжань Тяньбай. Но тут же его лицо омрачилось. — Но скоро стемнеет… А ночью это место превращается в поле боя между людьми и демонами. Изначально он не собирался идти один.   Хотя его тело почти восстановилось, внутренняя сила всё ещё не подчинялась ему.   Он хотел попросить Инь Мо сопровождать его — но тот внезапно исчез по своим делам.   А когда Чжань Тяньбай обратился к императору, тот, к его удивлению, разрешил Дуаньму Ли отправиться с ним. Теперь они сидели у костра, соблюдая дистанцию. — Голоден? — тихо спросил Дуаньму Ли. — Немного, — честно ответил Чжань Тяньбай. Они выехали в спешке — взяли лишь немного еды, который съели ещё днём. Когда Дуаньму Ли встал, Чжань Тяньбай насторожился: — Ты куда? Собираешься искать ягоды? Лучше я схожу! Он тоже поднялся. — У тебя ещё раны, — возразил Чжань Тяньбай. — Тебе нужно беречь силы. Если вдруг нападут демоны, нам обоим не поздоровится. — Ага, — усмехнулся Дуаньму Ли, — столько оправданий… Просто волнуешься за меня, да? — Не придумывай себе лишнего, — буркнул Чань Тяньбай, но Дуаньму Ли уже направился прочь. Вдруг его запястье сжали. — Я схожу, — сказал Дуаньму Ли. — Может, не только ягоды найду, но и дичи поймаю. — Так тебе просто есть захотелось! — Чжань Тяньбай фыркнул, но уступил. — Ладно, только побыстрее возвращайся. Он снова сел у костра.   Собирать ягоды он мог и сам… но охотиться — уже нет.   Без внутренней силы он был беспомощен. Дуаньму Ли заметил, как в глазах Чжань Тяньбая мелькнула боль — та самая, что скрывалась под маской спокойствия.   Он знал: Чжань Тяньбай не выносил чувствовать себя обузой. Тяжело вздохнув, Дуаньму Ли ушёл в лес. Ночь становилась всё глубже. Над головой сияли звёзды, медленно вращаясь в небесном танце.   Костёр потрескивал, отбрасывая тени.   Чжань Тяньбай сидел, уставившись в огонь, но мысли его были далеко. — Дуаньму Ли… — прошептал он, оглядываясь. — Уже так долго… Вокруг царила тишина. Вишнёвые деревья в лунном свете казались призрачными, почти зловещими. Он встал, нервно прошёлся вокруг костра.   «Не стоит бегать по ущелью в темноте, — подумал он. — Вдруг с ним что-то случилось?» Сердце сжалось.   Он резко выхватил клинок — и в следующий миг остриё уже летело вперёд. — Стой! Тёплая ладонь сжала его запястье.   Знакомое тепло — и страх мгновенно улетучился. — Ты что, испугался? — спросил Дуаньму Ли, улыбаясь. Чжань Тяньбай с силой оттолкнул его руку, но в глазах уже не было гнева. — Ты меня напугал! — бросил он, но тут же заметил: у ног Дуаньму Ли лежат восемь тушек диких кур. — Восемь?! — удивился он. — Ты что, весь лес обежал? — Хотел удивить тебя… — смущённо пробормотал Дуаньму Ли. — Получился скорее испуг, — фыркнул Чжань Тяньбай, но в уголках глаз уже плясали искорки. На самом деле он был напуган — боялся демонов, боялся за Дуаньму Ли…   Но теперь, видя его целым и невредимым, почувствовал облегчение. *** В Ароматном дворе Инь Мо чихнул дважды, прижимая к себе Шэнь Юйланя. — Простудился? — мягко спросил Шэнь Юйлань, его глаза, чистые, как весенняя вода, полны заботы. — Нет, — усмехнулся Инь Мо. — Просто вспомнил Дуаньму Ли и Чжань Тяньбая. Должно быть, они уже в ущелье Лоуин. — По времени — да, — кивнул Шэнь Юйлань, но нахмурился. — Если они не вернутся в течение трёх дней, им придётся углубиться в Западный Лес… А там… — Там даже я не знаю, что их ждёт, — серьёзно сказал Инь Мо. — Я, конечно, знаю всех демонов Поднебесной… но в Западном Лесу могут водиться существа, о которых никто не слышал. Он ласково погладил Шэнь Юйланя по голове. — Но не волнуйся. С Дуаньму Ли всё будет в порядке. Да, он ранен… но не настолько, чтобы быть беспомощным. — Надеюсь, они вернутся целыми, — тихо сказал Шэнь Юйлань, глядя на луну. *** У костра в ущелье Лоуин Чжань Тяньбай с удовольствием ел жареную курицу. — Иногда простая еда в дикой природе вкуснее любого пира, — признался он, наслаждаясь ароматом. — Ты ешь, как ребёнок, — улыбнулся Дуаньму Ли, протирая ему губы платком. — Лучше так, чем быть таким жестоким, как ты, — парировал Чжань Тяньбай, уклоняясь от его взгляда. — Думаешь, если будешь со мной нежен, я влюблюсь? — Но нежность — не твоя природа, — продолжал он, глядя в огонь. — Твоя суть — жестокость. Рука Дуаньму Ли, державшая платок, замерла. Он тихо вздохнул. — Видимо, мне предстоит очень долгий путь… чтобы ты хоть немного изменил обо мне мнение. Чжань Тяньбай поднял глаза к звёздному небу. — А может, я никогда не изменю своего мнения о тебе? — Тогда… — Дуаньму Ли тоже посмотрел на небо, — …я проживу эту жизнь не зря. — Почему? — спросил Чжань Тяньбай. — Потому что встретил тебя, — просто ответил Дуаньму Ли, и в его голосе звучала искренняя тёплота. — Какие-то странные слова для тебя, — пробормотал Чжань Тяньбай, но Дуаньму Ли уже наклонился ближе. — Это правда, — прошептал он, и его дыхание коснулось щеки Чжань Тяньбая. Тот попытался отстраниться, но Дуаньму Ли мягко, но настойчиво обнял его. — Не хочу слушать, — прошептал Чжань Тяньбай, но уже без сопротивления. Ночь была холодной, но в объятиях Дуаньму Ли он чувствовал тепло.   Усталость накрыла его с головой.   Веки становились всё тяжелее…   Сознание медленно уходило, будто погружаясь в тёмное озеро. Чжань Тяньбай уснул. И во сне ему почудился чей-то голос…