Вражеский генерал становится рабом

Узнав, что перед ним — сам великий генерал Гао Наньфэн, защитник государства, Лань Цинь мгновенно побледнел, глаза его расширились от ужаса. — Ц-ц-ц! — насмешливо прицокнул языком Гао Наньфэн. Он окинул Лань Циня взглядом с ног до головы и прищурился. Перед ним стоял юноша необычайной красоты: черты лица — изысканные, взгляд — томный, но при этом в нём чувствовалась особая чистота и отрешённость от мирской суеты. Вся фигура была облачена в простую, но изящную одежду нежно-голубого цвета. Это был тот самый юноша, которого канцлер Фань Нин подарил принцу Дуаньму Ли. Он выглядел словно бессмертный юноша, сошедший с небес. «Интересно, — подумал Гао Наньфэн, — среди всех наложников, которых обычно приводят во дворец или в особняки знати — все они одинаково изнеженные, избалованные, как павлины в клетке… А этот — совсем другой. Свежий, как утренний ветерок». — Как тебя зовут? — спросил он. — Я… Лань Цинь, — тихо ответил тот. — Спешу доложить генералу: я не знаю, где Чжань Тяньбай. Тело Лань Циня покрылось мурашками. Гао Наньфэн резко схватил его за запястье и притянул к себе. Лань Цинь хотел вырваться, но понимал: сопротивляться генералу — значит подписывать себе смертный приговор. У него нет ни сил, ни права на сопротивление. — Ты не знаешь? — Гао Наньфэн нахмурился, пальцы его сжались сильнее. Лань Цинь поморщился от боли. — Действительно не знаю, — прошептал он, опустив глаза, но в его взгляде мелькнула сталь — упрямство, скрытое под покорностью. — Ах, так? — Гао Наньфэн рассмеялся, но в смехе его звучала ярость. — Вижу, ты упрям не меньше, чем Чжань Тяньбай. Глаза полны непокорства… Что ж, раз ты не хочешь говорить, я найду Чжань Тяньбая сам. А пока… — Он резко прижал хрупкое тело Лань Циня к стене. *** В покоях Чжу Фэна Чжань Тяньбай стоял, глядя на дрожащего юношу. — О кукле-проклятии, закопанной под алтарём… ты что-то знаешь, верно? — спросил он спокойно, почти без эмоций. Но этого было достаточно. Лицо Чжу Фэна мгновенно изменилось. Он опустил голову, глаза его метались из стороны в сторону, как у загнанного зверька. — Я… я не знаю… о чём вы… — прошептал он, голос дрожал, как у комара. Он не смел смотреть Чжань Тяньбаю в глаза.   «Куклу закопали под алтарём… Я могу рассказать правду… Но что это даст? Спасёт ли это принца?.. Неужели моей жизнью можно выкупить его?..» Сердце Чжу Фэна сжалось. Ему всего шестнадцать… Неужели его ждёт позорная казнь?   Но если он не скажет правду — казнят принца Дуаньму Ли… Голова шла кругом от страха, вины и отчаяния. Чжань Тяньбай мягко, но твёрдо положил руку на плечо Чжу Фэна. Тот вздрогнул, как будто его ударили током. — Плохо!.. Плохо!.. — раздался вдруг испуганный крик за дверью.   — Господин Чжань! Где вы?! Чжань Тяньбай обернулся. В дверях метался Сян Лин, бледный от ужаса. — Я здесь, — спокойно ответил он и вышел из покоев. — Что случилось? — спросил он, закрыв за собой дверь. *** Тем временем в другом крыле особняка… Голубые одежды Лань Циня была разорвана. Он отчаянно сопротивлялся, но Гао Наньфэн лишь смеялся. — Да ты ведь сам — подарок канцлера Фаня принцу Дуаньму Ли! — издевательски произнёс генерал. — И не смей прикидываться целомудренным! Неужели хочешь хранить верность принцу, которого даже не трогали?.. Ха! Ты даже не был в его постели! Гао Наньфэн, прославленный полководец, привыкший побеждать на поле боя, теперь чувствовал ещё более сильное желание сломить этого упрямого юношу. Сопротивление Лань Циня лишь разжигало его жажду власти. — Ты всего лишь наложник, подаренный канцлером! — Гао Наньфэн заломил руки Лань Циня над головой. — Даже если я сделаю с тобой всё, что захочу, Фань Нин не посмеет и пикнуть! Мы с ним — на одной лодке. Более того… — он наклонился ближе, — он, возможно, сам отдаст тебя мне. А если мне понравится — возьму тебя к себе. А если нет… — голос его стал ледяным, — отдам воинам. Многие из них обожают таких, как ты — юных, нежных… Лань Цинь задохнулся от ужаса. Тело его окаменело. — Где Чжань Тяньбай? — снова спросил Гао Наньфэн. — Скажи — и я оставлю тебя в покое. Лань Цинь стиснул зубы и закрыл глаза. Он будто не слышал вопроса. Гао Наньфэн удивлённо приподнял бровь. — Вижу… Ты тоже влюблён в Чжань Тяньбая, да? Он уже собирался сказать что-то ещё, как вдруг за его спиной раздался холодный, звонкий голос: — Генерал так усердно ищет меня — почему бы не спросить прямо у меня? Гао Наньфэн замер. Медленно обернувшись, он увидел Чжань Тяньбая — в алых одеждах, с идеально завязанным поясом. В лунном свете его лицо казалось неземным: холодное, прекрасное, почти божественное. Гао Наньфэн, привыкший восхищаться красотой, на миг лишился дара речи. До этого он думал, что Лань Цинь — редкая жемчужина. Но теперь, увидев Чжань Тяньбая, понял: тот был лишь тенью по сравнению с этим ослепительным светом. Их взгляды встретились — кроваво-алые глаза Чжань Тяньбая впились в него, и Гао Наньфэну показалось, будто его душу вытягивают в бездну. «Чжань Тяньбай… не должен был приходить сюда!» — мелькнуло в голове у генерала. Ведь именно за ним он и явился в особняк сегодня ночью! Но Чжань Тяньбай шагнул вперёд, игнорируя испуганный взгляд Лань Циня, который пытался предупредить его глазами. — Генерал, разве вы не искали меня? — спокойно произнёс он. — Зачем же тогда мучить невинного юношу? Гао Наньфэн нахмурился: — Ты смеешь так со мной разговаривать? До сих пор не понял, кто ты? — А вы, генерал, — Чжань Тяньбай чуть приподнял подбородок, — знаете ли, что я больше не раб? Мой статус отменён. Я — свободный человек. Эти слова поразили Гао Наньфэна как гром среди ясного неба. — Свободный?.. Дуаньму Ли… отпустил тебя? — Верно, — кивнул Чжань Тяньбай. — Я больше не наложник принца, не преступник и не раб. Если уж на то пошло — я просто свободный гражданин Южного Чу. Слова «гражданин Южного Чу» прозвучали особенно чётко. Чжань Тяньбай не ожидал, что когда-нибудь эта фраза станет его щитом. Но сейчас она давала ему право стоять здесь с высоко поднятой головой. Гао Наньфэн нахмурился ещё сильнее. Лицо его потемнело. Лань Цинь, наконец приведя одежды в порядок, молча наблюдал за происходящим. Он сжал кулаки. «Чжань Тяньбай прав… Теперь его нельзя трогать как раба…» Но… будет ли Гао Наньфэн соблюдать закон? Тем временем Чжань Тяньбай продолжил, усиливая нажим: — К тому же, принц Дуаньму Ли ещё не осуждён. Дело находится на расследовании. А вы, генерал, самовольно врываетесь в особняк, принадлежащий императорской семье, и посягаете на лицо, формально находящееся под покровительством Его Величества. Неужели вы не боитесь гнева императора? Он особенно выделил слова «под покровительством императора».  Гао Наньфэн невольно сделал шаг назад. Он и вправду на миг забыл: хотя Лань Цинь и был подарен Фанем, формально он считался императорским наложником, переданным принцу по указу трона. Чжань Тяньбай незаметно кивнул Лань Циню — мол, уходи. Но Лань Цинь колебался. Он боялся оставить Чжань Тяньбая наедине с Гао Наньфэном. Куда он пойдёт? Весь особняк — темница.