Вражеский генерал становится рабом

Блеснула сталь.   На лицах Чжань Тяньбая и Дуаньму Ли отразился холодный, резкий свет клинков. Два меча столкнулись с оглушительным звоном. — Потрясающе! — невольно вырвалось у Лянь Циня, стоявшего в стороне. Ни один из них не использовал ци. И всё же, по мнению зрителей, сила Дуаньму Ли явно превосходила силу Чжань Тяньбая — тот должен был быть отброшен.   Но вместо этого Чжань Тяньбай держался на равных. Дело не в том, что Дуаньму Ли его жалел. Просто в самом искусстве меча Чжань Тяньбай обладал особым даром: умел использовать силу противника против него самого. Дуаньму Ли нахмурился.   Его раздражало не то, что Чжань Тяньбай так силён, а то, что сам он, несмотря на все свои навыки, не мог найти ни единой слабости в технике соперника.   И раздражение это было направлено не на Чжань Тяньбая — а на самого себя. Чжань Тяньбай резко развернулся, мечи скрестились в воздухе, и он, используя импульс вращения, резко надавил сверху на клинок Дуаньму Ли. — Твоё мастерство меча улучшилось! — вырвалось у него. Дуаньму Ли согнул колени под натиском.   — Осторожно! — закричали зрители, видя, как их клинки вновь сошлись в яростной схватке. Хотя большинство из них якобы переживало за Дуаньму Ли, на самом деле лишь немногие действительно волновались.   Ведь их «господин Ли» — легендарный полководец, непобедимый на полях сражений! Неужели простой поединок на мечах может причинить ему вред? Нет. Их поражала не столько опасность, сколько мастерство Чжань Тяньбая. Когда-то он был великим полководцем Яо — Алым Пламенем, чьё имя наводило ужас на врагов. Но слуги дворца никогда не видели его в бою — они служили не в армии Дуаньму Ли, а при дворе.   Поэтому никто не ожидал, что Чжань Тяньбай окажется настолько… великолепен. Оба сражались с мечами в руках, но стиль их был диаметрально противоположен.   Меч Дуаньму Ли — мощный, мужественный, полный неукротимой силы, будто сама воля небес воплотилась в стали.   А меч Чжань Тяньбая — изящный, текучий, каждое движение напоминало танец. Но не тот пустой, декоративный танец, что показывают в павильонах для утех, — каждая его атака была смертельно опасна. Один неверный шаг — и противник падёт навсегда. Клинки вновь столкнулись, искры разлетелись во все стороны.   Чжань Тяньбай ловко ушёл от удара Дуаньму Ли и тут же ринулся вперёд, остриё его меча метнулось к горлу соперника. Дуаньму Ли мгновенно откинул голову назад.   Зрители недоумевали: «Почему наш господин Ли всё время в обороне?» На самом деле, так и было.   Несколько раз Дуаньму Ли едва сдерживался, чтобы не выпустить ци — ведь Чжань Тяньбай действительно не щадил его. Каждый удар был направлен на убийство. — Ты так сильно хочешь меня убить? — с болью в голосе спросил Дуаньму Ли, когда между ними на мгновение возникло расстояние. — Да! — Чжань Тяньбай усмехнулся. — Я хочу разорвать тебя на тысячи кусков! Пока Дуаньму Ли ещё ошеломлённо молчал, Чжань Тяньбай резко пнул его в грудь.   Дуаньму Ли отлетел назад, но едва успел прийти в себя, как Чжань Тяньбай уже был перед ним — мощный замах, и локоть врезался прямо в переносицу. Дуаньму Ли задержал дыхание. Сердце его бешено колотилось — но не от страха смерти.   А от восхищения.   Он всегда уважал сильных. И сам считал себя сильнейшим… пока не встретил Чжань Тяньбая на поле боя. «Как же мне хочется, чтобы ты восстановил ци…» — думал он с болью.   «Я так глубоко погубил тебя… отнял у тебя жизнь, полную славы и света…» — Не отвлекайся! — раздражённо бросил Чжань Тяньбай, заметив, что Дуаньму Ли рассеян. — Покажи мне настоящее мастерство!   Его атаки стали ещё яростнее. Дуаньму Ли отступал шаг за шагом. — Если не будешь сражаться всерьёз, убить тебя мне будет неинтересно! — крикнул Чжань Тяньбай. Его чёрные глаза вспыхнули багрянцем, словно два драгоценных рубина, отлитых самой природой.   Холодное, прекрасное лицо было сосредоточено и решительно.   Все зрители затаили дыхание, заворожённые этим зрелищем. Никто и представить не мог, что поединок может быть настолько завораживающим.   Многие впервые увидели настоящую «красоту воина» — и вдруг почувствовали сочувствие к Чжань Тяньбаю, а к Дуаньму Ли — негодование. Ведь именно он лишил этого человека всего. Под натиском Чжань Тяньбая Дуаньму Ли, наконец, перестал сдерживаться.   Он ведь изначально недооценивал соперника, полагая, что без ци тот ослаб.   Но теперь понял: техника Чжань Тяньбая не только не ухудшилась — она стала ещё острее, ещё опаснее. «Какой великолепный мужчина…» — сердце Дуаньму Ли забилось сильнее, кровь закипела в жилах. Увидев, что Дуаньму Ли наконец сражается всерьёз, Чжань Тяньбай одобрительно улыбнулся. — Ну что ж, раз уж ты такой смелый — попробуй убей меня! — бросил он. — Попробую! — отозвался Дуаньму Ли. Теперь их бой стал по-настоящему зрелищным.   Ранее односторонний поединок превратился в яростное, равное противостояние.   Даже Лань Цинь, обычно невозмутимый, крепко стиснул губы, не замечая этого сам. Только один человек в толпе не смотрел на бой — Сян Гэ.   Его мысли были заняты другим: как бы привлечь внимание Дуаньму Ли. — Ваше высочество, осторожно! Слева! — то и дело кричал он, пытаясь «засветиться». Но Дуаньму Ли не даровал ему ни единого взгляда. Раздосадованный, Сян Гэ уставился на Чжань Тяньбая с ненавистью.   Тот же, полностью погружённый в бой, даже не заметил этого взгляда.   В его глазах был только Дуаньму Ли.   И в глазах Дуаньму Ли — только он. Ночь становилась всё глубже, лунный свет — всё туманнее. Внезапно Чжань Тяньбай почувствовал, что силы покидают его.   После тяжёлой болезни, дней без сна и еды он и так держался на пределе.   То, что он до сих пор держится на равных с Дуаньму Ли, — уже чудо. Заметив это, Дуаньму Ли смягчил свои атаки.   Он тоже стал серьёзнее.   Раньше он думал, что сможет легко одолеть Чжань Тяньбая… но теперь понял: даже в таком состоянии тот не даёт ему ни малейшего шанса на поблажку. Этот бой доставил Дуаньму Ли ни с чем не сравнимое удовольствие.   Давно он не чувствовал такой радости. Сердце его билось всё быстрее. Он снова и снова наносил удары — но силы Чжань Тяньбая уже на исходе. Внезапно Дуаньму Ли резко отвёл меч в сторону… — … и остриё Чжань Тяньбая уже коснулось его горла. — Ах!.. — вырвалось у управляющего Ли и других слуг. Дуаньму Ли нахмурился. Его чёрные глаза медленно опустились вниз — на Чжань Тяньбая, лежащего у его ног, всё ещё сжимающего меч. — Я проиграл, Дуаньму Ли, — прошептал тот, прикусив губу от досады. — Война не знает чести, — спокойно ответил Чжань Тяньбай. Он убрал меч, поднялся и вытер пот со лба. «Действительно… один тренироваться скучно. Нужен достойный противник», — подумал он.   «Когда я восстановлю ци… мы обязательно сразимся снова — по-настоящему». Он уже хотел уйти, но вдруг остановился и обернулся. — Чжань Тяньбай! — окликнул его Дуаньму Ли. Тот повернулся. — Ты ведь хотел убить меня?.. Так почему не сделал этого? — Я убью тебя, — тихо ответил Чжань Тяньбай. — Но только открыто, честно.   И, с этими словами, он направился к термальному источнику во дворце. Он надеялся, что тёплая вода поможет восстановить ци.   Дуаньму Ли ничего не сказал — и никто во дворце не осмелился возразить. Грудь Дуаньму Ли всё ещё трепетала, не в силах успокоиться.   Его тёмные глаза следили за удаляющейся, величественной фигурой Чжань Тяньбая. Повернувшись, он вдруг заметил Сян Гэ — и нежность в его взгляде мгновенно сменилась ледяной отстранённостью. — Ваше высочество, позвольте вытереть вам пот! — Сян Гэ протянул белоснежный платок. — Не нужно, — холодно отрезал Дуаньму Ли и пошёл прочь. Сян Гэ крепко стиснул губы. В глазах его на мгновение вспыхнули зависть и злоба — но тут же погасли. *** Осень вступила в права. Персики отцвели, клёны окрасились в багрянец. В термальном источнике Чжань Тяньбай, наконец, расслабился.   Он услышал лёгкие шаги — и сразу узнал их. — Не знал, что второй человек в Наньчу, «стоящий над тысячами и под одним», любит подглядывать за другими в за купанием, — произнёс он, не открывая глаз. Дуаньму Ли замер у входа, лицо его слегка покраснело от смущения. — Это… не совсем подглядывание… Медленно приоткрыв глаза, Чжань Тяньбай обернулся и посмотрел на него. Горло Дуаньму Ли пересохло, кровь прилила к лицу, сердце заколотилось. Но Чжань Тяньбай тут же предупредил: — Сделаешь ещё шаг — и я уйду. Дуаньму Ли тяжело вздохнул. — Я… просто пришёл к источнику. Я тоже хочу искупаться. Чжань Тяньбай почувствовал странное дрожание в левой части груди.   Голос Дуаньму Ли, как всегда, звучал мягко и приятно… но сейчас в нём чувствовалась неуверенность. Тот осторожно подошёл и сел на гладкий камень у края источника. Прошла минута молчания.   Видя, что Чжань Тяньбай не отвечает, Дуаньму Ли, наконец, осмелился приблизиться к воде…