Вражеский генерал становится рабом

Чжань Тяньбай крепко зажмурил глаза и стиснул зубы так сильно, что они заскрипели. В ушах звучали грубый смех мужчин и их похабные шутки. Он понимал: пути назад уже нет. Род Чжань веками был верен императору Яо, проливая кровь на поле боя и отдавая жизни во имя империи. Но всё это завершилось лишь полным уничтожением их семьи. Его собственная судьба оборвалась слишком рано — из-за сосуда с ядом. Сколько раз Чжань Тяньбай желал, чтобы яд просто убил его. Это было бы гораздо лучше, чем остаться бесполезным калекой. В тот момент, когда ворота империи Яо пали, он даже молил Дуаньму Ли: — Убей меня! Но Дуаньму Ли не исполнил его просьбу. Он заставил его жить в муках, лишив возможности и жить спокойно, и умереть достойно. — Сегодняшний вечер — благодаря милости господина Ли!   — Именно, именно! Тысячу лет процветания принцу Ли!   — Эй-эй, не толкайтесь! Посмотрим, кто предложит больше серебра. Я начну: сто слитков золота!   — Сто слитков золота? Это смешно! Я предлагаю тысячу!   — Кстати, принц Ли уже сказал: нам вообще не нужно тратить серебро!   — Да, верно! Ахахахаха! Слушая едкие насмешки этих избалованных юнцов Южного Чу, Чжань Тяньбай чувствовал, как у него начинают пульсировать виски.   На мгновение он пожалел.   Может быть, было бы лучше выбрать Дуаньму Ли? Чжань Тяньбай резко замотал головой. Он решил воспринять всё это как пытку, которой вражеская страна подвергает своих пленников. Он — воин, он — полководец, ведущий три армии, и что бы ни случилось, он не должен сломаться.   «Дуаньму Ли… даже будучи мёртвым, я не позволю тебе добиться своего!» Внезапно цепи над его головой с громким треском лопнули.   Чжань Тяньбай резко открыл глаза. В следующее мгновение чёрный плащ с узором питона и летучих мышей полностью окутал его, и он был поднят на чужие плечи. — Дуаньму Ли?! Чжань Тяньбай был поражён. Тот, кто поднял его, был никто иной, как Дуаньму Ли.   Остальные знати Южного Чу застыли в изумлении, не веря своим глазам, когда увидели, как Дуаньму Ли закинул Чжань Тяньбая себе на плечо. «Бух!» Тяжёлый мешок с золотом приземлился в руки Шэнь Юйланя. Он едва успел подхватить его обеими руками — мешок был настолько тяжёлым, что весь его корпус наклонился вниз. — Это выкуп. Теперь он принадлежит мне, — произнёс Дуаньму Ли глубоким, магнетическим голосом, пропитанным гневом и раздражением. Шэнь Юйлань не осмелился сказать ни слова и лишь поклонился, выражая благодарность: — Благодарю вас, Ваше высочество. Этот мешок, полный золота, стоил как минимум десятки тысяч слитков. Он явно не остался в проигрыше.   Но вот Чжань Тяньбай… — Дуаньму Ли, отпусти меня! Отпусти! — кричал Чжань Тяньбай, извиваясь на плече Дуаньму Ли. Шэнь Юйлань посмотрел на яростно борющегося Чжань Тяньбая и тяжело вздохнул. Ночь была глубокой и безмолвной, луна скрылась за тучами, а ветер завывал в темноте.   Чжань Тяньбай даже не понял, как Дуаньму Ли доставил его в поместье. «Бах!» Дуаньму Ли пинком распахнул дверь, взмахнул рукой и с силой швырнул Чжань Тяньбая на большое ложе. — Ах! Чжань Тяньбай почувствовал, что все кости в его теле разлетелись вдребезги от этого броска Дуаньму Ли. Его кроваво-красные глаза яростно уставились на него. — Что ты задумал? Дуаньму Ли, я не выбрал тебя! Я выбрал тех зверей из Южного Чу! — Это уже не имеет значения, — холодно произнёс Дуаньму Ли, сверху вниз глядя на распростертого на ложе Чжань Тяньбая. Уголок его губ поднялся в жестокой усмешке. — Этот выбор… сделает за тебя сам принц. — Ты!.. — Чжань Тяньбай широко раскрыл глаза и заметил, как от Дуаньму Ли исходит крайне опасная аура.