Алиби для двоих

      Утро ворвалось в квартиру резким светом – безжалостным, настойчивым, будто само солнце решило напомнить: пора вставать. Лучи пробивались сквозь тонкие занавески, рисуя на полу неровные полосы, а в воздухе танцевали пылинки, подсвеченные золотистым сиянием. Драко проснулся от глухого, ритмичного стука, доносящегося из кухни. Он приподнялся на кровати, поправляя огромную серую футболку и шорты, которые на нём висели мешком.       Встав и на ходу подавив зевок, он вышел в гостиную.       У плиты возился Поттер без футболки. В утреннем свете его спина казалась мощной: под загорелой кожей при каждом движении перекатывались жгуты мышц – результат многолетних тренировок на паркете. Драко невольно засмотрелся: чёткая линия позвоночника, рельефные лопатки. На плечах и спине виднелись свежие ушибы – багровые пятна на смуглой коже, а ссадина на голове припухла и слегка кровоточила, проступая тёмной корочкой.       – Подъём, Спящая красавица, – бросил он, оборачиваясь. На его переносице красовались очки в тонкой тёмной оправе. – Есть дела поважнее, чем отлёживаться в моей спальне.       – Очки? – сонно пробормотал Драко, садясь на диван и потирая глаза. – Никогда не видел тебя в них.       Гарри помешивал что-то в сковороде, и, судя по аромату, это был омлет с зеленью и помидорами. В этом домашнем образе он казался совсем другим: не тем дерзким баскетболистом, к которому все привыкли в университете, а просто парнем, которого можно представить без свиста трибун. Без привычной ухмылки, без саркастичного взгляда – просто Гарри, который готовит завтрак.       – В них проблематично играть, – неохотно пояснил он, не отрываясь от плиты. – Я ношу очки только дома.       Драко внимательно присмотрелся к нему, склонив голову набок. В очках он и правда выглядел иначе – серьёзнее, сосредоточеннее. Словно за маской спортсмена вдруг проступил тот, кого Драко ещё не знал.       – Знаешь, в них ты кажешься… значительно умнее. Почти как человек, который знает, что такое библиотека.       Поттер замер. Медленно положив лопатку на стол, прищурился.       – То есть до этого момента ты считал меня дегенератом, способным только попадать мячом в кольцо?       – Ну, скажем так, – Драко хитро улыбнулся. – Я думал, что твой мозг заточен под расчёт траектории броска, а не под чтение Гегеля, чьи книги подпирают твой кухонный стол.       – Это Кант, – сухо поправил Поттер. – И он подпирает стол, потому что тот шатается. Видишь? Я использую философию в сугубо практических целях.       – Потрясающе. Интеллект просто зашкаливает, – рассмеялся Драко. – Ладно, признаю: в очках ты выглядишь как очень сексуальный профессор, который вот-вот завалит меня на экзамене.       Он застыл, осознавая, что только что выдал. Слишком честно. Слишком… по-настоящему.       Но, встретив насмешливый взгляд Поттера, Драко лишь вздёрнул подбородок:       – Что? Сказал же: признаю. Не благодари.       – Скорее уж как профессор, который выставит тебя за дверь, если не прекратишь поясничать, – парировал Гарри с улыбкой. В его глазах блеснула искра самодовольства, но тут же лицо исказила лёгкая гримаса — видимо, рана на голове дала о себе знать.       Драко заметил это, мгновенно посерьёзнел, поднялся с дивана и подошёл ближе.       – Ты вчера голову обработал? – спросил он, глядя на Гарри.       – Не до того было, – ответил Гарри, разворачиваясь к плите. – Да и будить тебя не хотел, спал как убитый. Вон там аптечка, – кивнул он на полку. – Можешь помочь? А то в зеркало толком не вижу, что там.       Драко подошёл к полке, достал перекись и вату из небольшого чемоданчика – видимо, его походная аптечка. Гарри сел на стул, повернувшись к нему затылком. Малфой наклонился, оказавшись в опасной близости. От Поттера пахло лавандой, хорошим мылом и чем-то неуловимо тёплым – как от сухой одежды, прогретой солнцем. Его пальцы, слегка подрагивая, коснулись кожи. Перекись зашипела, Поттер резко втянул воздух сквозь зубы, но не шелохнулся.       Когда он закончил и распрямился, осознал, что всё это время почти не дышал.       – Готово, – сказал Драко, аккуратно расправляя его волосы пальцами. – Где мои вещи?       – Я их постирал, сушатся в ванной. Я дам тебе какие‐нибудь свои, в них поедешь. А твои позже отдам, – он убрал очки в футляр, надевая футболку. – Завтрак готов, пойдём поедим.       Собравшись, они вышли на улицу. Утро было ясным, воздух – свежим, с лёгким привкусом осени. Поттер уверенно зашагал к припаркованной чёрной «Мазде». Это была классическая модель 90х – Mazda RX7, и выглядела она безупречно. Чёрная краска сияла на солнце так, будто машину только что выкатили из детейлинг центра, а оригинальные диски были отполированы до блеска. Было видно, что Поттер тратит на неё каждую свободную копейку – не на модные кроссовки или вечеринки, а на этот кусок металла, который, казалось, был ему дороже всего.       – Оу, – Драко скептически выгнул бровь, хотя внутри был впечатлён. – Я думал, все звёзды университета катаются на новеньких BMW из салона.       – Не у всех папаши – нефтяные магнаты, – саркастично отозвался Поттер. Он нажал на кнопку, и машина ответила чётким щелчком, а её скрытые фары синхронно поднялись, напоминая открывающиеся глаза хищника. – Но в этой японке больше стиля и честного металла, чем в твоих пластиковых немецких консервных банках. Садись уже.       – Надеюсь, этот «стиль» не решит испустить дух прямо посреди дороги, – съязвил Малфой, опускаясь в идеально чистое кожаное сиденье. Запах новой кожи и едва уловимый аромат автомобильного освежителя – всё здесь говорило о том, что Гарри относится к машине как к живому существу.       – Скорее ты испустишь дух от страха, когда я прибавлю газу, – парировал Поттер. Двигатель отозвался низким, бархатистым рокотом, от которого по полу прошла приятная вибрация.       Когда они подъехали к дому Панси, Гарри расслабился на сидении, явно не собираясь выходить. А Драко подергивал то ногой, то пальцами, но сидел в машине не выходя.       – Ну, ты идёшь? – спросил Поттер, переводя взгляд на Драко.       – Мы пойдём вместе. – Ответил Драко, не отрывая взгляд от входной двери дома Паркинсонов.       – Зачем я там нужен? Просто сходи, забери телефоны и всё.       – Я один не смогу. Она начнёт меня допрашивать, а при тебе хоть немного убавит свой интерес. И, кажется, я забыл весь план.       Поттер закрыл глаза, наклонился, упираясь лбом в руль.       – Мы просто в полной жопе.       – Да.       Панси встретила их на пороге своего дома с чашкой кофе и выражением лица, которое ясно говорило: «Я жду шоу». Она была в домашнем халате, с небрежно собранными волосами, но даже в таком виде умудрялась выглядеть так, будто только что сошла с обложки глянцевого журнала.       – Ну наконец-то! – пропела она, бесцеремонно оглядывая Драко, но заметив Поттера, осеклась. – Вы оделись в одном стиле? Как мило. – Она кивнула на футболку Поттера, в которой был Драко.       Малфой запнулся на пороге.       – Мы… эээ… просто…       Поттер, напротив, выглядел до неприличия спокойным. Он переводил взгляд то на Панси, то на Драко.       – Да, мы милые, – сказал он с улыбкой, которую Драко раньше у него не видел. Наигранная. А Поттер всегда улыбался искренне, будь это его друзья, или совершенно незнакомый человек, но улыбка была приятной и тёплой. А тут... И этот факт ввёл Драко в ступор.       Панси приподняла бровь.       – Как так вышло? – протянула она. – Вы перешли от «мы однокурсники» к «мы милые» за одну субботу? Очень… оперативно. Хотя, если вспомнить, кто ты, Поттер… – она сделала паузу, многозначительно глядя на него, – …это даже удивительно. Говорят, ты перебрал половину универа. Или это всё же слухи?       Гарри рассмеялся – коротко, сухо, с оттенком вызова.       – Если половина универа верит, что я спал с каждой, кто мне улыбнулся, это говорит больше о фантазии людей, чем обо мне, – отрезал он.       Панси фыркнула, отпила кофе и прищурилась.       – О, ну конечно.       Поттер не моргнул. Он слегка наклонил голову, глядя на Панси с лёгкой насмешкой.       – Хочешь я напишу тебе список всех, кто был у меня в постели? Или... как тебе удобнее?       Панси подняла руки в притворном поражении. Но по её задумчивому взгляду, то как она водит пальцем по краю чашки, Драко понял, она сомневается, но решает не лезть – пока.       – Ой, только не надо драмы. Я всего лишь удивляюсь.       Поттер усмехнулся, чуть качнув головой.       – Телефон отдашь? – он опустил свою руку на ладонь Малфоя, чуть сжимая ее. – У нас с Малфоем ещё есть дела. Да ведь?       Драко почувствовал, как внутри всё сжалось. Он не ожидал, что Поттер так открыто и резко отведёт слухи и при этом так явно выделит его. В тоне Гарри не было ни тени смущения – только уверенность и лёгкая дерзость, будто он давно привык к подобным разговорам и знал, как на них отвечать.       Панси скрестила руки на груди.       – Ого, дела, – протянула она, явно забавляясь. – И какие, если не секрет?       Гарри улыбнулся – натянуто, холодно, без тени дружелюбия.       – Секрет, – он подмигнул Малфою, и тот почувствовал, как по щекам разливается жар. – А ты, Паркинсон, всегда, готова искать подвох там, где его нет?       Панси закатила глаза, но в её взгляде мелькнуло нечто, похожее на уважение.       – Мягко стелите, да жёстко спать.       – Панси! – рыкнул Драко, явно устав слушать их перепалку, но та только рассмеялась.       – Паркинсон, ты неутомима. – Гарри обернулся к Драко и тихо добавил: – Но знаешь что? Мне нравится, что у тебя такая подруга. Она будет держать нас в тонусе.       Малфой невольно улыбнулся. В этом коротком моменте – в его тихом признании, в лёгком касании пальцев – ему вдруг показалось, что всё это… не совсем игра.       Панси, заметив его смягчение, хитро прищурилась, но решила тактично промолчать, за что Малфой был безумно благодарен.       На прощание Панси всунула Драко в руки телефон:       – Вечером наберу. И попробуй только не рассказать мне всё!       Поттер резко захлопнул дверцу, когда они сели в машину. Двигатель рыкнул, будто вторил его раздражению.       – Твой мозг включается только к обеду? – спросил Поттер с нажимом, глядя прямо перед собой.       – В смысле? – Драко поморщился, поправляя ремень безопасности.       – Вчера ты был более разговорчивым, споря со мной, а сегодня и двух слов связать не можешь. Или вчера ты просто храброй воды отхлебнул? Так она не поверит.       – О, прости, я просто пытался сосчитать количество твоего высокомерия на квадратный сантиметр, поэтому молчал. Но к сожалению, сбился на второй минуте.       – Можешь упражняться в остроумии сколько угодно, но если коп спросит, что-то об этих выходных, а ты выдашь тишину – мы оба сядем. Ты выглядишь так, будто у тебя лимон во рту застрял.       – Это не лимон, это естественная реакция организма на твою компанию. Мне нужно хотя бы минимальное проявление дружбы, а когда мы вдвоём, от тебя веет как из морозильной камеры.       – Будь добр, в следующий раз включи обаяние, которое ты так успешно демонстрировал в пятницу Максу, окей?       – Тем вечером я был искренним. А сегодня мне приходится врать. Разницу улавливаешь? Это требует колоссальных энергозатрат!       – Тогда считай, что это твой кастинг на «Оскар». И если ты его провалишь, мы оба пойдем ко дну. Так что выдохни и делай вид, что моя компания – предел твоих мечтаний.       – Единственное, о чем я мечтаю – это чтобы в этой машине внезапно катапультировалось только одно кресло. Твое. – Драко скрестил руки на груди, отворачиваясь к окну.       Поттер бросил на него короткий взгляд со смесью раздражения и невольного восхищения. Он надавил на газ, плавно ввинчиваясь в поток. Молчание длилось несколько минут. Драко смотрел в окно, но чувствовал взгляд Поттера – будто он оценивал, насколько Малфой готов к тому, что их ждёт.       – Слушай… я знаю, это всё нелепо. Но если мы не сыграем убедительно, всё полетит к чертям. Ты понимаешь? – внезапно сказал Поттер, с мягкостью в голосе.       – Понимаю. И я сыграю. Но не думай, что это значит, что ты меня больше не бесишь.       – Хорошо. Этого более чем достаточно. Малфой не ответил. Вместо этого он протянул руку и неожиданно положил её на запястье Поттера – там, где пульс бился чуть быстрее, чем должен. После касания запястья, он сам удивился своему жесту, но руку не убрал.       – У нас получится.       Поттер сжал руль, но руку не отдёрнул. В воздухе повисло что-то новое – не просто игра, а напряжение, которое оба старались не называть по имени.       Через двадцать минут они подъехали к дому Малфоя. Поттер притормозил, и машина плавно замерла, «слепые» фары медленно опустились, прячась в капот.       – Спасибо за спасение, Поттер.       – Это были незабываемые выходные, Малфой, – сказал он, и в его голосе проскользнуло странное, непривычное тепло. Он протянул листок с номером. – На случай, если тебя снова похитят. Ну, или если всё-таки решишь обсудить Канта.       Драко вышел из машины, резко захлопывая дверь. Звук получился гулким, будто поставил точку в их сегодняшнем диалоге.       Поднимаясь по ступеням на крыльцо, он на мгновение остановился у двери, глубоко вздохнул, словно пытался выдохнуть всё напряжение, скопившееся за это безумное окончание недели. Пальцы сжали ручку двери чуть дольше, чем нужно.       Сзади раздался звук запуска двигателя, а следом – визг шин. Малфой не обернулся, но спиной чувствовал, как машина сорвалась с места.