Иней

Шуанхуа казалось, словно ему наизнанку вывернули нутро, вырвали это месиво из тела и затолкали обратно. Приоткрыв глаза, юноша едва ли мог понять, где он. Зрение прояснялось медленно, а в ушах шумело — у духа было ощущение, что он находится под водой. Пару раз моргнув, перекованный дух почувствовал, как кто-то легонько бил его по щекам. Едва ли это помогало прийти в себя — скорее подстегивало приступ сильнейшей головной боли. Поморщившись, Шуанхуа наотмашь махнул рукой и наконец смог разобрать лицо склонившегося над ним человека. Шисюн.. Воспоминания накинулись на и без того раскалывающуюся черепушку с явным желанием добить юношу. Ну, спасибо и на том, что его дражайший шиди не решился добить лежачего — в который раз, тому было интереснее просто приложить своего старшего посильнее. Шуанхуа зажмурился. Дурная привычка его меридиан заключалась в том, что как только вокруг юноши скапливалась темная Ци — она непроизвольно поглощалась в качестве "подпитки". Как перекованная душа, морозный клинок мог черпать силу как из темной Ци, так и из светлой. Было лишь одно огромное НО — эти две вещи категорически нельзя было смешивать. Собственно, когда в городе И он на 8 лет потерял доступ к светлой Ци, питание темной энергией не было такой уж проблемой. После завершения перековки, конечно, но все же.. Черпать жизненную энергию, считай, что из воздуха — это крайне удобно. В этой же ситуации даже крупица темной Ци могла срезонировать со светлой и привести к крайне неприятным последствиям. Собственно, Цзянцзай и правда хорошо его знал. Того комка иньской энергии не хватило бы, чтобы добить Шуанхуа, но вот заставить помучиться — совершенно другое дело. Перед глазами зарябило, пусть веки и были плотно смежены. Этот хоровод сделал головную боль просто невыносимой, вместе с тем вышла из-под контроля его внутренняя энергия. По ощущениям, у него словно вскипела кровь. Юноша скрючился, стараясь перетерпеть резонанс. Виски взмокли от пота, а губы лишились всякого цвета. Сильные судороги то и дело проходили по свернувшемуся клубком телу, и Шуанхуа всерьез задумывался о том, чтобы приложиться о ближайший камень и отключиться, лишь бы больше не чувствовать вообще ничего. Руки рефлекторно вцепились в повязку на шее, оттянув ее — в таком состоянии морозный дух не мог осознать, что душит себя подобными действиями. Вдруг чьи-то руки бережно взяли его за запястья, заставив отпустить злосчастные бинты. Юноша едва ли мог вспомнить свое имя — боль густым туманом окутала его разум. Вдруг на сжатые веки легли теплые пальцы, закрывая глаза перекованного духа. Почти тут же боль отступила, и на смену ей пришло забытие. [***] Фусюэ и до этого ненавидел босяка вместе с его темным клинком, но теперь ненависть переросла в яростное желание свернуть им обоим шею голыми руками. Сюэ Яну это вряд-ли хоть сколько-то повредит — тот гниет непонятно где уже не первый год. А Цзянцзай.. При одной мысли об этом ублюдке у мужчины на шее вздувались вены. Когда он пошел искать А-Хуа, то даже подумать не мог, что наткнется на подобную картину! До города им пришлось добраться раньше, а старшему из духов — осваивать технику полетов на мече прямо на ходу. Явиться в город без единого медяка в кармане было.. Смелым решением. Благо, у них все еще были безделушки в виде талисманов — Фусюэ уже понял, что те довольно высоко ценились среди простых людей. Можно было их продать и заработать денег. А пока, заложив один конкретный злосчастный меч трактирщику и сказав, что оплатит деньгами чуть позже, Фусюэ снял небольшую комнату. Бедный трактирщик так испугался при виде непойми откуда взявшегося заклинателя, что едва не испустил дух прямо там — незваный гость мало того, что был в ярости, так еще и держал на руках тело. Мужичок даже не понял, жив ли юноша на руках у заклинателя или мертв — он поскорее выдал господам ключи от комнаты, стараясь в ту сторону вообще не смотреть! Только когда гость ушел, трактирщик понял, что на меч, который ему всунули, можно было снять комнату здесь на два сезона вперед! Белоснежные ножны, даже несмотря на узоры в виде снежинок, выглядели просто и аскетично, но сделаны были из весьма хорошего материала. [***] Шуанхуа проснулся от уже привычной тяжести в области груди. Горло словно сжала невидимая рука. В попытке задышать с губ бывшего клинка срывались тихие хрипы. Левая рука непроизвольно вцепилась в бинты на шее. Юноше потребовалось время, чтобы оклематься и понять, что он не в городе И, а.. Морозный дух медленно моргнул. "А где я вообще?.." Когда он сел, к горлу подкатила тошнота. Шуанхуа зажал рот рукой и поморщился. Этот паршивец, Цзай-эр.. Морозный дух мысленно бранил своего шиди, на чем свет стоит. Но едва ли юноша мог сказать, что его состояние соответствует слову "не слишком хорошо". Судя по всему, поврежденные меридианы кто-то постоянно латал. Отголоски темной Ци Шуанхуа также почти не чувствовал — ее примеси были незначительными. На улице стояли сумерки — неясно было, ночь впереди или день. Сердце перекованного духа пронзил укол вины. Судя по всему, шисюн притащил его.. Куда-то, нашел где-то средства на то, чтобы тут остаться, так еще и все это время возился с его духовными каналами.. Вот же!.. Шуанхуа впервые в полной мере понял смысл фразы "я его не заслуживаю". Отголоски ночных кошмаров все еще давали о себе знать, но юноша прекрасно понимал, что всему виной злосчастная темная Ци. Свесив ноги с кровати, он едва не упал прямо на пол — головокружение дало о себе знать с новой силой. Юноша почувствовал, что его сейчас вырвет. Внезапно дверь в небольшую комнатушку открылась. Фусюэ, никак не ожидавший, что шиди очнется в его отсутствие, тут же отбросил свой сосуд куда-то в угол и поспешил придержать младшего за плечи. Бывший даосский меч едва мог сдержать хлынувшие из сердца эмоции — от раздражения и злости до облегчения и радости. Все эти чувства затопили разум мужчины. — Ляг.. Давай, аккуратно. Нечего тебе пока вставать.. — уложив морозного духа обратно на постель, Фусюэ сел рядом. Болезненный внешний вид любимого человека ранил "даоса" до глубины души. — Как ты? Болит что-нибудь?.. Едва ли, задавая этот вопрос, мужчина ожидал услышать то, что за ним последовало. — Не-а, не болит.. Гэ, прости.. Тебе снова пришлось со мной возиться. — Шуанхуа виновато улыбнулся и потер указательным пальцем переносицу. Последний резонанс искренне не казался юноше проблемой — в период перековки были приступы куда хуже. К тому же, в то же время меридианы "на живую" подвергались искривлению, считай, ежесекундно. Один-единственный резонанс бы его не убил, да и подобное количество темной Ци даже не могло серьезно повредить перекованной душе. Фусюэ же от такого заявления аж растерялся. Какое еще "прости"? Что за "пришлось возиться"?! "Мне нужно было тебя оставить там или что?" — беспомощно подумал дух даосского меча. Мало того, что шиди провалялся без сознания больше двух дней, так еще и проснувшись, начал нести полный бред! Тяжело вздохнув, мужчина взял пострадавшего за запястье, чтобы проверить ток чужой Ци. Шуанхуа же с неожиданной ловкостью вывернул руку из ладони шисюна, поспешив заверить того: — Ничего страшного, гэ, правда. Остатки темной Ци со временем выведутся сами. — юноша не без основания переживал, что Фусюэ истратит еще больше своих сил на совершенно не стоящее того занятие. Именно поэтому, потерев запястье, Шуанхуа предпочел перевести тему. Его уже не тошнило, но кровь в висках все еще пульсировала. — Ты все же перетащил меня в Тайшань, м?.. — при этих словах голос юноши вновь приобрел виноватые нотки. Морозный дух неловко посмеялся. — Даже комнату снял.. Гэ, я так вовек тебе не отплачу. Этот шиди просто обязан будет отблагодарить тебя ужином. "Будет вполне достаточно, если ты перестанешь молоть чепуху!" — в сердцах подумал старший из духов. Кто в здравом уме, пережив то, что пережил его шиди, будет столь старательно отпинываться от помощи?! — А-Хуа! — не выдержав, мужчина прервал Шуанхуа. — .. Помолчи. Ты пролежал тут два дня и.. В ту ночь.. Ты ведь почувствовал его, верно? Почему не позволил пойти с тобой? А если бы ты умер?! Ты безрассуден до безобразия! Выплеснув часть боли и беспокойства, мужчина поджал губы и вперился взглядом в лисьи глаза напротив. — Ты хоть знаешь, как я испугался? — четко проговаривая каждое слово, Фусюэ снова сжал чужое запястье. — Он бы меня не убил! — сгоряча ляпнув это, Шуанхуа тут же понял свою ошибку и поспешил отвести взгляд. Мало того, что от криков у него снова разболелась голова, так еще и шисюн выглядел так, словно готов был лично, вместо Цзянцзая, убить на месте его самого. — Не будь так наивен! Если бы я не пришел, ты бы так там и валялся! — проверяя духовные каналы юноши, даосский клинок нахмурился. — Не строй из себя героя, ты выглядишь нелепо. "Если бы ты не пришел, я бы не отвлекся и не получил этот удар!" — раздосадованно подумал морозный дух, но вовремя прикусил язык. Фусюэ и так был зол и потратил на его "спасение" кучу сил, причем как духовных, так и моральных. Решив не усугублять ситуацию и дать передышку в том числе и себе, Шуанхуа виновато потупил взгляд и тихо протянул: — Шисюн, не злись. Я не хотел тебя расстраивать.. — юноша уже понял, что его старший от пары ласковых слов и правильно подобранного выражения лица превращается в мягкую глину. Сейчас это снова сработало безупречно. Фусюэ, немного помолчав, тяжело вздохнул и погладил шиди по волосам, отпустив его запястье. Шуанхуа непроизвольно дернулся, когда к его голове приблизилась чужая рука. Благо, старший из духов этого, видимо, не заметил. — Я не злюсь. Просто будь осторожен, ладно?.. Пожалуйста, диди. — едва закончив говорить, Фусюэ никак не ожидал, что внезапно его потянут вперед и сожмут в объятиях. Сердце мужчины забилось в два раза быстрее, но он все же обнял Шуанхуа в ответ, уткнувшись в белоснежную макушку. — Хорошо, как скажешь. Не переживай так, твой шиди все еще способен за себя постоять! — морозный дух тихо посмеялся, преспокойно устроившись в объятиях шисюна. Головная боль отступала, давая юноше расслабиться в теплых руках старшего. "Ну не объяснять же ему, что мы с Цзай-эром привыкли избивать друг-друга до полусмерти, и что я бы тоже не стал его жалеть?.." — неловко подумал юноша. Фусюэ же, в свою очередь, молился всем богам, чтобы диди не узнал, ЧЕМ ИМЕННО он оплатил им эту комнату.. [***] Тайшань находился на границе Куйчжоу и земель, подконтрольных ордену Юн Мэн Цзян. Так как начался сезон дождей, путники приняли решение осесть здесь, пока самые сильные ливни не пройдут. Фусюэ действительно неплохо заработал на продаже талисманов и не мог не удивиться — что же, в этом городе совсем нет заклинателей?.. Почему самые простые защитные заклинания на куске бумаги имеют.. Подобную ценность? Ладно еще та глухая деревня, но этот город.. Сосуд шиди был выкуплен довольно быстро, а также внесена плата на двенадцать дней вперед. Шуанхуа же, когда смог наконец вставать с постели, не знал, куда себя деть, оттого просто-напросто пошел прогуляться. Шисюн купил ему плащ с капюшоном из темной ткани — прикрывать им привлекающую внимание внешность было.. Удобно. В первый же день юноша, пообещав старшему не влезать в неприятности, пошел в сторону ближайшей забегаловки. Чужие пьяные люди всегда вызывали в душе морозного духа отвращение, а сам он никогда не пробовал вина — но информацией как-то нужно разжиться, верно? Мило улыбнувшись подавальщице, юноша заказал простого чая и успел перекинуться с девушкой парой фраз. Шуанхуа уже пришел в себя и оттого не был похож на неупокоенную душу — даже напротив, умение быть на редкость очаровательным молодым господином в нем наконец проявилось. От юной барышни он узнал, что постовые ушли из города месяц назад, а следующий патруль придет только когда закончится сезон дождей. — Этот Сяо премного благодарен госпоже.. Могу я узнать, как к Вам обращаться? — морозный дух скромно опустил глаза, продолжая улыбаться. Про себя он удивился, что подавальщица не испугалась того, что незнакомый ей мужчина интересуется тем, есть ли в городе адепты Юн Мэн Цзян. Пусть он и наплел, что возвращается с задания в клан Цзян, разве это не странно?.. — Эту служанку зовут Юй Силю.. — зардевшись, ответила девушка. Она была совсем молодой и, кажется, не так давно достигла брачного возраста. Шуанхуа мысленно пожалел юную барышню — раз ей приходилось работать, да еще и в таком месте, то вряд ли ее жизнь можно было назвать счастливой. Все эти пьяные придурки вокруг не упускали возможность сделать до отвратительного вульгарный комплимент, а самые смелые и тупые иногда делали попытки схватить обслуживающих их девушек и женщин за руки или даже за юбку. Вряд ли такой труд можно назвать легким и приятным. — Госпожа Юй, этот Сяо непременно будет вспоминать Вас добрым словом. — эти слова Шуанхуа произнес с некоторой доли искренности. Девушка ушла за чаем, и дух клинка не мог не заметить ее смущение и покрасневшие щеки. Возможно, юношу бы даже очаровала эта картина, интересуй его женщины. Но тут он внезапно услышал весьма дельный диалог и полностью обратился в слух. Шуанху уловил два главных слова — "глава ордена". — Ты слышал, что глава ордена Юн Мэн Цзян собирается передать свой пост какой-то девке? Трое мужчин, сидя за столом, совершенно не стеснялись сплетничать. Один из них был вусмерть пьян и уснул, зато двое других могли еще даже внятно говорить. — Чего? Он в самом деле это сделает? — Она его приемная дочь. Чего ты хочешь? Своих детей у него нет, да и откуда ж им взяться.. Мужчина постарше слегка понизил голос. — Ты ведь помнишь, что нынешний глава Цзян — шиди Вэй Усяня? — Вэй Усяня? В самом деле?.. — второму говорившему на вид было даже меньше тридцати лет. Не было ничего удивительного в том, что он не знал таких тонкостей. — Стал бы я тебе врать, брат Мо? — его спутник усмехнулся. Подозвав подавальщицу, мужчина попросил принести еще вина и вернулся к теме. — Так вот.. Всей Поднебесной известно об этом бесстыднике по фамилии Вэй. Не странно ли, что глава Цзян даже не пытался толком искать жену? Так называемый "брат Мо" налил себе еще вина и нахмурился. — К чему ты клонишь?.. — Да а к чему тут можно клонить? — любитель сплетен отмахнулся. — Совершенно очевидно, что он — обрезанный рукав, как и его шисюн! Шуанхуа едва удержался от уставшего вздоха. Кажется, все, что интересовало этих выпивох — упивание грязные слухи. Отпив из пиалы принесенного чая, юноша уж было подумал, что вся эта затея с походом в таверну была пустой тратой времени. — Но все же, молодая госпожа Цзян еще такая юная.. Разве не проще было бы передать пост главы Верховному Судье?.. — а вот на этих словах морозный дух целиком и полностью обратился в слух. Собственно, за подобной информацией он и пришел. — Ты что, совсем тупица? Кто в здравом уме будет отдавать такой пост ожившему хлысту? — мужичок невесело посмеялся. Уснувший за столом третий пьяница тихо всхрапнул. Шуанхуа нахмурился. "Хлыст — это просто прозвище или?..". Но дослушать ему не дали. Кто-то в таверне вдруг завопил: — У него нож! Все голоса разом стихли. Тайшань был относительно тихим городком — даже нечисть особо не доставляла им проблем. Шуанхуа, скрестив руки на груди, нащупал спрятанный в рукаве складной ножик. — Какое право имеешь ты, шавка, оскорблять меня, а? Ты думаешь, я не смогу вырезать тебе язык?! — Ты.. Ты.. Демоническое отродье, это ты убил моего отца!.. Морозный дух вскинул голову и, встав с места, в спешке протиснулся к спорщикам. "Прости, шисюн, если я не вмешаюсь — тут произойдет убийство." — мысленно извинился перед Фусюэ дух клинка. — Этот Сяо нижайше извиняется за недостойное поведение своего шиди. — Шуанхуа нахмурился и повернулся спиной к "демоническому отродью", слегка закрывая его от перепуганного до заикания парня. — Прошу, молодой господин, объясните, что произошло. Я шисюн этого балбеса и готов за него поручиться.