Ошибки приводят к лучшему

Снейп, Снейп, Снейп, мистер Снейп, Снейп, мальчик мой, Снейп, Северус, Снейп, Снейп... В последнее время свою фамилию он слышал, кажется, чаще, чем дышал. На разные лады её озвучивали: и строптивым голосом Макгонагалл в очередном споре о факультетах; и недовольные или вопрошающие ученики; и старческим, ядовито-сладким голосом Дамблдора, который перемежал это с «мальчик мой, спасибо тебе», отчего у Северуса дёргался глаз; и высоким, точно писк, бьющим по вискам голосом Амбридж. Сипло-шипящим голосом Тёмного Лорда на собраниях и Пожирателями Смерти с наглыми, насмешливыми нотками. В Ордене Феникса — смиренным голосом Люпина, просящего снова сварить зелье от ликантропии; пропитым, низким, недовольным басом Блэка, который к тому же дышал на него перегаром, отчего Северусу приходилось сдерживать рвотные позывы. Северусу хотелось побыть в тишине, которой не удалось добиться ни на предыдущем уроке с младшими курсами (первокурсница с Когтеврана заливалась слезами половину урока, испугавшись замечаний Снейпа, из-за чего ученик с Хаффлпаффа не уследил за зельем и взорвал котёл), ни на нынешнем уроке пятого курса, у которого хоть и была письменная работа, но редкие шепотки по классу преследовали Северуса весь час, несмотря на его замечания. И когда в последние минуты урока Поттер осмелился поболтать со своими друзьями, Северус решил не упускать шанс сорвать накопившуюся злость и отыграться. Он смотрел на Поттера и... — Минус пятнадцать очков с Гриффиндора, мистер Снейп! — голос прозвучал как гром, заставив дрогнуть стеклянные баночки на полках, в которых хранились ингредиенты. Класс погрузился в мёртвую тишину. Северус хотел бы продолжить — уничтожить этого самолюбивого, заносчивого идиота. Высказать ему, что только отсталый в умственном развитии рискнёт проверять терпение Северуса Снейпа. Но Северус слышал, что именно он сказал. И, несомненно, это слышали все. Благо, его авторитет не позволял ученикам хотя бы на мгновение задуматься, что их не испепелят, если они позволят себе смешок в этой ситуации. — Пошли все вон. Класс дрогнул, но никто не шевелился, будто не расслышал тихих, но вкрадчивых слов. И Северус сорвался на крик: — Немедленно вон из класса! Когда за последним учеником закрылась дверь, Снейп устало опустился на стул, угрюмо потирая переносицу. Кажется, ему требовался выходной. Кажется, отдохнуть он сможет только на том свете. __-__-__ Гарри первым вылетел из класса зелий, устремляясь по коридору как можно дальше от сокурсников. Слышать очередную порцию издёвок, которыми его непременно наградил бы Малфой, было невыносимо. Особенно после яростных споров из-за статьи в «Ежедневном пророке», которые длились с самого начала учебного года. Он слышал, как за ним торопливо поспевали две пары ног. Наверняка Рон с Гермионой вышли сразу за ним и сейчас пытались нагнать друга. Гарри остановился только тогда, когда вышел во внутренний двор, где осенний воздух смог его остудить. Рон и Гермиона несколькими секундами позже остановились рядом, тяжело дыша. — Куда ты так втопил, дружище? — Рон хлопнул его по плечу, выпрямляясь после отдышки. Вопрос был риторическим, потому что не дожидаясь ответа, он весело хохотнул: — Ты видел рожу этого слизняка, когда он ошибся? Я думал, умру от смеха прямо там. Гермиона, обычно не поддерживавшая шуток Уизли, весело улыбнулась, соглашаясь. Гарри их задорства не понимал. — Ничего смешного! — рявкнул он. Его друзья вздрогнули и посмотрели на него с непониманием. — Меня теперь будут дразнить до конца курса! — О чём это ты? — не поняла Гермиона. Рон повторял её вопросительный взгляд. — Меня будут называть его женихом, — буркнул Гарри, отворачиваясь. Даже произносить это вслух было странно и нелепо. Рон взахлёб засмеялся, сгибаясь пополам, и Гарри не удержался от толчка в его бок, отчего тот покосился, норовя свалиться на каменную кладку двора. Гермиона неодобрительно посмотрела на них обоих и спросила: — Гарри, с чего ты взял, что тебя будут так дразнить? Кому такое вообще придёт в голову? — Малфою? — Сомневаюсь. — Да, друг, это вряд ли. — Рон перестал смеяться, но начал икать. — Гермиона права. — С чего вы взяли, что Малфой не будет сочинять подобных шуток? Что он не опустится до такого? — Дело не в отношении к тебе, — вздохнула Гермиона. Рон закивал — поддакнуть он не мог, так как задержал дыхание. — Это в каком смысле? — не понял Гарри. Друзья молчали, но он продолжал смотреть на них в ожидании. — Ну... Малфой, как по мне, слишком уважает Снейпа, чтобы даже в шутку сводить его... с тобой. Рон шумно выдохнул. — Да, Малфой не посмеет так оскорбить Снейпа. — Он громко икнул и застонал, вновь задержав дыхание. Гарри почувствовал негодование. Ещё большее, чем от надуманных издёвок. — Да я бы был лучшей партией для Снейпа! — крикнул Поттер, сжимая кулаки от досады. Рон прыснул в кулак, а Гермиона с изумлением уставилась на него. Гарри покраснел и попытался исправить неоднозначность своих слов, быстро затараторив: — В смысле, я же явно буду лучше, чем Невилл, например! Гермиона молча поджала губы, и было непонятно: согласна она с Гарри или нет. Рон выдохнул, подождал несколько секунд нового приступа икоты и, когда не дождался, с улыбкой ответил: — Я с тобой полностью согласен, друг мой! Но со стороны слизеринцев... хм, не думаю, что они хотели бы представлять это. Гарри продолжал хмуро смотреть на него, и Рон взмолился: — Ох, дружище, пожалуйста, не заставляй меня уговаривать тебя, что ты был бы хорошей партией Снейпу. Это уже издевательство надо мной лично! — Да, Гарри, никаких шуток не будет на эту тему. Просто отнесись проще к забавной ситуации. Взгляд Гермионы выражал заботу и лёгкую обеспокоенность. Гарри почесал руку там, где был шрам от пера. Он устал относиться ко всему проще, но эта ситуация, кажется, действительно не была такой страшной, как он себе навоображал. Когда жизнь раз за разом даёт тебе подзатыльник, ты пытаешься предугадать следующий. Гарри надеялся, что это не очередной из них. — Я есть хочу! Пойдёмте уже на обед, — протянул Рон и первым двинулся в сторону входа. Гарри с Гермионой отправились следом. — Вообще, из-за этого сальноволосая летучая мышь забыл дать домашку. Так что я не обижусь, если в следующий раз он назовёт мистером Снейпом меня. — Рональд! Не оскорбляй профессора. И вообще-то, домашнее задание было на доске с самого начала урока. Я лично прослежу, чтобы вы его сделали! Рон страдальчески застонал, тут же взяв свои слова обратно. Гарри рассмеялся. Кажется, он действительно придал этому моменту слишком много значения. Кажется, никто в Большом зале не обратил внимания на входящую троицу. Три факультета спокойно переговаривались, пока Гриффиндор был подозрительно тих. Однако в следующую секунду часть стола Гриффиндора взорвалась смехом, из-за чего произошла небольшая суматоха, потому что от главных рассказчиков — учеников пятого курса — не все услышали подробности истории. Ученики начали переспрашивать сидящих ближе, поднимая ещё больший гвалт и последующий смех. Гарри, Рон и Гермиона сели за стол. Желудок Поттера слегка скрутило от страха, что его собственный факультет сейчас будет смеяться над ним. Вот Финниган бросает на него взгляд, ухмыляется и... выдаёт что-то совершенно безобидное: — О, а вот и мистер Снейп. Вам разве не за стол преподавателей, мистер Снейп? Шутка звучит беззлобно, несмотря на конфликт с Гарри. Голоса других ребят подхватывают: — У такого бы Снейпа я учился с большим удовольствием. — О, мистер Снейп, примите моё эссе. — Мистер Снейп, я случайно взорвал котёл! — Мистер Снейп, проверите моё домашнее задание? — кокетливый голос какой-то из девчонок особенно ясно прозвучал в этом хоре. Перед тем как присоединиться к шуткам, Гарри с волнением смотрит на преподавательский стол, но Северуса Снейпа там нет. И Гарри расслабляется, глупо улыбаясь. Гермиона оказалась права. И Гарри вживается в роль. — Мистер Уизли! Почему ваше зелье воняет грязными носками?! Пародировать голос Снейпа у Гарри выходит плохо, но все поддерживают этот театр. — Простите, сэр, я думаю, этот запах от ваших сальных волос! — не остаётся в долгу Рон. — Мистер Лонгботтом, вы снова взорвали котёл! — Сэр, это не моя вина! В зелье попали ваши слюни, пока вы кричали! — Я не буду проверять ваши эссе. Если бы я хотел увидеть глупость, я бы поговорил с червём. Хотя его интеллект значительно превосходит ваш! Их разговоры не долетали до преподавательского стола, потому что в зале и так стоял шум. Любопытные студенты с других факультетов уже расспрашивали гриффиндорцев и передавали эту историю дальше. Гарри придумывал всё больше, вспоминая все услышанные замечания Снейпа, а студенты, смеясь, подкидывали новые ситуации для шуток. — Я не давал вам права говорить, мисс Грейнджер! Гермиона, которая пыталась спокойно пообедать в этой обстановке, чуть не выплюнула сок. — Не впутывайте меня в это! — Минус десять баллов с Гриффиндора за пререкания, мисс Грейнджер! На этот раз Гермиона не смогла сдержать улыбки. Вся школа подшучивала над этим и в коридорах называла Гарри не иначе как мистер Снейп и только он иногда вздрагивал, вспоминая первую пойманную ассоциацию с женихом. Веселье длилось с неделю, пока все постепенно не забыли об этом, и школьные мрачные будни вновь взяли верх. Калейдоскопом пронеслись полгода: Амбридж реализовывала свои диктаторские замашки в школе; Гарри создал Отряд Дамблдора; разговор с Сириусом в камине; запрет квиддича и сон, оказавшийся явью, о мистере Уизли.