После тишины

Entertainment, кабинет Бан Шихёка. 09:15, четверг. Ами вошла без стука. Папа сидел за столом, просматривая что-то на экране ноутбука. Увидев дочь, он откинулся на спинку кресла и снял очки. — Утро доброе, — сказал он устало. — Не очень доброе, судя по твоему лицу, — Ами села напротив, положила ногу на ногу. — Что по утечке? — Пока ничего конкретного. Человек, который видел карту — из больницы. Администратор. Уволился неделю назад. Теперь не выходит на связь. — То есть он специально забрал копии? — Похоже на то, — Шихёк потёр переносицу. — Мы подали запрос в полицию. Но пока результат нулевой. Ами кивнула. Без паники. Без страха. Просто приняла информацию к сведению. — Это не первый раз, — сказала она спокойно. — Помнишь тот случай в 2017-м? Когда какой-то псих писал, что взорвёт концерт, если я выйду на сцену? — Помню, — Шихёк помрачнел. — Тогда мы три дня не спали. — А в 2019-м? Когда рассылали фейковые новости, что я беременна и поэтому пропускаю японский тур? — Тот ещё цирк был. Пришлось опровергать через суд. — Вот и сейчас разберёмся, — Ами пожала плечами. — Найдут. Заявление в полицию уже написали? — Сегодня утром. — Хорошо. Пусть ищут. А я займусь видео. Шихёк посмотрел на неё внимательно. — Ты решила? — Да. Если они узнают правду из чужих уст — обидятся. Не на меня. За меня. Фанатам будет больно, что я не доверилась им раньше. Я не хочу их расстраивать. — То есть ты согласна? — Да. Но на моих условиях. Я сама решу, что и как говорить. Без продюсеров. Без сценаристов. Просто я и камера. — Когда? — Сегодня. После записи. Дома. — Я предупрежу отдел по связям с общественностью, чтобы были готовы к волне. — Не нужно, — Ами встала. — Сначала я посмотрю, что получится. Потом решим. Она направилась к двери, но на полпути остановилась. — Пап. — Да? — Если найдут этого мудака — я хочу с ним встретиться. Лично. — Зачем? — Чтобы он понял: меня не запугать. Я не первый год в этой индустрии и знаю, как работают такие, как он. Шихёк усмехнулся. — Ты очень изменилась. — Я просто стала собой, — ответила Ами и вышла. --------------------------------------- Тем же днём, студия звукозаписи. 14:30. Ами закончила партию за два дубля. Продюсер был доволен — сказал, что такого эмоционального наполнения у неё давно не было. — Ты сегодня прям горишь, — заметил он, когда она снимала наушники. — Есть причина, — коротко ответила Ами. Она собрала вещи и вышла в коридор. В кармане завибрировал телефон. Сообщение от незнакомого номера. «Ты думала, что сможешь вечно это скрывать?» Ами остановилась. Прочитала. Хмыкнула. — Ну приплыли, — пробормотала она себе под нос. Пальцы быстро забегали по экрану. «Кто ты и что тебе нужно?» Отправила. Убрала телефон. Никакой паники. Никакой дрожи в руках. Просто холодный расчёт. Кто-то хочет её напугать. Или шантажировать. Или просто троллить. Но она не из тех, кто боится теней. За одиннадцать лет в группе она пережила столько скандалов, угроз и грязных сливов, что этот — лишь очередной в списке. Ответ пришёл через минуту. «Узнаешь. Скоро. А пока — расскажи им правду. Или я расскажу за тебя. Но моя версия тебе не понравится». Ами усмехнулась. «Угрожаешь? Смешно. Делай, что хочешь. Я всё равно собиралась рассказать сама. Так что не надо мне создавать видимость выбора. Его у тебя нет. И кстати — заявление в полицию уже лежит. Так что удачи». Отправила. Заблокировала номер. Спокойно дошла до лифта, спустилась на первый этаж, вышла на улицу. Сеул шумел как обычно. Ами надела наушники, включила музыку и пошла к машине. Она не боялась. Не за себя. Не за карьеру. Только за фанатов — потому что они заслуживали узнать правду от неё, а не из грязных сливов. И она сделает это. Сегодня. -------------------------------------------- Квартира Ами, вечер. Она поставила телефон на штатив, включила камеру и села напротив. Без грима. Без постановочного света. Без фоновой музыки. Просто она. — Привет, ARMY, — сказала Ами в объектив. — Нам нужно поговорить.