Встретимся в Стране грёз | Meet me in Dreamland

С воздухом в Еиналеж было что-то не так. Драко будто не мог им надышаться. Он казался слишком разреженным, грудь сжимало. Где она, чёрт возьми? Он торчал здесь уже целую вечность! Всё, что от неё требовалось, это прочитать страницу-другую и надеть медальон! Не так уж сложно, ведь не нужно же ей идти в Министерство и подавать, мать его, заявку на портключ! Драко мерил шагами крошечный коттедж и время от времени зло поглядывал на дверь. По крайней мере, его ещё не вышвырнуло из Еиналеж. Хороший знак, верно? Он начал думать о том, чтобы вернуться в реальность и послать Арти выяснить, что её задерживает. Но если он уйдёт, а она придёт и уйдёт, потому что он её не дождался, он себе этого никогда не простит. Издав раздражённое рычание, Драко рухнул на диван. Она не придёт. Вот и всё. Она слишком сильно его ненавидит. Надо было отправить что-то ещё. Настоящее письмо, всё объяснить. Но даже отправка ей записей по раскладу Пэнси разнервировала его почти до рвоты. Да и что он вообще написал бы в таком письме? «Извини, что вёл себя как мудак. На самом деле я хочу регулярно трахать тебя до потери сознания, здорово, правда?». Если бы только можно было всё переиграть. Драко буквально убил бы за маховик времени. Он бы вернулся на тот пляж, до того как появилась Грейнджер, и хорошенько вправил бы себе мозги. Он пожалел о своих словах в ту же секунду, как она развернулась, чтобы уйти, а может, уже в тот момент, пока ещё их произносил. Возможно, она сейчас смеётся над ним. Или наблюдает за тем, как догорает его письмо. Или всё ещё плачет. Чёрт, тяжело было видеть её слёзы. Он всего лишь хотел оттолкнуть её, а не ранить так сильно. Но сейчас ему не хотелось ни того, ни другого. Он хотел только, чтобы она вошла в эту дверь. Он поднял голову и проверил. Дверь по-прежнему была закрыта. Неужели она неправильно его поняла? Неужели решила, что он хотел сказать что-то другое, отправив ей тот текст? Драко казалось, что посыл был предельно ясен. Он зациклился на ней. Он воспринимал тот момент в библиотеке как «сбывшуюся мечту» и его тошнило от сожаления при мысли, что их столкновение в библиотеке Хогвартса положило всему конец. Это была мучительно личная информация и, по его мнению, куда более постыдная, чем всё, что сказала она. Этого должно было хватить, чтобы убедить её, что он не лгал. По крайней мере, он так думал. Сердце Драко сжалось. Увидела ли она медальон? Или всё ещё читает, разбирая каждое унизительное слово и запоминая всё?              Вдруг он резко сел, потому что в его голову только что пришла новая пугающая мысль. А что, если она ищет способ уничтожить медальон? Она хотела лишить его магии до того, как он наложил на него чары сохранности. Что, если она нашла способ обойти защитную магию и уничтожить Еиналеж, пока он был здесь внутри? Драко встал и снова начал расхаживать по комнате. Если у неё получится, выбросит ли его из Еиналежа? Его сознание исчезнет вместе с ним, а тело останется в вечной коме? Или он застрянет здесь, в этом крошечном доме посреди пустоты, навсегда? Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Грейнджер не стала бы так поступать. Как бы сильно она его ни ненавидела, Драко был уверен, что до такого она не дойдёт. Он и сам не знал, откуда у него эта уверенность, но она была. «Ты напомнил мне того человека, которого я узнала в Стране Грёз». Эти слова потрясли Драко до глубины души. Оказалось, всё это время он был не один. Не только он чувствовал, будто по-настоящему узнал человека, а потом реальность отняла у него эту версию. Он понимал, о чём она говорит. В Еиналежe он действительно был другим. Более… свободным, наверное. Он не был уверен, что сможет быть таким в реальной жизни. Но если это поможет вернуть Грейнджер к нему в Еиналеж, он готов попытаться. Будет ли она такой же покорной, как раньше? Или, узнав, что он — это на самом деле он, продолжит сопротивляться? Правда всё изменила. Теперь она боролась с собственным влечением, отталкивала его и не позволяла себе поддаться тому, чего действительно хотела. Это сводило его с ума. Драко тяжело выдохнул, массируя пальцами виски. Она не придёт. Пора это признать. Он всё испортил, зашёл слишком далеко. Теперь он больше никогда о ней не услышит. Или… или что-то случилось? Арти говорил, что нашёл её в лесу, из всех возможных мест. И к тому же оставил её там совсем одну. В духе Грейнджер сбежать куда-нибудь в самое странное место. Что она вообще делала в этом чёртовом лесу одна, ночью? Она могла наткнуться на оборотня или еще кого похуже. Чем больше Драко об этом думал, тем сильнее убеждался, что есть другая причина, по которой Грейнджер до сих пор не появилась в Еиналежe. Ей помешало что-то, что от неё не зависело. — Мандрагора! — рявкнул он, позволяя каменному дому исчезнуть, пока его сознание поднималось вверх. В тот же миг, как он снова оказался в своём теле, Драко вскочил. — АРТИ! Арти с тихим хлопком возник в спальне. — Ты точно сделал всё, как я велел? — резко спросил Драко. — Да, сэр, и… — Тогда где она? Она всё прочитала? — Да, сэр… — Тогда почему её до сих пор нет? Медальон у неё, что её так задерживает? — Сэр… — Скажи, где ты её оставил, Арти. Я сам туда пойду. Грейнджер было по силам разобраться... тут явно что-то не так. Натягивая сапоги из драконьей кожи, Драко без слов призвал мантию из шкафа и наспех застегнул её на плечах. Он протянул руку к Арти, ожидая, что тот перенесёт его к ней. Но эльф лишь смотрел на него, не двигаясь. — Ну? Чего ты ждёшь? — выплюнул Драко. — Перенеси меня к ней! — Сэр… мисс Грейнджер в вашем кабинете, — сказал Арти. Драко потребовалось больше времени, чем он готов был признать, чтобы эти слова полностью дошли до него. Но как только это произошло, он бросился вперёд и помчался по коридору с такой скоростью, что его плотная дорожная мантия развевалась за спиной. Грейнджер вздрогнула, когда он ворвался в кабинет, её глаза расширились от неожиданности. Она и правда была там, стояла в тусклом золотистом свете лампы, переодевшись в строгий бордовый наряд, который одновременно подчёркивал её деловитость и сводил с ума её изгибами. Как и все платья в её гардеробе, это, казалось, было выбрано с единственной целью — довести его до безумия. Драко остановился, осознав, как странно он, должно быть, выглядит в её глазах, врываясь в комнату в такое время в мантии и сапогах из драконьей кожи. Грейнджер лишь посмотрела на него, ничего не говоря. — Арти? — окликнул Драко через плечо. Эльф появился. — Да, сэр? — Проследи, чтобы нас не беспокоили, пожалуйста, — сказал Драко и подождал, пока Арти закроет дверь. Повисла пауза, в течение которой каждый ждал, что заговорит другой. Но никто не заговорил. Зачем она сюда пришла? Это какой-то хитрый ход с её стороны? Попытка застать его врасплох и тем самым получить преимущество? Или она пришла вернуть медальон? Сердце Драко сжалось. Наверное, так и есть. В её стиле было отвергнуть мужчину лично, мягкими словами и лёгким похлопыванием по щеке. Он не был уверен, что сможет это пережить. Не без того, чтобы что-нибудь не поджечь. Не говоря ни слова, он прошёл через комнату, отстегнул мантию и отбросил её в сторону. Он сел за стол и взмахом волшебной палочки придвинул к себе ближайшее кожаное кресло, давая понять, чтобы она села напротив. Призвав с тележки на другом конце комнаты бутылку бренди, он молча предложил ей бокал, от которого она отказалась, покачав головой. Жжение алкоголя развязало ему язык. — Как давно ты здесь? — Некоторое время, — уклончиво ответила она. Спрашивать, сколько именно, казалось ребячеством, поэтому он решил промолчать. Он спросит Арти после того, как она уйдёт. — Я ждал тебя, — сказал он вместо этого, пытаясь (безуспешно) сдержать нарастающее раздражение. — Я подумала, что лучше встретиться здесь, — отчеканила она, устраиваясь на своём месте. Драко не мог с этим согласиться. Они могли бы трахаться прямо сейчас, и его нижняя половина тела это прекрасно осознавала. Ещё один глоток бренди не помог. Как и вид её напротив. Её широкие карие глаза внимательно следили за каждым его движением острым, почти режущим взглядом, скользящим по лицу так, будто она могла оставить им след. От этого ему хотелось распахнуть рубашку, позволить ей опуститься и разрезать его на части. Он был на сто процентов уверен, что Еиналеж никогда не сможет воссоздать такие глаза, каким бы подробным ни было описание. — Разумеется. — Он снова отпил. Грейнджер втянула нижнюю губу, и у Драко сжалась челюсть. Его выдержка и так трещала по швам. Если она будет просто сидеть здесь, у него дома, прикусывая губу и не говоря ни слова, он действительно сойдёт с ума. Мысль о поджоге казалась всё привлекательнее. — Я правда не понимаю, зачем я здесь, — пробормотала она. Драко попытался расслабить челюсть. — Я тоже, — задумчиво протянул он. — Мне казалось, мои инструкции были вполне ясны. Ее взгляд мог бы прожечь насквозь. — Давай сразу проясним одну вещь, Малфой, — сказала она, выпрямляя спину. — Я тебе не подчиняюсь и никогда не буду. Драко приподнял бровь. — Забавно. Кажется, я припоминаю пару фантазий, где ты прекрасно мне подчинялась, — сказал он. — И, если не ошибаюсь, тебе это даже нравилось. Сдерживая похотливую улыбку, он неторопливо отпил. Щёки у неё слегка порозовели, но она не дрогнула. — Я хочу ещё раз прояснить, что мне не нужен парень, — твёрдо сказала она. — Мне нужен только сексуальный партнёр. Кровь застучала у него в ушах. Это вовсе не звучало как мягкий отказ. Скорее, почти повторяло её прежние слова про «какое-то соглашение». Драко сглотнул, заставляя себя сохранять спокойствие. То, что она говорила о желании иметь сексуального партнёра, ещё не означало, что она имела в виду его. — Я понимаю. Если она действительно говорила о договорённости между ними, его это устраивало. Драко всё равно не из тех, кто встречается с девушками. И уж точно он не станет таскаться за ней, как влюблённый пёс. — Это значит, — продолжила Грейнджер, — что я не буду тебя слушаться и подчиняться тебе. И я не стану терпеть попытки унизить меня, оскорбить или взять под контроль. Взгляд Драко упал на стол, живот свело. Вот оно, — с горечью подумал он. — Вне сексуального контекста, — добавила она. — Этого я как раз хочу, но только в Стране Грёз. Время будто остановилось. Драко поднял глаза, уверенный, что ослышался. Она выглядела жёсткой. Собранной. Серьёзной. Драко медленно откинулся на спинку стула, ошеломлённый. В один момент он понял сразу несколько вещей. Во-первых, и это было самым важным, Грейнджер пришла не для того, чтобы отвергнуть его. Скорее наоборот. От одной этой мысли по его венам прокатилась головокружительная волна облегчения и торжества. Она пришла не для того, чтобы отчитывать его. Она пришла, чтобы договориться. Следом за этим первым осознанием пришло второе, ещё более сильное. Это её уточнение меняло всё. Толстый слой чувств, под котором он был погребён последние несколько недель — растерянность, ярость, опустошение, гордость — словно треснул и раскрылся. Вот о чём она говорила тогда, на пляже. Она обвиняла его в том, что он использует своё положение против неё и ведёт себя так, будто действительно считает себя выше. Тогда он был возмущён тем, что его отчитали, и за что? За то, что он делал то, чего она хотела? В Еиналеж она жаждала именно этого! Драко думал, что она перестала реагировать на его поддразнивания, потому что поняла, что он настоящий, но теперь видел, что это не совсем так. Она по-прежнему хотела этого от него, просто предпочитала сама решать, когда и где это будет происходить. Он был полным идиотом. Огромной, бормочущей репой. Как он мог быть таким тупым? — Понятно, — спокойно сказал он, будто его только что не накрыло лавиной чувств. — Ты сможешь? — спросила Грейнджер, широко раскрыв глаза в ожидании. — Потому что если нет... — Смогу, — перебил он, не дав ей договорить. Теперь, когда она была здесь и наконец предлагала ему всё, чего он хотел, он не собирался всё испортить. Ради этого он мог снова стать тем собой. Он сделает это. Грудь Грейнджер тяжело поднялась от глубокого вдоха, её взгляд оставался прикован к нему. Губы сжались, и сердце Драко снова упало. — Ты мне не веришь. — Это должно было быть вопросом, но прозвучало как обвинение. Грейнджер опустила взгляд. — Вряд ли ты можешь меня за это винить. Ты был… — она осеклась, позволяя ему самому мысленно закончить фразу. — Я знаю. Драко хотелось утопиться в бутылке бренди от одной мысли об этом. Всё это время было потрачено впустую из-за его неспособности понять, чего от него хочет Грейнджер. И за это время он только укрепил её плохое мнение о себе. — Если мы собираемся это делать, мне нужны какие-то гарантии, — сказала она. — Я должна знать, что могу тебе доверять. Драко тщательно обдумал её слова. Она была права. Его гордость не помешала ему это признать. И тут ему кое-что пришло в голову. Идея, которая, возможно, и не сработает сразу, но все же может оказаться полезной. — А что, если вне Еиналеж у нас будет обратная договорённость? — сказал он. Она скептически подняла брови. — Ты хочешь, чтобы я унижала тебя вне Страны Грёз? — спросила она. — Не совсем, — сказал он, не сумев сдержать лёгкую усмешку, представив эту картину. — Это, как ты и говорила, вне сексуального контекста. Когда мы не занимаемся тем, что у нас получается лучше всего, я передаю контроль тебе. Можешь командовать мной, устанавливать любые правила, какие захочешь, и я буду им следовать, что бы ты ни решила. Чтобы выстроить доверие. И пока я буду справляться, мы продолжим встречаться в Еиналеж. Он почти видел, как в её голове начинают крутиться шестерёнки. Это была хорошая идея, она должна была это признать. Ей нужно было всего лишь сказать, чего она хочет, и он это обеспечит, без лишних вопросов. — То есть ты собираешься стать моим рабом? — саркастично спросила она. — А ты хочешь, чтобы я им стал? — ответил он, с непривычной искренностью. — Нет! — Значит, нет, — легко отозвался он, складывая пальцы домиком. Повисла тишина. Грейнджер моргнула, ошарашенная тем, что, ответь она «да», он бы на это согласился. Драко внимательно наблюдал за выражением её лица, пока где-то в глубине её взгляда складывалось решение. — Извинись перед Роном, — внезапно сказала она. — Лично. — Считай, сделано, — сразу ответил он. — Поговорю с ним завтра. Её глаза округлились, и Драко едва сдержал удовлетворение от этой реакции. Извинения перед Уизли слегка его заденут, но в целом этот человек значил для него очень мало. Он мог принести извинения этому идиоту, если это повысит доверие к нему со стороны Грейнджер. — И выполни своё обещание сделать пожертвование Мидмарской консерватории, — потребовала она. — Им всё ещё нужна помощь, даже если ты не собираешься притащить их единорогов на свою свадьбу. — Могу прямо сейчас написать в Гринготтс, если хочешь. Не дожидаясь её ответа, он достал чистый лист пергамента и начал составлять короткое письмо, с удовлетворением ощущая на себе её внимательный взгляд. Когда он развернул к ней лист, показывая сумму, которую пообещал, её глаза снова расширились. Довольный этой реакцией, он поставил магическую подпись, запечатал письмо официальной печатью Малфоев и положил его в стопку исходящей почты на утро. — Что-нибудь ещё? — подтолкнул он. — Покрасить волосы в зелёный? Петь «Боже, храни Королеву» каждый раз, когда кто-то чихает? Завести трёхногого крупа? — Малфой, будь серьёзен... — Я серьёзен. Грейнджер всё ещё выглядела настороженной, её колкий взгляд скользил по его лицу в свете лампы, будто выискивая подвох. Драко прикусил щёку изнутри, пытаясь найти слова, которые убедят её, но в голову ничего не приходило. Грейнджер не поверит ему, пока его слова не подтвердятся действиями. Но ради этого он мог быть терпеливым. И даже послушным. Ну и ну. Её губы приоткрылись. Она будто искала слова и не находила, запутавшись в собственных мыслях. Непослушная прядь выбилась из пучка и упала на щёку. Ему захотелось её коснуться. — Но… ты меня ненавидишь, — наконец выговорила она. Он едва сдержал улыбку. Воспоминание о том, как он сказал ей это и что последовало сразу после, было одним из его любимых, он часто прокручивал его перед сном. — Верно. Но… ещё я доверяю тебе, — сказал он, слегка пожав плечами. — При всех твоих прочих раздражающих качествах ты довольно благородна. Мне трудно поверить, что ты стала бы мной пользоваться. Я уже говорил, что быть с тобой заодно — беспроигрышный вариант. По ошеломлённому выражению её лица он понял, что она решила, будто он забыл о том небольшом обещании, которое дал ей в каменном доме. А может, подумала, что все обещания, данные там, потеряли силу после того, как он узнал о связи между их медальонами. Но правда была в том, что Драко действительно имел это в виду. Грейнджер была из тех, кто всегда оказывается на правильной стороне истории. Да, она могла бы немного его помучить, воспользоваться своей новой властью (честно говоря, в этом был свой шарм), но настоящего вреда она бы ему не причинила. Он не сомневался в этом. Его выдержка дрогнула, но лишь на мгновение. Он поднялся, наклонился над столом и медленно заправил выбившийся локон ей за ухо, внимательно наблюдая за ней и ожидая признаков сопротивления. Их не последовало, и её веки опустились, когда его пальцы коснулись мягкой кожи за её ухом. Что-то подобное он мог бы сделать в Еиналеж. Он с волнением осознал, что теперь будет делать такое чаще. Лёгкие прикосновения, от которых она тихо стонет и дрожит. Ещё легче, пока она не начнёт просить большего. Он, чёрт возьми, не мог дождаться. — Проси о чём угодно, Грейнджер, — прошептал он. — Всё, что хочешь. Она сглотнула, горло сжалось и ресницы затрепетали, когда она заставила себя вернуться в реальность. — Неплохая жертва ради возможности переспать со мной, — сказала она, нахмурившись. Лицо Драко расплылось в ухмылке. Он вернулся на своё место, кончики пальцев всё ещё горели от воспоминания о её коже. Когда она сформулировала это так, он прозвучал довольно жалко. Драко решил не сообщать ей, насколько легко ему далось это обещание. Если бы она знала, как просто ему будет принести извинения и сделать пожертвования, она могла бы решить, что это вовсе не равноценный обмен. В его настоящей жизни почти ничто не значило для него так много, как это, и он не хотел в этом признаваться. Он бы без раздумий отдал ей своё поместье, попроси она об этом. Всё равно всё своё время он проводил здесь, желая оказаться в Еиналеж. — Разумеется, у меня тоже будут свои условия, — уклончиво сказал он, просто чтобы рассеять её подозрения. Он не мог позволить, чтобы это выглядело слишком лёгким, иначе она могла решить, что он замышляет что-то недоброе, и отказаться. — Но детали мы можем обсудить позже. Грейнджер ещё немного задумчиво рассматривала его. Попросит ли она проверить его легилименцией, чтобы понять, что у него на уме? И если попросит, согласится ли он? Мысль о том, как она войдёт в его разум и начнёт перебирать его навязчивые, отчаянные мысли с присущей ей методичностью, пугала. Это ощущалось как вторжение. Он поймал себя на том, что надеется на это. Она резко встала. В несколько быстрых шагов она оказалась у камина. — Я иду домой, — сказала Грейнджер, поднимая с полки шкатулку с летучим порохом. Драко застыл в замешательстве и тревоге. Это всё? Она решила, что ей это всё-таки не нужно? Что он сделал не так? — Подожди... Грейнджер обернулась к нему, поджав губы и уже стоя одной ногой в пламени. — Завтра. В восемь часов, в Стране Грёз. Но только если ты выполнишь мои условия. Если не справишься с этим, даже не утруждайся. И прежде чем он успел ответить, она исчезла во вспышке зелёного пламени.

⊹₊˚‧︵‿₊୨ᰔ୧₊‿︵‧˚₊⊹

Тео смотрел на знакомый потолок и думал, что, возможно, видит его в последний раз. Честно говоря, он думал так последние семь раз, когда видел его. Но, насколько он знал, каждый раз мог оказаться последним. Он тихо вздохнул и повернулся лицом к окну. Яркий утренний свет, проникавший в комнату, заставил его прищуриться. Кровать была пуста, если не считать его самого. Дежавю усилилось, когда он услышал шум воды в соседней ванной. Закрыв глаза, он подумал о том, чтобы уйти прямо сейчас, бесшумно выскользнуть из комнаты, чтобы избежать надвигающейся ссоры. Он не станет. Он никогда так не делал. Если бы Тео был честен с самим собой, он бы признал, что начинает уставать от этой игры. Поначалу эта маленькая интрижка была забавной, но теперь продолжать её становилось всё труднее. Реальная жизнь постоянно настигала. Это было похоже на тот раз, когда они с Блейзом тайком выбрались на маггловский карнавал и раз сто прокатились на «Тилт-э-Уир» — то, что когда-то казалось захватывающим, в конце концов начало вызывать у него тошноту. Но Теодор Нотт III никогда не был честен с самим собой. Это противоречило его личным принципам. Вода в ванной перестала шуметь. Тео приподнялся на локтях в ожидании. Она вышла в халате, с волосами, закрученными в белое полотенце. Губы поджались в неловкой, почти болезненной гримасе. — Спасибо, что пришёл вчера, — сказала Астория. Её пальцы вцепились в лацканы халата, стягивая его плотнее на груди. Скорее всего, чтобы скрыть странные синяки, которые он заметил прошлой ночью. Но ни тени под глазами, ни всё глубже западающие щёки спрятать было невозможно. Узел в его животе затянулся сильнее. Он подумал, не перестала ли она снова есть. — Можешь звать меня в любое время, если нужно вывернуть какого-нибудь придурка наизнанку, — сказал Тео, пожав плечами. — Я только рад помочь. Она кивнула, больше не встречаясь с ним взглядом. О, вот оно. Это было ошибкой. — Прошлая ночь была ошибкой, — сказала она. Мне не стоило с тобой спать. — Этого не должно было случиться. Больше этого не повторится. — Этого больше не повторится. Тео сглотнул, игнорируя режущую боль в груди. Неважно, сколько раз он это уже слышал. Всё равно больно. — Надеюсь, — сказал он, нарочно делая вид, что не понял о чем она. — Иначе я могу оказаться в тюрьме. В этот раз Астория всё же поморщилась. — Я поговорю с матерью. Скажу ей больше не сводить меня ни с кем… таким, в будущем. При этой мысли его руки сжались в кулаки. Тео никогда не заставляли служить Пожирателем смерти, но это вовсе не означало, что он не был способен на убийство. Прошлой ночью он был на грани. Если бы Астория его не остановила, если бы это была не она, умоляющая его остановиться, оставить Анри в живых и забрать её домой, он не был уверен, чем бы всё закончилось. — Честно говоря, я и не думал, что такие, как он, всё ещё существуют. Domain de Femina в семье Ноттов не практиковали уже столетиями. Астория кивнула и подошла, присев на край кровати у его ног. — Это застало меня врасплох. В одну минуту Анри говорил о нашем будущем и о том, где он видит нас через десять лет, а в следующую уже протягивал руку за моей палочкой. Он вёл себя так спокойно, будто не мог даже представить, что я ослушаюсь своего будущего мужа. Я не знала, что делать. Я отправила патронуса, не раздумывая. И тут же поплатилась за это, но вслух она этого не сказала. Тео пришёл и увидел её без палочки, на коленях у ног этого ублюдка, со слезами, текущими по лицу, и неспособную позвать его, потому что её рот был магически зашит. Тео потерял драгоценное время, прощаясь со своими гостями, решив, что Астория просто хочет снова его увидеть, как в прошлый раз. Он и представить не мог, что она может звать его, потому что оказалась во власти волшебника, который придерживался устаревшего убеждения, что женщины не должны заниматься магией. Тео сел на кровати, потянулся за волшебной палочкой, лежавшей на прикроватной тумбочке, и попытался успокоиться, глубоко дыша. Он рассеянно вертел её в руках. Возможно, это было лишним, учитывая, в каком состоянии он оставил Анри прошлой ночью, но мысль выследить этого французского ублюдка и довести дело до конца, раз и навсегда оборвав его драгоценную семейную линию, с каждой секундой казалась всё заманчивее. — Почему ты не позвала Драко? — он и так знал ответ, но всё равно хотел его услышать. Астория прикусила губу, слегка покраснев. — Я… как я и сказала, я не подумала. Я просто… отправила патронус и всё. Пузырь надежды лопнул, едва возникнув, и это было больно. Но Тео не подал виду. Он слишком долго жил с этим ощущением в груди, чтобы позволить ему сломить себя сейчас. — Я всё ещё считаю, что тебе стоило дать мне его убить, — сказал Тео небрежно. — Я бы с лёгкостью замёл все улики. — Ладно! — объявила Астория, поднимаясь на ноги. — Ещё раз спасибо. За всё. У меня тут приличный беспорядок, с которым мне нужно разобраться, так что, эм… Она неловко ждала, пока он поймёт намёк и уйдёт. К несчастью для неё, Тео сейчас не был настроен на то, чтобы от него просто избавились. Он откинулся на спинку кровати, закинул руки за голову и изобразил полное расслабление. Он с удовлетворением заметил, как её взгляд скользнул по краю простыни, которая сползла ниже, почти обнажив его торс. — И я его часть? — пошутил он, хотя это было не совсем шуткой. Она бросила на него сердитый взгляд. — В какой-то степени. — Тогда со мной можно разобраться разными способами. Например, языком, хотя это займёт время, если подходить основательно. Или отправить меня в душ, если будешь уделять особое внимание мытью моей… — Тео! — простонала Астория, сжимая переносицу. — Я серьёзно. Тебе нужно уйти. Его улыбка померкла. Вот и всё. Та самая часть, от которой его каждый раз начинало мутить. Но, возможно, с головой у него и правда не всё в порядке, раз он всё равно собирался это сказать. — Почему, Астория? Почему он? Ты ведь не настолько отчаялась выйти замуж... — Я не собираюсь это обсуждать. Не с тобой. — Она скрестила руки, решительно отказываясь смотреть в его сторону. — Ещё как собираешься. Тео резко сдёрнул простыни и встал, не обращая внимания на одежду на полу. Астория неосмотрительно осталась на месте, не отступая и не поднимая на него глаз. Он воспользовался тем, что она стоит рядом, взял её лицо в ладони и мягко заставил посмотреть на себя. Она не сопротивлялась, но её губы сложились в жесткую линию. — Стори. Пожалуйста. Расскажи мне, что происходит, — взмолился он, надеясь, что ласковое прозвище смягчит ее. — Я просто хочу помочь. Она посмотрела на него, с непроницаемым выражением лица, и на одну блаженную секунду Тео убедил себя, что попал в цель. Сейчас она наконец скажет ему правду. Затем она открыла рот и сказала: — Ты и так знаешь, как можешь мне помочь. Его надежда была уничтожена одним ударом. Тео опустил руки и словно обмяк. Он сделал шаг назад, внезапно остро ощутив свою наготу и холод комнаты. Его глаза закрылись, защищая его от выражения, которое, он знал, будет на ее лице. Но воображение предало его, все равно нарисовав этот холодный гнев и болезненное разочарование. Он знал это лицо достаточно хорошо, чтобы воссоздать его вслепую. — Что угодно, Стори, — сказал он. — Проси о чём угодно, но только не об этом. — Это единственное, что мне нужно, — резко сказала она. — Если ты не можешь этого сделать, значит, ты не можешь мне помочь. Она вытащила палочку и провела ею над полом. Его одежда взмыла вверх и полетела к нему с куда большей силой, чем было нужно. — Выход найдёшь сам, ладно? У меня есть дела, — сказала она. — Астория! Остановись! Пожалуйста, ты же знаешь, я никогда не стал бы тебя осуждать. Просто скажи, что происходит, и я найду способ... — Тео, — сказала она, обрывая его. — У тебя два варианта. Либо уйти прямо сейчас, либо согласиться жениться на мне. И он ушёл.