Встретимся в Стране грёз | Meet me in Dreamland

Драко нужно было взять свои грёбаные эмоции под контроль, немедленно.  Меряя шагами коридор у входа в Большой зал, он пытался успокоиться, прежде чем сделать что-нибудь крайне глупое. У него не было непроизвольных магических всплесков с тех пор, как ему исполнилось шесть или семь. Он ведь мог кого-нибудь покалечить. По правде говоря, он собирался это сделать, но тот, кому предназначался удар, стоял слишком близко к той, кого он ни за что не хотел задеть. Возможно, именно поэтому огненный шар взорвался над ними, а не прямо перед предательским лицом Тео. Мерлин, этот вечер был катастрофой. Это было не его дело, с кем Грейнджер танцует. И уж тем более не его дело, будет ли она целоваться с кем-то посреди Большого зала. Совершенно не его. С другой стороны, это становилось делом Драко, если его лучший друг крутил роман с его поставщицей единорогов. Красовался с ней перед всеми и… и касался её. Это было крайне непристойно. Подобное предательство нельзя было оставить без внимания. Он без труда нашёл Тео, который вышел из уборной на первом этаже, без бабочки и неловко приглаживая волосы. Они были сильно подпалены. Хорошо. — Нотт. — Малфой, — насмешливо отозвался Тео, несмотря на необычно мрачное выражение лица. — Сегодня что, вечер официальных обращений? Я что-то натворил?  Во что играл Тео? Всё было до боли очевидно — Грейнджер не для него! Она совсем не в его вкусе, и на то есть причина! Связаться с Грейнджер означало прессу, давление, обязательства и целую армию тупоголовых гриффиндорцев, которые разорвут любого, кто посмеет её обидеть, — и это ещё если легко отделаться! Тео всегда любил играть с огнём, но сейчас он явно заходил слишком далеко. — Ты прекрасно, чёрт возьми, знаешь, что натворил, — прорычал Драко. — Да, но не вижу, в чём тут проблема, — ответил Тео, прислоняясь к стене замка и засовывая руки в карманы. — Ты солгал. Это во-первых, — заметил Драко. — Когда это я солгал? — Как ты уговорил Грейнджер пойти с тобой? Тео пожал плечами. — Я солгал. Драко закатил глаза. — Совсем немного! — добавил Тео. — Безобидно, правда. Я всего лишь сказал ей, что мне нужно заставить бывшую девушку ревновать. Драко фыркнул. Нелепо. У Тео не было ни одних серьёзных отношений… вообще никогда. Самая длинная его интрижка, насколько помнил Драко, случилась с какой-то русской наследницей и длилась примерно неделю, что для него было редким исключением. Обычно он придерживался старой тактики «переспать и исчезнуть». — И она в это поверила? — спросил Драко. Тео пожал плечами. — У неё были свои мотивы. Уговаривать почти не пришлось. Драко это крайне заинтересовало, но у него хватило самообладания этого не показать. Какие такие тайные мотивы могли быть у Грейнджер, чтобы пойти на свидание с Тео Ноттом? — К тому же, по-моему, я ей и правда нравлюсь. Я её очаровал. Может, наше свидание и началось с крошечной лжи, но я уверен, что сегодня она отправится домой со мной, — с самодовольной ухмылкой добавил Тео, явно с наслаждением забивая очередной гвоздь в крышку собственного гроба. Белая, обжигающая ярость вспыхнула в глазах Драко, но он снова сдержался. Не его. Она не его. Та версия, что была его… находилась где-то в другом месте. Кто-то прошёл мимо по коридору, с любопытством завернув в их сторону. Драко одарил его таким взглядом, от которого бы съёжилась венгерская хвосторога, и не двинулся с места, наблюдая, как гость поспешно удаляется. На всякий случай Драко достал палочку и наложил заглушающие чары на их участок коридора, прежде чем снова повернуться к Тео. — Грейнджер не твоя забава. Она не из тех, кого ты используешь и бросаешь, Нотт. Она мне нужна. Мне нужно добиться её расположения. Держись от неё подальше, ясно? — Если ты хочешь добиться её расположения, то почему ты весь вечер ведёшь себя с ней как последний придурок? — парировал Тео. Драко промолчал. Чёрт. Так и было. Он вёл себя именно так, да ещё и продолжил, когда Тео не оказалось рядом. Почему ему сегодня никак не удаётся сохранить хладнокровие? Грейнджер наверняка теперь возненавидит его ещё сильнее, если это вообще возможно. — Видишь? Если уж на то пошло, я в каком-то смысле помогаю тебе! — сказал Тео. Драко был в шаге от того, чтобы закричать от злости. — Нотт. Тео. Тут… происходит кое-что. О чём ты не знаешь. Тебе нужно держаться от неё подальше. Просто поверь мне, — сказал Драко. Тео прищурился. — Почему? — Почему ты должен мне верить? — спросил Драко. — Нет. Скажи, почему я должен держаться от неё подальше. Назови хотя бы одну вескую причину, о которой я ещё не подумал, и я это сделаю. Тео скрестил руки на груди, ожидая ответа. Если честно, Драко нечего было сказать. У него не было никаких оснований претендовать на Грейнджер. Даже рассказ о Еиналеж не стал бы достаточной причиной, чтобы удержать Тео подальше от реальной Грейнджер. — Ну? — приподнял бровь Тео. Стиснув зубы, Драко признал поражение. — Мне просто нужно, чтобы ты мне поверил. Тео какое-то мгновение разглядывал его с любопытством, после чего оттолкнулся от стены. — Если у тебя нет ни одной убедительной причины, по которой мне следует держаться от неё подальше, а сама она совершенно не против встречаться со мной, то я не собираюсь ей отказывать, — сказал он. Не успел Драко возразить, как Тео развернулся и зашагал прочь, оставив его стоять с открытым ртом. И жалея, что его огненный шар не сжёг волосы Тео дотла. Возможно, стоило просто признать поражение и поехать домой. Драко сомневался, что сможет выдержать ещё хотя бы пять минут, наблюдая, как Грейнджер льнёт к Тео, не говоря уже о двух часах. Если только не напиться как следует. — О, Драко.  Он обернулся и увидел Асторию, выходящую из туалета, и внезапно почувствовал огромную благодарность за наложенные ранее заглушающие чары. Он совсем забыл, что она там.  — Привет, дорогая. Я… — он запнулся, увидев её. Она выглядела… что ж, иначе и не скажешь — ужасно. И чем внимательнее Драко её разглядывал, тем плачевнее казалась картина. Волосы растрепались, из некогда идеального пучка выбились целые пряди. Платье действительно обгорело, и теперь несколько верхних слоёв лёгкой ткани почернели и обтрепались. Под покрасневшими глазами тянулись тёмные разводы туши, а в руке она держала туфли, которые тоже выглядели не лучшим образом. В довершение всего, по тому, как она нетвёрдо покачивалась при ходьбе, было очевидно, что она пьяна. Драко не следил за тем, сколько она пьёт, но, должно быть, она осушила куда больше бокалов, чем он предполагал. Она медленно моргнула, глядя на него расфокусированным взглядом. Казалось, она слегка дрожит, как будто ей холодно. А потом она мелко и быстро замотала головой из стороны в сторону, плотно сжав губы.  — Астория… ты в порядке? Эти слова будто прорвали плотину. Вой, вырвавшийся из Астории, накрыл его, как цунами. — НЕТ! — закричала она. — Я ни хрена не в порядке! Я влюблена в аб-со-лют-но-го придурка, которому на меня плевать! У неё заплетался язык, слова звучали неразборчиво, а щёки покраснели от злости. — Я сказала им… Я сказала им, что постараюсь, и я стараюсь! Всю ночь, Драко, я пытаюсь всё исправить! Пытаюсь сохранить мир! Между тобой, ими и всеми остальными! Пытаюсь держать моих глупых родителей подальше от моей глупой сестры и её глупой девушки, чтобы сегодня, чёрт побери, никто никого не убил! Постоянно! И они, естественно, ничуть не помогают, целуются в чёртовых коридорах и танцуют у всех на глазах! Быть отвергнутой семьёй — это одно, но быть убитой? И я пыталась отвлечь их тобой! Но ты так зациклен на себе, что тебе просто плевать… М-мы должны были быть идеальными, Драко! Я столько раз пыталась тебе это сказать! Идеальными! Иначе… иначе… случатся плохие вещи, понятно? Плохие, очень плохие вещи. Я пыталась привлечь твоё внимание, пыталась объяснить, как для меня важен этот вечер, но НЕТ! Ты даже не можешь сделать вид, что пришёл ради меня хотя бы на один! вечер! Ты почти не разговариваешь с моими родителями, не знакомишься с их друзьями, не танцуешь со мной, ты даже НЕ СМОТРИШЬ НА МЕНЯ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! Её слова разнеслись по залу эхом, и Драко задумался, справятся ли его заглушающие чары. Затем Астория громко и надрывно разрыдалась. Он почувствовал себя так, словно она его прокляла, и не мог понять, что она говорит. — И я знаю, что ты меня не любишь, — сказала она уже тише, словно эти слова давались ей с трудом. — Я знаю, что ты бы предпочёл одну из них, так же, как… но я думала, ты другой. Я думала, ты поймёшь! Я думала, у нас может всё получиться, если я буду стараться изо всех сил, но ты совсем не пытаешься! — О чём ты вообще говоришь? — попытался вставить Драко, но Астория продолжала, будто не слышала его. — Ты меня ненавидишь! — провыла она, и слезы ручьями потекли по ее щекам. — Ничего не выйдет, если ты меня ненавидишь и просто не можешь меня выносить! Я тебе надоела! Я знаю, что надоела! Ты скорее взорвёшь всё к чёртовой матери, чем уделишь мне хоть минуту внимания! Думаешь, я не поняла? — всхлипнула она, кивая. — Я поняла. Сразу, как только это случилось, поняла. И я знаю, что дело во мне. Я это вижу! Я понимаю это, когда ты на меня смотришь. Если ты вообще смотришь. Она замолчала, тыльной стороной ладони вытерла рот, размазывая остатки безнадёжно испорченного макияжа. — Астория... — Нет. Не извиняйся! Не хочу это слышать. Он был прав. И не прав тоже! Но он был прав. Я просто… всё. Я больше не могу. Хватит пытаться. Ничего не выйдет. Я просто… я просто скажу им «нет». — Кому ты скажешь «нет»? — настойчиво спросил Драко. — Кто был прав? Но Астория его уже не слушала. Она шла босиком по коридору, шатаясь из стороны в сторону. Драко бросился следом, пытаясь подхватить её, чтобы она не завалилась набок, но Астория с неожиданной силой оттолкнула его, едва не впечатав в гобелен. — Прекрати! Я иду домой. Свадьба отменяется. Мне просто придётся… как-то выкрутиться. Они поймут. — Что? — хрипло произнёс Драко. — Астория! Она не ответила, даже не обернулась. Голос её перешёл в невнятное бормотание, пока она удалялась. Драко так и остался стоять на месте, будто его оглушили. Что, чёрт возьми, только что произошло? Он стоял в тёмном, продуваемом сквозняками коридоре замка, который когда-то называл своим домом, и слова Астории медленно оседали у него в голове. Свадьбы не будет. Он ждал, что почувствует отчаяние. Боль. Злость. Хоть что-то. Но в основном он ощущал только растерянность. И какую-то пустоту. Что с ней вообще сегодня случилось? Он знал, что она была немного на нервах, ведь она старалась выглядеть безупречно, произвести впечатление на родителей, но не понимал, как всё могло дойти до такого. Как он мог не заметить, что она столько выпила? Что еще он упустил из виду? Как ни неприятно было это признавать, в чём-то она была права. Он и правда почти не обращал на неё внимания. И хотя он был далек от того, чтобы ненавидеть Асторию, она была права в том, что он не был в неё влюблен. По крайней мере, ему так казалось. Он никогда раньше не влюблялся, так что не мог сказать наверняка. Впрочем, он не думал, что она будет против. Такие, как они, — выходцы из старых семей, — никогда не женились по любви. Супружеская любовь взращивалась дома, спустя много лет после свадьбы, в окружении детей, общих амбиций и уюта. Но больше всего Драко мучило ощущение, что он чего-то не понимает. Если бы он знал, что его задача сегодня — отвлекать мистера и миссис Гринграсс от Дафны и Пэнси, он бы справился куда лучше. Но Астория ведь ничего такого ему не сказала. Она только твердила про «произвести хорошее впечатление» и про их «первый выход в свет в качестве помолвленной пары». И он ведь старался, разве нет? Он же разговаривал с её родителями! Чёрт. Мать была бы в ярости. Драко откинул голову назад, уставившись в потолок и пытаясь ровно дышать. Краем глаза он уловил какое-то движение. Драко выхватил палочку, даже не успев понять, кто или что перед ним. По старой привычке он бросился в атаку и молниеносно произнес оглушающее заклинание. Вспышка красного света — и его жертва рухнула на пол, рассыпавшись копной роскошных каштановых локонов и темного атласа. Сердце ухнуло вниз. Грейнджер. Он только что оглушил Грейнджер! Она, должно быть, юркнула за гобелен, чтобы спрятаться от него. А значит, она была там ещё до того, как Астория пошла в эту сторону, до того, как он развернулся и пошёл за ней. Она наверняка слышала весь их разговор. Или, по крайней мере, его конец. Драко застонал, с трудом подавляя желание что-нибудь ударить. Из всех людей, которых он мог сегодня оглушить! Теперь ему предстояло привести в чувство чёртову Гермиону Грейнджер и выяснить, что именно она успела услышать. Прекрасно. Только этого ему и не хватало. Он смотрел на неё сверху вниз, чувствуя себя побеждённым. Он не мог просто оставить её лежать здесь без сознания, хотя вид её гладкой ноги, выглядывающей из высокого разреза платья, был до неприличия притягательным. — Реннервейт, — мрачно произнёс Драко, посылая в неё луч белого света. Грейнджер пошевелилась, застонала и приподнялась, опираясь на руки. Моргая и растирая то, что, вероятно, было серьёзной шишкой на голове, она подняла на него взгляд. — Малфой? Что… ты меня оглушил? — Ты подкралась ко мне, — сказал Малфой, чувствуя, как в нём поднимается защитная реакция. — Неприлично подслушивать чужие разговоры, Грейнджер. А вот и знакомая Грейнджер. Та самая. Щёки её вспыхнули от гнева, и она смерила его испепеляющим взглядом, поднимаясь на ноги и слегка запнувшись о подол платья. — Я вовсе не собиралась подслушивать! Я просто зашла туда, чтобы не мешать. Было ясно, что вы говорите о чём-то… важном, — она мельком взглянула на него, расправляя подол. — Если уж тебе так интересно, я направлялась в библиотеку. — В библиотеку? — сказал он, позволяя недоверию сочиться из каждого слога. Грейнджер перебросила блестящие волосы через плечо. — Да. Я скучала по библиотеке Хогвартса. Она всегда была моим любимым местом в замке. Я просто хотела заглянуть туда и увидеть её снова. О. Что ж, он и так это знал. Сколько раз он видел её между стеллажами, уткнувшуюся носом в пыльную книгу? К тому же ещё недавно он и сам собирался устроить себе небольшую экскурсию по местам былой славы, разве нет? Ему не за что было её винить. Но это не означало, что он не попытается. — Как много ты слышала? — спросил он. Грейнджер виновато прикусила губу. Чёрт. Нет! Не смотри на её губы! — Немного. Только… эм… самый конец, — сказала она, виновато поморщившись. Ну конечно. К тому моменту, как Астория объявила, что свадьбы не будет, она уже вышла из зоны действия его заглушающих чар. Великолепно. — Я ничего не скажу! — настаивала Грейнджер. — Это действительно не моё дело. И… прости, Малфой. Лицо Драко исказилось. — Да какая разница, Грейнджер. Мне не нужна твоя жалость, и мне всё равно, что ты слышала — можешь рассказать «Ежедневному пророку», мне плевать. Её брови взлетели вверх, но она ничего не сказала. — Ладно. Тогда я пойду. Грейнджер шагнула, собираясь пройти мимо, но вдруг замерла, уставившись на пол. Драко проследил за её взглядом и заметил маленькую сумочку, которую она только что уронила, и из которой выпал… Нет. Этого не может быть. Грейнджер так быстро схватила сумочку и её содержимое, что Драко почти поверил, будто ему померещилось. Но нет. По смущённому, паническому выражению на её лице было ясно: она уверена, что он всё видел. Вот же. Мелкая. Воровка. — Увидимся, Малфой! — пискнула она и почти бегом умчалась прочь. У него отвисла челюсть. Это ж надо! Обчистить его, попасться и спокойно упорхнуть, как ни в чём не бывало! Ха! Это что за херня сейчас произошла? Что ж. Вряд ли её будет трудно выследить. Он знал, куда она направляется. Он последовал за ней на расстоянии, дав ей фору в целый коридор, прежде чем рвануть следом. Когда она вообще успела подобраться так близко? Медальон весь вечер лежал у него в кармане. Он бы точно заметил, если бы она сунула руку в его пиджак. Может, она действовала с сообщником? Или призвала медальон магически? Но откуда она вообще знала, что он там? Он непременно это выяснит. Грейнджер оставила двери библиотеки приоткрытыми. Обычно мадам Пинс к этому часу их запирала, значит, Грейнджер взломала замок. Драко едва удержался, чтобы не закатить глаза. Скорее всего, не в первый раз. Зубрила. Он скользнул внутрь, тихо прикрыл двери и запечатал их коротким заклинанием. Пусть теперь попробует сбежать. Его ноздри уловили до боли знакомый аромат. Старый пергамент, пыль, кожа. В нём поднялись воспоминания о долгих часах, проведённых в этом тёмном, просторном и более жутком, чем он помнил, помещении. Оранжевый свет её фонаря мерцал за стеллажом у Запретной секции. Она даже не думала прятаться! Наверняка решила, что всё прошло гладко, что успела стащить медальон до того, как он её увидел. Ему хотелось рассмеяться от абсурдности происходящего! Настоящая Грейнджер крадёт его медальон Еиналеж! Если бы она только знала, что он видит, когда открывает его! Она бы упала в обморок на месте, а может и вовсе впала бы в кому. Драко подкрался вперёд, держа палочку наготове и выжидая идеальный момент для атаки.  Когда он добрался до её ряда, Грейнджер стояла к нему спиной, склонив голову, читая названия на корешках книг и блаженно не подозревая о его присутствии. Сумочку она оставила на столе между ними. Как любезно с её стороны. Он потянулся к ней, просунул пальцы через застёжку, ухватил тонкую цепочку и беззвучно вытащил медальон. Всего один шаг. — Экспеллиармус! Её перепуганный визг превзошёл все его ожидания. Он прокатился по библиотеке, а палочка вырвалась у неё из руки с такой неожиданной силой, что звук больно ударил по ушам. Грейнджер резко развернулась, инстинктивно потянулась за палочкой, но та уже исчезла, затерявшись где-то в глубине зала. В ту секунду, когда её расширенные от шока глаза остановились на его руке, той самой, в которой он держал свой блестящий серебряный медальон, лицо её побелело. — Ты ужасный преступник, Грейнджер. Не бросай свою основную работу, — сказал он. Волна удовлетворения прокатилась по нему, когда он ухмыльнулся, наслаждаясь её ужасом. Так ей и надо, если честно. Она наверняка догадывалась, что вещь стоит дорого, но не могла и представить, насколько ценной она для него стала. Без сомнений, это была его самая драгоценная вещь. И будь он проклят, если позволит кому-то забрать её. — Вот и правильно, Грейнджер. Ты всерьёз решила, что сможешь обворовать меня и тебе за это ничего не будет? — произнёс он. — Об-обворовать? — запнулась Грейнджер. О, боже. Она что, правда настолько глупа, чтобы прикидываться дурочкой? Словно это могло на него подействовать.  — Да ладно, Грейнджер, — сказал Драко. — Ты же не думаешь, что можешь присвоить себе фамильную реликвию Малфоев, которой несколько сотен лет, а потом сделать вид, будто ничего не брала. Я думал, ты умнее.  Драко неторопливо шагнул вперёд, с явным удовольствием отмечая, как Грейнджер с каждым его шагом пятится назад, пока он не загнал её в угол между стеллажами. Хм. Прямо как в её кабинете, в версии из Еиналеж. Не то чтобы его члену сейчас требовалось напоминание об этом моменте. Он остановился прежде, чем приблизился слишком сильно. Сегодня вечером его самообладание и так держалось на волоске. — Это не то, что ты думаешь, Малфой, — сказала Грейнджер, переводя взгляд с медальона на его лицо. — Мне кажется, ты всё перепу… — Я ничего не путаю, Грейнджер, — сказал Драко. — Это моё. И ты это украла. — Нет, не крала, — настаивала она. — Я купила его. В небольшой лавке. Некоторое время назад. Драко закатил глаза. — Мерлин, Грейнджер. Ты правда рассчитываешь, что я поверю… Грейнджер внезапно дернулась и со скоростью кролика рванулась к нему. Пальцы Драко крепче сжали цепочку медальона, он резко отпрянул, но она не попыталась выхватить его. Нет, она была куда умнее. Она нацелилась на его другую руку. Его палочка выскользнула из пальцев быстрее, чем он успел моргнуть. Грейнджер уже держала её, развернув и нацелив ему в грудь, а в глазах её блеснула холодная решимость. Драко медленно сделал шаг назад. — Грейнджер. Не… — Акцио медальон! Драко сжал цепочку мёртвой хваткой, чтобы не дать ему вырваться из руки. Медальон качнулся, пытаясь выскользнуть, но если Грейнджер хотела его забрать, ей пришлось бы сначала аккуратно отсечь ему пальцы. Подол его пиджака взметнулся. Серебряная вспышка пронеслась по воздуху и опустилась на вытянутую руку Грейнджер. Она подняла находку, рассматривая. Его медальон. Из его кармана. Только… Драко опустил взгляд на свою руку, всё ещё крепко сжимавшую медальон, который он вытащил из сумочки Грейнджер. Их взгляды встретились.