Встретимся в Стране грёз | Meet me in Dreamland

По мнению Драко, если ты побывал на одном благотворительном приёме, считай, что видел их все. Удивительно, насколько мало они отличаются друг от друга. Везде одни и те же канапе и овощные закуски, одни и те же выступающие, одни и те же щедрые благотворители, и Драко был почти уверен, что парень за барной стойкой наливал ему мартини как минимум на трёх последних приёмах. Драко мог бы поспорить, что он сможет полностью пересказать программу сегодняшнего вечера, даже не взглянув на неё. И не имело значения, на что собирают средства — суть оставалась той же. Пожалуй, единственным отличием сегодняшнего вечера было место проведения. Вместо душного и наверняка чересчур дорогого зала, гостей собрали в Хогвартсе. Драко не бывал здесь уже много лет. Было до странности непривычно снова идти по сквознякам знакомых каменных коридоров под взглядами забытых, но смутно знакомых портретов. В конце концов он остановился, чтобы взглянуть на звёздное небо под заколдованным потолком Большого зала. Это место было его домом много лет. Здесь прошли все лучшие годы его жизни. И один или два худших. Вернувшись сюда, он почувствовал себя одновременно и ребёнком, и стариком. Большой зал был украшен тысячами мерцающих свечей, заливающих помещение тёплым светом. Народу собралось немало; Драко узнал многих представителей волшебной элиты. Он обменялся дежурными улыбками с заместителем министра, стоявшим на другом конце зала, который выглядел так, будто с куда большим удовольствием выпил бы что-нибудь покрепче шампанского. Большинство людей, которых Драко действительно уважал, ещё не пришли, и это было досадно. Придётся немного подождать, отметиться перед нужными людьми, сделать показательно щедрое пожертвование, и только потом можно будет улизнуть вместе с Тео и Пэнси, чтобы побродить по старым местам. — Говорят, студентов на вечер заперли в гостиных, — сказала Астория, стоявшая рядом с ним в какой-то странной, напряжённой позе. Она перехватила чей-то взгляд на другом конце зала, коротко помахала с натянутой улыбкой, а затем подняла левую руку, чтобы пригладить за ухом и без того идеальные волосы. От этого крупный квадратный бриллиант на её пальце вспыхнул в свете свечей. Драко с трудом удержался от усмешки. Это был их первый выход в свет в качестве помолвленной пары (о чём она напомнила ему уже, по меньшей мере, пятнадцать раз), и он знал, что она с нетерпением ждала возможности им похвастаться. Белое платье было почти свадебным: пышная юбка до колена придавала ей вид глазированного торта. В ушах висели бриллиантовые серьги, которые он купил ей в качестве извинения за тот скандал на встрече по поводу единорогов. Забавно, но ей казалось, что у него отличный вкус, когда дело касалось украшений, которые он ей дарил. Вот только это почему-то не распространялось на украшения, которые носил он, поскольку она уже несколько раз пыталась уговорить его снять серебряные кольца. По её словам, они были «неуместны на руке помолвленного мужчины». Перед самым выходом он надел ещё два, просто так. — Удивлюсь, если мы не встретим хотя бы парочку, — спокойно отозвался Драко. — Я бы точно сбежал, будь на их месте. Астория издала пронзительный смешок, такой фальшивый, что у него чуть не заложило уши. Что с ней сегодня такое? — Как думаешь, наши будущие дети будут нарушать правила? Или окажутся такими же правильными, как я? — спросила она. Драко едва удержался, чтобы не поморщиться. Она хотела поговорить о детях? Прямо сейчас? — Думаю, они будут маленькими исчадиями ада, — сказала Астория, всё с той же неестественной, напряжённой улыбкой. — Но они будут знать, как не попасться, так что наверняка станут старостами. — Ммм, — уклончиво ответил Драко. Если честно, разговоры о детях его немного пугали. Разумеется, они у него будут. Нужно же продолжать линию Малфоев и всё такое. Он был уверен, что как только они появятся на свет, он внезапно откроет в себе глубокую и прочную любовь к ним. Разве не так это бывает у всех родителей? В конце концов, от него ведь не требовалось любить их до рождения, так что он не собирался и пытаться. — Родители скоро будут. Мама предупредила, что они немного задерживаются. О, а вот и Поппи! Она говорила, что придёт сегодня. Ох, только не это… Похоже, она разговаривает с Максвеллом Чаббоком. Я слышала, он… Драко рассеянно водил пальцами по гладкому медальону в кармане. Мысли уплывали. С лёгкой нервозностью он огляделся по сторонам, задаваясь вопросом, не появится ли кое-кто сегодня. Это ведь в её духе, не так ли? Маггловские благотворительные организации, добрые дела и прочее? Одна только мысль о том, что он снова увидит её, вызывала желание броситься к бару и заказать самый крепкий напиток. Он не был уверен, что вообще справится. Особенно если она его проигнорирует. Он сомневался, что сможет ответить тем же. В любом случае он был готов постараться. Ещё днём он нашёл одно удобное заклинание — оно делало взгляд стеклянным, как будто он рассеянно смотрит в пустоту, скучая как обычно. Это позволяло пристально следить за кем-то, не выдавая, на кого именно он смотрит. Более того, движения палочкой были настолько просты, что их можно было сделать прямо в кармане. Заклинание произносилось без слов, и он мог наблюдать за… ну, за кем угодно. Никто ничего не заподозрит. — ...что ты об этом думаешь, Драко? — сказала Астория, звук его имени внезапно выдернул его из раздумий. — Эм… да. Совершенно верно, — наугад ответил он. Астория метнула в него раздражённый взгляд. — Я спросила, какого цвета, по-твоему… — Драко, дорогой! Вот ты где! Драко почувствовал огромное облегчение, услышав своё имя. Он обернулся и увидел Пэнси, идущую к нему. Бахрома на её длинном зелёном коктейльном платье мягко покачивалась у лодыжек. Позади шла Дафна в парадной мантии, подчёркивающей её соблазнительные формы. Она бросила короткий настороженный взгляд на Асторию, но тут же повернулась к Драко. Пэнси поочерёдно поцеловала его в обе щёки. — Пэнси, Дафна. Как вы? Устроились на новом месте? — спросил он. Краем глаза он заметил, как голова Астории резко дёрнулась в его сторону. Вероятно, она удивилась тому, что он знал о недавнем переезде. Он не обратил на неё внимания. — Очень хорошо, спасибо, — просияла Пэнси. — Ты получила моё письмо? — Да, но у меня ещё не было возможности его прочитать. — Ах, неважно! Прочти, как только сможешь! — беспечно сказала она. Слишком беспечно, по его мнению. Но напряжение между двумя сёстрами, стоявшими рядом, было таким густым, что его можно было рассечь режущим заклинанием, так что он понимал стремление Пэнси сгладить неловкость. — Боже мой, Астория! Какой камень! Астория застыла как олень, ослеплённый фарами, пока девушка её сестры подняла её руку, чтобы рассмотреть кольцо поближе. Она резко выдернула ладонь из руки Пэнси и вместо этого вцепилась в руку Драко. Улыбка Пэнси стала натянутой. — Не переживай, дорогая. Я не собираюсь его красть, — сказала Пэнси с притворной улыбкой и покосилась на Драко. — Свой шанс с ним я уже упустила, не так ли? Зато в итоге получила кое-что получше, разве нет? Пэнси отступила на шаг и взяла Дафну под руку, зеркально повторяя позу Астории. Дафна, словно окаменев, молча ждала реакции сестры. После напряжённой паузы Астория повернулась к Драко. — Я сейчас вернусь. Заметила друзей, с которыми хочу поговорить, — сказала она. Все трое проводили её взглядом. — Твоя невеста довольно груба, Драко, — легко заметила Пэнси. — Не думаю, что она знала о вашем приезде, — ответил он. — Скорее всего, просто растерялась. — Она не умеет справляться с такими ситуациями, — тихо сказала Дафна, чуть качнув головой. — Наши родители… они бывают довольно жёсткими. Ей пришлось принять несколько непростых решений. — Это её не оправдывает, — фыркнула Пэнси. — Мне тоже пришлось выбирать между тобой и родителями. То, что ей сейчас тяжело, вовсе не значит, что её надо за это прощать. Решение всё равно было неправильным, каким бы «сложным» оно ни было. Дафна при этих словах заметно побледнела. Драко лихорадочно пытался подобрать слова и, к своему сожалению, не находил ни одного. По правде говоря, он не так уж много знал об этой истории. Астория рассказала ему только самое основное: их родители отреклись от Дафны после её каминг-аута, а отношения самой Астории с ними зависели от того, последует ли она их примеру и откажется ли тоже от сестры. Он понимал, что там наверняка есть нечто большее, но ничего сверх этого ему никто не рассказывал. — К слову о ваших родителях, — неуверенно начал Драко, сомневаясь, стоит ли вообще поднимать эту тему. — Они вроде как должны приехать сегодня. Я не был уверен, знаете ли вы об этом. Дафна тревожно переглянулась с Пэнси, и та ответила ей сжатыми губами. — Мы подозревали, что они могут прийти, — проницательно заметила Пэнси. — Но мы абсолютно точно намерены избегать их любой ценой. И уверены, что они поступят так же. Последнее, чего хотелось бы Памеле Гринграсс, — это скандала. Драко кивнул. Он точно не собирался вмешиваться в этот план. Дафна откашлялась. — Что ж. Мне нужно выпить! Кто-нибудь ещё хочет чего-нибудь? — сказала она. Выслушав их поспешные заказы на напитки, Дафна направилась в противоположную от сестры сторону. Как только она ушла, Пэнси придвинулась к Драко достаточно близко, чтобы можно было говорить так, чтобы их никто не услышал. Бок о бок они смотрели на Большой зал, наблюдая, как гости слоняются по залу, болтают и смеются. Астория разговаривала с Поппи, на которой было платье совершенно отвратительного, истошного фиолетового цвета. С ёкнувшим от предвкушения сердцем, Драко заметил Поттера на другом конце зала, разумеется, в сопровождении девчонки Уизли. Грейнджер, однако, нигде не было видно. Точь-в-точь как её Еиналеж версия, — с горечью подумал он. Неважно. Всё, что он сказал прошлой ночью, было искренне. Пусть исчезает сколько угодно. Он всё равно найдёт её снова. Даже если она не захочет, чтобы её нашли. Даже если ему понадобится десятилетие исследований, чтобы понять, как устроен медальон, и ещё одно десятилетие межпространственных поисков, он сделает это. Он во что бы то ни стало вернётся к ней. Обещание есть обещание. Пэнси наклонилась ближе и заговорила вполголоса. — Мне тут пришла в голову одна мысль, — сказала она. — И чего ты хочешь? — протянул Драко, прекрасно понимая, к чему всё идёт. Пэнси ухмыльнулась. — Дафне закрыт доступ в дом Гринграссов. Она не может попасть туда ни через каминную сеть, ни с помощью аппарации, а все её письма возвращаются нераспечатанными. У неё нет никакого способа связаться с сестрой так, чтобы об этом не узнали родители. — Дерьмово, — сказал Драко, взглянув на Пэнси. — Но я не понимаю, как могу на это повлиять. Вряд ли они изменят своё мнение только потому, что я их попрошу. — Я и не прошу тебя менять их мнение. Но ты бы согласился передавать письма от Дафны Астории? Пусть она читает их у тебя, чтобы родители ничего не узнали. Драко нахмурился. Просьба звучала просто, но последствия вполне могли оказаться куда сложнее. — Я не могу гарантировать, что она вообще станет их читать. Она может решить сразу же отправить их в камин. А если ей взбредёт в голову рассказать об этом родителям, мои будущие родственники будут крайне недовольны всеми нами, особенно мной, — заметил Драко. — Им и не нужно об этом знать. Да, Астория действительно может не читать письма, но она не станет рассказывать родителям, что получает почту от Дафны в поместье Малфоев. Она слишком испугается, что её лишат возможности приезжать к тебе, — сказала Пэнси. Драко кивнул. Это было правдой. — Хорошо. Но адресуй письма мне и указывай на них своё имя, а не имя Дафны. Я бы не хотел, чтобы моя мать их увидела и побежала сплетничать с Гринграссами. — Я так и сделаю. Спасибо, Драко, — сказала Пэнси. — И если она не захочет их читать, я не стану настаивать. Договорились? Губы Пэнси сжались в тонкую линию. — Да. Я понимаю, что ставлю тебя в непростое положение. Просто я не могу спокойно смотреть на Дафну в таком состоянии и ничего не делать, понимаешь? Её это убивает. Она винит себя в том, что я поссорилась с родителями, и не хочет поступать так же со своей сестрой, но… ну, им действительно нужно поговорить, и я не вижу другого выхода. Драко снова кивнул. — Я сделаю всё, что в моих силах. Ты хочешь, чтобы я тоже попытался с ней поговорить? — сказал Драко, немного нервничая. Что, чёрт возьми, он ей скажет? Пэнси приподняла бровь. — Будешь ли ты обсуждать такие вещи со своей будущей женой, решать не мне, Драко, — заметила она с нажимом. — Вы тут, случайно, не замышляете захват волшебного мира? — спросила Дафна, подходя к ним. — Я принесла напитки! Оливок, правда, не было, Драко, извини. Драко и Пэнси приняли бокалы, и Драко сделал большой глоток. — Кстати, ты не знаешь, Тео сегодня будет? — спросила Дафна у Драко. — Я только что столкнулась с Блейзом, и он сказал, что Тео, скорее всего, не придёт. Что-то связанное с семьёй… — Мне он ничего об этом не говорил, — ответил Драко, оглядывая зал. — Возможно, я пропустил от него сообщение. Если честно, Драко должен был этого ожидать. Тео всегда ненавидел такие душные мероприятия и нередко отказывался в самый последний момент. «Семейные проблемы» были его самым излюбленным оправданием, и, поскольку он был Ноттом, люди, как правило, этому верили. — Завтра перескажем ему все сплетни, — пообещала Пэнси, сделав глоток. — Хотя вряд ли он что-то пропустит. Эта публика — тоска смертная. Она сморщила нос. — Ага. Мне, пожалуй, стоит вернуться к Астории. Её родители наверняка захотят со мной увидеться, — сказал Драко. — Иди, иди. Навстречу своей гибели! Увидимся позже, — подмигнула Пэнси. Она повернулась и повела Дафну к танцполу, и в этот момент из её кармана что-то выпало и, кружась, опустилось на пол. — Эй, Пэнс! Ты это уронила… Но её уже и след простыл. Драко наклонился и поднял то, что упало. Это оказалась карта таро. Перевернув её лицевой стороной, он увидел слово «Справедливость», крупно выведенное под изображением женщины, сидящей на троне, с мечом в одной руке и весами в другой. Он сунул карту в карман, решив вернуть её Пэнси позже. А пока ему действительно стоило вернуться к Астории. Драко пробирался сквозь толпу, на секунду остановившись, чтобы поздороваться с Макгонагалл (поразительно, но она выглядела точно так же, как в его детстве, вплоть до тугого пучка седых волос на затылке) и Бетраму Далримплу, главе Британского альянса волшебников и магглов. Вымученно рассмеявшись над совершенно ужасной шуткой про фондюшные котлы и доброжелательно пообещав позже подвести к ним свою невесту, Драко снова двинулся дальше. Он нашёл Асторию рядом с родителями и поморщился, когда её напряжённое выражение сменилось гримасой улыбки, стоило ей заметить его приближение. Серьёзно, с ней сегодня что-то не так. Казалось, что от этой улыбки ей физически больно. Возможно, стоило захватить для неё флакон Успокаивающего зелья. — Драко! Вот ты где. Мы уже начали переживать, что ты упал в чашу с пуншем! — сказал мистер Гринграсс, хлопнув его по спине и расхохотавшись над собственной шуткой. — Ах, вы так идеально смотритесь вместе! — сказала миссис Гринграсс, окинув взглядом Асторию и Драко, которые стояли рядом. Они с мужем, похоже, специально подобрали парадные мантии, выдержав их в одинаковых бежево-чёрных тонах. — Очень надеюсь, что сегодня здесь будут фотографы! Такой момент просто обязан остаться в памяти. Драко не совсем понимал, что именно она имеет в виду под «таким моментом», кроме того, что они оба были при полном параде и находились не у себя дома. Это ведь не их праздник. Когда миссис Гринграсс принялась перечислять людей, с которыми хотела их познакомить — всех до единого Драко уже знал, но, разумеется, их «следовало представить заново как помолвленную пару», — он решил, что это удачный момент, чтобы опробовать своё новое заклинание: Окули фа́ллунт. Невзначай сунув руку в карман, он нащупал свою палочку и отчётливо произнёс заклинание про себя. На мгновение он засомневался, сработало ли оно. Зрение казалось совершенно обычным. Он оглядел зал, стараясь двигать только глазами, не поворачивая головы. Астория нахмурилась, переводя взгляд с его лица на зал и обратно, пытаясь понять, на что он смотрит, хотя смотрел он прямо на неё. Скрывая волнение, Драко незаметно окинул взглядом зал, отмечая все знакомые лица. Неподалёку Блейз болтал с Пэнси и Дафной. Уизли присоединился к сестре и Поттеру, и на его лице застыло кислое выражение. Похоже, у него не было пары — Драко предположил, что немногие женщины стали бы терпеть кого-то, кто выглядел таким растрёпанным уже через час после начала мероприятия. У этого человека вообще есть расчёска? Нет... скорее всего, он не мог себе этого позволить. А ещё там был старый Флитвик, разговаривавший с группой волшебников с нелепо длинными бородами. В общем, вечер обещал быть совершенно обычным и скучным. Возможно, Грейнджер всё-таки не придёт. Что ж, ладно. Всё равно она не имела никакого отношения к Грейнджер из Еиналеж , насколько он мог понять. Не было ни одной причины так тревожиться из-за мысли о встрече с ней. Даже если один только её вид напоминал ему о тихих вздохах и резких вскриках, о прикосновении кожи к коже. Не желая испытывать судьбу без надобности, Драко незаметно взмахнул палочкой, отменяя заклинание. Он моргнул, снова сфокусировав взгляд, и одарил Асторию пустой, ничего не выражающей улыбкой. Она выглядела заметно успокоившейся. Это было идеально. Пока он удерживал внимание Астории, точное направление его взгляда оставалось незаметным. — …очень надеюсь, дорогой, ты передашь Нарциссе, что мы сегодня по ней скучали, — продолжала миссис Гринграсс. — Застрять за границей именно сегодня! Какое невезение. Драко прикусил язык. Да уж, сущее невезение — «застрять» в пятизвёздочном отеле в Париже, закутавшись в шёлковый халат и потягивая Romanée-Conti. Сейчас Драко и сам был бы не прочь вот так «застрять», но кому-то всё-таки нужно было показаться на людях. — Она просто убита, — подтвердил он, покачав головой с самым серьёзным видом. — Ах, ну что ж. Ничего не поделаешь. В следующий раз, — рассеянно отозвался мистер Гринграсс, уже поглядывая в сторону бара. — Мы догоним вас позже, — сказала Астория, беря Драко под руку. — Мне нужно поговорить с Драко наедине, если вы не против. — Конечно, дорогая! — непринужденно ответила миссис Гринграсс, переключив внимание на центр зала, где люди уже начали танцевать. Астория вцепилась в руку Драко с пугающей силой и решительно повела его в самый дальний угол. — Астория, что происходит? — спросил Драко, как можно незаметнее высвобождая руку из её цепкой хватки. Она яростно уставилась на него. — Ты и сам знаешь, что происходит, — прошипела она. — Ты скрывал это от меня. Драко охватил страх. Как она узнала... — Дафна! — выпалила Астория, едва удерживая голос на уровне шёпота. — Ты с ней общался! И, судя по всему, регулярно. И с Пэнси тоже! Драко в замешательстве нахмурил брови. Она злилась на него из-за того, что он продолжал общаться с её сестрой? — Конечно, — сказал Драко. — Они мои друзья. То, что твои родители настолько недальновидны, что вычеркнули их из своей жизни, вовсе не значит, что я собираюсь поступать так же. Астория выглядела так, будто вот-вот взорвётся. — Но если они узнают… — Что они сделают? Отрекутся и от меня? — рявкнул Драко. — Они не вправе решать, с кем мне общаться. Астория стиснула зубы, закрыла глаза и глубоко вдохнула, раздувая ноздри. Наконец, с явным усилием, она снова посмотрела на него. — Ты скрыл это от меня, — обвинила она. — Ты встречался с ними, с моей сестрой и с твоей бывшей девушкой! Неужели тебе не пришло в голову, что я хотела бы об этом знать? Драко ошарашенно уставился на неё. О чём она вообще говорит? Она что, ревнует к Пэнси? Это же смешно — Пэнси лесбиянка! Вряд ли они когда-нибудь снова вернутся к их прохладным, натянутым школьным отношениям. А Дафна… он всегда с ней дружил. Это и не скрывалось, так почему Астория вдруг ведёт себя так, будто это какая-то сенсация? — Астория! Драко! Вот вы где! Их разговор прервал мелодичный голос. Поппи Ловетт в своём кричащем фиолетовом платье подбежала к ним, словно мутировавшая слива — слива, которая, по всей видимости, была совершенно не способна уловить очевидное напряжение, сгустившееся в воздухе вокруг них. — Так приятно снова видеть вас вдвоём! Папа уже успел рассказать мне о вашей встрече с Грейнджер! — прощебетала она, и при звуке этого имени у Драко скрутило живот. — Говорят, в таких вопросах она сущий кошмар! Во всяком случае, так я слышала. Если она ответила что-то, кроме категоричного «нет», думаю, у вас есть все шансы! — Поппи разразилась длинным, визгливым смешком. — Э-э… это хорошо, — сухо отозвался Драко. — Вообще-то, я думаю… о! О, смотрите, кажется, это мисс Грейнджер! По крайней мере, мне так кажется… Это она? — сказала Поппи, вытягивая шею, чтобы разглядеть кого-то в толпе за спиной Драко. Невольно Драко обернулся, проследив за направлением её взгляда, и увидел… Ох. Грейнджер действительно входила в Большой зал. На ней было чёрное, атласное платье, напоминавшее чернила, стекающие по греческой статуе. Её волосы, уложенные в блестящие, свободные локоны, подпрыгивали у плеч и были зачёсаны на одну сторону, открывая полоску кремовой кожи на шее, от которой у Драко в голове появлялись поистине ужасные, греховные мысли. Толпа едва заметно расступалась перед ней, хотя сама она, похоже, не замечала, какое впечатление производит на зал. На её губах играла яркая улыбка, когда она повернулась и потянулась к человеку, идущему рядом с ней. — Это Теодор Нотт? Здесь с Гермионой Грейнджер? — взвизгнула Поппи. Да. Это действительно был Теодор Нотт, подставляющий Грейнджер руку, пока они вместе входили в зал, улыбаясь друг другу так, будто делили какой-то секрет. Это был он. Причина, по которой Драко собирался сегодня совершить убийство.