Встретимся в Стране грёз | Meet me in Dreamland

Посещение Косого переулка не дало никаких результатов. Визит Драко в лавку «Боргин и Бэрк» обернулся лишь навязчивой попыткой продать ему проклятый галстук, который душил владельца. «Идеальный подарок для врага!». Поскольку Драко всё ещё не знал, кто или что стояло за вчерашними видениями, от покупки он воздержался. Он уже собирался аппарировать домой, как вдруг кое-что привлекло его взгляд. Густая, вьющаяся копна каштановых кудрей. Вышедшая из магазина Уизли. Сердце Драко забилось чаще. Какое совпадение. Он на мгновение замер, прислонившись к фонарному столбу на противоположной стороне улицы, стараясь остаться незамеченным, пока обдумывал, как поступить. Вероятно, ему стоило просто пойти домой. К чему гоняться за ней, как бродячий пёс, выпрашивающий крохи внимания? К тому же, не могло быть, чтобы вчерашнее видение показало настоящую Грейнджер, особенно если вспомнить слухи, что он о ней слышал. Скорее уж, искажённую версию. Женщина с повязкой немного напоминала её, но была куда привлекательнее — мягкая золотистая кожа, роскошная фигура. Только волосы выглядели идентично. Он всё равно был слишком далеко, чтобы рассмотреть её как следует. Она шла в противоположную от него сторону, поднимаясь по улице к «Флориш и Блоттс». Что ж, ему как раз нужно было купить пару книг. Разве есть закон, запрещающий им оказаться в одном книжном магазине? И всё же Драко изо всех сил старался не привлекать её внимание, идя по улице и незаметно проскальзывая в тесный, заваленный книгами магазин. Она медленно двигалась между стеллажами внизу, что-то выискивая. Драко осторожно поднялся по лестнице на второй этаж и время от времени поглядывал за ней через перила, чтобы не упустить из виду. Грейнджер была слишком увлечена книгами вокруг и совершенно не подозревала, что за ней ведется наблюдение. Она то и дело останавливалась, чтобы прочитать описание на обороте книги. Довольно скучное зрелище, по правде говоря. Чем дольше Драко наблюдал, тем сильнее убеждался, что вчерашняя Грейнджер и эта были абсолютно разными. Эта казалась слишком... мягкой. Слишком задумчивой. Ничуть не похожей на ту, что прошлой ночью умоляла его, потеряв всякий стыд. Грейнджер остановилась у стенда, взяла книгу и, пролистнув несколько страниц, улыбнулась чему-то, прикусив губу. Драко нервно сглотнул и отстранился от перил, стараясь взять себя в руки. Она, чёрт побери, прикусила губу! И этого оказалось достаточно, чтобы он снова очутился в той тёмной тесной комнате, с пером в руке, придумывая, как довести её до безумия своими прикосновениями. Он пробыл наверху ещё несколько минут, не решаясь подойти ближе. Иначе он мог сделать какую-нибудь глупость. Лишь когда она расплатилась за книгу (ту самую, из-за которой она прикусила губу), и вышла из магазина, он спустился вниз. В порыве глупейшего любопытства он подошёл к стенду, чтобы узнать, какую книгу она выбрала. Простой переплёт из тёмно-синей ткани и серебряная надпись на обложке: «Бал Принца». Пролистав страницы, Драко понял, что это сборник сказок. Точнее, их пересказ, но только для взрослых. Мерлин! Неужели это то, что интересует Грейнджер? Она, что, тайком мечтает о принце, который умчит её в закат? Мысль показалась Драко настолько нелепой, что он чуть не расхохотался. Она до сих пор верит в сказки про принцесс. Ну и чушь. Усмехнувшись, он поставил книгу обратно и вышел из магазина. Просто великолепно. Зачем он вообще за ней потащился. Теперь Драко был окончательно уверен, что настоящая Грейнджер не имела никакого отношения к тому, что он видел прошлой ночью. Ответ придётся искать в другом месте.

***

В этот раз Гермиона предусмотрительно расстелила полотенце. Если уж ей предстояло возбудиться до потери сознания, пока медальон будет занимать её разум, пусть хотя бы постель останется незапятнанной. Длинная цепочка серебряного медальона блеснула, когда она вытянула его из-под ворота своей ночной рубашки. Он немного напоминал ей Маховик времени, которым она пользовалась на третьем курсе. Да и чувство тайного волнения при его использовании было тем же. Гермиона задумалась, получится ли взять с собой партнёра в грёзы, если надеть медальон сразу на двоих, как это было с Маховиком? Хотя, она точно не собиралась никого с собой брать в свой личный мир фантазий. Это бы свело весь смысл на нет. Вчерашнее путешествие в её новый мир оказалось довольно полезным. Главным открытием стало понимание, что нельзя устанавливать жёсткие временные рамки. Поэтому она изменила чары: теперь медальон подбирал не только сцену по её предпочтениям, но и продолжительность пребывания. Так всё должно было завершаться естественно, доходя до своего логического конца. Сегодня она решила посвятить «Грёзам» не меньше часа и потому легла пораньше. Забираясь в постель, Гермиона чувствовала, как внутри всё дрожит от предвкушения. Она всё ещё не понимала, как выбрать конкретную фантазию, но надеялась, что заклинание подхватит её настроение и исполнит именно то, о чём она сейчас мечтала. В данный момент в голове крутилась только одна мысль: ей нужно узнать, кем был тот самый мужчина из вчерашней фантазии. Сдерживая улыбку, Гермиона взяла в руки маленький медальон и открыла его. Как и вчера, её накрыло странное чувство, будто она одновременно парила и тонула. Сознание мягко скользило в иной мир. Когда Страна грёз соткала вокруг неё новый мир, Гермиона распахнула глаза. Её перенесло на настоящий сказочный бал. Просторный зал с высоким потолком сиял в свете хрустальных люстр, стены утопали в резных узорах и мраморных статуях. Вокруг сновали гости в нарядах, которые, как предположила Гермиона, были модны в восемнадцатом веке, если не раньше. Опустив взгляд, Гермиона заметила, что и сама одета под стать гостям. На ней было изумительное платье из перламутрово-голубого шёлка с тугим корсетом и пышной кринолиновой юбкой. Конечно, с историей оно имело мало общего, но здесь это было неважно. Платье оказалось без рукавов, с поразительно глубоким декольте. Корсет только усиливал эффект, поднимая грудь почти к самой шее, туго стягивая её шнуровкой. Если бы не клочок полупрозрачного кружева у линии выреза, весь зал смог бы разглядеть её соски. Хотя пышная причёска и длинные белые перчатки придавали наряду вид благопристойности, Гермиона была поражена, сделав шаг и обнаружив, что под многослойными юбками её платья на ней… ничего нет. Ни панталон, ни сорочки — только шёлковые чулки, закреплённые на бёдрах подвязками. Стоило кому-нибудь приподнять подол, и ему тут же бы открылся весьма впечатляющий вид. Сглотнув, Гермиона огляделась, задаваясь вопросом, есть ли здесь ещё кто-то, одетый так же неподобающе. Но если этот кто-то и был, то скрывал он это просто мастерски. Пары важно кружились по залу, выпрямив спины и сохраняя почти пуританскую осанку, чётко следуя ритму оркестра. Остальные гости болтали и смеялись, потягивая шампанское и весело перешёптываясь. На мгновение Гермиона растерялась. Вокруг происходило так много всего, что она не понимала, с чего начать. Что придумали чары? Стоит ли подойти к кому-нибудь и пофлиртовать? От одной мысли об этом, в её стянутом корсетом животе запорхали бабочки. Это казалось… чересчур смело для такого места. Быстро найдя бокал шампанского, она решила, что немного храбрости ей не помешает. Вдруг с верхней площадки парадной лестницы зазвучали фанфары, возвещая о прибытии кого-то важного. Все обернулись, чтобы посмотреть на вошедшего. — Его Королевское Высочество, Великий Герцог Марчберрийский и первенец короля — Принц Драко Малфой! Гермиона так сильно поперхнулась шампанским, что оно едва не брызнуло из носа. Принц КТО?! Гермиона попыталась неловко промокнуть декольте. К счастью, никто вокруг, похоже, не заметил её неуклюжести, так как все взгляды были прикованы к фигуре, спускавшейся по лестнице. Это действительно был он. Ошибиться было невозможно. Белоснежные волосы, резкие аристократичные черты, надменная осанка и, конечно, эта самодовольная, высокомерная ухмылка. Драко Малфой был в её фантазии. Нет, поправочка. Драко Малфой был, чёрт возьми, главной звездой её фантазии. Он спускался по парадной лестнице в элегантной форме нежно-голубого цвета, безупречный с ног до головы — от ослепительно белых перчаток до начищенных до блеска туфель. В каком из кругов ада она оказалась по милости этого медальона? Толпа загудела от волнения, когда дамы (каждая молодая леди в этом королевстве, насколько могла судить Гермиона) бросились вперёд, чтобы лично поприветствовать принца. Они протискивались мимо неё, толкались локтями, пихали друг друга и оттесняли её назад. Вскоре Гермиона оказалась у самой дальней стены зала. Ну, что ж, ничего страшного. Всё в порядке. Ей всё равно требовалось какое-то время, чтобы перевести дух и понять, что происходит. В целом идея оказаться на балу и встретить красивого принца вполне соответствовала фантазиям Гермионы. Более того, днём она как раз купила книгу с похожим сюжетом, так что удивляться было нечему. Ей не раз снились тайные поцелуи и эффектное бегство по ступеням замка в нелепом бальном платье. Классика жанра. Но Малфой... Вот это было неожиданно. Гермиона закусила губу, наблюдая, как «принца Драко» тут же окружила толпа разряженных девушек. Судя по самодовольной улыбке, внимание доставляло ему откровенное удовольствие. Придурок. Ладно, если уж быть честной, возможно, она и задавалась этим вопросом (совсем чуть-чуть, всего один или два раза), каково это — быть с ним. И это вовсе не её вина! Такие мысли неизбежны, когда привлекательный, богатый и жестокий парень годами делает тебя своей мишенью. И пусть с тех пор прошло уже много лет, он по-прежнему жил в крошечном уголке её сознания, напоминая, что она недостаточно умна, красива и сильна в магии. На человека с тягой к унижениям такое, безусловно, произвело бы впечатление. Гермиона взяла новый бокал шампанского и осушила его наполовину одним глотком, к чёрту манеры. С рассеянным видом она задумалась, действует ли алкоголь в Стране грёз так же, как настоящий. Будет ли она пьяна до конца грёзы? Она очень на это надеялась. — Гермиона! Вот ты где! Сквозь шум толпы до неё донёсся знакомый голос. Она обернулась и увидела, как Рон, одетый в нарядный костюм, пробирается к ней. — Рон? — удивлённо произнесла она. Ах, вот оно что! Похоже, Страна грёз всё же предпочитала людей из её реальной жизни. Видимо, появление Малфоя было просто странной случайностью, и он на самом деле никак не связан с самой фантазией. Всего лишь декорация. Массовка. Гермиона не могла понять, радует её это или огорчает, а то, что она вообще колебалась, здорово её пугало. — Я повсюду искал тебя, — сказал Рон, останавливаясь перед ней. Он глубоко и почтительно поклонился. Смутившись от такого жеста, Гермиона ответила самым изящным реверансом, на который была способна. — Потанцуем? — он протянул к ней ладонь в белой перчатке, с чуть смущённой улыбкой. — О! Эм... Конечно, — согласилась она, вложив свою руку в его. Рон повёл её на танцпол, и они прошли мимо стайки дам в платьях, утопающих в рюшах. Все они смотрели на принца с кислым видом — он как раз приглашал на танец какую-то девушку с золотистыми волосами. Высокомерия у неё было не меньше, чем у Малфоя. Гермионе показалось, что она видела её в Хогвартсе, возможно, они учились на разных курсах. — Ну разумеется, первый танец достался Астории, — презрительно бросила одна из девушек, когда они проходили мимо. — Эта всегда добивается своего. — Я слышала, лорд Гринграсс заключил сделку с королём ещё в день её рождения, — сказала другая. — Она сама хвасталась, что официально уже помолвлена с ним, а всё это внимание — просто спектакль. Точно, Астория Гринграсс! Вот как её звали. Младшая сестра Дафны. Хм. Интересно, что она тоже оказалась в фантазии Гермионы. Но это только укрепляло её теорию, что «принц Драко» — всего лишь забавный элемент фона. Просто отвлекающая деталь, не более. Медальон, надо признать, проявил изрядную изобретательность, создав для неё такую продуманную историю. От этого всё выглядело куда насыщеннее и увлекательнее. Зазвучала музыка, и Рон с неожиданной ловкостью затянул её в водоворот закружившихся пар. Это даже оказалось довольно весело. Гермиона была на сто процентов уверена, что в реальности Рон не умел так танцевать. Интересно, что ещё Страна грёз подправила в нём? Но внезапно, когда Рон взглянул на неё с застенчивой улыбкой, у неё всё похолодело внутри. Неужели Рон и есть главный герой её сегодняшней фантазии? О, нет. Только не это. Все её романтические чувства к Рону умерли окончательно и бесповоротно больше года назад. После всего, что между ними произошло, ей понадобилось немало времени, чтобы снова начать общаться с ним хотя бы по-дружески. Не мог же медальон учитывать её фантазии такой давности? До конца танца её мучила тревога, которая мешала ей следить за движениями. Она дважды случайно наступила Рону на ногу, а когда он закружил её, чуть не столкнулась с парой, танцевавшей неподалёку, и ажурные подолы их платьев на мгновение зацепились. — Эй! Осторожнее! — раздражённо бросила девушка, отдёргивая ткань. Гермиона успела узнать её буквально за долю секунды до того, как насмешливые серебристые глаза Драко Малфоя заставили её замереть. — Леди Грейнджер! — вспыхнула Астория. — Я могла бы и догадаться. Вас нужно наказать за это! Вы испортили наш танец с принцем Драко! Медленная, холодная ухмылка начала расползаться по лицу Малфоя, пока он рассматривал Гермиону с ног до головы, словно видел её впервые. Она почувствовала, как щёки заливает яркий румянец. Как только его взгляд опустился к откровенному декольте, грудь будто вспыхнула от жара. — Ну? Леди Грейнджер, кажется? Вы согласны? — произнёс он. Её сердце ухнуло вниз. Этот голос. Она узнала этот голос. Пряность, яд и шёлк. Это был он. — Вы слышите? Принц Драко задал Вам вопрос! — пронзительно воскликнула Астория. — Ч-что? — выдохнула Гермиона. Малфой выглядел как кот, загнавший мышь в угол. Он наклонился ближе, его лицо оказалось опасно близко к её. — Согласны ли Вы, что должны быть наказаны за это, миледи? Он просто лишил её дара речи. Малфой, с этой вызывающей ухмылкой и пронзительными серебристыми глазами, смотрел ей будто прямо в душу, пленив одним взглядом. Гермиона застыла, опасаясь, что он каким-то образом обратил её в камень. Вспышками нахлынули воспоминания о щекочущих перьях, тугих верёвках и длинных пальцах, сжимающих её горло. И, боже, то как он выделил слово «наказаны»… у неё закружилась голова. Если бы на ней было бельё, оно бы точно промокло. — Эм, Гермиона? С тобой всё нормально? — встревоженный голос Рона вырвал её из оцепенения. Она моргнула, отводя взгляд от Малфоя и делая шаг назад. — Да… всё в порядке. Опустив голову, Гермиона сделала реверанс перед принцем. — Прошу прощения, Ваше высочество. Леди Гринграсс. Больше такого не повторится. И действительно не повторится, потому что Гермиона собиралась выбраться к чёрту из этой грёзы прямо сейчас. Должен же быть способ. Сбежать оказалось нелегко: нижние юбки и расшитые драгоценностями туфельки явно не были предназначены для бега. Но всё же Гермионе удалось пробиться сквозь толпу, устремившись к ближайшему выходу. Бёдра неприятно скользили, напоминая, от чего именно она убегает. Где-то позади она услышала, как Рон зовёт её, но вскоре и его голос затих. Она вырвалась из бального зала и оказалась в просторном холле. Пушистый пурпурный ковёр приглушал шаги, пока она спешила вперёд, ища хоть какое-то укромное место, чтобы прийти в себя. Увидев лестницу, ведущую наверх, Гермиона решила рискнуть. К несчастью, она не была человеком, привыкшим подниматься по лестницам в пышных бальных платьях и туфлях, больше похожих на украшение, чем на обувь. Не дойдя до последней ступени, она споткнулась о подол и почувствовала, как лодыжка резко вывернулась под неестественным углом. — Ай! — вскрикнула она. Она успела ухватиться за перила, чтобы не упасть, но ногу уже пронзила боль. Лодыжка болезненно пульсировала, и стоять на ней было почти невозможно. Прихрамывая, Гермиона поднялась на второй этаж, выискивая место, где можно было бы присесть. Вскоре взгляд зацепился за нишу, ведущую на небольшой балкон. Мраморная скамья стояла напротив такой же балюстрады. Это было идеальное место, чтобы любоваться луной. Правда, сегодня она ждала совершенно не этого. С тихим вздохом она опустилась на скамью; юбки легли волнами, окутывая её со всех сторон. Так. Должен быть какой-то способ выбраться отсюда. Она сняла длинные перчатки и ущипнула себя за руку так сильно, насколько вообще была способна. — Давай же! Очнись! — прошипела она себе под нос. Ничего. Разочарованно выдохнув, Гермиона посмотрела на дворец и уходящие во тьму бескрайние сады. Можно было попробовать побежать, но с подвернутой лодыжкой это вряд ли получится. Насколько далеко простиралось это видение? Медальон создал целое королевство? Целый мир? Интересно, он последует за ней? Отогнав эту мысль, Гермиона попыталась взять себя в руки. Теперь чары медальона были устроены так, что наполняли всё отведённое время сценарием, подходящим под выбранную длительность. Раз она запланировала провести здесь около часа, у неё, вероятно, ещё оставалась большая часть этого времени. Гермиона простонала, глядя в небо. Это была катастрофа! Почему вчерашним мужчиной оказался именно Малфой? Почему не кто-нибудь другой… да хоть кто угодно! Из всех людей на свете только к Драко, чёрт бы его побрал, Малфою, ей меньше всего следовало испытывать влечение! Может, это было всего лишь наваждение, и вовсе не стоило так бурно реагировать. Но почему-то то, что этим мужчиной оказался Малфой, её школьный мучитель, казалось чем-то до боли личным. Медальон вытащил его из какой-то глубокой, спрятанной части её подсознания, и это её пугало. Она чувствовала себя слишком обнажённой, даже перед самой собой. Гермионе почти хотелось заплакать. Она сама загнала себя в эту нелепую ситуацию. — Леди Грейнджер. От звука этого голоса за спиной, её сердце едва не выпрыгнуло из груди. Значит, он всё-таки пошёл за ней. Ну конечно, какая сказка без тайной встречи с принцем на пустой террасе во время бала? Наверняка он стоял здесь всё это время, наблюдая, как она психует при одной мысли о том, чтобы переспать с ним. Прекрасно. Ну и что с того? Какая, в конце концов, разница? Медальон мог сколько угодно пытаться свести их вместе, но она не собиралась поддаваться. Даже здесь, в Стране грёз, где всё происходящее не имело бы никаких последствий, она не унизится до того, чтобы пустить Драко Малфоя себе под юбку. Просто… нет. Она отказывалась. Может, если вести себя естественно, он уйдёт быстрее. — Ваше высочество, — сказала она, поднимаясь и снова приседая в реверансе, стараясь скрыть гримасу боли, когда пошатнулась. Он всё равно заметил. — Вы в порядке? — спросил он, окинув её взглядом, в котором смешались скука и лёгкое презрение. — Да. Всё хорошо. Просто подвернула ногу на лестнице, вот и всё, — ответила она. — Сейчас пройдёт. Нет нужды оставаться со мной. Малфой смотрел на неё с каким-то странным выражением. Вдруг она почувствовала неловкость. Наверное, он решил, что она неуклюжая дура, которая не умеет ходить в платье, не покалечившись. — Вам не холодно в таком виде? — спросил он, взглядом скользнув по её обнажённым плечам. Перчатки Гермионы, о которых она совершенно забыла, валялись на полу. Она вскинула подбородок, решив ни за что не выдать, как её задело его замечание. — Нисколько, — уверенно ответила она. — Это новый тренд, вы разве не в курсе? Малфой усмехнулся. — Хотите сказать, что Ваш принц безнадёжно отстал от моды? — он чуть приподнял руки в перчатках. — Скорее уж Вы, — холодно парировала Гермиона. Вернуть ему его же тон оказалось на удивление приятно. — Немного... безвкусно. Он фыркнул, и Гермиона на мгновение растерялась, ослеплённая настоящей улыбкой, озарившей его лицо. Если бы реальный Малфой оказался хотя бы наполовину так же привлекателен, как его версия из Страны грёз, весь волшебный мир оказался бы в опасности. — Что ж. Не будем выглядеть вульгарно, — насмешливо произнёс он, расстёгивая пуговицы на манжетах перчаток. Сняв их, он бросил их на пол к её. В этом было что-то странно чувственное: их брошенные перчатки, перепутавшиеся на полу, выглядели почти интимно. Картина навевала мысли о бурлеске, о спешном разде­вании на пути в будуар, о шёпоте и неприличных слухах. Он приподнял бровь, словно прочитал её мысли и понял, насколько унизительными они были. Низ живота обдало новой волной возбуждения. Гермиона влипла по уши. И вовсе не так, как ей бы хотелось. — Сядьте, — сказал он таким тоном, будто она окончательно потеряла рассудок, раз до сих пор стоит. До чего очаровательный принц, — усмехнулась про себя Гермиона, опускаясь на скамью. Она не ожидала, что он сядет рядом. — Поставьте сюда ногу. Я её осмотрю, — скомандовал он, похлопав по месту между ними. На миг Гермионе показалось, что она ослышалась. Но выражение ожидания на его лице не оставляло сомнений. — Э-эм… это было бы крайне неприлично, Ваше высочество, — пробормотала Гермиона, надеясь, что он примет отговорку. Он не принял. — Вокруг никого. Давайте, покажите, — настаивал он. Прежде чем она успела возразить, Малфой поднялся со скамьи и опустился перед ней на колени, ныряя под многочисленные слои её юбок в поисках лодыжки. — О! Подождите, это же… ай! Она инстинктивно дёрнула ногой, которую тут же пронзила резкая боль. На глаза навернулись слёзы, но скорее от неожиданности, чем от боли. Малфой выглядел до странности довольным. — Вот что бывает, когда пытаешься пнуть своего принца, — усмехнулся он, беря её за икру удивительно бережно. — А теперь не шевелитесь. Гермиона чувствовала себя крайне неловко, сидя там и наблюдая, как Малфой держит её ногу и осматривает лодыжку. Его прикосновения вызывали в ней чувства, с которыми она была не готова столкнуться. Как заставить его уйти? Она отчаянно пыталась сообразить хоть что-то, но рядом с ним мысли путались. Она то и дело вспоминала прошлую ночь: его мягкое дыхание на её бедре, греховный голос у самого уха, его палочка. Но сильнее всего врезались в память его слова. Он сказал, что хочет причинить ей боль, унизить её. Теперь, когда она знала, кто он, эти слова обрели смысл. И, к своему ужасу, осознание его личности нисколько не сделало те воспоминания менее возбуждающими. Малфой был из разряда тех, кого нельзя хотеть. И именно это, как ни стыдно было признавать, делало желание только сильнее. — Определённо опухла, — констатировал Малфой, поворачивая её ногу под разными углами. — Я сниму туфлю. Гермиона была почти уверена, что сказка о Золушке развивалась не так. Сняв туфлю и отложив её в сторону, Малфой внимательнее осмотрел её ступню, мягко надавливая пальцами в разных местах. Гермиона зажмурилась и с трудом сдержала стон, стараясь не думать о том, что было бы, если бы эти руки скользнули выше. Он словно прочитал её мысли. Снова. Вот же засранец. — Придётся снять и чулок, — произнёс он, голос стал чуть хриплым. — Чтобы… проверить, нет ли синяков. Он поднял взгляд и встретился с её глазами, пристально и напряжённо ожидая её ответа. Гермиона не смогла вымолвить и слова. Вместо этого она напряглась, затаив дыхание, пока Малфой внимательно следил за её лицом. Его руки медленно скользили вверх по шёлковому чулку, выше колена, всё выше и выше, пока в конце концов не добрались до кружевной оборки на подвязке. Пальцы задели ленточку и начали медленно развязывать узел. Гермиона не могла дышать. Он был слишком близко. Ещё чуть выше — и... Когда он снял подвязку, его прохладные пальцы коснулись голой кожи. Он уже собирался спустить чулок, но вдруг замер. Его глаза расширились. Гермиона застыла, ожидая, что он скажет хоть что-то. Но вместо этого ощутила, как подушечки его пальцев очерчивают медленный круг, скользя по внутренней стороне бедра. В следующее мгновение она всё поняла. Она была мокрой. До самых чулок. В его взгляде вспыхнул откровенно дьявольский блеск. Яркая краска залила её лицо, распространившись по ключицам и груди. Малфой замер и не отрывая взгляда, наблюдал, как она закусила губу и напряглась от стыда, ожидая, что он что-нибудь скажет. — Вот так просто? — насмешливо произнёс он. — Стоило мне лишь провести пальцами по Вашей ноге, и Вы уже изнемогаете от желания? Я знаю, что я привлекателен, леди Грейнджер, но это слишком. — Это не из-за Вас, — резко бросила она, пытаясь отодвинуться от его руки. Драко удержал её, сжав её ногу сильнее и запуская вторую руку под юбку. Теперь он держал обе её ноги чуть выше подвязок, а ткань платья сбилась у него на груди. — Думаю, Вы обманываете, — сказал Малфой, явно забавляясь происходящим. — И для кого же тогда это всё, для Уизли? — Он закатил глаза. — Очевидно же, что Вы хотите меня, леди Грейнджер. Более того, готов поспорить, Вы от меня без ума. — Я определённо н-не... н-не так! — выдохнула она. Она споткнулась на последних словах, когда его руки скользнули чуть выше, всего на дюйм, почти касаясь её бёдер. Дьявол. Настоящее воплощение зла! Широкая, самодовольная улыбка на его лице говорила об этом лучше любых слов. Медленно, мучительно медленно, его пальцы двинулись выше, проводя по её влажности. Гермиона дёрнулась, не зная, чего хочет больше — оттолкнуть его или прижаться сильнее. Малфой решил за неё. Его ладонь скользнула вперёд и легла между её бёдер. Гермиона ахнула, вцепившись в жёсткий край скамьи, едва удерживаясь от того, чтобы двинуться навстречу. — Чёрт, Грейнджер. Да ты же вся мокрая. Должно быть, уже на грани, бедняжка, — усмехнулся он. — Готов поспорить, я мог бы довести тебя до оргазма самым лёгким… прикосновением. Пока он говорил, два его пальца проскользнули глубже и, не спеша, обвели клитор. Гермиона выгнулась, издав жалобный, сдавленный звук. Наконец-то, эти длинные пальцы коснулись её. И они оказались даже лучше, чем она представляла прошлой ночью, — прохладные, уверенные, умелые. Они словно знали, куда именно нажать и с какой силой. Их круговые вращения вокруг клитора почти довели её до разрядки всего за несколько настойчивых движений. Гермиона прикусила язык, стараясь не застонать от желания. Нужно было остановить его! Нужно было взять себя в руки, сказать Драко (и медальону), что между ними ничего не будет. Даже в её фантазиях! Пальцы Драко нашли вход, дразня его лёгкими, сладостно медленными кругами. Ещё немного. Ещё мгновение, и она соберётся, скажет ему прова-а-а-ливать...ах…к чёрту! — Драко! Принц Драко, где Вы?! Гермиона застыла, услышав голос, доносившийся из замка. С приближением цоканья каблуков Малфой резко пришёл в движение. Он закинул её пышные юбки себе на голову, схватил Гермиону за бёдра и рывком подвинул к самому краю скамьи, развернув её ноги так, чтобы они обрамляли его, спрятавшегося внизу. Ошеломлённая, Гермиона уставилась на своё платье. Он полностью под ним исчез. — Что вы… — начала она. — Принц Драко? Где же... О. Леди Грейнджер. Астория вышла на балкон, недовольно поджав губы при виде Гермионы, сидящей в одиночестве. Только вот одна она не была. Не-а. Малфой находился между её разведёнными ногами. Его дыхание обжигало их, а ладонь сжимала колено. — Вы не видели принца Драко? — капризно спросила Астория, рассеянно поправляя перчаткой прическу. — Я повсюду ищу его. Малфой ущипнул Гермиону за бедро. — М-м, нет, — пискнула Гермиона слишком высоким голосом. — Я его не видела. Почему она вообще прикрывает этого мерзавца, затаившегося под её юбками? Гермиона понятия не имела. Ей ведь было всё равно, поймают его или нет. Но какое-то странное чувство подсказывало, что ей стоит подыграть. Что это того стоит. — Хм, — недовольно протянула Астория. Малфою, видимо, напротив, всё нравилось. Гермиона почувствовала это, когда он медленно провёл языком по тому месту, которое только что ущипнул. Она дёрнулась, пытаясь незаметно пнуть его. — И зачем Вы здесь? Почему не внизу, на балу? — требовательно спросила Астория. — Я вышла подышать свежим воздухом и подвернула ногу на лестнице, — объяснила Гермиона. — Пришла сюда отдохнуть, прежде чем вернуться в зал. Астория явно не поверила. — Видите ли, я тут спросила у одного из стражников, — произнесла она с нарочитой небрежностью. — И он сказал, что принц Драко буквально недавно пошёл в эту сторону. Острый взгляд Астории пробежался по балкону, словно она надеялась, что Малфой появится из воздуха, если посмотреть достаточно внимательно. Гермиона уже почти решила махнуть рукой и выдать нелепый план Малфоя, как вдруг почувствовала, как его руки скользнули к её бёдрам, а затем крепко сжали ягодицы. Его голова находилась прямо между её раздвинутых ног. Она ощущала, как его мягкие волосы касаются их внутренней стороны. Все мысли моментально вылетели из головы, когда Малфой наклонился и прижался языком прямо к её центру. — А-а… м-м-м, я… — пискнула Гермиона, тщетно пытаясь собрать хоть одну внятную мысль. Что он творит? Почему он делает это, пока кто-то стоит рядом и разговаривает с ней?! Он совсем рехнулся?! Он… о. Ох! Гермиона прикусила губу, натянутая как тетива, сдерживая крик и желание выгнуться навстречу. Малфой вжался в неё лицом, слизывая её влагу с такой жадностью, будто никогда не пробовал ничего вкуснее. Астория смотрела на неё так, словно безумной здесь была именно Гермиона. — С Вами всё в порядке? — спросила она с недоверием. Очередной медленный, тягучий мазок языком под юбками заставил Гермиону ахнуть. — М-м-м-м… да-а-а, — пролепетала она, лихорадочно пытаясь придумать хоть что-то. — Простииии-те. М-м-моя лодыжка… она болит. На самом деле Гермионе было уже плевать на лодыжку. Не тогда, когда губы Малфоя сомкнулись на её клиторе. Он посасывал его слишком уверенно и ритмично, заставляя тело дрожать от удовольствия. Мерлин, как же он хорош. Гермиона попыталась сдержать стон, но получилось плохо. Плечи Малфоя задрожали от тихого смеха. Ах, как же она его ненавидела. Если бы у неё сейчас была палочка, она бы стёрла его с лица Земли! — Ну ла-а-адно, — протянула Астория, глядя на Гермиону так, словно та только что призналась, что прилетела с другой планеты, а не пожаловалась на боль. — Значит… Вы не видели принца Драко? «Принц» Драко выбрал именно этот момент, чтобы провести зубами по её чувствительной коже, а затем успокоить её долгим, настойчивым движением языка. — Боюсь, что нет, леди Гринграсс! — сказала Гермиона, изо всех сил стараясь звучать нормально. — М-может, Вам стоит проверить сады или где-то в той стороне! Очевидно, попытка не удалась. Астория смотрела на неё прищурившись. Гермиона плотно сжала губы, с трудом удержавшись от вскрика, когда Малфой снова начал ритмично посасывать её клитор, время от времени водя по нему языком так, что ей хотелось схватить его за голову и прижать сильнее к себе. Вместо этого она просто сжала бёдра вокруг его головы, и он, похоже, принял это за приглашение двигать языком ещё усерднее. — Эм… может, позвать кого-нибудь, чтобы вам помогли? — неуверенно спросила Астория. — Н-нет! Нет, н-н-не нужно, — задыхаясь, выдавила Гермиона. — Просто оставьте меня в покое! — Гермиона? О боже! Голос, доносившийся откуда-то изнутри замка, несомненно принадлежал Рону. Он искал ее так же, как Астория искала Малфоя. — Она здесь! — крикнула Астория, и Гермиона снова пожелала, чтобы у неё не было палочки, чтобы кого-нибудь проклясть. — Вот ты где! — сказал Рон, обходя вокруг, чтобы взглянуть на неё. — РОН! — воскликнула Гермиона — и тут же пожалела, что открыла рот. Звучала она совершенно невменяемо. Тем временем появление нового человека вовсе не остановило Малфоя. Напротив, это, казалось, только подстегнуло его продолжать это восхитительное мучение. Он жадно впился в неё губами, раздвигая её ноги шире, чтобы проникнуть языком внутрь. Она оказалась в раю и в аду одновременно. Ей хотелось большего — плотнее, глубже. Его языка, каким бы восхитительным он ни был, уже не хватало. Она хотела его всего. Нет, нужно сосредоточиться! Нужно заставить Рона и Асторию уйти! Поддаться и кончить из-за Малфоя, пока они стоят рядом, ни о чём не подозревая, — это было бы верхом извращения. — Она, кажется, повредила ногу, — пояснила Астория. — Что? Что случилось? С тобой всё в порядке, Гермиона? — встревоженно спросил Рон, бросив взгляд на её юбки. Ноги Гермионы начали напрягаться и неконтролируемо подрагивать. Она вцепилась в край каменной скамьи, словно от этого зависела её жизнь. — Я в порядке! — выпалила Гермиона. Она не могла посмотреть на Рона. Не тогда, когда Малфой решил, что она ведёт себя недостаточно безумно, и именно в этот момент ввёл в неё два пальца, продолжая посасывать клитор. Эта наполненность толкнула её за грань, делая оргазм неизбежным. — Хочешь, я посмотрю? — спросил Рон, наклоняясь. — Нет! — вскрикнула Гермиона. — Просто оставь меня в покое! Рон отступил, выглядя обиженным и сбитым с толку. Малфой, похоже, находил всё происходящее до ужаса весёлым. Его плечи тряслись от смеха, прежде чем он сжал её сильнее и ускорил движения пальцев в ней. Этот проклятый ублюдок смеялся над ней! Дразнил её на глазах у бывшего! Она ненавидела его. Презирала. Готова была… о, М-м-мерлин… его… Рон что-то говорил, но она больше не слышала. Малфой погрузил пальцы еще глубже, плотно прижавшись губами к её клитору и начал двигать языком в каком-то умопомрачительном ритме. Это было слишком хорошо. Слишком интенсивно. Она больше не могла сдерживаться. Сжатый узел удовольствия наконец разорвался, пронзая её тело ярчайшими искрами. Гермиона прикусила губу, опустив голову, пока тело содрогалось от непроизвольных спазмов. Под её юбками Малфой и не думал останавливаться, удерживая ритм и прижимая её бёдра как можно плотнее к своему лицу другой рукой. — Кажется, у неё приступ, — сказала Астория. — Гермиона! Что случилось? Тебя тошнит? — Рон склонился над ней, переполненный тревогой. Гермиона не слушала их обоих, не в силах воспринимать что-либо, кроме блаженства, растекавшегося по телу, и того, как Малфой игриво прикусывал внутреннюю поверхность её бедра теперь, когда довёл её до конца. Грудь вздымалась так высоко, что едва удерживалась в корсете, пока она тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. — Подождите. А это что? — Астория подняла одну из перчаток Малфоя с пола. — Это ведь… перчатка принца Драко? — неуверенно произнесла она. Гермиона застыла. — Хм… я не знаю. Разве? — неуверенно пробормотала она. Малфой под её юбками тоже замер, прислушиваясь. Астория подошла ближе, встала прямо перед Гермионой и потрясла перчатками у неё перед лицом. — Да, точно его! Я бы узнала эти перчатки где угодно! — визгливо воскликнула она, размахивая доказательством перед самым её носом. — Леди Гринграсс, может, отложим? Ей, кажется, и правда плохо… — начал Рон, но Астория не собиралась останавливаться. — Лгунья! Он был здесь, да? И Вы прекрасно знаете, где он сейчас! — Эм, я… — растерянно пробормотала Гермиона. Проницательный взгляд Астории упал на её юбки. Похоже, она впервые обратила внимание на их чрезмерную пышность. Её брови нахмурились в недоверии. Но прежде чем Гермиона успела придумать хоть какое-то правдоподобное оправдание, Астория исчезла. Исчез и Рон. Даже луна над ними погасла. Всё вокруг растворилось — фантазия закончилась. Гермиона выплыла будто из пустоты, мягко вернувшись в своё тело, и медленно открыла глаза. Она лежала на кровати, рядом покоился закрытый медальон, лодыжка была цела, а под ней — раскинутое намокшее полотенце. Облегчение обрушилось на неё, как гиппогриф, несущийся на полной скорости. Она совсем забыла, что всё это было нереально. Тревога была такой осязаемой, что она полностью растворилась в грёзе, позволив ей поглотить себя. Это было… жутко. Мягко говоря. Особенно если учесть, что она позволила Малфою… сделать с ней это. Ужас охватил Гермиону, пока она лежала, глядя в потолок. Нет. Только не он. Кто угодно, только не он. Даже если это происходило лишь в её личных фантазиях, она не могла, не должна, позволить Драко Малфою снова её соблазнить. Он был реальным человеком! Самым настоящим, отвратительным человеком, которым она не могла позволить себе увлечься. А вдруг она когда-нибудь встретит его в Министерстве? Или во время покупок в Хогсмиде? Она же может запутаться, где воспоминания из медальона, а где реальность. Такого больше не повторится. Она немедленно поправит чары на медальоне. Малфой больше никогда не появится в Стране грёз.

⊹₊˚‧︵‿₊୨ᰔ୧₊‿︵‧˚₊⊹

Драко очнулся, лёжа на полу своего душа. Дрожащими, сморщенными от воды пальцами он выключил воду и поднялся на ноги. Воздух был настолько густым от пара, что можно было задохнуться. Он не удостоил вниманием полотенце и направился к двери. Сделав глубокий вдох прохладного воздуха, он, пошатываясь, дошёл до кровати и рухнул на неё. Это случилось снова, без какого-либо предупреждения. Те же странные, яркие образы его и Грейнджер, как и прошлой ночью. Только на этот раз всё было другим. Вместо небольшой комнаты со столом, он оказался на роскошном балу в замке в роли Прекрасного Принца. Сначала он впал в ступор и испугался. Потом стало уже не так страшно, особенно когда вокруг него закружилась толпа красавиц, наперебой пытавшихся привлечь его внимание. И, м-м, куда приятнее, когда он увидел Грейнджер на балконе. Каждый его шаг будто был кем-то заранее продуман, даже слова, которые он говорил. Всё происходило так, словно он выпил «Феликс Фелицис» и теперь чувствовал лёгкое, но настойчивое притяжение в нужную сторону. Казалось, половину мыслей ему подбрасывала эта странная магия, что управляла происходящим. Ровно до того момента, пока он не решил проверить, не ушибла ли она лодыжку. А вот всё, что случилось после этого, было уже только его решением. Драко глубоко вдохнул, перебирая пальцами медальон на груди, пытаясь прийти в себя. Он чувствовал себя одурманенным. До безумия возбуждённым. И до смешного радостным, что Астория его так и не поймала. Как бы Грейнджер ни была соблазнительна в этом нелепом платье, как бы ни блестели от возбуждения её чулки, он не должен был поддаваться порыву и набрасываться на неё своим ртом. Хотя, надо признать, её реакция была чертовски забавной. Драко тряхнул головой, пытаясь сбросить наваждение и сосредоточиться. Он ведь сегодня даже не пил, так что версия с отравленным напитком отпадала сразу. Магия исходила откуда-то ещё. Беспокоило другое, то, насколько ему всё это понравилось. Не только финал, но и всё остальное. Было удивительно приятно сбежать в другой мир и сыграть роль принца из сказки. Даже танец с Асторией там оказался куда увлекательнее, чем всё их общение в реальности. А Грейнджер… ах. Если Гермиона Грейнджер и в реальности была бы на вкус такой же, ему грозили бы большие неприятности. Держаться подальше от неё стало бы почти невозможным. Но он не мог позволить себе так думать. Что бы это ни было, — видения, проклятие или тёмные чары, — всё указывало на вторжение в его сознание. И он точно не мог просто сидеть и получать удовольствие от того, что кто-то захватывает его разум. Уже дважды она приходила к нему в этих видениях. И каждый раз он чувствовал, будто вселенная издевается над ним, воплощая в реальность самые потаённые из его фантазий. Но ведь всё это не могло быть просто плодом его воображения, убеждал он себя. Да, перед тем как увидеть тот бал, он действительно думал о сказочной книге Грейнджер, но уж точно не смог бы сам придумать все детали этой сцены. Если бы видения и правда рождались из его собственных фантазий, всё происходило бы иначе. Он бы, например, застал Грейнджер где-нибудь в затруднительном положении и трахнул её в обмен на помощь. Это, кхм, раньше было одним из его любимых сценариев. В юности, разумеется. Сейчас он уже не предавался таким глупым фантазиям. Он взрослый. Нужно было кому-то написать, спросить совета, как прекратить это безумие. Он не мог просто терять сознание в душе или выпадать из реальности в случайные моменты. У него была жизнь, обязанности, планы! И невеста, на которой ему предстояло жениться. Драко закрыл глаза, глубоко вдохнул и на несколько секунд задержал дыхание. Он был полностью вымотан. Со всем этим придётся разбираться утром. А сейчас стоило принять зелье без сновидений. Без него он точно не избавится во сне от образов Грейнджер и её шёлковых чулок.