Запах что свел меня с ума

Часть 21. Монстр Гарри не подозревал, что беременность Драко превратит его в настоящего полового монстра. Он думал, что после брачной недели и первых двух месяцев гнездования страсть утихнет. Что Драко, который теперь носил под сердцем их ребёнка, станет более спокойным, более нежным, более человечным. Он ошибался. Беременность сделала Драко ещё более требовательным. Его вейловая сущность, и без того дикая, теперь требовала внимания, заботы и — самое главное — регулярного, интенсивного секса. Целитель объяснил, что семенная жидкость партнёра содержит питательные вещества, необходимые для развития плода вейлы. И если Гарри сначала воспринимал это как медицинскую необходимость, то уже через неделю понял, что это стало его собственной одержимостью. Он не мог оторваться от Драко. Каждое утро Гарри просыпался с болезненной эрекцией, которую могла унять только близость с мужем. Каждый день он находил повод прикоснуться к Драко, поцеловать его, прижать к стене. Каждую ночь он входил в него так глубоко, что Драко кричал, выгибался и просил ещё. — Это ненормально, — сказал себе Гарри однажды утром, глядя в зеркало на свои горящие глаза и взлохмаченные волосы. — Я не могу контролировать себя. Но он и не пытался. Он брал Драко на кухне, когда тот готовил завтрак. В библиотеке, когда они искали книги о воспитании детей. В саду, под яблонями, где Драко устроил себе ещё одно гнездо из цветов и листьев. Гарри становился неутомимым — он мог заниматься любовью часами, не чувствуя усталости, доводя Драко до изнеможения, а затем начиная снова. Драко был в восторге. — Ты стал ещё лучше, — шептал он, прижимаясь к Гарри после очередного раза. — Я думала, что больше не могу. А ты всё продолжаешь. — Ты делаешь меня безумным, — отвечал Гарри, целуя его в шею. — Твой запах, твоя кожа, твой живот, в котором растёт наш сын… Я не могу остановиться. — Не останавливайся, — просил Драко. — Никогда. И Гарри не останавливался. Джеймс и Лили Поттеры приехали в Малфой-мэнор на выходные — проведать сына и зятя, обсудить планы на рождение внука. Они сидели в гостиной, пили чай и слушали, как где-то на втором этаже скрипит кровать. Скрип не прекращался уже два часа. — Дорогой, — Лили отпила чай, стараясь сохранять невозмутимость. — Ты не находишь, что они слишком… активны? Джеймс усмехнулся, откидываясь на спинку кресла. — Дорогая, ты не представляешь, насколько. Гарри рассказывал мне, что они делают это по пять-шесть раз в день. А иногда и больше. — Это же невозможно! — воскликнула Лили. — У него же нет сил! — Сил у него хоть отбавляй, — Джеймс задумчиво постучал пальцем по чашке. — Я в молодости был выносливым, но Гарри превзошёл меня. Говорят, это из-за того, что Драко — вейла, и он подпитывает Гарри магически. Лили покраснела. — Джеймс, мы не можем обсуждать это! — Почему нет? — Джеймс ухмыльнулся. — Наш сын — настоящий мужчина. Я горжусь им. В этот момент дверь гостиной открылась, и вошёл Гарри. Его рубашка была расстёгнута на три пуговицы, волосы влажные после душа, а на шее красовалась свежая метка вейлы. — Мама, папа, — он выглядел немного смущённым. — Извините, что задержался. Драко уснул, и я не хотел его будить. — Конечно, дорогой, — Лили улыбнулась напряжённо. — Присаживайся. Чай? Гарри сел, взял чашку и вздохнул с облегчением. — Спасибо. Джеймс смотрел на сына с понимающей улыбкой. — Как там Драко? Всё хорошо? — Да, — Гарри покраснел. — Но… он очень требовательный. И у меня, эм… появились некоторые проблемы. — Проблемы? — переспросила Лили, нахмурившись. Гарри замялся, посмотрел на отца, на мать и решился. — Мой… размер. После первого раза с Драко во время беременности он увеличился. Причём сильно. Почти в пять раз. Джеймс поперхнулся чаем. — Ты… пять раз? — он отставил чашку, не веря своим ушам. — Гарри, у тебя было двадцать сантиметров, я помню наш разговор на шестнадцатилетие. Это что, двадцать пять теперь? — Двадцать пять, — подтвердил Гарри, чувствуя себя ужасно неловко. — Драко говорит, что это нормально для партнёра беременной вейлы, что так задумано природой, чтобы удовлетворить её потребности, но я не привык. Иногда я боюсь сделать ему больно. Джеймс уронил чашку. Она разбилась о мраморный пол, но он даже не заметил. Он запрокинул голову и расхохотался. — Мой мальчик! — закричал он сквозь смех. — Двадцать пять сантиметров! Боже, ты стал моим героем! — Джеймс! — возмутилась Лили, краснея до корней волос. — Это не повод для шуток! — Лили, — Джеймс вытер слёзы, выступившие от смеха. — Наш сын — легенда. Я не шучу. Гарри, ты молодец. Даже я в свои лучшие годы не мог похвастаться таким… достижением. Гарри покраснел ещё сильнее. — Папа, пожалуйста… — Я горжусь тобой, — Джеймс похлопал его по плечу. — Ты обеспечиваешь свою вейлу как настоящий мужчина. Драко счастлив? Он доволен? — Более чем, — пробормотал Гарри. — Он говорит, что я стал идеальным. Но он устаёт. Иногда я чувствую, что он засыпает прямо во время… — Так, — Лили встала, хлопнув ладонью по столу. — Этого достаточно. Мы не будем обсуждать интимную жизнь нашего сына в гостиной. Джеймс всё ещё улыбался, глядя на Гарри. — Ты справишься, сын. У тебя всё получится. И если что — я всегда готов дать совет. — Спасибо, папа, — Гарри улыбнулся, чувствуя себя одновременно смущённым и счастливым. В этот момент сверху донёсся голос Драко: — Гарри! Иди сюда! Мне нужно, чтобы ты меня трахнул! Сейчас! Гарри вздохнул, встал и посмотрел на родителей. — Простите. Он требует. — Иди, иди, — махнул рукой Джеймс. — Мы поняли. Драко — наш король. Лили только закатила глаза, но в уголках её губ пряталась улыбка. Гарри вышел из гостиной, поднимаясь по лестнице к своему любимому, и улыбался. «Двадцать пять сантиметров, — думал он. — Кто бы мог подумать». И ворвался в спальню, готовый дать Драко всё, что тот хотел. И даже больше.