Хорошая жизнь в Старшей школе демонов!

Та же ночь. 00:15. Грей лежал на кровати и смотрел в потолок. Плечо почти прошло — мана справлялась тихо и методично. Тело было в порядке. Голова тоже. Но что-то не давало спать, и он честно признал себе что именно. Он облажался. Не катастрофично — но облажался. Он начал разбирать по пунктам. Первое. Almighty в бою он почти не использовал. Это было абсурдно, если подумать. Способность, которая показывает варианты будущего — и он использовал её как пассивный фон, как слабое периферийное зрение, вместо того чтобы активно читать противника в режиме реального времени. Когда демон оказался быстрее ожидаемого — растерялся на долю секунды. Просто потому что не привык тянуться к Almighty в движении, под давлением. Девять лет носил инструмент в кармане. Не догадался достать в нужный момент. Глупо. Второе. Четыре ночи подготовки — это была импровизация, а не система. Он научился бить. Хорошо. Но контроль маны — это не только удары. Щит рассыпался от первого же серьёзного контакта. Значит, он не умеет держать форму под нагрузкой. Значит, он не знает своего реального потолка расхода. Значит, он понятия не имеет, что будет, если бой затянется на десять минут, а не на две. Он потратил девять лет на рост потенциала и почти ноль — на то, чтобы этим потенциалом пользоваться. Это была не просто ошибка. Это было расточительство. Грей закрыл глаза. Бесконечный потенциал работал сам по себе, неостановимо — мана копилась, таланты росли, Almighty расширялся. Но сырая сила без навыка — это как огромный процессор без операционной системы. Мощь есть, применить некуда. Он лежал в темноте и думал. Потом открыл глаза, сел на кровати и взял с тумбочки тетрадь — обычную, школьную, в клетку. Нашёл чистую страницу. Написал сверху одно слово: System. И начал писать. —————————————————————————————————————————————————— Год тренировок. 9–10 лет. Он выстроил это как проект. Не как тренировки в обычном смысле — без наставника, без додзё, без спарринг-партнёров. Просто системная работа с тем, что есть. Подвал, ночи, тетрадь с заметками которая пополнялась каждую неделю. Первый месяц — инвентаризация. Грей методично картировал себя. Сколько маны уходит на пассивное поддержание Almighty. Сколько — на активное считывание вариантов в движении. Сколько — на удар, на щит, на восстановление. Он гонял одни и те же действия снова и снова, засекал субъективное ощущение расхода, искал закономерности. К концу месяца у него была грубая карта. Неточная, но лучше чем ничего. Главный вывод: пассивный Almighty почти ничего не стоил — он давно стал дыханием. Активный, боевой — тот, который нужно тянуть осознанно в реальном времени — стоил заметно дороже. Это был отдельный навык, который требовал отдельной тренировки. Он начал тренировать именно его. Второй и третий месяц — Almighty в движении. Методика была простой и неудобной: он двигался по подвалу — ходил, бегал, уклонялся от воображаемых ударов — и одновременно держал активное считывание. Первые недели это было как жонглировать с завязанными глазами. Мозг не хотел делать два требовательных дела одновременно — двигаться физически и обрабатывать поток вариантов. Но потенциал делал своё дело. Медленно, но неуклонно — стены между «двигаться» и «видеть» истончались. К концу третьего месяца он мог удерживать активный Almighty в лёгком движении без заметных потерь точности. Этого было мало. Но это был старт. Четвёртый и пятый месяц — контроль формы. Бить он уже умел. Теперь — всё остальное. Щит: научился держать его не как статичный барьер, а как динамичный слой — тонкий, но подвижный, который можно усилить в точке контакта за долю секунды. Это требовало постоянного внимания и стоило дороже статичного, но держалось значительно лучше под нагрузкой. Концентрация: научился собирать ману не только в ладони, но в любой точке тела — в кулаке, в ступне, вдоль предплечья. Это открывало варианты в ближнем контакте, которого он старался избегать, но который мог случиться. Дальность: работал над тем, чтобы импульс не рассеивался раньше цели. К пятому месяцу стабильная дальность без потери силы выросла примерно втрое. Шестой месяц — экономия. Самый скучный и самый важный блок. Делать то же самое, но дешевле. Грей гонял каждый навык на минимальном расходе, искал потери, затыкал их. Это была почти медитативная работа — сидеть в подвале, выпускать крохотный импульс маны, чувствовать где он теряется, подтягивать. Скучно. Необходимо. Седьмой, восьмой, девятый месяц — интеграция. Всё вместе. Almighty плюс движение плюс атака плюс щит плюс экономия — одновременно, в связках, без пауз между переключениями. Он гонял воображаемые бои против воображаемых противников разного типа, используя Almighty чтобы видеть куда должен прийти следующий удар и заранее формировать ответ. Это начало получаться только к восьмому месяцу. До этого — просто ошибки и их разбор. Десятый, одиннадцатый, двенадцатый месяц — стресс. Он намеренно вводил усложнения. Тренировался уставшим — после школьного дня, без отдыха. Тренировался с намеренно ограниченным запасом маны — зажимал расход в начале, работал на остатках. Тренировался в темноте, без лампочки, ориентируясь только на Almighty. Цель была простая: навыки должны работать когда плохо, а не только когда хорошо. В реальной ситуации хорошо не бывает. К десяти годам Грей Шнайдер был другим. Снаружи — почти незаметно. Тот же тихий мальчик у окна, тот же ровный голос, та же привычка держаться чуть в стороне. Феликс всё так же иногда садился рядом и рассказывал что-то про футбол. Воспитатели всё так же считали его странноватым. Но внутри — система. Выстроенная, проверенная, с известными параметрами и понятными точками роста. Он знал что умеет, знал что не умеет, знал куда двигаться дальше. Бесконечный потенциал продолжал делать своё — тихо, неостановимо. Но теперь было куда расти не только вширь, но и вглубь. Тетрадь в клетку была исписана до последней страницы. Он купил новую.