Хорошая жизнь в Старшей школе демонов!

Три года прошли тихо. Для стороннего наблюдателя — почти незаметно. Грей Шнайдер рос, ел, спал, ходил в школу при «Lindenhof» и делал то, что от него ожидали. Не больше, не меньше. Внутри всё было иначе. Бесконечный потенциал работал как медленный, но неостановимый прилив. Каждый день чуть больше, чем вчера. Не рывками, не вспышками, ровно и неуклонно, как вода, точащая камень. Мана накапливалась слоями, и слои становились плотнее. Сила духа крепла Грей чувствовал её как что-то стержневое, позвоночник внутри внутри. Сила души была тише, глубже, но он ощущал и её — как уголь, который ещё не горит, но уже греет. Таланты росли вместе со всем остальным. Память, и без того идеальная, стала острее. Концентрация — почти нечеловеческой. Способность удерживать несколько потоков информации одновременно развилась сама собой, без усилий, просто потому что Almighty требовал этого каждый день. А Almighty к девяти годам стал другим. Не внешне — со стороны Грей по-прежнему просто сидел и смотрел в пространство. Но изнутри разница была огромной. Видения перестали быть волнами, которые нужно переждать. Они стали фоном. Тихим, постоянным, почти неощутимым — как периферийное зрение, как слух, как дыхание. Он больше не тратил на это сознательных усилий. Будущее просто было — рядом, чуть сбоку, всегда доступное, если протянуть руку. Это было удобно. И одновременно — по-своему жутко. Потому что когда будущее становится дыханием, перестаёшь замечать настоящее. Люди вокруг превращались в уравнения с известным ответом. Разговоры — в тексты, которые он уже читал. Грей смотрел на Феликса, который что-то рассказывал про футбол, и одновременно видел, как тот через сорок секунд засмеётся, через минуту отвлечётся на Йонаса, через три — уйдёт. Он улыбался в нужных местах. Кивал. Отвечал. Это была не фальшь — он не притворялся. Просто он уже давно жил в двух слоях одновременно: в том, что происходит, и в том, что произойдёт. И второй слой становился всё плотнее. Спасала работа. Он читал всё, до чего мог дотянуться — библиотека при «Lindenhof» была небольшой, но воспитатели не запрещали брать книги из городской. Физика. Математика. Биология. История. Потом — на немецком, потом на английском, который он освоил к восьми годам просто потому что было время и не было причин не осваивать. Мозг требовал нагрузки, а знания были ещё и практичны: когда-нибудь ему предстоит существовать в мире, где сила не единственная валюта. В школе его считали тихим отличником. Учителя любили — не тепло, а уважительно, как любят ребёнка, который не создаёт проблем. Сверстники обходили стороной без злобы — просто он был не отсюда в каком-то неуловимом смысле, и это чувствовалось. Феликс всё ещё иногда садился рядом. Грей всё ещё иногда отвечал. Этого было достаточно. Фрайбург, «Lindenhof». Грею девять лет. Ноябрь. Вечер был обычным. Грей сидел в своей комнате — он давно добился отдельной, сославшись на то, что ему нужна тишина для учёбы, и воспитатели не возражали — с книгой по органической химии на коленях и чашкой остывшего чая на подоконнике. За окном Фрайбург светился жёлтыми фонарями сквозь ноябрьский туман. Где-то внизу Феликс с Йонасом спорили из-за пульта от телевизора. Фоновый поток будущего тёк ровно. Спокойно. Завтра — завтрак, школа, контрольная по математике которую он напишет за двенадцать минут. Послезавтра — ничего особенного. А потом Грей потянулся чуть дальше. Просто так — не из тревоги, а по привычке, как иногда смотришь в окно без цели. И увидел. Не сразу. Сначала — просто что-то тёмное в потоке вероятностей. Пятно там, где должна была быть обычная серая рябь. Он потянулся точнее, сфокусировался — и картинка развернулась. Через четыре дня. Поздний вечер. Улица у западной стены «Lindenhof» — он знал каждый камень там, каждую трещину в асфальте. И на этой улице — что-то. Не человек. Форма была человеческой, но аура — нет. Тёмная, маслянистая, с привкусом чего-то гнилого даже в видении. Оно шло медленно, почти лениво, и смотрело на здание. Низший демон. Бродячий. Голодный. Грей видел несколько вариантов. В большинстве из них демон ломился внутрь. В нескольких — находил кого-то из детей, вышедшего во двор по какой-то причине. В одном варианте приезжала полиция и не понимала, с чем столкнулась. Ни один из вариантов ему не нравился. Он опустил книгу. Медленно. Аккуратно. Внутри что-то сжалось — тихо, в самом центре грудной клетки. Не паника. Не страх в полном смысле слова. Что-то острее — как первый вдох морозного воздуха после тёплого помещения. Как укол иглой в точку, которая давно онемела. Вот значит как. Он сидел неподвижно минуты три. Просто дышал. Позволил этому острому чувству быть, не давя его и не раскручивая. Потом убрал его в сторону и начал думать. Четыре дня. Это хорошо. Это много. Демон низший — судя по ауре, ничего сложного с точки зрения иерархии DxD. Проблема была в другом: Грей Шнайдер был девятилетним ребёнком с объёмом маны, который, вероятно, уже превышал среднего взрослого мага — но без единого отработанного навыка. Сырая сила без формы — это не оружие. Это просто энергия. Значит, нужна форма. Он встал. Подошёл к окну и посмотрел на улицу — туман, фонари, мокрые листья на асфальте. Очень обычный вид. Через четыре дня на этой улице будет кое-что необычное. Первый вопрос: справится ли он в одиночку? Он снова потянулся к потокам — на этот раз целенаправленно, методично, просматривая варианты один за другим. Там, где он вмешивается. Разными способами. С разными инструментами. В нескольких вариантах демон уходил. В одном — Грей получал удар, который был бы серьёзным для обычного ребёнка, но не для него — мана инстинктивно формировала что-то вроде щита даже без осознанного контроля. В большинстве вариантов, где он действовал заранее и правильно — всё заканчивалось без жертв. Второй вопрос: нужно ли кому-то говорить? Он рассмотрел этот вариант честно. Взрослые. Воспитатели. Полиция. Какая-нибудь церковная организация — экзорцисты в мире DxD существовали, и Фрайбург был достаточно старым католическим городом, чтобы какие-то структуры здесь присутствовали. Проблема: объяснить, откуда он знает. Объяснить, что именно придёт. Стать объектом внимания раньше времени. Нет. Грей отошёл от окна. Сел обратно на кровать, но книгу не взял.        Четыре дня. Ему нужно было научиться хотя бы одному работающему применению маны в виде атаки. Не идеально — достаточно. Сырой концентрированный выброс мог сработать против низшего демона. Главное — точность и момент. Он мысленно составил план. Методично, как составлял бы техническое задание в прошлой жизни. Пункт за пунктом. Где тренироваться — подвал, в нём почти никогда никого нет после восьми. Когда — ночью, пока все спят. Сколько — по три-четыре часа, тело выдержит, энергии достаточно. Снаружи Феликс наконец выиграл спор за пульт — было слышно, как он торжествующе что-то крикнул Йонасу. Грей посмотрел на дверь комнаты. Потом на окно. Потом снова в то место в потоке вероятностей, где через четыре дня стояло тёмное пятно. Острое чувство в груди никуда не делось. Но он уже не обращал на него особого внимания. Работа есть работа. Он встал и пошёл к двери — нужно было незаметно осмотреть подвал до отбоя.