Пока ветер не стих

Цинсюань вышел на улицу и сделал глубокий вдох. Стены закусочной тяжело давили на него, снова видеть перед собой человека, который столько лет оставался для тебя самым дорогим, было тяжело, но ещё тяжелее оказалось видеть презрение в его глазах. Решив немного проветрить голову в ожидании напарника, Цинсюань медленно пошёл вдоль оживлённой улицы. Тёплая атмосфера вокруг и лёгкий весенний воздух постепенно облегчили мысли, и уже спустя пару минут настроение заметно улучшилось. Он вновь почувствовал себя готовым к выполнению миссии и как раз продумывал план действий, когда кто-то грубо коснулся его плеча. Обернувшись, он увидел перед собой раздражённого Мин И. — Ты знаешь пароль от моей сети духовного общения, а я твой нет. Почему я должен искать тебя по всему рынку? Цинсюань совсем про это забыл. Эта маленькая оплошность неожиданно сильно его пристыдила. Неловко улыбнувшись, он опустил взгляд в землю. Свой пароль он придумал ещё в юности. Это был забавный стишок про Повелителя Ветра, который однажды сочинил один из детей его последователей. Если честно, сейчас озвучивать его Мин И было немного неловко, но всё же, собравшись с духом, Цинсюань тихо произнёс пароль, и слова прозвучали уже прямо в голове другого небожителя. «Повелитель Ветра талантлив и чудесен, Повелитель Ветра свободен и весел, Добрее и честнее на небесах нет, Повелителю Ветра шестнадцать лет» Глаза Мин И едва заметно расширились. Он посмотрел на Ши Цинсюаня так, будто тот только что надел сапог себе на голову. Хотя… Это вполне было в его духе. Цинсюань неловко потёр затылок и нервно усмехнулся. — Хехе… придумал ещё в шестнадцать лет, как видишь… Мин И это нисколько не впечатлило. По его выражению лица легко читалось, что искать напарника по всему рынку было куда приятнее, чем произносить этот стишок три раза про себя. Когда это странное наваждение наконец спало, в голове Цинсюаня неожиданно прозвучал голос: — Что значит «владыка не человек»? Они всё ещё стояли посреди шумной улицы. Лицо Мин И оставалось совершенно спокойным, но Цинсюань видел, как тому не терпится узнать ответ. Оно и понятно. Повелитель Ветра специально выбрал именно этот секрет, рассчитывая, что Мин И так или иначе донесёт его до Собирателя цветов под кровавым дождём. У Хуа Чэна были деньги, власть и влияние, этого вполне могло хватить, чтобы хоть немного изменить тот печальный исход, который ожидал их всех в будущем. И он знал, что Хуа Чэн обязательно поможет небожителям защитить небеса, потому что… Его Высочество хотел бы этого. Но сказать всё прямо Цинсюань не мог. Настроение у него вновь стало игривым, поэтому он широко улыбнулся и ответил: — Не скажу! Мин И застыл. Это явно было не то, что он ожидал услышать. Скептически выгнув бровь, он произнёс: — Ты не можешь рассказать мне такую тайну и не объяснить её. Цинсюань победно улыбнулся. — Могу. Ты ведь разозлился на меня без причины. После этого он демонстративно показал язык, развернулся на пятках и важно зашагал в сторону жилых улиц, тихонько хихикая себе под нос. Мин И остался стоять на месте. Одно ему стало совершенно ясно. У Повелителя Ветра отсутствует прогресс в развитии. Иначе он не видел причин, почему взрослый небожитель ведёт себя как ребёнок. Тихо выругавшись себе под нос, Мин И всё же пошёл догонять товарища. В конце концов, их ещё ждала охота на демона.

***

Всю следующую неделю они активно занимались выполнением своей миссии. Заселившись в небольшую гостиницу под видом странствующих даосов, они каждый день выслеживали злосчастного демона, который по ночам кошмарил жителей деревни. Работалось на удивление спокойно. Цинсюань постепенно поймал себя на мысли, что рядом с Мин И ему становится легче. Не так как раньше, но достаточно, чтобы перестать постоянно следить за каждым своим словом и просто наслаждаться моментом. Они мало разговаривали. Мин И большую часть времени либо молчал, либо коротко отвечал на вопросы, а Цинсюань, как обычно, говорил за двоих. Рассказывал какие-то странные истории, комментировал происходящее вокруг, и строил нелепые теории о демоне. Мин И делал вид, что не слушает. Но Цинсюань уже заметил одну вещь. Если начать рассказывать совсем уж откровенную чушь, через несколько минут обязательно последует сухое: «Это не имеет смысла». Значит он слушал. Благодаря силам Повелителя Ветра, который мог рассеивать облака и чувствовать движение воздуха, найти демона оказалось несложно. Тот показался уже на пятый день. Небожители быстро загнали чудовище в ловушку. Оставалось нанести последний удар. Цинсюань стоял напротив демона и уже собирался закончить всё сам, когда внезапно остановился. Он перевёл взгляд на Мин И, немного замялся и жестом подозвал его ближе. — Не мог бы ты расправиться с ним сам? Мин И стоял со скрещёнными руками и смотрел на него так, будто перед ним только что выросло второе солнце. За эту неделю Цинсюань уже сбился со счёта, сколько раз у Повелителя Земли дёргалась бровь из-за его выходок. Этот раз явно попал в десятку лучших. — А ты здесь для красоты стоишь что ли? Цинсюань задумчиво приложил палец к подбородку. — Сочту за комплимент. Мин И тихо выругался себе под нос и пошёл вперёд. Всего несколько движений, короткая вспышка духовных сил и демон рухнул на землю. Миссия была завершена. Конечно, Цинсюань вполне мог сделать это сам. Но заслуги за задание начислялись именно тому, кто нанёс последний удар. Когда-то Его Высочество рассказывал Цинсюаню, что после вознесения Черновод просил у Хуа Чэна деньги. На подарки для старших небожителей, расходы и всякие обязательные формальности для небожителя. Со страшными процентами Кровавого Бедствия сумма выросла до совершенно безумной, и в итоге Хэ Сюань остался ему должен едва ли не навечно. Каждый раз, вспоминая это, Цинсюань невольно возвращался мыслями к одному и тому же. На дне Чёрных Вод лежали несметные богатства, не просто золото или драгоценности а сокровища, о которых ходили легенды. Среди них были даже те самые жемчужины, рождённые в глубинах владений Черновода. Огромные, редкие, почти невозможные для добычи и по слухам безмерно красивые. Что еще добавляло им ценности, так это то, что ни одна живая душа не обладала ими. Из-за них люди отправлялись в море снова и снова, Кто-то терял корабли, кто-то семьи а кто-то собственную жизнь. Говорили, что одна такая жемчужина могла стоить состояние, которого хватило бы нескольким поколениям вперёд. Если бы Хэ Сюань захотел, ему не составило бы труда продать хотя бы одну. Этого хватило бы не только закрыть долг перед Хуа Чэном, можно было бы купить половину Небесной столицы и ещё остаться в прибыли. Но он никогда этого не делал. И дело было даже не в жадности. Цинсюань почему-то был уверен, Хэ Сюань скорее продолжил бы копить долг веками, чем прикоснулся бы к этим сокровищам ради себя. Почему? Он не знал. После того как правда раскрылась, многие поступки Черновода перестали казаться понятными. Чем больше Цинсюань пытался сложить образ того человека, которого когда-то считал своим другом, с тем существом, которым тот оказался на самом деле, тем меньше у него получалось понять его. И почему-то от этого внутри становилось только тяжелее.

***

Успешно завершив задание, небожители вернулись во дворец Владыки с отчётом. Цинсюань в красках начал рассказывать о том, как Мин И героически обезвредил демона, спас деревню и почти в одиночку защитил бедных жителей. Мин И же наградил его настолько раздражённым взглядом, что Цинсюань решил больше не приукрашивать. Владыка только рассмеялся над энтузиазмом Повелителя Ветра и после короткой беседы выдал Мин И указ вместе с чеком на пять тысяч заслуг за выполненную миссию, которые нужно было забрать во дворце Лин Вэнь. Получив тубу в руки, Мин И медленно повернулся к Цинсюаню и подозрительно прищурился. Цинсюань лишь неловко пожал плечами. Кажется, его маленькую благотворительную аферу раскрыли. Уже по дороге ко дворцу богини литературы Цинсюань начал рассказывать Мин И о негласных правилах небесной столицы. Каждый новый небожитель после вознесения обычно приходил с визитом к старшим чиновникам, приносил небольшие подарки, знакомился, заводил связи и показывал своё уважение. Это не было обязательным законом, но все прекрасно понимали, что тому, кто умеет выстраивать отношения, жить на небесах гораздо проще. Цинсюань шёл чуть впереди, заложив руки за спину. — Я мог бы помочь тебе с этим. У меня во дворце осталось много вещей, которые всё равно лежат без дела. Можно подобрать подарки так, чтобы каждому понравилось. Мин И посмотрел на него без особого интереса. — Просто так? Цинсюань улыбнулся. — Ну… да. Мин И почти сразу отвернулся. — С неба пироги не падают. Цинсюань негромко рассмеялся и ускорил шаг, после чего развернулся и пошёл лицом к собеседнику. — Хорошо, тогда не бесплатно. Мин И перевёл на него взгляд. — И что ты хочешь? Цинсюань задумался. На самом деле он ничего не хотел. Подарки были лишь предлогом. Ему просто хотелось помочь приятелю не вляпаться в долги по самые уши. Но объяснять это сейчас было бы странно. Немного подумав, он хлопнул в ладоши. — Тогда ты можешь со мной прогуляться. Мин И некоторое время молчал. Цинсюань же развернулся обратно и продолжил идти. — Мы могли бы пройтись по небесной столице. Тут есть много красивых мест которые я мог бы тебе показать. Мин И некоторое время смотрел ему в спину, потом коротко ответил: — Идёт. Цинсюань даже удивился. Он уже морально готовился уговаривать ещё минут десять. Но быстро взял себя в руки и широко улыбнулся. Мин И, заметив это выражение лица, сразу нахмурился. Кажется, он уже начал жалеть о своём решении. Но Цинсюань уже понял одну вещь: Мин И не был человеком, который делает что-то просто так. Даже если внешне казался равнодушным и безразличным. И если он соглашался слишком легко, значит, у него была причина. И Цинсюань знал какая. В прошлой жизни Мин И постепенно сближался с ним не потому что проникся дружбой, а потому что хотел подобраться ближе к Ши Уду, узнать его слабости и дождаться подходящего момента. Но теперь всё было иначе. Цинсюань отстранился от брата, он больше не собирался быть мостом между ними. Ши Уду обязательно однажды ответит за всё, что сделал. Но не так. Не ценой собственной головы. И если под удар Чёрного Бедствия кто-то и должен попасть в этой жизни, то только сам Цинсюань. Забрав заслуги во дворце Лин Вэнь, они направились ко дворцу Повелителя Ветра. По дороге Цинсюань рассказывал о других небожителях: кто что любит, кому какие подарки лучше не дарить, кто обожает лесть, а кто начинает раздражаться от лишнего внимания. Мин И почти ничего не отвечал. Но слушал. Это Цинсюань уже научился замечать. Однако чем ближе они подходили ко дворцу, тем тяжелее становилось у него внутри. Знакомую ауру он почувствовал ещё до того, как вошёл. Ши Уду. Цинсюань замедлил шаг. После короткой паузы он повернулся к Мин И. — Подожди меня здесь немного. Тот ничего не ответил и Цинсюань вошёл внутрь. Он сразу встретился взглядом с братом, Ши Уду стоял посреди зала, в руках он держал разрушенный замок долголетия. Золотое свечение давно исчезло, и теперь украшение выглядело как обычный камень. Ши Уду медленно поднял руку покачивая замок перед глазами младшего. — Ничего сказать мне не хочешь? Цинсюань нахмурился. — Я уже сказал тебе всё, что хотел. Ши Уду некоторое время молча смотрел на потухший замок долголетия, после чего медленно сжал его в ладони. — Я думал, это просто детская истерика. Но ты действительно уничтожил его. — Я уже давно не ребёнок. Цинсюань ответил спокойно, хотя внутри неприятно сжалось. Ему хотелось сказать многое. Хотелось объяснить, что дело вовсе не в украшении и не в желании задеть брата. Но за открытой дверью всё ещё стоял Мин И, а потому он решил не продолжать. Ши Уду тяжело выдохнул. — Три года как вышел из молодого возраста и уже считаешь, что можешь спорить со старшими. Цинсюань опустил взгляд. Брат был прав. Ему никогда не хватало смелости долго отстаивать своё мнение перед Ши Уду. Обычно он уступал ещё до того, как ссора успевала начаться всерьёз. Но сейчас всё было иначе. Он тихо произнёс: — Брат, я вовсе не хочу ссориться с тобой. Ши Уду слегка расслабился. Цинсюань продолжил: — Я принял решение и отступать не намерен. Он помолчал и добавил уже гораздо тише: — Просто… уважай его. А потом почти шёпотом: — Пожалуйста… Ши Уду замолчал. Кажется, эти слова задели его сильнее, чем любые обвинения. Они не виделись неделю, а после того разговора им так и не представилось возможности спокойно поговорить. Ши Уду подошёл ближе и неожиданно заключил младшего брата в объятия, на что Цинсюань не ответил. Тогда Повелитель Вод немного отстранился, положил ладонь ему под подбородок и заставил поднять голову. Когда он снова заговорил, голос стал непривычно мягким. Тем самым голосом, которым он говорил только тогда, когда действительно боялся. — Брат… что произошло в день вознесения Повелителя Земли? Лазурные глаза внимательно смотрели прямо в него. — Почему ты больше не можешь смотреть на меня? И Цинсюань снова увидел их. Те же глаза, но уже пустые, безжизненные. Оторванную голову брата. Лицо, навеки застывшее в той жуткой усмешке. К горлу мгновенно подкатил ком. Он почувствовал, что ещё немного и его действительно стошнит. Цинсюань закрыл глаза и медленно покачал головой. Он не мог ответить. Не сейчас. Ши Уду отпустил его. Мягкость исчезла так же быстро, как появилась. Он сделал несколько шагов назад. — Ты не можешь просто отказаться от меня. Повисла тишина. Потом он продолжил: — Ты даже не представляешь, сколько всего я для тебя сделал. Голос стал заметно жёстче. — На какие жертвы пошёл. Цинсюань резко поднял голову. Он представлял. Именно поэтому он больше не мог позволить ему делать это снова. Он сорвался почти сразу: — Я не просил тебя об этом! В приёмной мгновенно стало тихо. Ши Уду застыл. Всего одной фразой Цинсюань перечеркнул всё то, что старший брат считал проявлением любви. Ладони Повелителя Вод медленно сжались в кулаки. Костяшки побелели. Он уже открыл рот, собираясь ответить но в этот момент за спиной Цинсюаня в открытом дверном проёме появился силуэт. Мин И. Он остановился на пороге и молча посмотрел на Ши Уду. Цинсюань почувствовал, как по спине прошёл холодок. Это была их первая встреча после того самого дня, как Ши Уду лично спустился с небес что бы убедиться в смерти Хэ Сюаня. Мин И стоял спокойно, но Цинсюань слишком хорошо знал этот взгляд. Так смотрят на человека, которого мечтают однажды увидеть мёртвым. Ши Уду проследил за его взглядом и слегка нахмурился. Он не знал причин этой неприязни, для него Мин И был просто недавно вознёсшимся чиновником. Но дальнейший разговор уже явно не предназначался для чужих ушей. Ши Уду медленно выдохнул, бросил последний взгляд на брата и неожиданно успокоился. Он поправил рукав ханьфу и холодно произнёс: — Когда тебе разобьют нос, не приходи ко мне жаловаться. После чего развернулся и быстрым шагом покинул дворец. Цинсюань ещё некоторое время стоял на месте. Только когда аура брата окончательно исчезла, он позволил себе медленно выдохнуть. Получилось. Он оттолкнул его, и это было больно. Развернувшись, Цинсюань посмотрел на Мин И. Повисла неловкая пауза. Чтобы не зацикливаться на произошедшем, он быстро отвёл взгляд и произнёс: — Пойдём, покажу сокровищницу. Развернувшись, он направился вглубь дворца. Уже почти дойдя до коридора, он услышал за спиной голос: — Ты соврал ему. Цинсюань остановился. Медленно повернулся. — Что? Мин И стоял там же, не двигаясь. — Ты всё ещё ждёшь, что он за тобой вернётся. Цинсюань замер. Он не сразу ответил. Несколько секунд он просто смотрел в пол а потом тихо усмехнулся. Даже немного удивлённо. Он ведь правда думал, что хорошо скрывает это. Через некоторое время он всё же сказал: — Ты прав. Он немного помолчал. И продолжил: — Все хотят, чтобы их кто-нибудь спас. Когда он поднял взгляд, улыбка была слабой, почти детской. — Просто кроме него… за мной никто никогда не возвращался. Повисла тишина. Мин И ничего не ответил, лишь какое-то время смотрел на него, потом слегка кивнул, будто сделал для себя какой-то вывод, и наконец сдвинулся с места. Поравнявшись с Цинсюанем, он спокойно произнёс: — Тогда не жди. И пошёл дальше по коридору. Цинсюань остался стоять. Сам не понимая почему, но эти два слова вдруг задели его сильнее всей ссоры с братом. Через несколько секунд он улыбнулся и догнал гостя. Сегодня ночью им предстояло ещё очень много возни с подарками для небесных чиновников.