Красный лотос. In the Dark.

Я лежал в постели, смотря в потолок. Сердце ускоряло ритм. Я положил руку на грудь, пытаясь его успокоить. Она же придёт? Придёт? Она забрала подарок. Он ей понравился? Подошёл? Я повернулся на бок. Должен подойти. Я же так старался. Я тяжело вздохнул. Нет, она придёт. Должна прийти. Она не может оставить меня после всего того, что было между нами. - Хёнджин, - раздался тихий голос с улицы. Я напрягся. Привстал на локтях, прислушиваясь. - Хёнджин, - снова этот голос. - Выйди на улицу. Я медленно встал с постели и прошёл к двери. Приоткрыл её, выглядывая в щель. - Кто там? - Не узнаёшь меня, Хёнджин? - спросила молодая госпожа. Я прищурился, пытаясь понять - кто это? Красивый ханбок, белая кожа, алая краска на губах. Молодая госпожа стояла напротив меня, пряча лицо под накидкой. Я неловко покашлял, поправляя ворот на нижней рубашке. - Что Вам нужно, госпожа? Она улыбнулась. - Это же я, Хёнджин, - радостно сказала девушка. Она спустила накидку, показывая своё лицо. Моё сердце на секунду замерло. Соль. Я испугался и резко закрыл дверь. Проклятье. - Хёнджин? - растерянно спросила Соль. Я приоткрыл дверь. - Сейчас выйду, - быстро сказал я в щель и снова закрыл. Поспешил к шкафу, доставая одежду. «Проклятье,» - промелькнула мысль в голове. Я достал одежду из шкафа и начал одеваться. Быстро. Суетливо. Я запутался в штанах и с грохотом упал. Резко встал, оглядываясь по сторонам. Надеюсь, никто не слышал. Потянулся к топо. Надел, цепляясь за ширму. Быстро проверил - не порвал. Я с облегчением выдохнул. Подбежал к зеркалу, чувствуя, как пот уже проступил на лбу. Взглянул на себя - лицо покраснело. Я недовольно поджал губы. Схватил рисовую пудру и начал пудрить лицо, стараясь сделать его белее. Расчесал мокрые волосы, делая их идеально прямыми. Тяжело вздохнул. И так сойдёт. Я затянул пояс на топо и вышел из комнаты. Встал на веранде, делая невозмутимое лицо. Будто совсем не готовился. Соль улыбнулась. - Тебе идёт голубой цвет, - тихо сказала она. Я опустил глаза, чувствуя, как вспыхнули щёки. - Спасибо, - прошептал я, сминая ткань чогори. Я надел обувь и спустился к ней. Подошёл ближе, с интересом разглядывая. Её кожа была чистой, белее, чем обычно. Она красиво оттеняла чёрные волосы, убранные в аккуратную косу. Соль посмотрела на меня, и я увидел отражение луны в её зрачках. Сердце забилось быстрее. - Ты очень красивая, - прошептал я. Она смущённо отвела взгляд. Я оглянулся по сторонам, боясь, что нас заметят. - Идём, - тихо сказал я, беря её за руку. Я повёл её на задний двор, пытаясь спрятать от любопытных глаз. Обернулся, смотря на неё. Она была слишком красивой. Нереальной. У меня перехватило дыхание. Я ускорил шаг, чувствуя, как сердце бьётся от волнения. Завёл её на задний двор и остановился, прячась под деревом. Я обернулся к ней. Соль растерянно посмотрела на меня. Я ничего не ответил. Наклонился к ней, беря за подбородок. Мои губы коснулись её, оставляя нежный поцелуй. - Гуань-гуань кричат цапли-рыболовы на отмели реки, - прошептал я. - Скромная, изящная девушка — для благородного мужа она — желанная пара. Её щеки залились краской. - Что ты такое говоришь? - тихо спросила она, сжимая мою руку. - Это первое стихотворение в самом первом разделе «Шицзина» - «Книга песен», в подразделе «Чжоу нань». Оно считается одним из самых древних сохранившихся китайских поэтических текстов. Соль растерянно отвела взгляд. - Там есть продолжение, - я улыбнулся. - Хочешь послушать? - Хочу. Я покашлял, собираясь с духом. - Неровно растёт водяной кресс, то слева, то справа течение его несёт. Скромная, изящная девушка — днём и ночью ищу её. Ищу — и не могу найти, днём и ночью думаю о ней. О, как тоскливо! О, как тоскливо! Ворочаюсь с боку на бок, не могу уснуть. Неровно растёт водяной кресс, то слева, то справа собираю его. Скромная, изящная девушка — с цитрой и гуслями подружусь с ней. Неровно растёт водяной кресс, то слева, то справа рву его. Скромная, изящная девушка — колоколами и барабанами порадую её. Соль улыбнулась, поправляя нориге на юбке. - Очень красиво. - Это классическая песня о первой любви и сватовстве. Даже сам Конфуций очень высоко ценил это стихотворение. - Раз Конфуций ценил, значит, и правда что-то хорошее, - растерянно сказала она. Я не смог сдержаться и рассмеялся. - Любишь стихи? - спросила Соль, нежно поглаживая мою руку. - Конечно, - уверенно ответил я. - Поэзия, как и другое искусство, - это важная часть моей жизни. Я ценю красоту и изящество. - А, понятно, - тихо сказала Соль, опуская глаза. - А ты любишь поэзию? - Я не читаю стихи. - Почему? - Не умею читать. Я на секунду замер. Проклятье. - Соль, прости, - виновато сказал я. Она отвела взгляд. - Я научу тебя читать, - решительно заявил я. - Хочешь? - Не хочу. - Почему? - удивился я. - Мне это не нужно. У меня сейчас... другие дела. Потом научусь, если понадобится. - Я готов учить тебя в любое время. - Нет. - Почему нет? - с непониманием спросил я. - Не хочу, чтобы ты учил меня, - уверенно ответила Соль. - Думаешь, я буду плохим учителем? - удивился я. Соль смутилась, пряча глаза. - Я не смогу сосредоточиться на учёбе, если ты будешь рядом, - тихо призналась она. Я отвернулся, чувствуя, как горят щёки. Внезапно Соль прижалась ко мне, заключая меня в объятья. Я на секунду растерялся, но быстро обнял её в ответ, нежно поглаживая по спине. - Спасибо, Джини, - прошептала она. - Ханбок мне очень нравится. Правда. - Тебе идёт ханбок. В нём ты выглядишь ещё красивее. Соль посмотрела на меня. - А до этого я была некрасивой? - недовольно спросила она. Я улыбнулся. - Для меня ты всегда красивая. Самая красивая девушка на свете. Она потянула меня за ворот, наклоняя к себе. Её губы нашли мои, оставляя нежный поцелуй. Я сильнее сжал её руку. - Давай посидим, - прошептал я. Она кивнула, улыбаясь. Я помог ей сесть, не запутавшись в слоях юбки. Сел рядом, не сводя с неё глаз. Мои руки коснулись её хрупких плеч, придвигая ближе. Я наклонился к ней, чувствуя, как сбивается дыхание. - Соль, - прошептал я. Она смяла ткань моего топо. Я наклонился ещё ближе. Застыл, чувствуя, как сердце сейчас выпрыгнет из груди. Мои губы потянулись к ней, прося её близости. Поцелуй вышел неловким. Несдержанным. Я спешил. Прижал её сильнее, отдаваясь чувствам. Она ответила на мой поцелуй. Страстно. Горячо. Неуместно. Мне было всё равно. Я не хотел отпускать её. Мы целовались, не замечая времени. Наслаждались обществом друг друга, позабыв обо всём на свете. И впервые за долгое время я был по-настоящему счастлив.

***

Я переживал, что слуги увидят Соль. Начнут сплетничать, обсуждать её за моей спиной. И слухи неизбежно дойдут до моего отца. Этого я боялся больше всего. Он сразу начнёт выяснять, кто она. И ничем хорошим это не закончится. Я не стыдился Соль, не стыдился своей любви к ней. Но я прекрасно понимал, что не смогу защитить её, пока живу с отцом. Как бы я ни старался быть мужчиной, рядом с ним я остаюсь мальчишкой, который не волен делать то, что хочет. Поэтому я принял решение скрывать свои отношения с Соль, пока не сдам государственный экзамен и не получу свободу от мнения отца. Я договорился о встрече с Соль за пределами дома. С замиранием сердца ждал наступления темноты, изо всех сил стараясь не выдать своих планов. Сунчёль внимательно поглядывал на меня, явно понимая, что я что-то задумал. Но я усиленно делал невозмутимое лицо, притворяясь, что читаю. Он не стал меня ни о чём спрашивать. Не решился. Это радовало меня. В последнее время я старался меньше разговаривать с ним, боясь проболтаться о Соль. Ночь опустилась на Ханян. Я сжал ткань чогори, чувствуя, как сердце ускоряет ритм. Отвел взгляд, выглядывая в окно - луна была полной. Я нервно сглотнул. Неужели я правда собираюсь это сделать? Я открыл шкаф, доставая топо. Надел, чувствуя, как дрожат пальцы. Завязал пояс. Не сразу. Когда нервничаю, всё идёт не так. Взял кат, сжимая его в руках. Аккуратно надел, завязывая под подбородком. Тяжело вздохнул, поправляя бусы. Нет, так не пойдёт. Слишком ярко. Слишком приметно. Я аккуратно отцепил бусы, убирая их в ящик. Перед уходом взглянул на себя в зеркало. «Кажется, я безумен,» - промелькнула мысль в голове. Я отмахнулся от неё. Тихо вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. Я шёл по ночному двору, постоянно оглядываясь. Сердце больно билось о рёбра, но я не останавливался. Продолжал идти, вкладывая решимость в каждый шаг. Заметил охранника, спящего у ворот. Резко остановился. Проклятье, и что дальше? Как я объясню, зачем мне ночью понадобилось выходить? Я поджал губы. Да и не выпустит он меня. В любом случае. Комендантский час ведь. Я быстрым шагом пошёл прочь, боясь, что он проснётся и заметит меня. Подошёл к забору. Остановился, нервно поправляя кат. И что дальше? Я не могу не прийти. Соль ждёт меня. Как я объясню Соль своё отсутствие? Я облокотился на забор, пытаясь что-то придумать. Замер, на секунду перестав дышать. Медленно поднял глаза, смотря на забор. Соль ведь перепрыгнула через забор. Если у неё получилось, то и я смогу. Я отошёл подальше, оценивая свои силы. В этой части забор был слишком высоким, поэтому я пошёл на задний двор, пытаясь найти, где он пониже. Нашёл место, где забор был ростом с меня. Подпрыгнул, пытаясь зацепиться - не вышло. Ещё раз - безуспешно. Да как она это делает? Я прыгал возле забора, пытаясь забраться на него. В этот момент осознал, что идея снять бусы была хорошей. После неудачных попыток и расцарапанных ладоней я решил сменить стратегию. Решительно пошёл на кухню. Я вернулся к забору с пустым ведром в руках. Поставил его, забираясь выше. Ведро пугающе скрипнуло под моим весом. Я поджал губы и сильнее прижался к забору, боясь упасть. Не без труда, но я залез наверх, чувствуя, как дрожит всё тело. Посмотрел вниз, оценивая высоту. Так, и что дальше? Я попытался аккуратно слезть, но не вышло. Запутался в ткани топо и с криком полетел вниз. Я рухнул на землю, подняв клубни пыли. Резко встал, отряхиваясь. Так, ну, неплохо. Могло быть и хуже. Я ещё раз отряхнулся и поправил кат. Огляделся по сторонам, пытаясь сориентироваться. После чего поспешил к мосту. Когда я подходил, Соль уже была там. Она стояла на мосту, пряча лицо за накидкой. Лёгкий ветер раздувал ткань её ханбока, создавая притягательные волны. Она была маленькой, хрупкой, но невероятно красивой на фоне красных роз, что тянулись у забора. Я замер, любуясь её красотой. Соль посмотрела в мою сторону. Спустила накидку, показывая мне своё лицо. Моё сердце забилось чаще. Я подошёл к ней, беря её за руку. - Соль, - прошептал я. Она улыбнулась. Я наклонился, оставляя лёгкий поцелуй на её губах. Соль крепче сжала мою руку. - Я боялась, что ты не придёшь. - Я бы не посмел. Она прижалась ко мне. - Джини, - выдохнула она. - Тебе страшно? - обеспокоенно спросил я. - Немного, - тихо призналась Соль. - Я не гуляю по городу в ночное время. - Из-за комендантского часа? Она отвела взгляд. - Не только. Просто... ночью я ухожу в горы. - В горы? - удивился я. - Так ты правда приходила ко мне со стороны гор? Соль коротко кивнула. Я нахмурился. - Почему ты ночью уходишь в горы? Разве в горах нестрашно? - А чего бояться? - удивилась Соль. - Ну... там тигры, дикие кабаны и другие звери. Она улыбнулась. - Они не пугают меня. - Правда? - мои глаза расширились от удивления. - А ты боишься диких зверей? Я отвёл взгляд, не в силах признаться. Соль взяла меня под локоть. - Прогуляемся? - предложила она. - Да, - быстро ответил я. Она улыбнулась. Мы медленно пошли по мосту. - Так ты правда боишься тигров? - спросила Соль. - Нет, - соврал я. - Если боишься, ничего страшного. Я смогу защитить тебя от тигра. Я резко остановился. - Да не боюсь я тигров, - сказал я, сам себе не веря. - Чего их бояться? Тигры глупые, а я умный. Я смогу обмануть тигра. Соль улыбнулась. - Почему ты думаешь, что тигры глупые? - Тигры бояться хурму. - Что? - растерянно спросила Соль. - Разве ты не знаешь сказку про тигра и хурму? - удивился я. - Нет. А что за сказка? - Рассказать? - Конечно, расскажи. Я улыбнулся. - Давным-давно в горах жил большой и грозный тигр. Однажды он сильно проголодался и спустился в деревню, чтобы украсть корову или найти что-нибудь поесть. Была уже поздняя ночь, в деревне было тихо. Тигр подкрался к одной бедной хижине и услышал, как внутри плачет маленький ребёнок. Мать пыталась его успокоить: «Тише, тише, сынок! Если будешь плакать — придёт тигр и съест тебя!» Но ребёнок плакал ещё громче. Тигр за дверью усмехнулся: «Ха! Даже люди боятся меня, как и все звери». Мать продолжила: «Если не перестанешь плакать, придёт тигр!» Ребёнок снова заплакал ещё сильнее. Тигр совсем обрадовался своей силе. - И что сделал тигр? - удивилась Соль. - Правда напал на ребёнка? - Подожди, - сказал я с улыбкой на лице. - Слушай дальше. - Я слушаю, - сказала Соль, прижимаясь ко мне ближе. - Вдруг мать сказала совсем другим голосом, - продолжил я. – «Вот, возьми хурму, только перестань плакать!» В ту же секунду ребёнок мгновенно затих. Ни звука. Тигр в ужасе замер. «Что?! — подумал он. — Даже тигра ребёнок не боится, а от одной только хурмы сразу замолчал? Значит, эта хурма страшнее меня! Какое ужасное и могучее существо!» Соль рассмеялась. - Пока тигр дрожал от страха, в темноте в хижину пробрался вор, который тоже хотел украсть корову, - я продолжил рассказ. - В темноте он нащупал большую тёплую спину, подумал, что это корова, и прыгнул тигру на спину. Тигр в панике решил, что это и есть та самая страшная «Хурма», которая пришла за ним! Он с рёвом бросился бежать из деревни в горы со всех ног, а вор в ужасе вцепился в него и тоже орал от страха. Так тигр нёс вора на себе до самой глубины леса, пока тот наконец не спрыгнул и не убежал. А тигр потом долго рассказывал всем зверям, какого страшного зверя — Хурму — он встретил в деревне. Соль залилась звонким смехом. Я тоже не смог сдержать улыбку. Рассмеялся, нарушая покой ночного города. - А почему ребёнок испугался хурму? - внезапно спросила Соль. - Она такая невкусная? - Ты никогда не ела хурму? - удивился я. - Не доводилось, - тихо ответила она. Я нежно погладил её по руке. - Я куплю для тебя хурму, - решительно сказал я. - Не нужно. - Да мне несложно. - Я не смогу её съесть. - Почему? - удивился я. - Вампиры не едят, - призналась Соль. Я резко остановился. - Не едят? - переспросил я, думая, что мне показалось. - Да, не едят. Мы не можем есть человеческую еду. Мои глаза расширились от удивления. - А чем вы питаетесь? Вы же чем-то питаетесь? Соль отвела взгляд. - Кровью, - тихо сказала она. Сердце больно дёрнулось в груди. Кровью..? - Какой кровью? - мой голос дрогнул. - Человеческой? - Да, человеческой. Я пробовала пить кровь животных, но она не даёт насыщения и быстро расходуется. Поэтому пришлось вернуться к человеческой крови. Мои руки начали дрожать, и Соль взяла меня за руки, пытаясь успокоить. - Не бойся, - тихо сказала она. - Я тебя не трону. Ты дорог мне. - Почему ты не сказала? - с непониманием спросил я. - Почему скрыла от меня? - Я не хотела тебя пугать. Я устало провёл по лицу, пытаясь успокоиться. Проклятье. - Джини, прошу, - тихо сказала Соль. - Не бойся меня. Я ничего тебе не сделаю. Ты мне нравишься. Очень нравишься. Я посмотрел на неё, нахмурившись. - Где ты берёшь кровь, Соль? - строго спросил я. Она отвела взгляд. - Я... хожу на охоту, - прошептала она. - Время от времени. - Ты нападаешь на людей и пьёшь их кровь? - Иногда. - Ты убиваешь, Соль? Она молчала около минуты. - Иногда, - призналась она. - Но не из-за крови. - А из-за чего? - Из-за мести. - Какой мести, Соль? - строго спросил я. - Кому ты мстишь и за что? Она отвела взгляд. - Я не могу сказать тебе. Я тяжело вздохнул. - Не волнуйся, Джини, - тихо сказала Соль, сжимая мою руку. - Эта часть моей жизни никогда не коснётся тебя. Я закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Во что я ввязался? Но уже слишком поздно отступать. - Если тебе нужна кровь, пей мою, - решительно заявил я. Соль растерянно посмотрела на меня. - Что? - Пей мою кровь, Соль. - Нет, - категорично заявила она. Я усмехнулся. - Потому что моя кровь грязная, да? - О чём ты? - растерянно спросила Соль. - У меня грязная кровь, - признался я. - Я незаконнорожденный. Сын кисэн. - Мне плевать на твоё происхождение, - уверенно заявила она. - Тогда почему ты не хочешь пить мою кровь? - удивился я. - Я не знаю, когда остановиться. Я могу выпить слишком много, и тогда ты будешь болеть. Я могу ненамеренно убить тебя. Нет, я не буду рисковать тобой. Никогда. Я отвёл взгляд в сторону. Пытался привыкнуть к мысли, что Соль пьёт человеческую кровь. Только... не выходило. - И каково это - питаться кровью? – спросил я, не выдержав. - Нормально, - спокойно ответила Соль. - Я уже привыкла. - Тебе нравится... вкус крови? - Кровь бывает разной, - призналась Соль. - Есть обычная, а есть сладкая. - Сладкая, наверное, у янбанов? - тихо спросил я. - Вкус крови не зависит от статуса. Я поджал губы. - А грязная кровь какая по вкусу? - Кровь не бывает грязной, Джини. Кровь есть кровь. Я отвёл взгляд, чувствуя, как щиплет глаза. Кровь есть кровь... Я почувствовал усталость. Слишком многое навалилось на мои плечи. Кровь. Вампиры. Вкус крови и статус. Мой разум не справлялся, желая отдохнуть. - Наверное, я лучше пойду, - тихо сказал я. Соль крепче сжала мою руку. - Ты же не бросаешь меня? - обеспокоенно спросила она. Я улыбнулся краем губ. - Нет. Конечно, нет, - уверенно ответил я. - Я не могу бросить тебя. Я люблю тебя, Соль. Она смущённо опустила глаза. - Правда? - тихо спросила она. - Конечно. Соль потянулась ко мне, нежно касаясь моих губ. - Я тоже люблю тебя, Джини, - прошептала она. Мои щёки вспыхнули от смущения. - Правда любишь? - Да. Я обнял её, не в силах справиться со своими чувствами. - Соль... Я поцеловал её на прощанье и пошёл домой. Мысли путались в голове, не желая укладываться. Кровь. Она пьёт кровь. Человеческую. Я вздрогнул. Не знаю, почему. Как-то само вышло. Так вот, что было в той бутылке. Кровь... Я отмахнулся. Это ничего не меняет. Не отменяет моих чувств к ней. Она просто... другая. Особенная. Ничего страшного. Так бывает. Я тоже не такой, как все... так что... Я услышал жалобное мяуканье. Остановился. Оглянулся по сторонам - в кустах сидел кот. - Мяу, - сказал он, смотря на меня большими глазами. Я невольно улыбнулся. Какой милый котёнок. Я потянулся к нему, желая погладить. Едва дотронулся, как кот резко встал на дыбы, распушил хвост, грозно шипя в мою сторону. - Прости, прости, - сказал я, резко убирая руку. - Я не буду тебя трогать. Обещаю. Кот взмахнул хвостом и пошёл важной походкой, будто эта улица принадлежит ему. Я недовольно поджал губы. Что за наглый кот? Я вернулся к тому месту, где спрыгнул с забора. Остановился, смотря на стену перед собой. Поставил руки в бока. Так и что дальше? Как я вернусь обратно? Я осмотрелся, пытаясь найти что-то, куда можно встать, но в округе ничего не было. Я нахмурился. Кажется, надо было продумать эту часть плана. Я несколько раз подпрыгнул, пытаясь ухватиться за черепицу. Бесполезно. Я сделал ещё пару попыток, выбиваясь из сил, но это не дало результата. Так, и что делать? Как я вернусь домой? Я же не могу ночевать на улице. Я услышал приближающиеся голоса, и сразу понял – городские стражники. Я пошёл быстрым шагом, пряча лицо. Проклятье, во что я ввязался? Ещё не хватало, чтобы меня в тюрьму посадили за нарушение комендантского часа. Я спрятался за забором, ожидая, пока они пройдут. Нервно сглотнул, решая, что делать дальше. Оставалось только одно - пойти к воротам. Да, глупо. Да, отец убьёт меня. Но выбора нет. Лучше умереть от рук отца, чем сгнить в тюрьме. Я решительно пошёл к воротам, на ходу придумывая, что сказать. Подошёл, стуча по деревянной двери. Тишина. Я постучал настойчивее. Охранник приоткрыл дверь. - Кто там? - строго спросил он. - Это я, - тихо ответил я. - Кто? - Хван Хёнджин. Охранник открыл ворота шире, проверяя. Увидев меня, его глаза расширились от удивления. - Молодой господин, Вы ли это? Я стыдливо опустил глаза. - Заходите скорее, - обеспокоенно сказал охранник. Я зашёл, продолжая прятать лицо. Стыд душил меня, сжимая горло. - Как Вы там оказались, молодой господин? - растерянно спросил мужчина. - А... да... случайно. - Что-то случилось? - Нет. Я закрыл глаза ладонью. - Просто, - тихо сказал я. - Решил прогуляться. - Это опасно. Так нельзя, молодой господин. Вы должны себя беречь. - Знаю, - тихо сказал я. - Вы не поранились? - Да всё со мной в порядке! - сорвался я. Тяжело выдохнул, пытаясь успокоиться. - Я пойду к себе. Охранник ничего не ответил, а я пошёл к себе в комнату, чувствуя спиной его взгляд. Проклятье. Утром отец точно убьёт меня.

***

Мне удалось поспать всего пару часов, и утром Сунчёль снова появился в моей комнате, как обычно, тревожа мой сон. Я поворочался в постели, что-то бубня себе под нос. Голова болела от недосыпа, но Сунчёлю было всё равно. Он раскрыл окно в моей комнате, впуская солнечные лучи. Я отвернулся, пытаясь спрятаться от ненавистного солнца, но Сунчёль только шире открыл окно. - Сунчёль! - сорвался я. Он никак не отреагировал. Спокойно стоял, ожидая, когда я проснусь. - Пошёл вон! - не выдержал я. - И сегодня меня не тревожь. - Ваш отец ожидает Вас к завтраку, - спокойно сказал слуга. Я резко сел на постели. - Отец? Сунчёль кивнул. Я поднёс палец к губам, нервно кусая. Проклятье. - Молодой господин, - позвал меня Сунчёль. Я резко убрал руку. Мне точно конец. Я соскочил с постели. - Скажите отцу, что меня нет, - вырвались слова. - Он знает, что Вы дома, - спокойно сказал Сунчёль. - Проклятье, - тихо выругался я. Я прикусил губы, ходя из стороны в сторону. - Скажите, что мне нездоровиться. И я не смогу выйти к завтраку. - Он уже ждёт Вас. Я нервно вскрикнул. Посмотрел на Сунчёля - тот стоял спокойно. - Собирайтесь, молодой господин. Я без сил рухнул на пол. Что теперь? Он точно убьёт меня. Я кое-как собрался и вышел на улицу. Ноги тряслись, пока я шёл до беседки. Я сжимал ткань чогори, пытаясь собрать себя, но было бесполезно. Мне конец. Мне точно конец. Отец заметил меня, и я тут же замер. - Хёнджин, - позвал меня отец. - Чего встал? Иди быстрее. Я закрыл глаза, тяжело выдыхая. И что делать? Что я ему скажу? Как объясню свою ночную прогулку? Я зашёл в беседку, едва чувствуя свои ноги. Поклонился, проявляя уважение. - Садись, - спокойно сказал отец. Я медленно сел, боясь смотреть ему в глаза. - Я знаю, что вчера ночью ты выходил из дома, - спокойно сказал отец, наливая себе чай. Я сильнее сжал ткань чогори. - Куда ты ходил, Хёнджин? Я не поднимал взгляд. - Хёнджин? - У меня была встреча, - тихо признался я. - С кем? - Неважно. Отец нахмурился. - Какие могут быть встречи посреди ночи? Я не поднимал глаз, продолжая сжимать ткань чогори. - Ты думаешь, комендантский час придумали просто так? - строго спросил отец. Я молчал. - По ночам ходят только воры, мошенники, наёмные убийцы и другие сомнительные личности, - продолжил отец. - Я тревожусь, что ты свяжешься с плохой компанией.  - Почему Вы думаете, что я свяжусь с плохой компанией? - недовольно спросил я. - Ты ещё слишком юный. Юный, наивный, любознательный и очень впечатлительный. - Я не так наивен и глуп, как Вы считаете. - В силу своего возраста ты ещё не понимаешь многих вещей. - Да, Вы правы, - согласился я. - Я не понимаю некоторых вещей. Например, я не понимаю, почему госпожа Чон проводит время в компании другого мужчины. Повисла тревожная пауза. - Госпожа Чон давно не живёт с нами, - спокойно сказал отец. - И может проводить время с кем угодно. - Так Вы знали? - удивился я. - Знал, - спокойно ответил отец, наливая себе чай. - И Вас это не тревожит? - Не тревожит. У меня давно нет чувств к госпоже Чон. Я люблю твою маму, Хёнджин. Я нахмурился. - Если Вы любите мою маму, то почему её здесь нет? Почему она не живёт с нами? - Она не может жить с нами. Она кисэн. Я усмехнулся. - Но она даже не пришла. Ни разу. Не проверила, как я тут живу. Не спросила, всё ли у меня в порядке, не обижает ли меня кто. За что она ненавидит меня? - Твоя мать любит тебя, - уверенно сказал отец. - Не говори ерунды. - Если бы она любила меня, она бы пришла. Она бы не оставила меня. Значит, я был плохим сыном. - Причина не в этом, - возразил отец. - Тогда в чём? - Я не знаю, почему Юри не приходит. Может, она злится, что я забрал тебя. Может, она боится гнева госпожи Чон. - Или она злится, что Вы не развелись с женой, - недовольно сказал я. - Я не разведусь с женой, - спокойно произнёс отец. - И я не обещал Юри, что разведусь. - Значит, Вы сделали ей ребёнка и сбежали от ответственности? Отец ударил кулаком по столу. - Как ты смеешь? - строго спросил он. - Почему Вы не развелись с женой? - не отступал я. - Почему не выбрали мою мать? Почему не позаботились о ней? Она верила Вам, а Вы предали её. - Я ничего не обещал Юри, - уверенно ответил отец. - Даже зная, что Ваша жена проводит время с другим, Вы всё равно не разводитесь. Я не понимаю Вас. - Я не могу развестись с госпожой Чон. Она моя жена, мать моих детей. Я должен заботиться о ней. Невзирая на то, что произошло между нами. - А почему Вы не заботитесь о моей маме? - Хёнджин, - строго сказал отец. - Я ведь правда всё это время думал, что причина во мне. Я винил себя в том, что мама не приходит. А оказалось, что она злится на Вас. Потому что Вы её предали, а не я. Отец тяжело вздохнул. - Ты просто ещё маленький, поэтому не понимаешь. Я соскочил с места. - Это я-то маленький?! - вырвались слова. - Я уже не ребёнок. Я мужчина. - Сядь на место, - строго сказал отец. Я недовольно поджал губы. - Нет, - упрямо произнёс я. - Хёнджин. - Вы обидели мою маму, - уверенно сказал я. - И теперь не вправе спрашивать меня, с кем я виделся ночью. Отец снова ударил кулаком по столу. - Хёнджин, - строго сказал он. - Сядь на место. Я усмехнулся. Вышел из-за стола и пошёл. Не поклонился. Просто пошёл. - Хёнджин! - крикнул отец мне вслед. Я не обернулся. Зашёл в свою комнату, запирая дверь.