Identity Theft

«Погоди, пацан, тебе нужно подкрепление.» «Я справлюсь, мистер Старк!» «Плевать. Я лечу к те… дерьмо!» Питер не до конца понимал, что происходит снаружи склада. Канал связи взорвался грохотом в тот самый миг, когда он выстрелил паутиной в абсолютно, невероятно огромную кучу собранных заново голов Читаури. Секунду спустя он резко развернулся к разбитым окнам склада; гора инопланетного хлама была забыта, едва крики остальных участников команды ударили по ушам. — Мистер Старк? — Питер попытался перекричать хаос. — Мистер Старк, что происходит?! В ответ донеслось лишь трескучее шипение статики и высокочастотный гул, слишком сильно напоминавший Питеру о временах, когда Мэй забывала оплатить кабельное — серьёзно, ей давно пора было перейти на автоплатёж. Это случалось стабильно раз в несколько месяцев. Внезапно Питер осознал, что помехи также слишком сильно напоминают ему события на Таймс-сквер. Не говоря уже о его попытке пробраться в штаб Мстителей. Нарастающий гул в ушах вибрировал так сильно, что, казалось, внутри черепа всё дребезжит; техника буквально вопила, не в силах удержать соединение. А затем наступила тишина. — Эм… ребят? — Питеру стало тошно от того, как паника заставила его голос сорваться на писк. — Есть кто? Эта штука ещё работает? Он с силой хлопнул ладонью по одной стороне головы, затем — по другой. Ещё чуть сильнее, и в глазах бы начало двоиться. Прежде чем Питер успел хотя бы разомкнуть губы для очередной попытки связаться с командой — и как бы безумно это ни звучало — он почувствовал, как его костюм уходит в офлайн. Знакомое затихающее жужжание техники было верным признаком того, что системы отключаются. — Дерьмо, — прошипел Питер. Взрывы снаружи стали только громче, словно какое-то четвёртое июля. Развернувшись на пятках к по-прежнему огромной куче голов Читаури, Питер понял, что обливается потом вовсе не из-за нервов. А из-за жара, исходящего от этих тварей. — Да ладно… — Питер скривился, наблюдая, как ещё недавно безобидная груда голов начала раскаляться. Каждая причудливо восстановленная голова светилась зловещим красно-оранжевым светом, и температура росла — причём росла быстро. Двойное дерьмо. Это были бомбы с часовым механизмом. Он никак не мог позволить такому количеству рвануть — невозможно даже представить масштаб разрушений. Взрыв подобной силы мог разнести весь Бруклин. Не раздумывая ни секунды, Питер начал выпускать одну паутинную гранату за другой. Он лихорадочно старался замуровать эту кучу в кокон. — Так, Паркер, ты справишься, — Питер тяжело сглотнул, игнорируя капельку пота, стекающую в волосах под маской. — Залепи их. Удержи взрыв. А потом иди на помощь остальным. Делов-то, ты справишься. Паутина вылетала быстрее, чем он успевал соображать, каждая порция шлёпалась о груду перед ним, точно жвачка. Он сделает это. Если он смог остановить падающий самолёт, то и с этим точно справится. Едва он успел покрыть паутиной гору инопланетного хлама, как заметил поднимающийся снизу туман, лизнувший его лодыжки и разлившийся по полу. Он был густым, серым и плотным, стелясь по полу, словно облака дыма. Питер замер, и в голове мгновенно вспыхнула одна-единственная мысль. — Не так быстро, pequeña araña. — Мистерио! — Питер резко обернулся, его механические паучьи линзы расширились при виде приближающегося к нему человека в зелёном костюме и фиолетовом плаще. Несмотря на то, что они уже сталкивались раньше, шлем-аквариум всё ещё вызывал у него искренний смешок. — Давно не виделись, и лучше бы не виделись вообще. Внутри склада было не просто жарко — это уже даже близко не напоминало сауну. Стояла невыносимая жара. Бросив быстрый взгляд за спину, Питер увидел, как головы Читаури пульсируют энергией, превращаясь из тусклых железяк в пылающее, огненно-красное нечто. Кокон из паутины уже расплавился в белую жижу. Не круто. Столько паутины в никуда. — Мистерио… — протянул мужчина, и звук эхом отозвался внутри его шлема. — Весьма удачно. Почти… предопределено. Питер вскинул бровь под маской. Из всех моментов, когда этот клоун мог появиться, он выбрал именно тот, когда Питеру нужно было предотвратить чёртов-грёбаный-неминуемый взрыв. Времени не могло быть хуже. — О-о… кей, — протянул Питер, качая головой. Почти сразу после этого он ткнул пальцем в сторону Мистерио. — Хей, ты должен мне сказать: что у тебя за фишка с испанским? Мужчина усмехнулся. — Тебе бы очень хотелось это знать. Питер шагнул вперёд, одновременно приближаясь к Мистерио и стараясь держаться подальше от нарастающего жара, который начал припекать ему спину. — На самом деле — нет, не особо, — Питер заставил себя сделать глубокий вдох, хотя это казалось невозможным. Слово «жарко» больше не подходило для описания температуры. Раскалённый воздух обжёг лёгкие, и на выдохе он чуть не поперхнулся. — А вот чего бы мне действительно хотелось, так это чтобы ты сдался Мстителям. Мистерио склонил голову в стеклянном шаре. — Да? — Да, — Питер обвиняюще ткнул в него пальцем. — Ты украл… собственность мистера Старка, — ладно, теперь он уже хватал ртом воздух между словами. Совсем не круто. — Воровство — это… незаконно, знаешь ли. Питер вытер лоб, на мгновение забыв, что он закрыт маской. Паника в груди росла вместе с температурой. Если раньше у него и были какие-то сомнения, то теперь они исчезли. Он знал наверняка, без тени сомнения, что костюм в офлайне. Функция терморегуляции не подавала никаких признаков жизни именно тогда, когда была нужна больше всего. Единственное, что было хуже обжигающего жара — это прибывающий туман. Он быстро сгущался, поднимаясь уже выше пояса. Дымка скрыла всё за спиной Мистерио, окутав даже дымящиеся головы Читаури. — Это будет наименьшей из твоих забот в ближайшее время, <глупый мальчик>. Голос был другим — отчётливым, с тяжёлым русским акцентом. Хотя Питер едва различал фигуру сквозь туман, он видел приближающийся силуэт. Медленно, но верно. С каждым шагом из серой пелены медленно проступали очертания его тела. — Ого… — протянул Питер, качая головой. — Ребята, вы реально заставляете меня жалеть, что я не выбрал больше факультативов по иностранным языкам. К тому времени, как человек поравнялся с Мистерио, Питер уже ясно видел, на что смотрит. — Эй… — он ахнул, и линзы его маски расширились. — Это же шлем мистера Старка. Мужчина не ответил. Питер предположил, что даже если бы ответил, то сделал бы это по-русски. Туман кружил вокруг незнакомца, клубясь густыми волнами вокруг сияющего белого шлема, закрывавшего его голову. В отличие от мультяшного, яркого костюма Мистерио, этот тип был во всем чёрном — резкий контраст с бесцветным девайсом на голове. — Верни его обратно, — Питер сделал один тяжёлый шаг вперёд, готовый, казалось, сорвать устройство прямо с тела незнакомца. Ответа снова не последовало. Серьёзно, что за мода у этих парней на такую таинственность? Питер разочарованно мотнул головой, понимая, что времени в обрез. Одним быстрым движением он вскинул руку и нажал двумя пальцами на веб-шутер — струя паутины полетела прямо в голову мужчины. Он уклонился в тот же миг. Ещё один залп паутины — и мужчина перекатился по земле, скрываясь в глубине густого тумана. — Эй! — Питер скривился, пот из-под нахмуренных бровей заливался прямо в глаза. Он проморгался, пытаясь избавиться от него. — Поиграем в прятки в другой раз, ладно?! Чем больше Питер пытался сосредоточиться на задержании мужчины, тем сильнее у него начинали гореть глаза, а в затылке разливалась сильная пульсирующая боль. Это было очень похоже на те времена, когда укус паука ещё не исправил его зрение, и он не носил очки — которые всё равно почти всегда забывал, несмотря на то что был слеп как крот. Учителя думали, что он сидит в первых рядах, потому что ему интересно, а на самом деле он ничего не видел, так как всегда забывал очки на тумбочке. Питер отмахнулся от этой мысли. Напряжение быстро сказывалось на его состоянии. Чёрт. Прямо как на Таймс-сквер. «Твои обострённые чувства испытали значительные трудности из-за тумана, созданного тем человеком». Дерьмо. Он вспомнил, что ему сказала Карен. Чёрт. Питер выпускал паутину за паутиной, стреляя по земле куда попало, без какой-то конкретной цели. Мужчина был быстрым и скользким, уворачиваясь от каждого выстрела. Питер слышал, как паутина со шлепком приземляется на пол. Даже когда он использовал оба шутера одновременно, от его атак легко уходили. Единственным человеком, которого Питер знал с такой ловкостью, была Чёрная Вдова. — Карен? — Питер припал почти к самому полу, надеясь остаться незамеченным для этой парочки. — Карен, ну же, дай мне хоть что-нибудь! Перед глазами возникли сапоги, тяжело чеканя шаг по бетонному полу. Из их золочёных носков и каблуков с шипением валил густой туман, застилая всё вокруг маревом плотнее облаков. Питер поднял взгляд, ожидая увидеть нависшего над ним Мистерио. Так оно и было, вот только из стеклянного шлема на него смотрело лишь отражение Человека-паука. — Наниты, технология подавления, внедрённая в жидкие частицы для создания тумана, — пояснил Мистерио, склонив голову в шлеме-аквариуме набок. — Пора бы уже понять, что твоя техника здесь не сработает. — Ох, — Питер прошёлся языком по губам, слизывая пот, льющийся со лба и запертый под маской. — Так вот, значит, что это такое. Мистерио потянулся к сапогам, щёлкнув переключателем сбоку и пустив ещё более густую струю тумана. — Всего лишь щепотка нейротоксинов — и твоё назойливое шестое чувство наконец-то замолкнет. Питер воспользовался моментом, пока тот отвлёкся. Он вскинул руку и выстрелил паутиной в потолок, подтягивая себя вверх. — Вау, ребята, да вы провели целое исследование обо мне! — Питер спрыгнул с потолка. — Я польщён! Одинокая нить паутины полетела в шлем-хамелеон ещё до того, как ноги коснулись земли. Питер рассчитывал — надеялся — что если сможет зацепить его, то скрутит этого типа и доставит к Мстителям. Только вот, от его следующей атаки увернулись. Снова. И Питер в итоге просто покатился по полу, затормозив лишь подошвами ботинок. — Сдавайся, Человек-паук! — крикнул Мистерио издалека, эхо его голоса из стеклянного шлема едва слышалось над шипящими головами Читаури поблизости. — В этой битве тебе не победить! Питер вскинул голову, его губы сжались в узкую линию. Он не собирался сдаваться. Не тогда, когда устройство прямо перед ним. Им не удастся снова уйти. — Знаешь, Мистерио, — Питер выпустил ещё одну паутину, и незнакомец в чёрном уклонился в сторону. Ещё одну — и тот прогнулся назад, так что заряд улетел в стену за его спиной. — Ты так и не ответил на мой вопрос про рыбок! Мне позвонить в PETA или... — Тебе стоит поберечь паутину, <глупый мальчик>, — прервал его человек в шлеме-хамелеоне — так буднично, будто Питер не задыхался от попыток его поймать. — Эти устройства уничтожат всё вокруг нас, если дать им взорваться. Может, переключишь внимание на «большой бум», а? Тяжело дыша, Питер резко замер. Линзы маски сузились, хотя сам Питер широко распахнул глаза от шока, переводя взгляд с Мистерио на незнакомца и обратно на кучу Читаури. Откуда он знает про...? И почему он сказал... Питер резко развернулся к куче. — Это вы за всем стоите? Прошло много времени с тех пор, как что-то — или кто-то — могло застать Питера врасплох. Так много, что он даже не сразу понял, когда кто-то ударил его под колени. Паучье чутьё всегда предупреждало его о любой опасности; даже если он не до конца понимал, что означает это покалывание, он хотя бы знал, что это сигнал тревоги. Но сейчас покалывания не было. И пока ботинок врезался ему под колени, чьи-то руки рванули его собственные назад. У него не было ни единого шанса среагировать. — А-а-хгх! — Я за всем стою, мальчик, — прошипел мужчина. Русский акцент ложился на его язык густо и тяжело. — А теперь ты пойдёшь со мной. Питер использовал захват в свою пользу, резко развернувшись всем телом. Этим быстрым движением он слегка стряхнул с себя мужчину — ровно настолько, чтобы в хватке осталась лишь одна рука. Питер выпустил нить паутины прямо в шлем — отвлекая его — и рванул на себя, а затем ударил прямо в грудь. Ему нужно было снять шлем. Сейчас же. — Нет, спасибо, я лучше здесь останусь, благода... Увлёкшись поимкой русского, Питер совсем забыл про Мистерио. Ошибка номер один. Рука потянулась к маске Человека-паука и одним плавным движением сорвала её с головы. — ...рю. Рот Питера внезапно зажали куском плотной ткани, прижимая её к лицу так сильно, что он почувствовал, как нос вжался в чужую ладонь. Глубокий вдох — ошибка номер два. Запах был одновременно сладким и резким. У Питера не было возможности сосредоточиться на нём; его глаза расширились, когда он увидел, как человек в шлеме-хамелеоне замерцал и замигал, превращаясь в радугу различных оттенков. Синий, розовый и фиолетовый цвета угасали в световом шоу, слишком похожем на то, как глючит телефон или когда экран треснул столько раз, что ремонту не подлежит. А затем, так же внезапно, он оказался лицом к лицу с самим собой. «Этого не может быть». Мысли Питера были зыбкими, туманными. Спутанными. «Подождите, нет, всё верно. Шлем. Внешность. Он… и я…» В считанные секунды мышцы предали его, становясь вялыми и бесполезными, как варёная лапша. Веки Питера затрепетали и задёргались, он боролся, чтобы глаза не закатились, несмотря на то что они двигались против его воли. Он мог бы поклясться, что он — Питер Паркер — помахал ему в ответ. «А?» Что? Звуки вокруг исказились, пока он пытался удержаться в сознании. Всё внезапно стало медленным и деформированным. Против наркотика невозможно было бороться. В конце концов глаза закатились, а тело обмякло в руках того кто его держал. Ошибка номер три. Удерживая Питера, Мистерио свободной рукой бросил маску Человека-паука русскому, уже полностью принявшему облик Питера, и тот поймал её без труда. Они не произнесли ни слова, лишь обменялись коротким, резким кивком. Мистерио телепортировался прочь, забрав с собой потерявшего сознание Питера. Русский натянул маску Человека-паука на голову и шлем-хамелеон окончательно замаскировал его под Паркера. Он дождался, пока туман вокруг рассеется. Через несколько секунд в здании не осталось и следа едкого пара, а связь в маске ожила. Он ухмыльнулся, когда в уши хлынули напуганные, почти истерические голоса. — Пацан, убирайся оттуда, живо! — кричал Старк. — Питер, СЕЙЧАС ЖЕ! Бросив быстрый взгляд назад, он увидел, что груда Читаури готова взлететь на воздух в любую секунду. Идеально. — Я не могу... не могу! — закричал он в ответ, имитируя панику. — Я застрял, я... ты должен мне помочь, Тони, я застрял! Он не стал ждать ответа. Сорвав маску и отшвырнув её в сторону, он закатил глаза с тяжёлой гримасой как раз в тот момент, когда Мистерио снова появился рядом и схватил его за руку. Спустя секунду их уже не было. Телепортировались из здания в мгновение ока. Всё, что произошло потом, случилось одновременно, почти синхронно. Они исчезли в тот самый миг, когда маска Человека-паука коснулась пола. И когда она коснулась пола — здание взлетело на воздух. Меньше чем через минуту внутрь влетел Железный Человек. — Питер?! Его крики были едва слышны в рёве бушующего пламени.

***

В комнате воцарилась полная тишина. Казалось, всех захлестнула волна потрясения и недоверия, они оказались в ситуации, слишком непонятной, чтобы дать ей название. Тони, впрочем, первым пришёл в себя. — Это невозможно, — настоял он. Стивен смерил его свирепым взглядом, его плащ колыхался от несуществующего ветра. — Поверь мне, когда я говорю: нет ничего невозможного, — Стивен ещё раз бегло оглядел присутствующих, прежде чем снова перевести взгляд на Тони. — Тебе следовало прислушаться к моему предупреждению. Роджерс сделал шаг вперёд — осторожно, медленно — и тоже переключил всё внимание на Тони. — Ты знаешь этого человека? — спросил он. — Никогда в жизни его не видел, — Тони не смел разорвать зрительный контакт со Стрэнджем, даже когда Стив подошёл и встал неуютно близко сбоку от него. Взгляд Тони был пронзительно гневным, подчёркивающим тёмные мешки под глазами, это добавляло его облику такую степень изнеможения, которая казалась физически невозможной. На Стрэнджа это никак не подействовало. — Предупреждение? — Наташа медленно подошла к ним, держась в паре шагов позади Стива. — О каком послании ты говоришь? Брюс встал за её спиной. — Когда я вернулся с... — Это не имеет значения, — быстро перебил Тони, бросив взгляд через плечо на остальных. — Он опоздал. Стивен недоверчиво вскинул бровь, и Тони снова повернулся к нему лицом, плотно сжав губы. — Ты опоздал, — повторил он — твёрже, чем в прошлый раз, мрачнее, чем прежде. Его глаза были сощурены и напряжены, выражая обиду, которая чувствовалось за милю. Остальные не осмелились вмешаться. Не с таким выражением на его лице. Стивен, однако, лишь наклонил голову. — Неужели? — Тони... — Стив переводил взгляд с одного на другого. — Что происходит? Тони не ответил. Он не мог — море неуправляемых эмоций разрывало на части те крохи самообладания, что у него остались. Желание спрятаться, напиться до беспамятства — всё это быстро сменилось необузданной, животной потребностью высказать этому человеку всё, что он сделал не так. Обвинить его во всём, что он допустил. Заставить его заплатить за то, что он позволил вырвать у него одного из немногих людей, которые имели для него значение. Он знал. Этот человек знал и не помог. Одно это заставляло ярость вскипать в жилах Тони. — Он вернул меня с Сакаара. Из космоса, — робко объяснил Брюс. Отсутствие ответа от Тони заставило его сделать шаг вперёд, нерешительно и нервно поправляя очки на переносице. — Он передал мне послание для Тони. Наташа опустила плечи и сдержала вздох, качая головой с растущим раздражением. — Спасибо, как всегда, что поделился с группой, Старк. — Уж извините меня! — внимание Тони наконец переключилось. Он резко развернулся на каблуках лицом ко всей группе. — Я был немного занят! Тем не менее Роуди покачал головой. — Тони, я же говорил тебе... — Ты знал об этом? — Стив повернулся к нему, приоткрыв рот. Внезапно он стал выглядеть таким же измотанным, как и Тони. Роуди поднял обе руки вверх. — Я воспользуюсь Пятой поправкой. Стив не смог сдержать пренебрежительного смешка. А затем пробормотал себе под нос: — Это просто невероятно. Тони услышал это — громко и чётко. — Даже не начинай, Роджерс. — Сплошные секреты, один за другим, — Стив не собирался отступать. Пока остальные наблюдали с недоумением на лице, он подошёл к Тони вплотную. Его движения так и сквозили суровой яростью, которая просачивалась и в голос. — Питер, инопланетные технологии, теперь это? Если это твой способ отомстить мне за... — Даже близко нет, — прошипел Тони, поворачиваясь к Стиву с вздувшейся веной на лбу. — Чтобы ты знал, я собирался всем рассказать! Можешь засудить меня за то, что я хотел сначала разобраться, что всё это значит, прежде чем выносить на общий стол. Так что, на этой ноте... Тони снова повернулся к Стрэнджу. — Что даёт тебе право заявляться сюда сейчас? Стивен скрестил руки на груди, его плащ продолжал шевелился за спиной, словно оживлённый невидимым порывом ветра. Но ветра не было. Точно не в конференц-зале на четвёртом этаже комплекса Мстителей, где не наблюдалось ни единого окна. — Меня вообще не должно здесь быть, — голос Стивена в ответ прозвучал твёрдо, прямо и открыто. Если бы бровь Тони взлетела ещё выше, она бы достигла высот, недоступных даже костюму Железного Человека. — О, неужели? — парировал Тони. Он несколько раз моргнул, прогоняя остатки алкоголя. Отрезветь в его нынешнем положении было не так уж трудно. — И чего именно ты ожидал, когда передал Баннеру своё бессмысленное, загадочное послание? Стивен прищурился, глядя на Тони. — Я надеялся, что ты сложишь два и два, как и подобает гению, которым, как говорят, ты являешься. Тони выдал нечто среднее между смешком и фырканьем, отворачиваясь от Стрэнджа, поражённый его наглостью. К тому времени, как он повернулся обратно, он стал чуть более собранным, хотя стресс всё ещё тяжёлым грузом лежал на его лице. — Это визит с извинениями? — спросил он, и его тон сочился сарказмом. — Мы не успели взломать код вовремя, поэтому ты хочешь извиниться за то, что всё катится к чертям собачьим? Вижн, который до этого безучастно сидел за столом переговоров, медленно поднялся со своего места. — Вы сказали, что Питер Паркер всё ещё жив, я правильно понял? Ванда внезапно вскинула голову, её глаза расширились. — Он жив? — Нет, — отрезал Тони — настолько резко, что капли слюны остались на его губах. — Жив, — возразил Стивен, тут же перебивая Тони. — Да? — Тони выгнул бровь ещё сильнее. — И где же он тогда? Стивен не ответил. Момент тишины дал Тони чувство правоты. — Так я и думал. — Даже если бы я знал, — начал Стивен, выдержав короткую паузу, — я бы не смог вам сказать. Тони закатил глаза. — Нет, конечно же нет, — огрызнулся он, махнув рукой в сторону Стрэнджа вялым, слегка пьяным жестом. — Ты бы зашифровал это в стихах. Сэм схватился за виски и начал тереть так сильно, что даже издалека были видны побелевшие костяшки пальцев. — Так, можем мы просто... — Сэм замолчал, и в наступившей тишине было слышно, как он с трудом разжал стиснутые челюсти. — Взять тайм-аут на минуту? Перемотать назад или типа того? Несмотря на острую потребность в ответах, все подчинились. Минута тишины была крайне необходима, хотели остальные это признавать или нет. Пока Стрэндж взирал на всех с явным нетерпением, а Тони стоял, вытянувшись в струнку от растущего напряжения, они использовали перерыв в споре, чтобы осмыслить ситуацию в целом. Прошло от силы несколько минут. Этого времени хватило, чтобы вспомнить, насколько необычной была их жизнь. И происходящее сейчас ничем не отличалось от тех странных событий, которые происходили раньше. Многих, многих странных событий, что происходили раньше. — Что, чёрт возьми, происходит? — Сэм наконец поднял взгляд, сделав глубокий вдох. — Кто ты вообще такой? Стивен выглядел слегка раздражённым, когда повернулся к Сэму. — Я доктор Стивен Стрэндж, — повторил он, позволяя раздражению просочиться в голос. — Верховный чародей, мастер мистических искусств. Наташа прищурилась. — Магия? Стивен повернул голову к ней. — Что-то вроде того. Стив шагнул вперёд со всем достоинством, которое только смог из себя выжать и поднял открытые ладони в миролюбивом жесте. — Ты уж извини нас, — начал он, но на мгновение замолчал, заворожённо наблюдая, как обёрнутый вокруг шеи Стрэнджа плащ поймал порыв несуществующего ветра. — У нас в последнее время были кое-какие проблемы, связанные с... магией. Стивен просто кивнул. — Я знаю. Ванда поднялась со стула, колёсики резко и противно скрипнули. — Что ещё ты знаешь? — спросила она, и в каждом её слове сквозило напряжение. Стрэндж вскинул бровь в её сторону, не поворачивая головы, но обозначив своё внимание мимолётной переменой в выражении лица. Сразу после этого он снова переключил всё внимание на Тони. — Как я уже сказал, — спокойно повторил Стрэндж. — Питер Паркер всё ещё жив. — Где он? — рявкнул Тони резче, чем кто-либо слышал от него прежде — и всё же недостаточно резко, как ему того хотелось. Плащ на спине Стрэнджа наконец успокоился, застыв на месте и ничем не отличаясь от любого другого предмета одежды. Вместе с этим морщины на лице мужчины стали глубже, придавая ему обеспокоенный вид, который невозможно было не заметить. — Этого... — Стивен замялся, сдерживая гримасу. — Я не знаю. Тони издал короткий смешок — то ли пьяный, то ли просто нервный. Смешок пробился сквозь пелену гнева, а за ним последовал полноценный хохот, становясь настолько истерическим, что Роуди направился к нему. — Тони... — попытался начать он. — Кто-нибудь ещё ценит тот факт, что наш местный Гудини соизволил сообщить нам, что Паркер «не мёртв», — Тони изобразил пальцами кавычки в воздухе, мастерски игнорируя попытку Роуди подойти ближе. — Но при этом он не может вытащить свой хрустальный шар и сказать нам, где он на самом деле? Если скепсис Тони и задел Стрэнджа, тот не подал виду. Размашистыми, решительными шагами он преодолел разделявшее их расстояние, подняв уже настоящий порыв ветра своим плащом, пока шёл вперёд. — Позволь мне спросить тебя об одном, Старк, — сказал он, остановившись так близко, что почувствовал запах виски в его дыхании. — Какая мне выгода находиться здесь прямо сейчас? Тони сделал вид, что задумался. — Хотел сравнить, у кого бородка круче? — спросил он, потирая эспаньолку. Стивен закатил глаза. — Ради всего... — Потому что я свято верю, что по этому критерию побеждаю я. — Тебе когда-нибудь говорили, что ты самовлюблённый мудак? — спросил Стивен. Роуди поднял руку вверх. — Каждый день. Стив вклинился между мужчинами, положив руку на грудь Тони и воздерживаясь от прикосновений к Стрэнджу. — Зачем ты здесь? — спокойно спросил Стив, не обращая внимания на то, как Тони смахнул его руку. Она упала вдоль туловища, и он оставил её там, всё это время оставаясь зажатым между ними; его пристальный и непоколебимый взгляд был прикован к Стрэнджу. Стивен перевёл взгляд с Тони на Стива, прежде чем сосредоточиться на последнем; будто он мог определить, кто из них более собран — или, возможно, даже кто более трезв. — Моя работа — защищать эту вселенную от потусторонних угроз. Я оберегаю реальность в том виде, в каком мы её знаем, — объяснил Стивен, выдержав паузу перед следующими словами. — Ваша же в данный момент искажается. Стив нахмурился, сделав несколько шагов назад, пока не оказался за спиной Тони. Остальные выглядели не менее озадаченными, уставившись на Стрэнджа так, будто плащ и наряд были не самым странным в нём. Так оно и было — особенно после полученного ответа. Только Брюс, казалось, что-то понял. Он снял очки и с силой потёр глаза. — Ничто не является тем, чем кажется, — почти пробормотал он, намереваясь поговорить с самим собой, но в процессе привлёк внимание всей комнаты. Стивен кивнул в сторону Брюса, при этом твёрдо держа взгляд на Тони. — Он понял. Роуди встал рядом с Тони, неподалёку от Стива, когда тот приблизился к группе мужчин. — Ещё вчера моё представление о магии ограничивалось колодой из пятидесяти двух карт, — сказал он, и в голосе было столько же подозрительности, сколько в каждом его шаге вперёд. — Как ты... как это вообще возможно? Из всех вопросов, что возникли у присутствующих, Роуди умудрился задать тот, который имел наибольшее значение. И Стивен отметил это про себя, принимая всеобщее колебание и скептицизм с гораздо более спокойным терпением. - Это не совсем магия в привычном вам понимании, — начал объяснять Стивен. — Я черпаю энергию из других измерений мультивселенной. В этом мне помогают магические покровители. Группа сущностей, известных как Вишанти. Троица божественных существ, состоящая из Хоггота, Оштур и Агамотто. Команда наблюдала, как Стивен медленно, но уверенно скрестил руки так, чтобы предплечья перекрывали друг друга, а указательные и средние пальцы были широко расставлены, словно два знака «мир». Последовала лишь короткая пауза, прежде чем он свёл их вместе, плотно прижав пальцы друг к другу. Никто не ожидал, что этот странный ритуал к чему-то приведёт. И всё же, в считанные секунды золотой амулет у него на шее начал испускать живое, ярко-зелёное сияние. Настолько сильное, что оно почти залило светом весь конференц-зал. Мерцающий, лучистый камень озарил их всех, проникая в каждый угол и ложась на каждое лицо. Шок начал проходить лишь тогда, когда Вижн подошёл ближе к источнику света, заметно вытянув шею с растущим любопытством. — Я прав, утверждая, что это Камень Бесконечности? Стив резко повернул голову к Вижну. Брюс и Наташа обменялись тревожными взглядами: для них события прошлых лет были всё ещё свежи, словно они случились только вчера за завтраком. Остальные же не смели отвести глаз от сияющего камня. Зелёный свет окрашивал их кожу магическим изумрудным цветом. — Это Камень Времени, — кивнул Стивен. — Он обладает способностью манипулировать временем даже там, где его не существует — например, в Тёмном измерении. Он хранился здесь, в Оке Агамотто, под моей защитой и защитой тех, кто посвятил себя мистическим искусствам. Мы поклялись оберегать его ценой своих жизней. Если бы Тони выкинул руку вперёд хоть чуточку быстрее, он бы врезался прямо в Стрэнджа. — Ну, вот оно! — почти выкрикнул он, яростно жестикулируя в сторону амулета. — Вот он, наш Deus ex machina! Используй свою блестящую бижутерию и верни нас в то время, когда всё это ещё не случилось. Стивен повернулся к нему, и его лицо помрачнело. — Это так не работает. Тони нахмурился. — То есть ты говоришь, что у тебя есть магия, но ты не можешь её использовать? — Я говорю, — подчеркнул Стивен, — что это так не работает. Тони резко ткнул пальцем в сторону амулета, его рука была так близко, что он мог бы сорвать его с шеи мага, если бы захотел. — Не верю, — Тони с силой ткнул в амулет пальцем, ни на секунду не разрывая зрительного контакта со Стрэнджем, пока украшение покачивалось на месте. — Если машина не работает, ты чинишь её, пока она не заработает. Если ты не можешь применить здесь свою магию, ты решаешь эту проблему, пока не сможешь. У каждого уравнения есть решение, и у каждого решения есть объяснение. Стивен покачал головой. — Это не наука. Тони стиснул зубы. — Наука оказывается куда полезнее, чем вся эта чернокнижная хрень в духе Иллюминатов, которую вы прячете в рукаве. — Тонс... — вздох Роуди даже близко не перекрыл их перепалку. — Вы разбрасываетесь термином «чёрная магия», но это выходит далеко за рамки того бледного, немощного колдовства, в которое вас приучили верить, — парировал Стивен, и сделал это довольно резко. — У всего есть своя цена… и мы не готовы её платить. Тони закатил глаза. — Кончай с этой загадочностью… Роуди попытался снова: — Тони… — Использование Камня Времени по любой причине, признанной несправедливой, нарушает законы природы, — продолжал Стивен. — Если бы я обладал хоть каплей лишней информации, сверх того, что мне уже известно, это радикально изменило бы ход событий во времени. Речь идёт о разрушении пространственно-временного континуума. Очередной аргумент Тони уже был на кончике языка. — Эффект бабочки, — Брюс успел заговорить раньше него. Все повернулись к нему, включая Тони. Брюс медленно вернул очки на переносицу. — Одно локальное изменение в сложной системе, вызывающее масштабные последствия в других местах. Теория о том, что одно единственное происшествие, каким бы незначительным оно ни было, может навсегда изменить курс вселенной. Если Тони и хотел ещё о чём-то поспорить со Стрэнджем, то слова замерли у него на языке. Особенно когда Брюс посмотрел прямо на него, встречая его взгляд в упор — словно зная, что наука — это тот язык, который Старк понимает лучше всего. — Если он говорит, что не может знать деталей нашего будущего, то это потому, что само знание изменит будущее в его нынешнем виде, — произнёс Брюс вслух, но слова его были направлены Тони. — Это обесценит те знания, что у него есть… они станут бесполезны. Будущее будет меняться каждый раз, когда он узнает о нём что-то новое. Тони скривился, но ничего не ответил. — Ты пришёл сюда, чтобы сказать нам, что Питер всё ещё жив, — Ванда посмотрела на Стивена, выражение её лица было более напряжённым, чем слова, от которых её акцент стал тяжелее. — Ты хочешь, чтобы мы его нашли. Это был не вопрос. Скорее, признание его задачи. Стивен просто кивнул, поворачиваясь к Тони с заметным хмурым видом. — Вишанти предупредили меня, что смерть твоего подопечного, Старк… — Он не был моим подопечным, — огрызнулся Тони. Стивен демонстративно закатил глаза. — Какими бы ни были ваши отношения — это катализатор. Если с этим не разобраться, запустится цепь событий, которую мы будем не в силах остановить. Даже я не смогу её остановить. — Что за цепь событий? — спросил Тони настойчиво. Алкоголь, выветрившийся из организма, больше не был причиной его гнева. — Что такого ужасного в том, что один пацан сыграл в ящик? Стивен ответил не сразу. Последовавшая тишина, казалось, была самой долгой из всех, а на его лбу пролегла глубокая складка. Наконец он произнёс: — Мне не было даровано это знание. Возможно, дело было в недосыпании. Или, может быть, события дня наконец-то сказались на нём. Возможно, он просто перестал так хорошо контролировать себя, как раньше, употребляя виски. Но на мгновение Тони замер, не в силах придумать достойный ответ. Его разум опустел, он моргнул раз, другой, а затем устало покачал головой. — Ладно, я слушал этот бред достаточно долго, — Тони развернулся, прогоняя его взмахом руки. — Забирай своего кролика и проваливай через цилиндр или какое там пиротехническое световое шоу ты прячешь в заднем кармане. Провожать тебя некому, так что выход найдёшь сам… — Мальчик всё ещё жив! — возразил Стивен, шагнув вперёд — звук его шагов был таким же громким, как и голос, вырвавшийся из глубины горла. Тони резко развернулся на каблуках, в его глазах вспыхнула ярость. — Я видел, как он умер! Стивен покачал головой. — Ты видел, как взорвалось здание. Тони обвиняюще ткнул в него пальцем. — В котором он находился! Стивен с размаху ударил его открытой ладонью в грудь. И мир остановился. Тони почувствовал это прежде, чем увидел. Внезапное отторжение от собственного тела, будто его разум стал самостоятельной сущностью, отсоединившись от всего, что удерживало его в реальном мире. Стивен перехватил запястье той руки, чей палец был направлен на него и резко рванул на себя. Одним плавным движением он впечатал ладонь в грудь Старка. Удар был таким сильным, что Тони должен был потерять равновесие. Или, по крайней мере, так должно было случиться. Должно было. Тони наблюдал за реальностью в миллисекундах, а возможно, и того медленнее. В долях миллисекунд. В долях долей миллисекунд. Он смотрел на собственное тело — на своё тело, застывшее в замедленной съёмке, неуклюже заваливающееся назад. Рука Стивена всё ещё покоилась на нём, сминая футболку, а пятки Тони едва оторвались от пола. В охватившей его панике Тони осознал, что он больше не находится в собственном теле. Он с недоверием уставился на свои руки. Грубые, мозолистые пальцы были такими бледными, почти прозрачными, что сквозь них он видел пол под собой, словно кожа превратилась в тонкое стекло. Его физическое тело продолжало падать назад, сантиметр за сантиметром, обречённое удариться о землю. Окружающий мир двигался как густая патока, пока сам он уплывал прочь, превратившись в бесплотный дух, лишённый всякого контроля. А затем его швырнуло ввысь. Тони почувствовал, как из лёгких вышибло воздух от принудительного ускорения. Он терял всякую связь с миром, который знал. Он чувствовал, как ветер свистит в волосах, хлещет по коже, как желудок скручивает от тошноты, пока он летит быстрее, чем Железный Человек мог когда-либо мечтать. Это было сплошное месиво и спектр красок. Американские горки внутри калейдоскопа. Тони смутно осознавал, что кричит, возможно, даже вопит — истошно, истерически. Но он не мог осмыслить ничего из происходящего. Он не мог зацепиться ни за что вокруг. А затем всё прекратилось. Лицом к лицу с затуманенными, стеклянными карими глазами. Юные глаза. Полные паники глаза. Глаза Питера. Тони слышал дыхание мальчика — каждый вдох хриплый, натужный. Живой. Дышит. Один миг — и всё исчезло. Он вернулся в реальность с судорожным вдохом, настолько резким, что содрогнулось всё тело. Тони едва удержался на ногах, попятившись от толчка Стрэнджа. Его руки дрожали, когда он прижал их к груди. — Что это было?! — Тони даже не пытался скрыть несвойственную ему растерянность в голосе, сорвавшемся на истерические нотки. — Что за вуду ты сейчас на мне использовал? Стивен оставался невозмутим. — Я вытолкнул твою астральную форму из физической оболочки. И использовал то время, что ты провёл вне тела, чтобы связаться с твоими воспоминаниями и отыскать душу Питера. Ты видел то же, что и я. Ни больше, ни меньше, — объяснил он, едва заметно склонив голову набок. — Мальчик жив. Тони впервые в жизни лишился дара речи. Остальные выглядели не лучше. — Я не понимаю, — Тони всё ещё тяжело дышал, и это отражалось в каждом его слове. — Я видел это. Мы это видели! — и всё же он только что видел собственное тело со стороны — буквально внетелесный опыт. В ногах до сих пор ощущалась странная лёгкость, будто он забыл, сколько весит его физическая плоть. Мышцы внезапно стали наливаться свинцом, и он не мог унять дрожь. — От него ничего не осталось: ни костюма, ни тела — всё исчезло. Я даже заходил в то здание, чтобы найти его, и...! По коже разлился жар. Дышать стало трудно, лёгкие сжались, и несуществующее пламя грозило сжечь его заживо. Тони судорожно вцепился в футболку, оттягивая ткань в надежде, что это поможет сделать вдох. Он не знал, хватит ли у него сил справиться с панической атакой. Одно лишь воспоминание о горящем складе пробудило монстра, который тяжёлым грузом осел на груди, грозя поглотить его целиком. Обычно невозмутимый, спокойный и собранный, он больше не мог скрывать, как рушится его самообладание. Он был в панике. Хуже, чем в панике — он был на грани безумия. Всё, что делало его Тони Старком, вылетело в окно в тот самый миг, когда он решил, что Питер мёртв. «Я застрял, я... вы должны мне помочь, мистер Старк, я застрял!» Его кровь заледенела. Кошмары, что не давали ему спать, вспыхнули перед глазами и прокрутились, словно фильм, сцена за сценой, застряв на повторе. Но что-то было не так. Внезапно что-то не сходилось. Тони закрыл глаза, пытаясь вспомнить. «Я застрял, я... вы должны мне помочь, мистер Старк...» Как всё произошло? «Вы должны мне помочь, мистер Старк...» Как это случилось на самом деле? Воспоминание о том моменте было болью, которую он не мог вынести. Запах пепла всё ещё преследовал его, а обгоревший скелет из кошмаров стоял перед глазами как живой. Сажа осела на языке, а тиски горя сжали сердце. Но воспоминания были искажены, извращены тем, во что разум заставлял его поверить. Он велел Питеру убираться. И юноша долгое время не отвечал. Но когда он ответил... «Я застрял, я... ты должен мне помочь, Тони, я застрял!» Глаза Тони широко распахнулись. — Не верится, что я не заметил этого раньше, — пробормотал он на одном дыхании. Стив повернул голову к нему, глубоко нахмурившись. — Заметил что? — осмелился спросить он. Когда Тони посмотрел на Стива, ясность в его глазах была заметнее, чем изумрудное сияние амулета Стрэнджа. Стеклянный блеск исчез, алкоголь давно выветрился. На его месте была трезвость — абсолютная, несомненная уверенность. — Он назвал меня Тони, — эти слова ударили наотмашь. — Когда он звал на помощь, когда говорил, что застрял... он назвал меня по имени. Роуди старался не выглядеть растерянным и ещё сильнее старался не казаться безразличным. — И...? — протянул Роуди, внимательно осматривая Тони, пытаясь уловить в поведении друга то, что сам упустил, но так ничего и не нашёл. Тони резко глянул на него. — Парень никогда не называет меня Тони, — подчеркнул он, и дрожь в голосе выдавала серьёзность ситуации. — Он же воплощение идеальных манер. А это значит, что либо это был не он, либо... Лицо Тони окаменело. А затем стало ещё более мрачным. — Сукин сын. Словно кусочки пазла, всё начало вставать на свои места. Тони чувствовал себя идиотом из-за того, что не понял этого раньше. — Шлем-хамелеон, — Тони посмотрел на Стивена — на этот раз не с гневом или презрением, а с осознанием. — Это был не он. Это был тот цирковой фрик в шлеме-хамелеоне. Это не было вопросом. Это был факт. И судя по выражению лица Стрэнджа, факт был неоспоримым. — Воу, воу, подожди, притормози на минуту, — Стив поднял руку, широко растопырив пальцы. — Мы уверены, что это был Мистерио? Сдавленный смешок Сэма, хоть и был тихим, пронёсся по всей комнате. — И мы реально остановимся на имени «Мистерио»? — спросил он, его бормотание не имело шансов остаться неуслышанным в помещении, где воцарилась гробовая тишина. Наташа повернула к нему голову. — У тебя есть варианты получше? Сэм встретил её взгляд, закатив глаза и пожав плечами. — Просто звучит так… нелепо. — Под стать его прикиду, — пробормотал в свою очередь Роуди. — Его зовут Фрэнсис Клум, — продолжил объяснение Стивен, плотно скрестив руки на груди. — И он работает не один. Последовала пауза. Стив выгнул бровь. — Ну, и почему ты сразу с этого не начал?

***

Кап. Кап. Кап. Питер нахмурился, лоб прорезала складка — он отчаянно пытался зацепиться за ускользающее сознание. Протекающая вода стала первой осязаемой мыслью, которую ему удалось собрать воедино. Каждая капля лишь усиливала боль в черепе. - Угх... Он попытался сдержать стон, но тот всё равно сорвался с губ. «Голова раскалывается.» Боль яростно пульсировала в висках, отдавая в затылок и спускаясь к самой шее. Это была ноющая, тяжёлая пульсация, бившаяся в такт его сердцу. На мгновение Питер захотел списать эту жуткую мигрень на подступающую тошноту — ту самую, когда от желудка в голове только сильнее «стреляет». Однако, едва он приоткрыл рот, стало ясно, что дело в другом. — Кх-э-э… — Питер облизнул губы, отчаянно пытаясь избавиться от привкуса. Сладковатый, почти горький и терпкий. Из-за дурноты было трудно даже пошевелить губами — тяжесть разлилась по каждой мышце, угрожая снова утянуть его в небытие. Химия. На вкус это было как чистая химия. Если он сосредоточится на этом привкусе, то сможет не отключаться. Не отключаться — это хорошо. Ему нужно прийти в себя. Питер провёл языком по верхним зубам, а затем — по внутренней стороне щёк. Эфир, точно. Его было легко узнать. Другой остаточный привкус заставлял губы покалывать, а язык — пересыхать. Хлор. Это воскресило в памяти уроки в лаборатории и крики учителя о том, как опасно… — Ох, чувак, — простонал Питер, позволяя голове бессильно мотнуться в сторону. — Меня что, реально усыпили хлороформом? Звук катящихся по полу колёс заставил его вздрогнуть, чьё-то присутствие, которого он до этого не замечал, выдало себя. — Он очнулся. Кто очнулся? Ой, подождите, он очнулся. Питер заставил себя открыть глаза, и эта простая задача оказалась пугающе сложной из-за давления в голове. Веки словно превратились в цементные блоки, и само усилие, затраченное на то, чтобы их разомкнуть, заставило его задохнуться. — Тогда займись им. Два голоса. Два разных человека. Дерьмо. Питер лихорадочно огляделся, осознавая, что зрение затуманено, а комната кажется гигантским расплывчатым пятном тёмных тонов. Ему потребовалось немного времени, чтобы здравый смысл вернулся, и мысли встали на место. Он поспешно прижался спиной к стене. Стена. Погодите, стена? Он сидел, прислонившись к стене. Питер посмотрел на себя — так резко, что шея отозвалась болью от внезапного движения. Его ноги были скованы цепью, вытянуты перед ним и стянуты в щиколотках. Руки плотно зафиксированы по бокам и прижаты к стене, от которой по спине пробежал холодок. Стена была холодной, металл за спиной ощущался как пакет со льдом прямо из морозилки. Красно-синяя ткань паучьего костюма на ногах и ступнях медленно обретала чёткость, когда пелена перед глазами начала рассеиваться. В тот же миг он понял, что не только помутнение сознания мешало ему видеть. По полу стелился туман, окутывая носки его паучьих ботинок и поднимаясь к бёдрам. Что ж, двойное дерьмо. Его определённо похитили. Слово «киднэппинг» тут вполне уместно, как бы он ни ненавидел это определение. «Я не ребёнок» — запротестовал внутренний голос. «Скорее уж меннэппинг». И что хуже всего — он понятия не имел, где находится. Здесь было холодно, пахло плесенью и сыростью. Не говоря уже о брошенном оборудовании повсюду. Структура комнаты жутко напоминала лабораторию — высокотехнологичную лабораторию, вроде тех, что в Stark Industries или даже OsCorp. Разница лишь в том, насколько здесь было темно. Очень темно, света почти не было. Питер почти уверен, что тусклые лампы на потолке питались от каких-то дохлых аккумуляторов, особенно учитывая, что они мерцали каждые несколько секунд. — Кто-то забыл оплатить счета за электричество? Питеру захотелось дать себе пощёчину в ту же секунду, как он это произнёс. Голос тёти Мэй настолько укоренился в голове, что он практически слышал, как она называет его «умником» за то, что он не может держать язык за зубами. Колёса снова зашуршали по полу, на этот раз прямо перед ним. Звук принадлежал вращающемуся креслу, и человек, сидящий на нём, молча приблизился. Не обратив никакого внимания на его неудачную шутку. Определить, кто этот человек, не составило труда. На мгновение они уставились друг на друга: Питер - ошеломлённо, а тот с тенью усмешки на лице. — Мистерио… — Питер сглотнул, чуть тяжелее, чем ожидал. — Мы снова встретились. Я бы пожал тебе руку и всё такое, но… Питер кивнул в сторону своих оков — толстые металлические ремни обхватывали его бицепсы и наглухо прижимали к стене. Мистерио закатил глаза, и это движение было отчётливо видно без его знаменитого шлема. Он всё ещё был в своём нелепом костюме — ну ещё бы, подумал Питер — вплоть до золотых сапог. На столе в другом конце комнаты лежал стеклянный купол, аккуратно пристроенный рядом с тем самым новеньким белым шлемом-хамелеоном. Шлемом-хамелеоном мистера Старка. Воспоминания нахлынули волной. Питер словно наяву увидел это в своём воображении — как он нёсся к складу, как столкнулся с Твидлди и Твидлдум, и как те, к большому сожалению, вдвоём его переиграли. Наверное, не самые удачные прозвища для этой парочки, учитывая обстоятельства. Проблема была лишь в одном — это последнее, что он помнил. Питер понятия не имел, как он здесь оказался. Внезапно его захлестнула волна страха. Он даже не знал, где это «здесь». «Тройное дерьмо» — запаниковал Питер. - «Мистер Старк меня убьёт». Мистерио по-прежнему молчал, разглядывая его как какой-то извращённый объект для исследований. Тишина и в самом деле немного пугала — если не брать в расчёт этот костюм из магазина приколов. Питер глубоко вдохнул и попытался взять нервы под контроль: если он сорвётся, то станет просто жертвой. Нужно перехватить инициативу. Что там мистер Старк всегда говорил? «Если когда-нибудь окажешься в ситуации, когда не знаешь, что делать — остановись и подумай. Твой мозг мощнее любого оружия, которое я могу тебе дать». Точно. Ладно. Собрать информацию. Это он может. — Эти оковы реально прочные, — сказал Питер, напуская на себя непринуждённость, которой и в помине не было. — Они типа как щит Кэпа? Вибраниум? Это было бы... это было бы довольно круто. Если бы они были. Ну, из вибраниума, в смысле. Никакого ответа. Тишина принесла с собой волну холода, озноб ударил по нему внезапно и сразу. Всё тело Питера буквально дёрнулось вперёд от дрожи. Казалось, холод исходил от самих стен комнаты. Где они могли находиться, раз тут такой дубак? В Нью-Йорке в середине апреля и близко не было такой температуры. На днях он вообще в шортах ходил, чёрт возьми. — Ну же, Мистерио, — предпринял ещё одну попытку Питер. — Тебе не нужно бояться болтать только из-за того, что я вижу твои прекрасные голубые глазки. Мистерио вскинул бровь, в остальном сохраняя молчание. Питер полупожал плечами. — Ладно, я без понятия, голубые ли они у тебя на самом деле, я их толком не вижу. Но суть ты понял. Кап. Кап. Кап. Пока мужчина упорно хранил молчание, Питер переключил внимание на капающую сверху воду, из-за которой в дальнем конце комнаты образовалась лужа. Хотя всё вокруг освещалось лишь старыми, мерцающими и явно работающими на батарейках лампами, он видел, что потолок разрушается под давлением. Трещины расходились по цементу, словно молнии, а под протечкой на полу были отчётливо видны следы водной эрозии. Там что, трубу прорвало? Им нужно вызвать сантехника? Он почти открыл рот. Почти. Впервые в жизни Питер удержался от того, чтобы сострить. Мэй бы им гордилась. — Знаешь, маска типа дополняет образ, так что если бы ты её вернул... — Питер тяжело вздохнул. — Было бы здорово. Как бы он ни скучал по компании Карен, Питер понимал, что возвращение маски особо не поможет. Туман окутывал ноги, и он чувствовал, как тот касается его ладоней в перчатках. Мистерио заполнил этой дрянью всю комнату, а возможно, и всё здание. Пока газ свободно гулял вокруг, у него не было никакой возможности связаться с кем-либо. А значит, не было возможности связаться с мистером Старком. А значит, ему нужно было выбраться — дать отпор. Сделать хоть что-нибудь. Питер старался, чтобы его попытки разорвать оковы были незаметными. Но чем дольше он давил мышцами на металлические ремни, тем сильнее напрягался от усилий. Против воли с губ сорвался стон, выдавая его отчаянное желание сорвать оковы. Какого чёрта — он же поднял многотонный трап в Германии! Он остановил падающий самолёт. Более громкий стон вырвался из его горла, и Питер крепко стиснул челюсти, с ещё большей силой наваливаясь на металл. Оковы не поддавались, ни на йоту. — Даже не пытайся их сломать, — наконец подал голос Мистерио. Без стеклянного шлема его голос звучал куда менее глухо. — У тебя не получится. Питер шумно хватал ртом воздух, заглатывая его, словно воду в жаркий день. — Не был бы я... так уверен... я вообще-то... — прохрипел он, рванув вперёд с такой силой, что едва не вывихнул плечи. — ...довольно... сильный! Он сдался с судорожным выдохом, тяжело дыша от запредельного напряжения. Что. За. Чертовщина. В полном замешательстве Питер посмотрел на себя, не понимая, как он умудрился поднять целое здание, но при этом не может вырваться из двух железных полос. Две жалкие металлические полоски, прикрученные болтами к стене, держат его в заложниках. Это совсем не круто. — Это экспериментальный металл под названием адамантий, — пояснил Мистерио, отвечая на его невысказанный вопрос. — Практически неразрушим. Тебе не выбраться. — Экспериментальный металл, — повторил Питер, кивая и всё ещё тяжело дыша. — Ну конечно. Потому что, ну разумеется. Могла ли его «удача Паркера» стать ещё паршивее? Как бы ни был сокрушителен этот факт, он хотя бы давал зацепку. Питер собирал информацию. Мистерио сказал, что туман использует наниты для блокировки любой работающей электроники и даже содержит нейротоксин, притупляющий его паучье чутьё. Судя по количеству газа вокруг, можно было с уверенностью сказать: никто не найдёт его по GPS костюма. К тому же его удерживал металл, который по прочности мог легко сравниться со щитом Кэпа, что, будучи на сто процентов плохой новостью, было всё же довольно круто. Теперь нужно было выяснить, где он находится. — Так… это, должно быть, твоё злодейское логово, — слишком неловко произнёс Питер. — Шикарное местечко. Куда лучше, чем у последнего парня, с которым я сражался. Хотя тот и обрушил на меня целое здание, но там и близко не было таких высоких технологий… — Заткни его. Грубый русский акцент прервал его без малейших колебаний. Когда Мистерио развернул кресло, Питер ясно увидел, откуда исходил голос. — О господи, ну почему всегда русские? — простонал он так громко, что эхо отразилось от стен. — Это такой стереотип. Всегда какой-то злобный русский, который хочет захватить мир. Чувак, ты даже выглядишь соответствующе. Лысина и всё такое. Мистерио перевёл взгляд с Питера на второго обитателя комнаты, который сидел, сгорбившись над рабочим столом, и просматривал стопки бумаг, словно курсовые работы. — Зачем мы его держим? — спросил Мистерио, говоря так, будто Питера и вовсе не было перед ними. — Они все думают, что он мёртв. Почему мы не можем его прикончить? — Залог, — последовал ответ. — Мы держим его, пока не будем уверены, что план сработает. Брови Питера взлетели вверх. — Эм, привет, — пискнул он. — Я вообще-то здесь. Я вас слышу. Они даже не удостоили его вниманием. — Ты несёшь чепуху. Старк уверен, что он мёртв, — напомнил ему Мистерио. — В этом и был твой план. Цель достигнута. Лысая голова качнулась из стороны в сторону. — Ты всё ещё мыслишь слишком мелко, Клум. Мальчишка — это рычаг. В этот момент он развернулся, всё ещё сжимая в руках стопку бумаг, в очках, приспущенных на переносицу. Несмотря на темноту, Питер смог разглядеть черты его лица; бледная кожа мужчины почти сливалась с туманом. — Допустим, они узнают, что слухи о его смерти были сильно преувеличены… Допустим, Старк попытается прийти за нами… Что ж, тогда я выпущу мальчишке кишки на глазах у всех. Оставлю им внутренности на сувениры. А потом я сверну шею Старку, и ты доставишь его тело домой с петлёй на шее. Если он не сделает за нас грязную работу, мы сделаем её сами, — он ткнул пальцем в сторону Мистерио. — Если до этого дойдёт. Питер слушал разговор с растущим чувством ужаса. Если он и мог сделать какой-то вывод, так это то, что они оба были законченными психами; причём русский — куда больше, чем Мистерио. И учитывая прикид Мистерио, одно это осознание уже пугало. Он тяжело сглотнул, заставляя себя изображать фальшивую уверенность. — Они вас остановят, — настаивал Питер, борясь с дрожью в голосе. — Мстители. Что бы вы ни задумали — вам это не сойдёт с рук. Впервые с того момента, как Питер его заметил, русский посмотрел в его сторону. Их взгляды на мгновение встретились сквозь пелену вьющегося тумана. Затем он отвернулся прежде, чем Питер успел моргнуть. — Займись им. Мистерио снова выкатился в поле зрения на кресле, закрывая собой другого мужчину. Упёршись локтями в колени, он подался вперёд с больной, извращённой улыбкой. — Давай проясним кое-что, паучок, — начал Мистерио. — Весь мир думает, что ты мёртв. Питер покачал головой. — Нет, это не так… — Тот склад, который взлетел на воздух? Все думают, что ты был внутри, — Мистерио осклабился, обнажая каждый свой жёлтый зуб. — Никто за тобой не придёт. Даже Тони Старк. Питер застыл, плотно сжав губы. Он с трудом заставил себя сделать следующий вдох. — Ты ошибаешься. Смешок Мистерио был самым громким звуком, что Питер слышал до сих пор. От него по спине пробежал мороз, и дело было вовсе не в холоде помещения, где его держали. — Ты понятия не имеешь, что здесь происходит, — сказал он, подкатывая кресло чуть ближе и глядя на Питера сверху вниз, пока колёсики не коснулись подошв его красных ботинок. — Даже если я начну рассказывать, твои подростковые мозги не смогут осознать и половины. Решимость на лице Питера не дрогнула. — Да неужели? А ты попробуй, — Питер попытался выпрямиться на полу, стараясь казаться выше. — Я знаю, что ты украл шлем-хамелеон мистера Старка и отдал его вон тому недо-злодею из Бонда. Мистерио ухмыльнулся уголком рта. — Это лишь верхушка айсберга. Всё зашло куда глубже. — Зачем я вам тогда нужен? — огрызнулся Питер. — Вы сказали всем, что я мёртв, но зачем? Какова ваша конечная цель, Мистерио? Этот человек был настоящей находкой — он и так уже выболтал слишком много, сам того не осознавая. Если бы не второй похититель, прервавший их беседу, Питер не сомневался, что вытянул бы из этого придурка ещё больше информации. И всё же... — Клум, — голос был низким и рычащим, с очень, очень тяжёлым русским акцентом. — Используй свою дрянь, чтобы заткнуть его. Живо. Мистерио улыбнулся так широко, что обнажились его желтоватые зубы. Стойкость Питера начал стремительно таять, пока он наблюдал, как фокусник пересекает комнату, подхватывая кислородный баллон с присоединённой к нему кислородной маской. Питер изо всех сил старался сохранить на лице решимость. Он не стал бы отрицать, что на этот раз она пошатнулась. — Вам это с рук не сойдёт, — настаивал Питер, пытаясь вырваться из оков. — Они всё узнают. Мистерио присел на корточки одним резким движением, плащ запутался в ногах, когда он опустился на пол. Рука вцепилась в затылок Питера, крепко сжимая пряди волос. — Не трогай меня — отвали! — Питер отбивался как мог, извиваясь всем телом, пока руки оставались намертво прижатыми к стене. Кислородную маску натянули на лицо быстро и ловко, закрепив эластичными ремешками. Но поскольку его руки были прижаты металлом к стене, а кисти плотно зафиксированы по бокам, у него не было никакой возможности избавиться от проклятого устройства — как бы сильно он ни мотал головой из стороны в сторону. Питер услышал шипение раньше, чем почувствовал газ. Тот вырывался из стоящего рядом баллона, со свистом, напоминающим сдувающийся шарик. Питер резко повернул голову вбок, глаза расширились от паники. Баллон был большим. Потому что — ну вот его удача — разумеется, он был именно таким. Лучше бы он не поднимал взгляд. Мистерио широко оскалился, с низким смешком, от которого по коже пробежали мурашки. И на этот раз вовсе не от холода в комнате. Когда холодный воздух коснулся лица, Питеру почти сразу стало дурно. Газ был сладковатым — тошнотворным, он вливался через маску, заполняя рот и нос. Инстинктивно он задержал дыхание, отказываясь вдыхать, пока лицо не начало краснеть. Ему удалось продержаться от силы пару минут, прежде чем организм сдался. Вдох сотряс всё его тело. Почти мгновенно сознание поплыло, а желудок скрутило волнами тошноты. — Мистер Старк… найдёт… меня. Питер проиграл битву за возможность держать глаза открытыми. Его голова медленно склонилась вперёд, пока подбородок не коснулся груди. Тело обмякло, удерживаемое лишь прочным металлом, сдавливающим бицепсы. И мир вокруг него растворился в клочьях тумана.

***

— Итак, если он жив, то где, по-твоему, он находится? — спросил Стив. Они переместились в научно-исследовательский блок, где аналитические системы лаборатории обеспечивали Наташе быстрый поиск и проверку всей обсуждаемой информации. Остальные, за исключением Тони, сидели за большим круглым столом вокруг Стрэнджа. Тони сидел в углу, просматривая собственные данные на голографических экранах — его руки так и летали, смахивая изображения. Они работали быстро и слаженно, и остальные не боялись задавать любые вопросы, приходившие на ум. Стивен подался вперёд, аккуратно сложив руки. — Я полагаю, недо-маг держит его в плену. — В плену? — Сэм нахмурился, явно недовольный услышанным. Стивен кивнул. — Да. Из всех присутствующих Стивен оставался самым отстранённым — его прямой ответ казался почти холодным. Остальные же не скрывали ужаса от этого откровения. У некоторых это было заметнее: Ванда прикрыла рот рукой и покачала головой так сильно, что пряди рыжих волос закрыли ей глаза. Роуди откинулся на спинку кресла и нахмурил брови, морщины на лбу вмиг состарили его на несколько лет. Вижн был единственным, кто сохранял нейтралитет, молча наблюдая за разговором. А Тони продолжал работать. — Ты сказал, что он работает не один, — Наташа быстро печатала на клавиатуре, даже не глядя на экран. Тони был не единственным, кто полностью ушёл в работу с системами. Если бы её пальцы двигались ещё быстрее, экран начал бы тормозить, не успевая за вводом. — Верно, — несмотря на ответ, Стивен заметно замялся. — Но мне не удалось найти достаточно информации о другом виновнике. Я провёл месяцы, используя каждый артефакт, имеющийся в моём распоряжении, и постоянно возвращался ни с чем. Тони оторвался от голографических экранов, рука замерла в воздухе на полпути, пока он переваривал услышанное. — То есть ты ожидал, что мы будем знать, что делать? — спросил он, его челюсть едва не коснулась пола. Стивен сумел подавить желание закатить глаза. — Я ожидал, что вы выиграете мне время, — парировал он. — К сожалению, вы угодили прямиком в ловушку, которую они для вас расставили. Тони открыл рот, чтобы возразить, но Стив заговорил первым. — Откуда ты знаешь о Фрэнсисе Клуме? — спросил он. Стивен сжал челюсти, обводя взглядом присутствующих за столом и едва заметно вздохнул — этого хватило, чтобы плащ колыхнулся на его плечах. — Око Агамотто может обнаружить любую магию, используемую в этом мире и в других, — начал объяснять Стивен. — Ранее в этом году оно зафиксировало проявления тёмной магии, исходящее от существа по имени Дормамму. Он — первородная межпространственная сущность, обладающая сверхъестественной мощью апокалиптического уровня… и он правитель Тёмного Измерения. — Очень плохой парень, — Брюс тяжело сглотнул, кивая в такт своим словам. — Понял. Тони взмахнул рукой, разворачивая одну из голограмм так, чтобы её было видно всем сидящим за столом. — И ты хочешь сказать, что этот парень — серьёзная угроза? На изображении был вполне обычный с виду человек: мужчина лет сорока пяти, в роговых очках, с волнистыми и всклокоченными волосами. На первый взгляд, он выглядел как обычный гражданский. — Без аквариума на голове он выглядит ещё нелепее, — пробормотал Сэм. — Угроза не в самом Клуме, — отчеканил Стивен. — Угроза в том, что он сделал. Тони смахнул голограмму и тут же скрестил руки на груди. — Делиться – значит заботиться, — сухо бросил он. Стив издал приглушённый смешок и так же тихо пробормотал: — Это ты-то говоришь? — Здесь сказано, что Клум участвовал в одном из исследовательских экспериментов OsCorp, — Наташа поспешила пресечь назревающий спор, не отрываясь от мониторов. Она впервые встретилась взглядом со Стивеном с тех пор, как они вошли в научный отдел. Стивен кивнул ей. — Участвуя в этих экспериментах, он получил способность к телепортации. Ванда хмыкнула. В её голосе прозвучала горечь, будто собственные болезненные воспоминания об опытах заставляли её быть предвзятой. То, как она повела плечами, выдавало полное отсутствие сочувствия. — Звучит не так уж страшно, — бесстрастно заметила она. Наташа нахмурилась, продолжая изучать документы — казалось, она смотрит одним глазом на Стивена, а другим на экраны. — Зачем ему добровольно в этом участвовать… Пока её глаза бегали по строчкам, Тони подошёл к ней и замер прямо за спиной. Он был не один: Брюс тоже поднялся из-за стола и осторожно приблизился к ним, хотя и не так близко, как Старк. Тот факт, что Наташа вообще это позволила, говорил о критичности ситуации больше любых слов. — Не так уж это было и добровольно, — Тони ткнул пальцем в экран. — Смотри. Брюс поправил очки, тоже пробегая глазами документ. — Его поместили в психиатрическое отделение. — Э-э, нет, — поправил Тони. — Его «поместили в психиатрическое отделение», — воздушные кавычки пальцами были максимально красноречивы. Наташа продолжала печатать, пока вдруг не замерла. Она откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди, с трудом сдерживая тяжёлый вздох. — Это была лишь ширма, — сказала она. — Здесь написано, что его брат изнасиловал его в детстве, а когда он обратился за психиатрической помощью из-за травмы, то угодил к этим ублюдкам. OsCorp утверждали, что это был эксперимент по стиранию памяти. Похоже, всё пошло не так, как хотелось бы обеим сторонам. Сэм поморщился. Вид у него был паршивый. — Они, вероятно, решили, что пациенты с неустойчивой психикой будут более покладистыми в их бесчеловечных опытах. Наташа небрежно указала на экран. — Деньги, скорее всего, тоже сыграли свою роль. Последовала пауза, во время которой она отошла, позволяя остальным самим изучить информацию. Экран был достаточно большим, чтобы даже те, кто сидел в дальнем конце стола, могли разглядеть множество цифр. — Да уж... — Брюс издал протяжный свист. — Сумма более чем приличная. — Он её так и не получил, — резко объявил Стивен. — Они провели свои эксперименты и вышвырнули его вместе со всеми остальными, не заплатив ни цента. Сразу после этого их прикрыли высокопоставленные чиновники. Разумеется, никто и не подумал, что они выпустили на волю психопата с нестабильной психикой, одержимого жаждой наживы и обладающего сверхчеловеческими способностями для достижения своей цели. — Ты, похоже, много знаешь об этом парне, — осторожно заметил Роуди, подавшись вперёд над столом. Стивен бросил на него короткий взгляд. — Я провёл собственное расследование. — Откуда такая жажда денег? — спросил Стив, отворачиваясь от экрана к Стивену. Наташа повернула голову, глядя на Стива. — Если верить всему этому, он хотел славы, — пояснила она. — Он занимался магией — сценической магией — задолго до всего этого. Вплоть до школы иллюзионистов, когда ему было двадцать с небольшим. Ему нужны были деньги, чтобы стать знаменитым - прославиться. Тони усмехнулся, закатив глаза. — Встречайте, господа, следующий Крисс Энджел. — Где всё пошло не так? — Стив наклонился вперёд, положив локти на стол и крепко сцепив пальцы. — Каким боком здесь обычные фокусы и... твоя магия? — он жестом указал на Стивена. — Он потерял контроль над своими способностями, — прямо и без колебаний ответил Стивен. — Начал телепортироваться между вселенными. Вижн, до этого тихо стоявший в углу комнаты, внезапно шагнул вперёд. — Разве это возможно? Стивен коротко кивнул. — Он оказался во вселенной, где человек по имени Квентин Бек правил как преступник по прозвищу Мистерио, — медленно объяснил он, давая каждому присутствующему время переварить слова — в том числе и тем, кто, как Тони, делал вид, что не слушает. — Телепортировавшись в ту вселенную, Клум начал боготворить его и следовать за каждым его шагом. Но Бек не подвергался мутации, в отличие от него. Тот Мистерио заключил сделку с Дормамму, чтобы усилить свои иллюзорные способности. Сэм вскинул бровь так высоко, что она, казалось, коснулась потолка. — И что он отдал взамен? Своего первенца? — съязвил он. Стивен в ответ тоже вскинул бровь. — Он оказался заперт в шлеме до конца своих дней. Сэм цокнул языком, видимо, не найдя, что на это ответить. Наташа отвернулась и снова погрузилась в свои исследования, в то время как Тони отошёл в сторону, снова открывая голографические экраны. Брюс, стоявший между ними, нахмурился в замешательстве. — Ладно… — он замолчал, обменявшись взглядами с остальными, прежде чем снова посмотреть на Стивена. — Но какое это имеет отношение к нашему Мистерио? — Его имя в той вселенной правда было Мистерио? — внезапно спросил Сэм, заработав раздражённый взгляд от Стива. — Или ты просто разыгрываешь нас? Стивен склонил голову набок. — Мультивселенная огромна и по большей части находится за пределами нашего понимания. Но она полна параллелей с нашими собственными судьбами — с жизнями каждого из нас. Каждая из них уникальна, но в то же время во всех вселенных они очень похожи. Сэм подавил вздох. — Это значит «да»? Стивен встал из-за стола, и его плащ при этом колыхнулся за спиной. — В той вселенной Клум контактировал с Дормамму, — ответил он на вопрос Брюса без предисловий. — Он искал того, кто поможет ему в его поисках. Он явно не осознавал угрозу и опасность, которую представлял Дормамму, и зашёл слишком далеко. Вернувшись в нашу вселенную, он заново открыл портал, который я закрыл ранее в этом году. Этот портал отрезал Дормамму от нашей вселенной и этой Земли, от тех разрушений, которые тот планировал устроить. У нас с Дормамму было соглашение — он не должен был снова возвращаться на нашу Землю, — Стивен заметно нахмурился. — Теперь, когда печать сломана, я не жду, что он будет соблюдать свою часть сделки. Стив нахмурился. — И Клум… — Он фанатик Дормамму, — Стивен ответил на то, о чём не спросили прямо. — Контакт с ним вернул его на эту Землю, и в силу этого он стал подходящим сосудом для его проникновения в наш мир. Если его не устранить, мы рискуем тем, что Дормамму захватит контроль над всей планетой, какой мы её знаем. И я не могу обещать, что смогу остановить это во второй раз. Сэм быстро заморгал. — Как мы перешли от «Клум не угроза» к «он уничтожит Землю, какой мы её знаем»? Плащ Стивена зашевелился, хотя сам он не двигался. Красная ткань пошла волнами при полном отсутствии ветра. — Как я уже сказал, сам Клум не является угрозой. Его действия оказались… слабыми, трусливыми. Он неспособен действовать самостоятельно. Проблема именно в его присутствии. Как только я изгоню его в другой мир, печать закроется. Это устранит угрозу возвращения Дормамму в этот мир, — произнёс Стивен, и его тон был пропитан тяжёлой решимостью. Тони крутанулся на каблуках, свет голограмм ярко отразился на его лице. — А другой парень? — спросил он. На лице Стивена появилось самое тяжёлое выражение, которое они видели до сих пор — разочарование. — Я не знаю его имени, — признался он неохотно и с явным раздражением. Не на остальных, скорее на самого себя. — Мне лишь было сказано, что если он преуспеет в своём плане — каким бы тот ни был — это станет причиной твоего падения, Старк. Это сведёт тебя с ума… и запустит цепную реакцию, которую нам будет не под силу остановить. Сэм шмыгнул носом. — Значит, Мистерио — это своего рода Игорь при докторе Франкенштейне. Тони не выглядел убеждённым. Тяжёлой поступью он приблизился к Стивену, пока расстояние между ними не сократилось до минимума. — Ты хочешь сказать, что после всего, через что я прошёл, — начал он, и морщины на лбу углублялись с каждым словом, — из всех, с кем я сталкивался, пара клоунов-пустышек станут моим крахом? То, как Стивен посмотрел на него, не осталось незамеченным. Ни одним человеком в комнате. — Они сделали это личным для тебя, — парировал он. Тони поджал губы. — Не в первый раз. — Возможно, — Стивен пожал плечами. Это движение не вызвало ни единого шороха плаща. — В любом случае… На мгновение их взгляды встретились. Тони почувствовал, будто Стрэндж говорит ему всё то, что он и так уже знал: несмотря на «Десять колец», несмотря на Обадайю, Ванко и Киллиана, несмотря на то, что он чуть не потерял Пеппер, Роуди и собственную жизнь — потери пацана было достаточно, чтобы его сломать. Возможно, всё, что предшествовало этому, истерзало его так сильно, что он больше не мог выносить новых ударов. Возможно, он обманывал себя, веря в это. Возможно, Паркер значил для него больше, чем он сам осознавал. Эти несколько секунд раздумий заставили Тони почувствовать себя неуютно. Он поспешил вернуться к компьютерам. — Значит, нам нужно выяснить, где Клум держит Питера и кто в этом деле его босс, — сурово резюмировал Стив, и каждое его слово было пропитано твёрдостью. — Я полагаю, ты сам захочешь заняться Мистерио, когда его найдут? Стивен кивнул. — Найти его оказалось самым сложным. Я месяцами пытался вычислить его местоположение. — Полагаю, то, что он постоянно телепортируется по всему городу, делу не помогает, — мельком заметил Роуди. — Дело не только в этом, — Стивен покачал головой. — Я считаю, что он находится под защитой Дормамму, и, следовательно, другой преступник тоже может быть под ней. Пока Дормамму не захочет, чтобы я их нашёл, я их не найду. Какое бы заклинание я ни сотворил. Наташа глубоко нахмурилась. — И как мы должны искать этих парней при полном отсутствии зацепок? Стрэндж так и не отвёл взгляда от Тони. Чувствуя, как глаза буквально прожигают ему затылок, Тони обернулся и вздохнул, увидев, что за ним наблюдают. — Да, дорогуша? — саркастично протянул он. — Могу я тебе чем-то помочь? Стивен склонил голову набок. — Насколько ты хорош в медитации, Старк? Роуди громко рассмеялся. Это удивило всех. — Мозг Тони не отключался ни на секунду с самого его рождения, — сказал Роуди, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. Тони указал в его сторону пальцем. — Вынужден признать, он прав. Стивен медленно подошёл к Тони. — Если я смогу сфокусироваться на височной доле коры — той части, что хранит твои воспоминания и эмоции — я, возможно, смогу призвать Вишанти на время, достаточное для того, чтобы использовать Камень Времени и увидеть проблеск твоего будущего… нашего будущего, в его нынешнем виде, — Стивен снова повернулся к Наташе. — Это может дать нам зацепку, с кем именно объединился Клум. Стив медленно и осторожно поднялся из-за стола. Он плотно прижал ладони к поверхности, молча глядя на Тони. Казалось, это мгновение согласия напомнило им всем, что Тони чувствовал, когда Ванда залезла ему в голову — шрам, ничем не отличающийся от того, что остался между Стивом и Тони, так и не заживший до конца. Он ожидал, что спор выйдет из-под контроля. Ожидал колкостей, упрёков, даже криков. Стив был готов усмирить всё, что бы ни случилось. — Хорошо, — Тони решительно кивнул, плотно сжав челюсти. — Сделаем это. На мгновение все растерялись, не зная, что сказать, и тем более — что делать дальше. Наташа, сидевшая у компьютеров с высоко поднятой бровью, громко откашлялась. — Клинт будет здесь через час, — объявила она. — Надеюсь, к его прибытию у вас что-нибудь будет. Стив всё ещё смотрел на Тони с неприкрытым удивлением. — Нам нужно зажечь благовония? — Тони глубоко вздохнул и выдохнул, хлопнув в ладоши и потирая ладони, чтобы унять нервы. — У Пеппер наверняка где-то здесь завалялись свечи, мы могли бы… — Давай пойдём куда-нибудь, где будет более… — Стивен ухмыльнулся. — Тихо. Тони даже моргнуть не успел, как это случилось. Внезапно и с сильным дезориентирующим эффектом, Стивен перенёс их из научно-исследовательской лаборатории. Тони даже не понял, как это произошло – будь то какой-то ведьминский жест носом или беззвучно произнесённое магическое заклинание. Секунду назад они были там, а в следующую — исчезли. Он пошатнулся, хватаясь за ближайший предмет, чтобы не упасть. Посмотрев на то, во что он вцепился, Тони в замешательстве увидел гладкий комод из красного дерева. Это была та самая модель, которую он лично выбрал для жилых помещений комплекса Мстителей. Подняв взгляд, Тони мгновенно осознал, куда Стивен его перенёс. В комнату Питера.

***

Снег скапливался у его ног. Он покрывал ботинки, словно белое одеяло - мягкий, точно пудра; невинный, нетронутый и чистый. Холодный зимний ветер шептал, обжигая кожу резкими укусами. Горький и леденящий. - Питер… Он так и не поднял взгляда. Не мог оторвать глаз от растущего слоя снега, от того, как снежинка за снежинкой падали вниз, прибавляя слои к этой первозданной мягкости. А затем потекла кровь. Одна густая капля пробила поверхность, прежде чем ещё три упали следом так же быстро, протапливая снег и окрашивая его ботинки. — Питер… Его руки задрожали, когда он посмотрел на них. С них капала алая жидкость, стекая с костяшек, словно проточная вода. — Всё хорошо, Пит. Он больше не стоял на ногах. Он был на коленях, плотно прижимая ладони к хлопковой ткани, сквозь которую между пальцев хлестала кровь; веса его слабого подросткового тела было недостаточно, чтобы остановить поток. Он не был достаточно сильным. Никогда не был. — Всё хорошо, Пит, — повторил голос, на этот раз накрывая ладонью его руку, крепко прижатую к ране. — Послушай меня, сынок, всё хорошо. Он подавил рыдание. — Дядя Бен, нет. Пожалуйста, нет, дядя Бен… — Эй, эй… — дядя Бен улыбнулся, его зубы были ярко-красными от крови. — Послушай меня, Питер. Ты… ты должен позаботься о своей тёте, слышишь? Позаботься о ней. И о себе позаботься. На тебе… на тебе лежит ответственность, сынок. У тебя… у тебя есть сила… изменить мир. И с… с большой силой… Сверху взревели двигатели. Он вскинул голову к небу: самолёт пролетел опасно близко к земле, прежде чем исчезнуть вдали. Когда он снова посмотрел вниз, дяди Бена уже не было. Лишь меловой контур указывал на место, где он только что лежал. — Пити, милый, поцелуй нас на прощание, нам пора! Когда он обернулся, то уже не был на земле. Он стоял на кухне в квартире дяди и тёти. Ремонт там ещё не делали — всё было старым, а сам он совсем маленьким, низкого роста. Мать подошла к нему, широко раскинув руки. — Ох, посмотри на себя, я буду так по тебе скучать. Мэри Фитцпатрик Паркер. То же лицо, на которое он смотрел в фотоальбомах, та же причёска, что и в день их поездки в Диснейленд, и тот же облик, что и в его первый день в детском саду. Но её голос был искажён. Он не помнил, как она звучала. — Давай, Мэри, наш рейс в шесть. Мы не можем опоздать. Позади неё стоял мужчина — Ричард Паркер. Каштановые взъерошенные волосы и сияющие глаза напоминали ему… его самого. Но голос не был искажён, он не был приглушён и даже не копировал его собственный. Он даже не знал, как звучал голос его отца. Он никогда по-настоящему не знал этого человека. — Пожалуйста, — его голос сорвался на писк. Совсем юный, слишком юный. Мольба, переходящая в плач. — Пожалуйста, не уходите. Вы не вернётесь. Ричард, стоявший за спиной Мэри, присел перед ним на корточки. Он видел собственное отражение в очках мужчины — шестилетний мальчик с пухлыми щеками, по которым катились слезы. — Обещай мне, что будешь хорошим мальчиком, Питер. Голос не соответствовал лицу. Ричард Паркер пристально смотрел на него, но голос, которым он говорил, был отчётливо похож на голос другого человека. Совсем другого. Человека, которого Питер знал. Он кивнул. — Я хороший. — Ты… ты хороший? Когда он поднял взгляд, на него смотрели жёлтые линзы солнцезащитных очков. Теперь голос соответствовал лицу. — И в чём же ты хорош? Дыхание перехватило, исходящая от этого человека властность подавляла его, заставляя дрожать от нервов. — Ну, я… в смысле… я бы лучше просто остался на земле… ненадолго. Дружелюбный сосед Человек-паук. Тони уставился на него. Мир вокруг исчез, обоих поглотила тьма. Когда он посмотрел вниз, паучья эмблема на его костюме замерцала и заискрилась, а синяя и красная ткань начали расплываться и сливаться воедино. Когда он снова поднял голову, они оказались в мастерской комплекса Мстителей. Тони стоял к нему спиной. — Ты снова зашёл слишком далеко, — его голос эхом отражался от стен. — Это ведь ты хотел патрулировать улицы, ты хотел «не высовываться», оставаться в своём районе… — Он был в моём районе, мистер Старк! Если вы просто выслушаете меня… Подождите. Слова сами сорвались с его губ. Он огляделся. Взгляд замер на пустой стеклянной витрине в другом конце комнаты. — Мистер Старк, я знаю, кто украл шлем-хамелеон! Я… — Нет! — Тони резко развернулся к нему. — Ты отправляешься домой. Он отчаянно затряс головой. — Мне нужна помощь. Мне нужна помощь, чтобы попасть домой! Глаза, смотревшие на него, наполнились разочарованием. Он поперхнулся собственной слюной, паника скрутила желудок узлом. — Теперь ты сам по себе, парень. Мистер Старк уже был на полпути к выходу. Он попытался пойти за ним, схватить его, остановить, но ноги не двигались. Они были тяжёлыми и слабыми, а мышцы дрожали от страха. — Нет. Нет, мистер Старк, пожалуйста! У меня… у меня никого нет, мне нужна ваша помощь, я… Он осел на пол, привалившись спиной к стене. Мистер Старк ушёл, и с его уходом в мастерской погас свет, оставляя его в темноте. — У меня никого нет, мистер Старк, — он и сам не заметил, когда закрыл глаза, голова откинулась на стену, пока мир вокруг растворялся. — Пожалуйста, не оставляйте меня. Он был один. Он был совсем один, прикованный к стене. Кислородная маска, насильно закреплённая на лице, вливала в него химикаты, от которых рассудок затуманивался и впадал в оцепенение. Глаза Питера были полуприкрыты, красные и опухшие. Они дёргались каждые несколько секунд, пока галлюцинации изматывали его разум.

***

Постеры «Звёздных войн» выдали всё. Тони оглядел комнату, и его замешательство сменялось всё более очевидным раздражением. — Почему мы здесь? — он поймал себя на том, что не спрашивает, а практически требует ответа. — Я рассудил, что это самая тихая комната в округе, — ответил Стивен. — И... это поможет тебе сосредоточиться на мальчике, пока я подключаюсь к твоему подсознанию. Тони резко обернулся к Стивену и прищурился. У этого человека было столько наглости и дерзости, что он не был уверен, сможет ли выдержать это сейчас. Он даже не знал, хватит ли у него на это сил. Не после последних нескольких дней. — Ты не имеешь ни малейшего представления о том, как работают мои мозги, — пробормотал он в итоге. Тони наблюдал, как Стивен медленно опустился на бежевый ковёр, держа спину идеально прямой и скрестив ноги. Тони не осознавал, что отвлёкся, пока Стивен не откашлялся, кивком головы приглашая его присоединиться. На мгновение он замешкался, вскинув бровь при мысли о том, чтобы сидеть на полу. Но в конечном итоге Тони сдался с глубоким вздохом. Он опустился на ковёр и с нескрываемым нетерпением хлопнул ладонями по коленям. — Ну... — Тони цокнул языком. — В чём дело, док? Стивен уже закрыл глаза. — Вишанти не даруют мне силу использовать Камень Времени в этом вопросе. Они дали мне... предельно ясно понять, что я не должен обладать этой информацией. Мне придётся прибегнуть к методам, которыми я обычно не пользуюсь. Я увижу лишь проблески — крошечные обрывки, возможно, всего лишь одну крупицу времени. Этого может быть достаточно, чтобы дать вашей команде зацепку, — бесстрастно объяснил он. — Но мне нужно, чтобы ты оставался сосредоточенным. Ты не можешь бежать от своих мыслей. Это лишь выдаст моё присутствие Вишанти. Меньше всего нам нужно их злить. — Понятно. Логично, — Тони не смог сдержать сарказм, сочащийся с его языка. — Тони... — Стивен открыл глаза, заметно выделяя его имя тоном, которого от него ещё не слышали. — Я понимаю твои сомнения. Ты сейчас в том положении, в котором когда-то довелось побывать и мне. Тони поднял взгляд, и его усталые, налитые кровью глаза встретились со взглядом Стивена. Он не мог сдержать усталость, которая тяжким грузом давила на плечи. Его поза была жалким подобием по сравнению с сидящим напротив мужчиной. Последние пара дней и впрямь выдались паршивыми. И хотя виски успешно помогал скрывать эмоции от остальных, алкоголь больше не давал никакого эффекта. В его глазах читалось истощение, и каждая красная сеточка лопнувших сосудов рассказывала свою историю. — До этого — до того, как я начал эту жизнь, я был нейрохирургом, — выражение лица Стивена смягчилось. — Я свято верил в западную медицину. В самых смелых мечтах не мог представить, что подобные вещи возможны. Но мистические искусства помогли мне спасти множество жизней, включая свою собственную. Хотя взгляд мага казался магнетическим, Тони боролся с этим притяжением, используя остатки скопившейся в нём горечи. Он закатил глаза и уставился на свои скрещённые ноги, положив руки в пространство между ними. — Мило. Сентиментально, — выдавил он с иронией. — Давай уже покончим с этим. Стивен едва заметно качнул головой, позволяя раздражению отступить перед предстоящими задачами. Он поправил позу, упёршись предплечьями в бёдра и сделал глубокий, контролируемый вдох. Тони наблюдал, как тот снова закрыл глаза, словно уходя в свой собственный мир. Он ожидал больше магии. Тони нахмурился, разочарованный тем, что не видит очередного светового шоу от амулета или хотя бы какой-нибудь иллюзии, останавливающей время. Прошло несколько минут в полном молчании. Слышно было лишь стрекотание сверчков снаружи. Тони посмотрел на большое панорамное окно, мысленно отмечая: если он слышит насекомых снаружи своего первоклассного комплекса, значит, ему стоит побольше платить за звукоизоляцию стен. Питер ни слова не говорил о том, что эти звуки мешают ему спать. И это было удивительно, учитывая, что чувства парня, как они оба знали, были «выкручены на одиннадцать». Впрочем, юноша жил в Куинсе. Он, вероятно, мог бы спать и при самой агрессивной стройке прямо под окнами квартиры. — Старк, — твёрдо произнёс Стивен, не открывая глаз. — Сосредоточься. Тони порывисто вздохнул и потёр лицо ладонью. — Да, прости, с этим есть небольшие проблемы, — признал он с раскаянием. — Ты притащил меня в спальню ребёнка, которого я, как мне казалось, убил два дня назад. Глаза Стивена оставались закрытыми. — Он не мёртв. Ты видел это сам. — Почему это так важно? — Тони передёрнул плечами так сильно, будто они вот-вот отвалятся. — Я должен знать, почему так важно, чтобы Паркер был жив? Стивен снова покачал головой, на этот раз с большим раздражением. Он убрал руки с колен и посмотрел на Тони, явно с трудом сдерживая терпение. — Мне была дарована привилегия и честь видеть многое в будущем — множество временных линий и возможных исходов. Я даже менял ход событий во времени раньше, — Стивен замолчал, и тишина зазвенела в воздухе. Пока Тони в замешательстве смотрел на него, Стивен встретил его взгляд с такой серьёзностью, с которой невозможно было спорить. — Но никогда прежде Вишанти не предупреждали меня, что знание о грядущем событии запрещено. Тони нахмурился. Очередной вздох замер, не успев сорваться с плотно сжатых губ — лишь плечи тяжело вздрогнули. Казалось, стоило ему только разобраться с величайшими героями Земли, как тут же объявлялся кто-то ещё. Нельзя было отрицать его облегчение от осознания того, что у мира всегда найдутся защитники, но какая-то часть его всё же ненавидела сюрпризы. Последние пару дней принесли ему слишком много неожиданностей. Он был более чем готов взять отпуск от всего этого. — Я не знаю, что делает Питера особенным, — продолжил Стивен, — и я уж точно не понимаю, почему именно ты — ключ к нашему будущему, но это так. Потерять его — значит потерять тебя. Однажды судьба мира окажется в твоих руках, Старк. Стивен замолчал, на мгновение отведя взгляд, а затем снова повернулся к Тони, склонив голову набок. — Мне было очень больно это говорить, — добавил он. Тони усмехнулся. — А мне было совсем не больно это слышать. — Не позволяй этому вскружить тебе голову. — Э-э, уже поздно. Стивен закатил глаза, мимолётный момент юмора исчез так же быстро, как и появился. Он снова положил руки на колени, его подрагивающие пальцы сложились в странном жесте, пока он вновь концентрировался. Тони глубоко вздохнул, на этот раз через рот, и попытался настроить свой разум. Со второй попытки он даже закрыл глаза. Сверчки стрекотали, его собственное дыхание отдавалось эхом в ушах, и всё это время он краем уха слышал, как Стрэндж что-то шепчет себе под нос. — Очисти свой разум… Тони никогда не был силён в медитации. Если у него появлялась идея для изобретения, он мог концентрироваться на ней месяцами. Если ему давали вещь, которую нужно починить, он чертовски старался её отремонтировать. Но медитация означала тишину, а за тишиной обычно следовали неуютные мысли. Говард, мама. Афганистан, Обадайя, Ванко, Хаммер, Киллиан… Он тряхнул головой, изо всех сил стараясь направить мысли в нужное русло. Эти люди пробуждали его демонов; они не были теми, на ком ему нужно было сосредоточиться. Это были люди, превратившие его жизнь в ад. Люди, которые жаждали его уничтожить. Локи, Барнс, Альтрон… «Давай же, отнесись к этому как к задаче» — прорычал Тони, звук глухо отозвался в груди. «Ты можешь это исправить. Ты можешь исправить себя». Было смешно даже пытаться обмануть себя этим. Он знал, что никогда не сможет исправить себя. Но ему повезло: рядом были люди, помогавшие ему пережить каждый новый день. Пеппер, Роуди — чёрт, хотя он и ненавидел это признавать, за его спиной стояла вся команда Мстителей. Возможно, он и был ходячей катастрофой, но ему никогда не приходилось быть ею в одиночку. И Питер. Парень был приклеен к нему намертво, хотел того Тони или нет. Питер никогда не видел в нём плохого. Даже когда всё его прошлое было разложено по полочкам в газетах, записано на видео и растиражировано в таблоидах — Питер просто отмахивался от этого, будто его это совсем не беспокоило. В юноше было столько жизни. Даже в свои худшие дни он улыбался с таким светом, какой Тони никогда не смог бы дать взамен. Долгое время он верил, что наставляет парня, чтобы тот стал похожим на него, но вскоре понял: присутствие Питера в его жизни делало лучшим человеком его самого, а не наоборот. «Когда ты можешь делать то, что могу я… но не делаешь, и случается что-то плохое, это случается из-за тебя». На мгновение Тони перестал дышать. Он и сам не заметил, как воздух замер в груди, застоявшись вместе с мыслями, проносившимися в голове. Его лоб прорезала складка — он сосредоточился так пристально и глубоко на воспоминаниях, от которых дрожали руки и дёргались веки. Но он видел это — он видел юного Питера; тот сидел на кровати в своей квартире в Куинсе, совершенно ошеломлённый самой возможностью поговорить с Тони Старком. Он видел, как тот срывает маску Человека-паука, восторженный и взволнованный от своей первой совместной миссии с Железным Человеком. И на одно короткое мгновение он почувствовал его — свою руку, обнимающую худощавого, но крепкого подростка, когда они вместе уходили с острова. На миг он почувствовал покой. Стивен первым вышел из транса с резким вдохом. Глухой удар об пол заставил Тони вернуться в настоящее. Судя по тому, как дрожала его одежда, Тони мог только предположить, что произошло нечто магическое. И он это пропустил. Ну, чёрт возьми. — Что ты видел? — быстро спросил Тони — почти слишком быстро, слова слились в одно целое. Стивен нахмурился, его взгляд метался по полу с быстро растущим замешательством. — Тебя, — просто констатировал он. Тони нахмурился. — Полагаю, так и есть. — Нет, тебя, — Стивен покачал головой, всё ещё глядя в пол, словно не мог осознать случившееся. — Тебя. Управляющего своей компанией в качестве генерального директора. Его голос казался мягче и чуть глубже, а шок в нём невозможно было расшифровать, пока он продолжал искать ответы в собственном разуме. Тони напрягся. Это отразилось в каждой морщинке на его лице, что стали глубже, когда он произнёс следующие слова: — Это работа Пеппер. Слова казались констатацией очевидного, но их нельзя было просто отбросить — не с тем видом, что был у Стивена, и не с тем нарастающим смятением, которое исказило его лицо так же сильно, как и лицо Тони. — Ты всё контролировал, — начал он, и его глаза прыгали по полу, словно сломанные мячики для пинг-понга. Стивен не смотрел никуда, кроме как себе под ноги. — Но ты казался… жаждущим власти. Тираном. Ты управлял всем как диктатор. Стивен наконец поднял на него взгляд. — Ты был… мегаломаньяком. Тони вскинул бровь и ухмыльнулся. — Спасибо, дорогуша. Сарказм остался незамеченным. Стивен покачал головой и медленно, но в то же время поспешно поднялся с пола. — Нет, нет… — пробормотал он, изучая Тони. — Я не думаю, что это был ты — я не чувствую, что это был ты. Это было похоже на… подражание тебе. Кто-то, кто выдаёт себя за тебя. Осознание прошило его нервы током. Стивен едва успел встать на ноги, когда до Тони дошло — он всё ещё сидел на полу, и его глаза расширялись с каждой миллисекундой. — Шлем-хамелеон. Стивен наблюдал, как Тони вскочил с пола так быстро, как только мог, и с молниеносной скоростью рванул к двери, спотыкаясь на ходу. — ПЯТНИЦА, позови Пеппер в лабораторию, — Тони оглянулся, торопливым жестом веля Стивену следовать за ним. «Мне сообщить ей, по какому поводу, босс?» — спросила Пятница. Мгновение спустя они уже неслись по коридору. Плащ Стивена шумно развевался за спиной, а Тони шёл впереди, низко склонив голову с непоколебимой решимостью. — Скажи ей, что нас взломали.