Точки над Ё, или у Вселенной свои планы

      Мягкое рассветное солнце пробивалось сквозь белизну льняных полупрозрачных тюлей. На часах было почти шесть утра, но я уже не спала. Просто лежала, мягко потягиваясь и наблюдая за крошечными пылинками, кружащимися в персиково-золотистых утренних лучах. «Не помешало бы убраться немного», — промелькнула мысль, но тут же улетучилась, сменившись воспоминаниями о вчерашней встрече с Тэхёном.       — И как могло получиться, что мы встретились вот так просто в большом городе. В чужой для нас обоих стране. На улице… — полушёпотом рассуждала я, накручивая прядь волос на палец.       Сегодня я впервые за много дней проснулась без головной боли и ощущения тошноты. Четвёртая неделя без таблеток, и мир вокруг, кажется, стал немного ярче. Зато внезапной лавиной обрушившиеся на меня эмоции, ранее притупляемые действием препаратов, просто разрывали мою грудную клетку изнутри, вызывая то трепет, то негодование, то неконтролируемый восторг, то раздражение, постоянно путая мои мысли и чувства, порой образуя густой и не совсем однородный «смузи», взболтанный в моём внутреннем ментальном блендере, с непонятным терпким привкусом горечи и лёгким ощущением тянущей пустоты, всё ещё остававшейся где-то очень глубоко. Довольно-таки странное послевкусие с едва заметным туманом в голове. «Ничего, это всё же лучше, чем каждый раз просыпаться от адской головной боли или приступов тошноты», — констатировала я и лениво выбралась из постели. Тёплые ступни ощутили приятную прохладу ламината. Немного пошатывало, но это не помешало мне сделать несколько относительно плавных танцевальных «па» по дороге в ванную комнату.       «Сегодня я снова увижу Тэ…» — и дух захватило от этой мысли. Было и страшно, и трепетно одновременно, а приятное тепло смешалось с колким ознобом по всему телу. Так проходило всё утро. Эта дуальность не давала мне вернуть мой разум в спокойное рациональное состояние. Я задыхалась то от волнующего ожидания нашей встречи, то от внезапного гнетущего страха вновь увидеть ту выразительно глубокую печаль в глазах Тэхёна. Она настолько въелась в мою память, что теперь будто невидимым прессом сдавливала сердце и лёгкие, не давая им нормально функционировать, лишь при одном мимолётном воспоминании о вчерашнем дне.       Глухой вибрирующий звук телефона нагло и резко ворвался в гущу смятений моих чувств, вернув меня в реальность. Я подхватила мобильник, и большой палец в нерешительности замер над значком «Ответить». На экране высветилась надпись «Тео». Это был ещё один незакрытый вопрос в моей жизни, полный неопределённости, с одной стороны, и достаточной подсознательной ясности, с другой. Так и не решившись ответить, я положила телефон на тумбочку, но тот продолжал назойливо напоминать о себе.       — Да, — стараясь звучать как можно приветливее, мягко произнесла я, сдавшись и всё же подняв трубку, буквально ощутив во рту горечь раздражения из-за своих колебаний.       — Милая, привет, — раздался тёплый приятно улыбавшийся голос.       — Маттео… Привет, — и большего мне нечего было сказать. К моему сожалению.       — Ты совсем про меня забыла. Заработалась…       — Да, прости… В последнее время слишком много сверхсрочных задач.       — Я соскучился.       — Угу. Я тоже.       — Ника, нам нужен разговор тет-а-тет. Ты так поспешно уехала, что мы толком ничего не обсудили. А когда дело касается серьёзных вопросов, ты всегда сливаешься под всевозможными предлогами.       Это я прекрасно понимала и без него, зная, что в глубине души никогда не давала и шанса этим отношениям. Просто была рядом из-за чувства благодарности за то, что Тэо всегда поддерживал, дарил своё тепло, приветливые улыбки и нежные объятия. Тогда это было к месту, помогало мне не думать о Тэхёне и стало настолько привычной частью моей жизни, что я начала воспринимать его отношение к себе как должное. Но Маттео ожидал взаимности. А я до последнего наивно надеялась, что он не будет задавать неудобных вопросов.       — Я приеду к тебе, и мы всё обсудим. Лично. Хорошо?       — Окей, — согласилась без раздумий, потому что спорить, зная Тэо, было абсолютно бесполезно. Если он сказал, что приедет, значит, и билет уже купил. Отговаривать бессмысленно. Возможно, так было даже лучше. Мне надо наконец определиться и расставить все точки над «ё».       — Люблю тебя.       — Да, до встречи… — выдавила я в ответ и была сама разочарована своими же словами. Мне бы очень хотелось ответить иначе, так, чтобы дать ему понять, что я абсолютно и безгранично ему благодарна, что обожаю его всем сердцем и безмерно ценю его заботу. Но этого было слишком мало и совсем не то, чего жаждал мой потенциальный жених. Лучше не говорить ничего. Я положила трубку, даже не спросив, когда у него самолёт, всё ещё чувствуя повисшее в воздухе тягучее негодование Маттео.        И зачем он мне сделал это дурацкое предложение, на которое я, непроходимая дура, сначала согласилась, глупо надеясь, что «стерпится — слюбится»? Потом же, осознав всю абсурдность ситуации, не придумала ничего лучше, чем сбежать в другую страну, прикрывшись «очень важным» в моей жизни повышением, ворохом работы и заделавшись под мегазанятую бизнес-леди. И я прекрасно знала, что это лишь отсрочка: рано или поздно мне придётся всё разложить по полочкам. Я не хотела ранить Тэо, но делала только хуже своими недомолвками и постоянными увиливаниями.       — Какая же я жалкая трусиха, — изрекла мысли вслух, словно, произнося их не у себя в голове, давала им свободу и полностью признавала. — Испугалась неопределённого будущего с Тэхёном и бросила его. Сейчас не отпускаю хорошего парня-друга, потому что не хочу потерять нашу удобную для меня связь, и держу его рядом своей неопределённостью и молчанием, давая ему призрачную надежду на свою несуществующую любовь. Эгоистично? Не то слово… Возможно, мне просто чертовски боязно остаться совсем одной.       Остаток утра я провела в тяжёлых раздумьях о будущем, которое снова стало максимально неопределённым и запутанным, попутно выбирая, что надеть. Сегодня вместо офиса шеф разрешил мне и моим помощникам явиться прямо в студию Джимми Киммела, поэтому выглядеть я должна была с иголочки, дабы не посрамить честь нашего издательства.       Съёмки шоу обычно начинались в пять вечера, но поступило распоряжение быть на месте на два часа раньше, поэтому я, Ноа и Анджело договорились встретиться в час дня в ресторане, вместе пообедать и обсудить некоторые рабочие вопросы в неформальной обстановке.       — Ника! Мы здесь, — помахала мне рукой Ноа из-за стола, находившегося у большого окна в самом конце просторного зала в стиле «скандинавский минимализм». Я аккуратно процокала на высоких шпильках мимо миниатюрных круглых столиков и живых растений в больших глиняных горшках, хаотично стоявших прямо на полу по всему ресторану. Стены в основном украшали разного рода деревянные вставки, на одной из которых красовалась гирлянда с маленькими фонариками в виде прищепок с фотографиями посетителей ресторана, запечатлевшими всякие интересные эпизоды их жизни, связанные именно с этим заведением. Я невольно замерла, рассматривая снимки: на них незнакомые мне люди улыбались, смеялись, задували свечи на торте, открывали шампанское, обнимались и излучали самые искренние эмоции, какие себе только можно было вообразить. «Как хорошо всё-таки, что существует такая здоровская штука, как фотоаппарат — почти бездонное вместилище приятных воспоминаний и ярких моментов». Улыбнувшись им в ответ, я прошествовала дальше к своим «коллегам по цеху». Приветливо поздоровалась и потянулась за меню.       — Эх, жаль мексиканской кухни здесь нет, — грустно проговорил Анджело. — Предлагаю в следующий раз собраться в мексиканском ресторане.       — Не вопрос. Вы же знаете, что когда я не на работе, то согласна на любой кипишь.       — Какая-то ты сегодня другая что ли, — удивилась Ноа, осматривая меня буквально с ног до головы. — И белоснежный костюм надела, и даже волосы уложила. Не сама. Да и в глазах у тебя сейчас немного странный огонёк.       — Всё-то ты подмечаешь, подруга, — я поправила рукой аккуратно уложенные умелой рукой мастера пряди. — Успела забежать в салон перед рестораном. Всё-таки идём на съёмки популярного шоу. Надо выглядеть на все сто.       Я перевела взгляд на Анджело, который сидел в цветастой гавайской рубашке с коротким рукавом и наполовину расстёгнутыми пуговицами. На загорелой шее болтались несколько амулетов, приносящих, по его словам, удачу. Хотелось бы в это верить.       Когда мы с Ноа переехали в Лос-Анджелес, то по-настоящему дружеский контакт у нас случился именно с этим весёлым парнем. Не знаю, почему, но мы практически с первого дня стали втроём общаться не только по работе, а также выходя за рамки коллегиальных отношений. Да и работником он был исполнительным, ответственным и перспективным, только вот имелся у него один небольшой минус: слишком уж много он говорил и порой вёл себя по-детски несерьёзно.       — Я надеюсь, ты их хотя бы застегнёшь.       — Есть, сэр, мэм, сэр! — Анджело шутливо приставил правую руку к виску, отдав честь.       — Ладно тебе уже, — я не могла переставать улыбаться, потому что молодой симпатичный латинос нарочито наигранно салютовал в рубахе с пальмами вперемешку с другими тропическими принтами. — И зачем ты надел этот ужас? Ещё ведь даже не лето.       — Это мой уникальный стиль. Моей творческой натуре слишком тесно в рамках вашего офисного стиля. Если хочешь, можешь меня уволить прямо сейчас. Но не советую просто так разбрасываться весьма ценными кадрами.       — Ох, ценный ты наш кадр...       — Смотри, — обратился парень к Ноа, — она сегодня даже смеётся нормально.       — Ага, — подхватила девушка.       — Я вообще-то здесь, — скрестив руки на груди, манерно сделала недовольный вид, затем расплылась в непринуждённой улыбке. — Всё из-за того, что с самого утра я себя чувствую лучше. Даже голова не болит.       — Я так рада, Ника, — у Ноа заблестели глаза.       — Только не вздумай плакать, хорошо? Сегодня никаких слёз.       Ноа виновато шмыгнула носом:       — Прости, не буду. Просто последний месяц ты была в ужасном состоянии.       — Амигос, надо заказывать, — влез в разговор Анджело, меняя не очень комфортную для всех нас тему, — а то мы рискуем опоздать на студию.       — Ты прав. Документы взял?       — Обижаете, госпожа начальница!        Я бросила на него свой фирменный серьёзный взгляд.       — Не велите казнить! Велите пиццу заказать.       — Нет уж, спасибо. Давай лучше каждый сам себе что-нибудь присмотрит. Или сет какой-нибудь возьмём. Для пиццы сегодня совсем не то настроение.       Анджело вопросительно посмотрел на Ноа, та лишь покачала головой.       — Эх, женщины, ни бурито с вами не поешь, ни пиццы. Настроения у них нет, видите ли!       Мы рассмеялись и принялись дружно изучать меню. В итоге сошлись на паре сетов из море-продуктов. Анджело был не в восторге, но пиццу всё же заказывать не стал, зато взял с нас слово обязательно сходить всем вместе в мексиканский ресторан на выходных.       После обеда мы отправились прямиком в студию на Голливудском бульваре. Здание «Jimmy Kimmel Live» встретило нас высокими ионическими колоннами и одноимённым баннером. На входе охранники провели тщательный досмотр всех вещей, затем выдали изготовленные заранее именные бейджи на тонкой синей ленте. Шеф ещё вчера вечером договорился о нашем официальном визите и предоставил местному начальству всю нужную информацию.       До шоу оставалось чуть больше двух часов, но народу в здании было хоть отбавляй: то и дело туда-сюда сновали организаторы, костюмеры, артисты и персонал. Мы кучковались в большом просторной фойе, перед входом в помещение для съёмок, разговаривали со съёмочной группой. Через какое-то время к нам подошли представители «БигХит», с которыми я завела разговор на корейском, чему они были несказанно рады и приятно удивлены. Затем их оккупировал Анджело, рассказывая подробности о нашем издательстве и о том, как нам всем повезло работать вместе. Как раз это он умел делать очень хорошо — много разговаривать. Порой меня это подбешивало, но иногда, в такие моменты, как сейчас, даже радовало, потому что яркий и харизматичный парень всегда привлекал внимание окружающих к своей неординарной персоне. Ноа обычно была рядом, аккуратно поправляла или останавливала, если его в потоке пылкой речи вдруг куда-нибудь не туда заносило. Тут я могла ей полностью довериться. А сама тем временем непроизвольно стала оглядываться по сторонам, не пробегали ли неподалёку участники BTS. Постепенно меня захлёстывало осознание того, что я со жгучим и немного нервозным нетерпением ждала этой встречи.       Спустя минут пятнадцать-двадцать в холле послышались громкие голоса и корейская речь, затем на горизонте появились и бантаны в сопровождении охраны и команды стаффа. Я не могла оторвать от ребят своего восхищённого взгляда: все они выглядели просто идеально, словно только что сошли с глянцевой обложки «Vogue». Но среди всех мемберов моё внимание было приковано исключительно к Тэ. Залюбовавшись простым и в то же время гармоничным образом Тэхёна, тоже одетого во всё белое, я вдруг почувствовала, что он смотрит на меня, причём в полном изумлении. Моя голова сама опустилась вниз, а руки принялись судорожно копаться в сумочке, якобы пытаясь достать оттуда телефон. Когда снова подняла глаза, айдолы уже скрылись из виду. И Тэ вместе с ними. Но от его взгляда я почувствовала, как по спине поднимается жар, горячей лавой разливавшийся по всему телу, готовый прожечь кожу насквозь. Мне явно нужно было освежиться.        — Простите, я отойду в дамскую комнату ненадолго, — кивнув своим коллегам и поклонившись корейцам, как того требовал их этикет, я направилась вдоль стены, ища глазами заветную надпись «WC». Проходя мимо стаффа BTS, я услышала имя «Ким Тэхён» и тут же навострила уши-локаторы. Если я правильно всё поняла, то они обсуждали, как Тэ случайно ударился о съёмочный кран.       «Что за нелепость? С ним же всё хорошо?» — я пошла дальше, заглядывая в разные помещения, но нигде не было ни Тэ, ни хотя бы указателя уборной. И тут боковым зрением я увидела, как высокая фигура в светлом, похожая на Тэхёна, скрылась в одной из комнат с надписью «Подсобное помещение». Оглянувшись по сторонам и выгадав момент, когда все были заняты разговорами, я юркнула туда с мыслью «Вот не надо тебе туда ходить!», бесшумно притворив за собой дверь, и тут же спряталась за один из многих стеллажей с разными коробками, что заполняли всё свободное пространство помещения. Здесь было достаточно темно. Тэхён стоял в глубине комнаты, опершись руками о стол, заваленный всяким хламом. Длинная чёлка свисала на лоб. Лица не было видно. Я наблюдала из-за стеллажа, как плавно двигалась его спина на вдохе и выдохе. Он повернул голову в мою сторону.       — Можешь не прятаться. Я тебя видел.       — Хреновый из меня сталкер, — сцепив руки спереди в замок, я вышла из своего незатейливого укрытия.       — Не то слово.       На самом деле, я не собиралась прятаться, да и глупо это было в таком небольшом помещении, но почему-то при виде Тэ меня всё время тянуло вытворить какую-нибудь дичь, абсолютно неосознанно. Ощущение тотальной неловкости рядом с ним в некоторые моменты накрывало с головой с нашей самой первой встречи в самолёте.        Я подошла ближе, моя рука машинально потянулась к его голове, где слева на виске виднелись несколько царапин и была немного содрана кожа, но он перехватил запястье. Крепко, но не больно. «Сожми сильнее. Дай мне почувствовать физическую боль. Иначе я просто сойду с ума от этой близости…»       Он смотрел на меня, глазами изучая черты моего лица, и молчал. «Почему ты молчишь? Накричи, наругай! Спроси что-нибудь! Но не молчи…» — мысли хаотично кружились, путаясь между собой, сталкиваясь и отскакивая друг от друга, словно мячики, безостановочно выбрасываемые из теннисной пушки.       За дверью послышались голоса и шорохи. Тэхён молниеносно сгрёб меня в охапку и вжался спиной в один из стеллажей. В комнату влетел Чонгук. Я тут же уткнулась носом в грудь Тэ, чтобы спрятать лицо.       — Оу-у! Опять с кем-то обжимаешься? Да… Понимаю-понимаю… Ладно, меня здесь не было! Но, Ви-хён, давай сильно не задерживайся! У нас же важные съёмки как-никак.       Тэхён кивнул и жестом руки показал Чонгуку удалиться как можно быстрее. Я услышала удалявшиеся шаги и как Гукки громко крикнул:       — Здесь Тэхёна нет! Возможно, отлучился в туалет. Пойду гляну.       «Фух! Красавчик макнэ, не подвёл. Хорошо, что он не видел моего лица, но… Что значит «Опять с кем-то обжимаешься»? Опять…» Это незатейливое словечко всё крутилось и крутилось в моей голове. По сути я абсолютно не имела никакого права ревновать Тэхёна, но снизу от живота медленно поднималась волна липкой досады и ноющего раздражения. Какая же я всё-таки собственница.       — Опять… — случайно проговорила я вслух.       — Что опять? — Тэхён продолжал меня обнимать, а я не могла от него отойти. Ноги не слушались. Да и скажу честно: мне самой хотелось подольше ощутить тепло и бережность объятий, в которых я сейчас находилась.       — Всё опять… — передёрнула я, но не отстранилась. Тэ прильнул губами к моим волосам. Я не шевелилась.       — Больно ударился?       — Просто царапина.       — Как ты так?       — На тебя засмотрелся, задумался и не увидел этот дурацкий кран.       — Опять я во всём виновата.       — Конечно, — прошептал Тэ прямо мне в волосы, обдав кожу тёплым дыханием.       — Ты всегда из-за меня ранишься. Но мы снова стоим обнимаемся, как будто ничего не случилось.       — У нас как-то по-другому и не бывает.       — Надо идти на съёмки, — я подняла голову, слегка вдавив подбородок в грудь Тэ и посмотрела на него снизу вверх. Его мягкий немного печальный взор обволакивал и словно проникал вглубь меня, пронизывая своей невесомой теплотой. «Как же я люблю этот взгляд...» — слова возникли сами по себе, из недр подсознания, как что-то привычное и естественное, но давно забытое.       — Что ты вообще делаешь на студии? Следишь за мной?       — Больно надо! Я вообще-то здесь по работе.       — Ну точно, — Тэхён недоверчиво ухмыльнулся, — так я тебе и поверил.       — А я совершенно не собираюсь никому ничего доказывать.       «Пора прекращать, Ника! Хватит! Отойди от него сию же секунду!» — мысленно давала себе команды, которым моё тело совершенно не хотело подчиняться. Потихоньку, нехотя и очень медленно я стала отходить назад, всё ещё держа Тэ сначала за плечи, потом за предплечья, затем за кисти, скользнув по ладоням и соприкоснувшись с его пальцами, опустила руки, снова сцепив их спереди в крепкий, до побелевших костяшек, замок.       — Снова будешь кричать, чтобы я уходил? Или как?       — Здесь как-то несподручно кричать, знаешь ли. А вообще очень хочется.       — Ты всегда была такая язва?       — Конечно, просто тщательно от тебя это скрывала.       — Может, нам как-то прекратить бегать по кругу и нормально поговорить уже?       — Сейчас надо на съёмки, — отрезала я и направилась к двери.       — Почему всё время убегаешь? Ты вообще нормальная?       — Я не знаю. Скорее нет, чем да...       А ещё абсолютная мазохистка. На рожон лезу туда, где больно, где щемит грудь, где замирает дыхание, а кожа словно горит от внутреннего пламени.       — Сначала кричишь, чтобы убирался, затем следишь, обнимаешь и снова уходишь как ни в чём ни бывало! Как это всё понимать? Что ты вообще со мной делаешь? У тебя раздвоение личности?       — Сама не понимаю, — выдохнула я, стоя к нему спиной. Затем повернулась, окинула его взглядом и улыбнулась какой-то дурацкой детской, но совершенно искренней улыбкой:       — Удачи на шоу.       Тэхён, спрятав руки в карманы брюк, покачал головой и улыбнулся в ответ своей очаровательной квадратной улыбкой. Я застыла в проходе, осознав, как давно не видела Ви так естественно и открыто улыбавшимся, и этот момент был для меня насколько притягательным и по-своему интимным, что вызвал внутри едва заметное, но такое приятное копошение вновь зарождавшихся бабочек. «Нет уж! Ника, очнись! Никаких больше крылатых особей в животе! Насколько они сладостны вначале, настолько же кислотно-ядовитыми становятся в итоге, оставляя наживую прогрызенные зияющие дыры и боль...»       Чувствуя, как щёки налились горячим румянцем, а руки покрылись испариной и стали влажными, я развернулась и, больше не поворачиваясь, вышла из комнаты. Мне навстречу уже летел Анджело:       — Госпожа начальница! Где Вас носит? Давайте быстрее, надо узнать, где наши места. Там идут последние приготовления. А после шоу мы все идём в ресторан Polo Lounge в Беверли-Хиллз. Нас официально пригласили на банкет.       — BTS?       — Конечно, они там тоже будут. А ты что фанатка?       — Ага, типа того.       — Не знал. Удивляешь, госпожа нач…       — Да прекрати ты меня так назвать!       — Понял, не дурак!       — Сколько можно прикалываться?       — Знаешь, ты вот всегда слишком серьёзная. Но когда ещё дурачиться? Жизнь проходит. Она слишком коротка, чтобы упускать дурашливые или счастливые моменты.       — Ох, Анджело… С каких пор ты стал философом?       — Я всегда им был, просто ты была слишком занята, чтобы заметить мой «философский» потенциал.       Я закатила глаза, но где-то внутри соглашалась с этой мыслью.       — Значит, днём ты такая строгая начальница, а по ночам: «Swi-i-im, swi-i-im» — тайная фанатка корейских айдолов? Ха-ха-ха-ха.       — Отвали-а!       — Уже выбрала биаса или как там говорят? Признавайся, кто он, тот айдол, по которому ты втайне сохнешь... — не унимался Анджело, пропуская меня на на сиденье рядом с Ноа. — Уже купила с ним подушку-обнимашку и небось сделала тату на самом интимном мес...       — Если ты сейчас же не замолчишь, я не подам заявление на твою премию.       — Воу-воу, полегче, мэм! Всё, ни слова больше про BTS! Дождись меня, моя милая премия…       — Всё, ш-ш-ш. Шоу вот-вот начнётся! Слушай, что говорят организаторы!       «Наконец-то он заткнулся. Просто бесконечный поток слов и, как всегда, всё не по делу», — сокрушалась я по поводу излишней болтливости Анджело. Но в чём-то он был абсолютно прав: есть один айдол, который снова окончательно и бесповоротно нарушил мой ледяной покой.       Мы сидели на четвертом ряду слева от сцены. Когда перед публикой появился Джимми и представил участников BTS, я замерла от того, насколько они казались нереальными и в то же время были такими добросердечными, слегка наивными и естественными в своём поведении. Я невольно отпустила контроль и разрешила себе посмеяться от души над шутками Джимми и неловкими моментами, особенно, когда весь зал угорал над «six-seven», а парни в недоумении переглядывались и разводили руками. Ноа с Анджело смотрели на меня большими глазами, перемигивались, пожимали плечами и тоже смеялись вместе со мной.       После шоу мы отправились в Беверли-Хиллз. В большом зале в зелёных тонах проходил совместный ужин принимающей американской стороны и делегации из Кореи, было несколько представителей крупнейших издательств, включая наше, пара важных шишек, инвесторы, представители местного шоу-бизнеса и другие совершенно незнакомые мне лица. Типичный не сильно весёлый, но и не совсем скучный деловой ужин.       За нашим столом в глубине зала долго и оживлённо обсуждались возможные концепты будущей книги, в итоге мы сошлись на том, что пришлём им несколько вариантов оформления для принятия окончательного решения. Я всё время искоса поглядывала на столик, за которым сидели Тэхён и ребята. Они о чём-то активно дискутировали с американскими представителями индустрии развлечений, к ним всё время кто-то подсаживался, здоровался, улыбался.       В какой-то момент, когда в наших рядах разговор зашёл о росте популярности корейской музыки среди молодёжи, к нашему столику подошли РМ и Джин. Захваченная обсуждением вопроса, я от неожиданности чуть не свалилась под стол. Понятное дело, что они подошли пообщаться с нами как с представителями издательства, но мне было как-то не по себе. РМ приветливо пожал мне руку и сел рядом на свободное место. Джин кивнул и, обогнув стол, приземлился на стул возле Ноа, который Анджело наспех урвал у соседей.       — Неужели мир настолько тесен? — спросил РМ полушёпотом прямо мне на ухо.       — Представь себе, — я пожала плечами, хотя очень хотелось сбежать куда-нибудь подальше.       — А я вот думал, почему Ви в последнее время очень странно себя ведёт.       — Неужели всё так плохо?       — Ага, прямо места себе не находит, — РМ кивком показал на Тэ который, держа бокал с белым игристым вином, жестикулировал в разговоре с Чонгуком так, что напиток едва не расплёскивался по сторонам. — И потребляет чуть больше положенного.       — Он уже не ребёнок…       — Я к тому, что вы парадоксально нетипично влияете друг на друга. Ты можешь просто поговорить с ним?       — Я не знаю… — начала было я, опустив глаза, не выдержав прямого взгляда РМ.       — Понятия не имею, что и как между вами сейчас происходит. Но вы либо разойдитесь навсегда и дайте друг другу жить спокойно... Либо сойдитесь уже наконец! — с этими словами лидер кивнул мне, взял стул и пересел поближе к Ноа и Анджело, которые обсуждали с Джином его образ для предстоящей фотосессии.       «Может, РМ прав, и нам надо всё же поговорить...» Я машинально оглянулась в поисках Тэ, но его нигде не было. Встав из-за стола и прошествовав по залу, спросила у официанта, не видел ли он Тэхёна, и тот указал на выход в холл. Я направилась туда и заметила, как Тэ, немного пошатываясь, свернул в сторону лестницы.        «Ой, не ходи… Не вздумай, Ника!» — мой внутренний голос кричал мне во всё горло, но я просто не могла не последовать за ним. Меня будто тянуло что-то неведомое, что-то, что было сильнее меня и моего внутреннего рационализма. В этой борьбе мозг снова проигрывал чувствам. Тем более, в голове у меня снова возникло это ужасное «Опять с кем-то обжимался…» Я закатила глаза при этой мысли и, сняв туфли, решительно, проскользнула к лестничной клетке. Снизу вверх я видела, как Тэ медленно поднимался, держась за перила, и потом вошёл в дверь на пролёте второго этажа.       «Что же ты творишь, Ника? Просто маньячка-сталкерша!» — внутренний голос всё не унимался. Но вопреки здравому смыслу я поднималась выше и выше. Каждая новая ступенька давалась тяжелее: словно они были выстланы острыми шипами, вонзавшимися в ноги при каждом шаге. Я была сейчас, как те самые мыши, которые кололись, но продолжали есть кактус. Крепко сжимая по туфле в каждой руке, локтем нажала ручку и аккуратно отворила дверь. Передо мной открылся длинный ярко освещённый коридор с номерами по обе стороны. Но Тэхёна там не было. «Где же он?»       — Бу-у! — раздалось справа от меня так неожиданно, что я, вскрикнув, рефлекторно запустила обе туфли в направлении звука.       — Ай! Теперь ты меня решила забить туфлями?       Тэхён с вопросительно поднятыми бровями держал мои туфли в руках:       — Хорошо, что успел поймать.       — Тэ…             От неожиданности я приоткрыла рот и даже хотела что-то сказать, но все слова, что приходили в голову, растворялись и исчезали на полпути к своему звукоизвлечению. Тэ стоял прямо передо мной с раскрасневшимися щеками и немного растрепанной чёлкой. Когда отправилась за ним, даже не продумала никакого плана действий на случай, если мы встретимся. Меня самым мистическим образом несло туда, куда не надо было, а я просто-напросто не могла остановиться.       — Из тебя действительно вышел никудышный сталкер.       Тэ немного повело в сторону, и он облокотился предплечьем о стену. Заметив, как я чуть было не бросилась его ловить, он кивком и моей туфлей показал, что всё нормально:       — Да, немного пьяненький. Чу-у-ть-чу-у-уть, — он попытался соединить большой и указательный пальцы, все ещё сжимая мою «лодочку» в руке.       — РМ беспокоится, что ты сегодня выпил лишнего.       — РМ… Да… А ты?       — Что я?       — Ты меня уже достала! — пробубнил Тэ. Я еле смогла разобрать его речь, потому что он уже перешел на корейский, так ему было проще, и плюс ко всему у него немного заплетался язык.       — Задолбали уже твои качели! Вот не любишь ты меня… Зачем тогда стакеришь?       — Я не сталкерю! Я просто…       «Просто сталкерю, потому что по-другому не могу...» — призналась я хотя бы себе.       — Ты меня просто с ума сводишь, понимаешь?       «Знал бы, как мне крышу сносит каждый чёртов раз, когда я о тебе думаю!» — мысли снова начали возникать из неоткуда. Очередные откровенные и эмоциональные признания, прорывавшиеся бурным потоком через плотину моего здравомыслия, меня совершенно не радовали. Они как бы невзначай подтверждали, что все последние годы были полным максимально идиотским и никому не нужным самообманом. От этого начала кружиться голова и зачастил пульс. Я просто не могла признать этот факт, поэтому решила снова сбежать. Пусть даже без туфель. Я резко схватилась за ручку двери, но даже не успела её открыть, как рука Тэ преградила мне путь.       — Куда это мы собрались?       — Туда. К коллегам, к гостям…       — Нет уж, — Тэхён навис надо мной, обдав горячим тревожным дыханием с терпковатыми и опасно притягательными нотками алкоголя, и как клещ впился в меня своим пронизывающим насквозь взглядом. — Хватит бегать, Ника… Я тебя больше никуда не отпущу!       Тэ переложил туфли в одну руку, а другой подхватил меня за талию и буквально закинул к себе на плечо. Он всегда был таким сильным? Или я что-то пропустила? При этом его немного повело в сторону, так что мы едва не спикировали на пол, но баланс чудом был восстановлен.       — Ты что творишь? Тэ, отпусти меня!       — Не могу…       Я болталась на его плече, колотила его по спине и вырывалась, а он смеялся и, приговаривая, что больше никуда меня не отпустит, продолжал нетвёрдой походкой идти по коридору.       — Ты в своём уме, Ким Тэхён? Поставь меня на пол!       — Не-а! Ты сама сегодня напросилась, горе-сталкерша…