Точки над Ё, или у Вселенной свои планы

      Всё ещё болтаясь на плече Тэхёна, но уже перестав вырываться, Я услышала, как щёлкнул электронный замок на двери одной из комнат. Войдя внутрь, Тэ включил свет каблуком моей туфли. Помещение озарилось тёплым немного приглушённым светом. Пошатываясь, он подошел вплотную к большой двуспальной кровати, которая располагалась прямо посреди просторного номера, и неуклюже опустил меня на неё. Не дожидаясь каких бы то ни было действий со стороны Тэ, я тут же перекатилась по покрывалу на другую сторону, плюхнулась на пол и забралась под кровать.       «Обалдеть! Продолжаю творить дикую дичь…» — мне было немного смешно и чуточку страшно оттого, что Тэхён вёл себя странно, но не страннее, чем я. Два сапога — кеды, короче.             Не успела даже пикнуть, как Тэ, встав на колени, схватил меня за ногу и рывком вытащил из-под кровати вместе с остатками местной пыли. И я совсем забыла, что была в белом костюме. Теперь он пыльно-белый.       В мгновение ока я оказалась прямо под Тэхёном, который поставил свои ладони на пол по обе стороны от моей головы. С каждым тяжёлым выдохом парня меня обдавало дурманящим горьковатым ароматом спиртного, что в воздухе смешивался с древесно-кожаными нотками его парфюма.        Я наблюдала, как вздымалась грудь Тэ и поднимались ключицы, проступавшие сквозь белую ткань свитшота, как немного напрягались шейные мышцы, как он не сводил с меня своих томных глаз, ожидая моей реакции, но я замерла, словно меня кто-то приклеил к полу. Под воздействием незримых и неведомых чар Тэхёна продолжала изучать изгибы его шеи и лица. Наконец я позволила нашим взглядам встретиться. Он опустился ниже, прижавшись к моим губам. Я не могла не ответить. Это был дрожащий прерывистый поцелуй, полный отчаянной, но сдерживаемой страсти.       Тишину разорвал звук входящего вызова. Рвано и тяжело дыша, Тэ нехотя отстранился от меня. Я достала из кармана телефон. На экране высветилось: «Тео». Тэхён выхватил мобильник и ответил на заплетавшимся английском.       — Она занята сейчас, — положил трубку, но не отдал мне телефон. Я попыталась дотянуться до него, но Тэ одной рукой перехватил мои запястья и прижал крест накрест к полу над головой, другой — продолжая водить пальцем по экрану.       — Ты ведешь себя недопустимо! То, что ты пьян, тебя никак не оправдывает!       — Кто это был?       — Мой жених! — со злости выпалила я.       — Что… жених… Ты выходишь замуж?..       — Да! И безумно счастлива!       Тэ отпустил меня, положил телефон мне на живот и запустил руку в свои густые немного вьющиеся волосы, затем закрыл глаза ладонью:       — Ащ...       Тэхён медленно поднялся, также не говоря ни слова.       — Я по ходу полный идиот…       Парень помог мне встать и, подхватив меня под локоть, вывел из номера и захлопнул дверь за моей спиной. Я вздрогнула от громкого звука. Пальцы рук похолодели и задрожали. Сильно сжав кулаки, пытаясь вернуть контроль наслушавшимся конечностям, зашагала по коридору к выходу.       «Что это вообще сейчас было?» — вырвалось из звенящей пустоты в моей голове.       Цепляясь за перила, я спустилась вниз по лестнице и свернула к выходу из отеля на парковку. Когда оказалась в машине, то сразу же взялась за телефон и написала Ноа, что у меня якобы снова разболелась голова и пришлось уехать домой. Анджело я строго-настрого наказала отвезти мою помощницу прямиком до подъезда. Затем бросила мобильник на пассажирское сиденье и, с усилием вдохнув полной грудью и опустив лоб на руль, закрыла глаза. Почему-то прямо сейчас стало так больно, где-то глубоко, как будто разрывавшаяся изнутри пустота заполняла все моё тело.       — Твою ж мать! — несколько раз ударила ладонями по рулю. Подушечки под пальцами сразу же неприятно запульсировали. Я не могла понять, из-за чего я сейчас злилась больше: из-за того, что как школьница решила поиграть в какие-то тупые игры или из-за того, что снова ранила Тэ. На нём лица не было, когда он услышал про Маттео.       «Это было слишком? И как он сам себя вёл? Как умалишённый, ей-богу! — не утихал мой внутренний монолог. — И почему сейчас так тошно и паршиво?»       Мне хотелось кричать, но в горле словно был перекрыт вентиль подачи голоса, поэтому он становился плотным, густым и постепенно начинал душить откуда-то из глубины. Вдобавок ко всему, я всё ещё отчётливо ощущала на себе аромат Тэ, казалось, им заполнился весь салон автомобиля. Он пьянил, кружил голову и сводил с ума.       Я втопила педаль газа в пол, и машина тот час же рванулась с места. Адреналин жидким электричеством пронёсся по венам. Поддавшись жажде скорости и желанию умчаться как можно дальше от отеля, я гнала слишком быстро. Фонари превращались в тонкие светящиеся линии, бесконечные и постоянно ускользавшие. «Прилетит мне по ходу двойной штраф за превышение скорости. Ну и пёс с ним!»       Дорога до дома заняла около пятнадцати минут, но мне всё равно казалось, что прошла вечность, прежде чем я, затворив за собой дверь, почувствовала, как в квартире было темно, холодно и неестественно пусто. Хотя так было всегда. Но очень остро это ощущалось именно сейчас. Хотела сбросить туфли, но только что заметила, что всё это время была без обуви.       — Я до такой степени была не в себе? Ещё и туфли в номере оставила!       Потянулась к выключателю, но всё же решила не включать свет. Я медленно стянула с себя одежду, бросила её на пол и, оставшись в одном нижнем белье, подошла к столу возле окна. Рывком открыла выдвижной ящик. Холодок стеклянного пузырька обжёг ладонь. Руки ходили ходуном. Я ощущала дрожь и неестественное нервное напряжение по всему телу. В висках стучало, словно в голове включили метроном, которые не собирался останавливаться.       В груди зажглась удушающая пустота, сопровождавшаяся чувством вселенского бессилия, медленно расплавляющего и путающего все эмоции, в итоге обращая их в ничто. Мне так захотелось во что бы то ни стало избавиться от этого постепенно убивающего адского месива внутри. Я бросила взгляд на таблетки. Это была последняя оставшаяся баночка. Крепко сжимая её в руке я пошла на кухню, звучно шлёпая босыми ногами по полу. Налила стакан воды, выпила одну таблетку, потом ещё одну и ещё. Затем засунула в рот целую горсть, но вдруг испугалась. Резко, панически. Тут же вы плюнула всё в раковину, влила в себя несколько стаканов воды и, засунув два пальца в рот, еле добежала до туалета. Получилось вызвать рвоту несколько раз. В голове всё кружилось. Я стала бить себя по щекам. Сильно, наотмашь.       — Что ты творишь, идиотка! Ника Шнайдер, ты просто самая… жалкая тварь из всех существующих на этой планете! Когда ты научишься справляться со своими чёртовыми эмоциями?! — кричала я в слезах, пока сознание не сузилось до одной точки и совсем не померкло.       Когда квартиру огласил громкий звук будильника, я не могла понять, где нахожусь. Затем обнаружила, что отключилась прямо в ванной на коврике. Благо, что он был мягкий и тёплый. Я с трудом поднялась, цепляясь за раковину, и посмотрела на себя в зеркало. На лице отчётливо проступали синяки: на скуле, на щеке, на подбородке.       — Вот это да…       Даже на лёгкое прикосновение подушечек пальцев кожа лица среагировала очень болезненно. Голова гудела, а все мысли словно пребывали в вакууме: в сильно сжатом, компрессионном состоянии.       — И как мне в таком виде идти на работу?       Снова раздался звонок — на этот раз это был сигнал вызова. Я оглянулась в поисках телефона. Он всё ещё лежал на коврике. Приземлившись рядом с мобильником, тыкнула пальцем на значок громкой связи:       — Алло, Ноа.       — Ника, привет. Как ты себя чувствуешь? Уже лучше?       — Как-то не особо, — я снова потрогала пальцами болезненный синяк на скуле, что заставило меня поморщиться, — но спасибо за беспокойство.        — Тебе нужна какая-то помощь? — Ноа уловила едва заметную дрожь в моём голосе.       — Нет, всё нормально, — говорила я и сама не особо верила своим словам. — Сейчас приму обезболивающее, запью кофейком и взбодрюсь. Есть какие-то важные новости касательно работы?       — Сегодня «БигХит» направит к нам своего представителя, чтобы подписать контракт и договориться о фотосессиях. Нам надо будет организовать несколько концептуальных сетов.       — Отлично. Я буду на работе, как обычно. Перешли мне образцы всех необходимых документов.       — Хорошо. До встречи.       — Пока-пока, — я отключила вызов и легла на коврик, свернувшись калачиком. Двигаться не хотелось от слова «совсем». Стоило приличных усилий заставить себя подняться, начать приводить себя в порядок и снова жить эту жизнь.       Начало дня было ознаменовано мной как «Утро звонящих», потому что звонки не прекращались: после Ноа позвонила мама с весёлыми балийскими историями, которые я слушала вполуха, потому что была занята «заштукатуриванием» мной же самой нанесённых побоев. Затем позвонил Маттео, его вызов я сбросила и наскоро написала смс, что занята, потому что даже не представляла, что могла ему сказать в данный момент. После было ещё несколько звонков по работе. И когда я уже села в машину и пригвоздила телефон к держателю, на экране высветился входящий вызов от «ТэТэ». Мои глаза моментально расширились.       — Это что ещё за новости? Я же не… Вот же ж проворный жук! — мне сразу вспомнилось, как он не отдавал мне мой телефон. Видимо, вбил мне в контакты свой номер.       Дрожащий палец потянулся к зелёной кнопке. Почему-то сразу бросило в жар. Я выдохнула и ответила как можно более сухим тоном:       — Слушаю.       — Привет, — бархатистые нотки голоса струились из динамика громкой связи, пробираясь ко мне под кожу и рассыпаясь звонкими мурашки по всему телу.       — И тебе привет, злостный нарушитель личных границ.       — Да, это, пожалуй, про меня. Ника…       — М-м?       — Я хотел извиниться за вчерашнее, выпил лишнего и творил непонятно что.       — Я тоже хороша. Детские шпионские игры устроила.       — Давай сегодня встретимся.       — Я не думаю, что это хорошая…       — Просто отдам тебе туфли и угощу кофе с вкусняшкой в качестве извинения.       — Ну… Ладно, — слова сами вырвались вместе с улыбкой во весь рот, которую я как могла пыталась сдержать. — Только после работы. Сегодня много дел.       — Напиши мне место и время в «какао ток».       — Ок. Раз уж ты записал мне в телефон свой номер, — я с претензией немного подняла интонацию вверх.       — Надеюсь, ты не сильно злишься из-за этого.       — Нет. Я не злюсь… Я в бешенстве.       — А по твоему голосу этого не скажешь.       — Раскусил, — проголосила сквозь невольно сорвавшийся с губ смешок. — Возможно, так даже будет лучше. Давай поговорим. Нормально.       — Аллилуйя! — послышался выдох облегчения. — Всё. Жду тогда от тебя сообщение.       — Да, сейчас доеду до работы и напишу.       — Пока, Ника.       — До вечера, — я произнесла эти слова и не поверила своим ушам. Как будто мы не «бывшие» друг для друга, а старые хорошие друзья. Возможно, я согласилась на встречу, потому что чувствовала некую вину перед Тэ. Особенно после его слов в отеле. Я точно задолжала ему хотя бы один адекватный разговор тет-а-тет. А, возможно, просто хотела его увидеть хотя бы ещё раз. Ох уж эти мои крылатые эмоциональные качели!       Как только моя шпилька ступила за порог кабинета, работа захватила меня с головой так, что я чуть не забыла написать Тэ. Поразмыслив над местом встречи, решила выбрать наш с Ноа любимый бар неподалёку от работы. Мы иногда туда захаживали: там всегда уютно, есть отгороженные столики для двоих — как раз подойдет нам с Тэ. При этих мыслях снова запылали щёки и обдало жаром. Я поймала себя на мысли, что думаю об этой встрече, как о свидании. «Ника, прекрати! Тебе надо просто поговорить с ТэТэ, выслушать его, извиниться, возможно... И за прошлое, в том числе, хотя уже поздно… Забрать туфли и уйти домой. Почти идеальный план», — в моей голове всё выстроилось чётко и понятно, но в сердце уже хлопали поднявшиеся из живота бабочки, которые предчувствовали долгожданную встречу.       — Да что ж это такое? — я поставила локти на стол и вложила голову в кисти рук.       — Что случилось? — Ноа подняла на меня удивлённые глаза, прекратив разбирать документы в соседнем кресле.       — Ничего. Просто снова эти надоедливые насекомые…       Ноа подпрыгнула на месте:       — Неужели у нас в кабинете завелись тараканы?       — Единственные тараканы здесь находятся в моей голове. А вот к ним ещё и бабочки присоединились, чтоб им неладно было!       Девушка рассмеялась:       — Ты как всегда интересно выражаешься! Значит, приезжает твой парень или жених?       — И он тоже… И встреча эта ещё вечером! — я откинулась на спинку кресла.       — Где встреча?       — В нашем любимом баре.       — А-а, ну передавай привет Лиаму.       — Обязательно, если будет его смена. Ты с ним так и не замутила?       Ноа всплеснула руками, и несколько листков бумаги разлетелись в разные стороны.       — Нет же! Ника!       — Он всегда к тебе подкатывал, как мне показалось.       — Не-не-не, — девушка покачала головой из стороны в сторону, — там исключительно дружеские отношения.       Я подняла руки в жесте «сдаюсь»:       — Поняла. Значит, только дружеские подкаты…       Ноа громко цокнула в мою сторону.       — Ладно-ладно. Не злись, подруга.       — Ага, не злись. Сижу тут битый час, а ты мне хоть один документ подписала? Всё в облаках витаешь.       — Сейчас мы всё быстренько организуем, — я закатала рукава и принялась изучать договоры.       День пролетел почти незаметно под мерное шуршание бумажных листов и гудение принтера. Встреча с представителем «БигХит» также прошла успешно, и я была весьма довольна своей работой, не смотря на тяжёлую голову и периодически возникающее давящее ощущение в груди.       — Семь, ровно в семь, — бормотала я, поправляя свою тонну макияжа и то застёгивая, то расстёгивая три верхних пуговицы нежно-голубой блузки. — Застегнуть или же… Расстегну, пожалуй.       Накинув на плечи синий пиджак и сунув клатч под мышку, я направилась через уже пустой опен-спейс к лифту. Сейчас мне казалось, что он был медленнее улитки. Меня полностью поглотило трепетное волнение в предвкушении встречи с Тэ, что даже немного кружило голову, и очень хотелось как можно скорее оказаться на улице и сделать глоток свежего воздуха. Вдруг лифт со скрипом дёрнулся и остановился. Я прижалась к стене. На несколько секунд выключился свет, погрузив меня в полный мрак. Закрыв глаза, я стала дышать медленнее и глубже. Затем стала рыться в сумочке в поисках телефона, чтобы включить фонарик, но он не пригодился, потому что дали свет, лифт загудел и опустился до первого этажа. Я не на шутку испугалась. Однажды мне уже довелось застревала в лифте, но тогда был разгар рабочего дня, и мою участь разделили несколько коллег, а не как сейчас.       — Ох… — я буквально выбежала из вращающейся двери, ощутив на коже мягкий ласкающий вечерний ветер, невероятно нежный и приятный.       Когда я вошла в бар, там очень тихо играла приятная фоновая музыка. Народу было совсем немного. Мой взгляд остановился на парне в чёрном худи за барной стойкой — это определённо был Тэхён.       Мне кажется, что я смогу всегда и везде узнать его в любом виде и в любой одежде. По его силуэту, движениям, манере задумчиво дотрагиваться до подбородка или до мочек ушей. По очаровательному жесту, когда Тэ, погруженный глубоко в свои мысли, расслабленно теребит волосы или поправляет чёлку, закидывая её назад. И сейчас он так же непринуждённо перебирал несколько прядей волос, выбившихся из-под капюшона. Я не смогла сдержать улыбку. Парень тут же повернулся, ощутив моё молчаливое присутствие за своей спиной, и вскинул руку в верх в приветственном жесте. Я кивнула и показала ему на один из свободных столиков, отделённых от остального зала перегородками из ажурно переплетавшихся между собой металлических стеблей какого-то вьющегося растения. Тэхён одобрительно моргнул и последовал за мной, прихватив с соседнего стула бумажный пакет.       Устроившись за столом друг напротив друга, мы несколько секунд молчали. Никто не осмеливался нарушить эту тягучую и липкую, как древесная смола, неловкую паузу. Я почувствовала, как на лбу и висках выступила испарина. «Почему мы мочим? Потому, что нам нечего сказать друг другу? Или, наоборот, потому что есть слишком много чего рассказать?» — задумалась я и упёрлась кулаком в щёку, рассматривая спокойное лицо Тэ. Он, казалось, совсем не изменился, с одной стороны: выглядел таким же знакомым и родным, как и несколько лет назад. Но, с другой стороны, его бездонные глаза как будто стали ещё печальнее, ещё глубже, словно бесконечное космическое пространство, завораживающее, гипнотизирующее, уносящее куда-то вдаль, в тишину, в пустоту, в нисколько не пугающую неизвестность.       Мой полёт в бескрайнем космосе чёрных глаз прервал глухой стук о деревянную поверхность стола. Я вздрогнула, щека соскользнула с кулака, и голова чуть не нырнула вниз.       — Ой…       — Твои туфли, — Тэ показал на пакет, который он пару секунд назад достаточно громко приземлил на стол.       — Спасибо, — я изобразила какую-то глупую неловкую улыбку, стащила пакет со стола и аккуратно поставила позади себя между своей спиной и спинкой стула.       — Что это? — Тэхён вдруг нахмурился и пристально изучающие посмотрел на меня.       — Ты о чём?       — На лице.       — Что именно?       — Синяки…       — Это… — замялась я, поняв, что, видимо, стёрла рукой часть своего «боевого раскраса». — Просто случайно…       — Это он? — голос Тэ звучал напряжённо.       — Кто он?       — Жених твой!       — Э-э? — я вылупила глаза, приоткрыв рот, потому что ну никак не ожидала таких выводов.       — Ты попала в абьюзивные отношения?       Я опустила глаза вниз: «Тэ, абьюзивные отношения у меня только с самой собой». Но разве могла я ему об этом рассказать? Мне и самой было непросто справиться вчера со своими эмоциональными качелями, а признать их последствия сегодня утром — и того тяжелее.       — Тэхён, Ты всё не так…       — Ника! — раздался знакомый голос откуда-то сбоку. Я повернула голову и в ужасе увидела расплывшегося в улыбке Маттео.       «Я сейчас сплю? — попыталась проморгаться, но не помогло: он уже стоял возле нашего столика. — Откуда он мог узнать, где я? Полный капец…»       Тэхён заметил мой растерянный и немного испуганный взгляд:       — Это он? Типа твой жених?       — Угу.       — И этот хмырь смеет тебя бить? — Тэ кивком показал на подошедшего к нам высокого шатена с яркими серыми глазами.       — Что? Нет, меня никто не… — начала было я, но Тэ уже не слушал. Он встал из-за стола и схватил Тео за ворот спортивной кофты. Дорожная сумка глухо упала на пол.       — Мне стоит оторвать твои руки, урод, чтобы ты их больше не распускал.       Маттео удивлённо переводил взгляд то на Тэхёна, то на меня, но уступать первому попавшемуся незнакомцу из бара не собирался. Он вцепился в запястья Тэ и стал их сжимать, чтобы тот выпустил ткань из крепко вцепившихся в неё пальцев.       — Ты кто вообще такой?       — Тот, кто надаёт тебе сейчас по щам! — Тэхён сжал зубы и немного тряхнул соперника, не разжимая рук.       — Тэ, отпусти его, ты всё не так понял, — я обхватила парня со спины и попыталась оттащить от Маттео, но оба словно намертво вросли в пол. Они сверлили друг друга взглядами. Казалось пространство вокруг них искрилось от возникшего напряжения.       — Так это ты, — вдруг прошипел Маттео, увидев, как я вцепилась в Тэ, — её «корейский бывший», которого она никак не может выкинуть из головы!       Оставив тщетные попытки отстранить Тэхёна от своего «жениха», я замерла, прижавшись щекой к спине Тэ, чувствуя его бешено колотящееся сердце и рваное дыхание. Он был на взводе. «Господи, как же мне их разнять?»       — У тебя никогда не было шансов… — голос Тэ звучал холодно, но я то знала, какая буря сейчас была у него внутри.       — Со мной она была бы счастливее и не давилась бы таблетками от депрессии, не будь тебя в её в жизни!       Тэхён обернулся и посмотрел на меня через плечо, я со всей силы вжалась в тёплую ткань толстовки, затем закусила губу и отлепилась от тёплой спины Тэ.       — Успокойтесь оба! — я немного повысила голос, схватив одного и другого за предплечье. — Вы несёте бред! Тэ! Меня никто не бил, я вчера напилась антидепрессантов после нашей встречи и… упала… в ванной! Маттео! Ты не имеешь право говорить про меня то, что тебе вздумается!       — Что ты сказал? Антидепрессанты?       — Да, из-за такого никчемного слабака, как ты! — не унимался Тео, гневно оскалившись и повысив голос почти до крика.       Тэ сдвинул брови, отодвинул меня в сторону и с размаху вмазал Маттео по скуле. Тот отшатнулся, но тут же ответил точным двойным ударом сначала в живот, затем в подбородок Тэхёна. Я была в ужасе, кричала, пыталась их разнять, но они оба оттолкнули меня со словами: «Не лезь!»       — Идиоты! Вы оба! Уймитесь уже!       Парни меня не слышали, позволив друг друга на пол и катаясь по нему, при случае отвешивая друг другу неточные удары, куда придётся. На глаза навернулись слёзы. Я выбежала из бара, как раз навстречу нескольким охранникам, которых, вероятно, вызвал бармен.       Оказавшись на улице, я смогла сделать несколько глубоких вдохов и выдохов. Ноги понесли меня вперёд, бесцельно, как обычно, на автопилоте. Мне надо было просто куда-то двигаться, чтобы успокоиться.       Вечернее солнце уже почти полностью расплавилось, растёкшись огненными неровными кляксами по линии горизонта. Воздух стал немного прохладнее. Когда пришла в себя, то обнаружила, что уже вошла в Гранд парк. Приятными мурашками в теле отдавался шум журчащего фонтана в самом центре. Я скрестила руки на груди и наблюдала за причудливо скачущими струями воды. Перед глазами стояла картина из бара: Тэхён и Маттео друг напротив друга. «И снова я сбежала!» — эта мысль, словно суетливая белка, носилась в недрах моей головы. Но я вспомнила свою первую реакцию: когда пыталась оттащить Тэ, прижималась к его спине, дышала вместе с ним в унисон, так же прерывисто и тяжело, всем телом ощущала сумасшедший ритм его сердца. В эту секунду я отчётливо осознала, что стала бы на его сторону в любом случае, при любом раскладе. Отдала бы всю себя без остатка. Это был выбор без выбора. И словно острой иглой прошибло моё мутное сознание: из них двоих я выбрала Тэ, даже не задумываясь. Уже давно. С момента нашего знакомства я всегда выбирала Тэхёна, даже в ущерб себе, даже осознавая обречённость и абсурдность наших отношений. И сейчас тоже. Но я снова бросила его, оставила одного и сбежала, как несколько лет назад. Потому что испугалась себя, своих обострившихся чувств.       — Пора остановиться, Ника, и признать, что... — проговорила я шёпотом в такт гулу бурлящей воды. — Ты должна вернуться и сказать ему о том, что всё ещё любишь его и всегда любила. Но нужна ли ему эмоционально нестабильная эгоистичная карьеристка? Не важно. Надо просто сказать ему... Просто сказать...       Полная решимости, я слишком резко развернулась на шпильках. Один каблук попал в трещину на дороге. Пульсирующая боль обожгла левый голеностоп. Я громко выругалась отборным матом по-русски. Пара прохожих вопросительно посмотрели на меня. Кто-то посторонился, а несколько человек, увидев, что я сняла туфли и, немного прихрамывая, поковыляла к близлежащей лавке, предложили свою помощь и даже хотели вызвать скорую, но я вежливо улыбнулась и отказалась, заверив их, что всё в порядке.       «Да что ж мне так не везёт! Я должна вернуться в бар! Возможно, парней уже в полицию забрали, если они там не разнесли всё и не поубивали друг друга...» — с этими мыслями я приземлилась на лавочку и принялась растирать ногу. Через несколько минут боль стала стихать. Вероятно, требовалось немного больше времени, но я не могла просто так сидеть и ждать у моря погоды. Припадая на левую ногу, я насколько могла быстро передвигалась по всё ещё тёплому от нагретого за день солнца асфальту. На выходе из парка пришлось снова надеть туфли, что меня значительно замедлило, а сердце уже рвалось из груди, отдаваясь глубоким гулом, разносившимся волнующим потоком по всему телу.       Добравшись до бара, я оглянулась по сторонам: вокруг не было ни патрульных машин, ни скорой. Всё, как обычно. Из-за большой железной двери раздавалась громкая музыка, а на фасаде мирно горела красно-синяя неоновая вывеска.       Не зная, что произошло после моего трусливого побега, я, сделав глубокий вдох и немного нахмурив брови, решительно чуть ли не с ноги открыла дверь бара и немного подбитой фурией захромала внутрь.       Всё, хватит бегать, Ника! Баста, кролики!