Во имя Зонтопии

      «Зонтик!» Правитель вздрогнул и машинально обернулся. — Показалось. — выдохнул он, глядя на мутно-голубое небо, видневшееся из окна его спальни. — Опять.       Зонтик вновь обратился к своей записной книжке; лихорадочно блестящий взгляд заскользил по заметкам, торопливо набросанным вчера. Каждое событие прошлой жизни, безусловно, было важным, но даже среди них имелось то, на что следовало обратить внимание в первую очередь. «Убийство Мориона.» — правитель нервным движением разгладил страницу, на которой значилась роковая надпись. — «Оно произошло где-то через два или три дня после того, как я освободил всех заключённых. Если так подумать, то смерть экзарха стала первым из событий, предшествовавших восстанию. Логично предположить, что убил его кто-то из тех, кого я освободил.» И снова чувство вины, свернувшееся где-то в груди тугим клубком, дало о себе знать; Зонтик отложил блокнот, встал с кровати и быстро прошёлся по комнате, пытаясь избавиться от нарастающей тревоги. «А что, если убийца сейчас на свободе?» — размышлял он, продолжая кружить по спальне. — «Что, если он всё ещё собирается совершить задуманное? Что, если ему и в этот раз никто не помешает?!» Правитель в отчаянии схватился за голову: он понятия не имел, чем можно помочь Мориону и как предотвратить его гибель. Обращаться к полиции было бессмысленно: если с убийством на складе она ещё могла разобраться, то ловить того, кто даже не успел совершить преступление, ещё и при полном отсутствии улик, не станет никто. «Что делать, что делать, что делать?!» Неожиданно Зонтик остановился: его взгляд упал на новый плащ, отданный Алебардом. — Та-а-ак… — протянул правитель, которого в то же мгновение посетила идея. — Если хочешь сделать хорошо — сделай сам, верно? Колокола как раз недавно пробили половину первого — на дневную службу успею.       Зонтик понимал: разгуливать по улицам после всего, что он сегодня натворил — не самая здравая мысль. Однако страх за Мориона был сильнее страха за себя. «Меня, в случае чего, Алебард спасёт.» — рассуждал правитель, накидывая плащ. — «Не хочу, конечно, доставлять ему неприятности, но ничего лучше я не придумал. Могу только надеяться, что всё обойдётся.»       Оставив на кровати красноречивую записку «Если к вечеру не вернусь — ищите в тюрьме», Зонтик спрятал блокнот в сундук и вышел из комнаты.

***

      Алебард сделал самое равнодушное лицо, на какое был способен, и посмотрел на Пасгарда, секунду назад вошедшего в его кабинет. — Докладывайте, суперинтендант. Тот слегка ссутулился и сцепил руки в замок. «Волнуется, значит.» — отметил Архибрат. — «Опять что-то случилось!..» — В старой Зонтопии на одном из заброшенных складов произошло убийство. — торопливо отчитался Пасгард. «Этого нам ещё не хватало!» — Первый министр хотел было выругаться, но решил не смущать подчинённого. — Когда мои люди обыскивали дом Баклера, — продолжал глава Стражей, — к ним подошёл Кулет с запиской от незнакомого ему человека. В ней-то и значилась информация о случившемся на складе. Здание проверили. В подвале нашли лужу крови и обрывок белой ткани, о которых упоминалось в записке… «Готов поспорить, что незнакомцем, отдавшим эту несчастную записку, был Зонтик.» — Алебард постучал пальцами по столу. — «Во что господин снова влез?..» Вслух же он раздражённо произнёс: — В который раз бездарь-Манифер и его дармоеды-полицейские нас всех подводят. Ну, а от меня вы что хотите? Пасгард замялся. — Это преступление… Как я считаю, оно связано с побегом Баклера. Склад, на котором всё произошло, раньше служил убежищем для Искателей Правды. — Думаете, они уже до убийств докатились? — Я в этом почти уверен. — в голосе суперинтенданта зазвучала злость. — Подобный им сброд пойдёт на любые низости, лишь бы достичь своего! — И вы, несмотря на все мои увещевания, собираетесь расследовать не только убийство, но ещё и побег? — уточнил министр, постепенно понимавший, к чему идёт дело. — Если Искатели окажутся ни при чём, мы ничего не потеряем! Напротив, это будет очень даже выгодно. — начал оправдываться Пасгард. — Баклер был далеко не последним человеком среди них. Найдём его — значит, найдём всех и наконец-то покончим со смутьянами! «В его словах есть смысл. Убийство нужно расследовать в любом случае, но и планам господина я вредить не хочу.» — засомневался Архибрат. — «Поймёт ли меня Зонтик, если я сейчас соглашусь с Пасгардом и, по сути, подставлю их с Баклером перед полицией?..»       Вместо того, чтобы ответить, министр решил сменить тему. — Как вообще вы собрались вести расследование побега? — спросил он. — Неужели есть улики? «Господин же не мог так глупо попасться?» — …Нет, Ваша милость. — произнёс суперинтендант. В его взгляде мелькнуло особое выражение, свойственное людям, которые сами не очень-то уверены в том, что говорят. Алебарда это удивило. «Чтобы Пасгард — и солгал мне? Да быть того не может! Кажется, я в последнее время стал слишком мнительным.» — упрекнул он себя. — «Везде вижу врагов и предателей. Даже там, где их, очевидно, нет.» — Мне кажется, вам следует сосредоточиться именно на убийстве. — предложил Архибрат. — По крайней мере, в начале вашего расследования. Если в процессе выяснится, что Искатели действительно причастны — займётесь и побегом Баклера. По моему мнению, это самый логичный подход. — Но… — глава Стражей с немой мольбой посмотрел на Первого министра, однако столкнувшись с его холодным взглядом, парень смиренно опустил голову. — Слушаюсь, Ваше мудрейшество. — Вы что-то хотели сказать? — чуть мягче — по крайней мере, так ему казалось — спросил Алебард. — Нет, ничего. — ответил Пасгард, несколько смутившись. — Извините. «Ничего так ничего…» — Архибрат не совсем понял странную реакцию суперинтенданта, но давить на него не стал. Вместо этого он будто невзначай поинтересовался: — Как там дела в архиве? Вы передали мой приказ? — Да, Ваше светлейшество. К вечеру всё будет готово. «Хорошо, что хоть Стражи морали и нравственности серьёзно относятся к моим указаниям. На том спасибо.» — Отлично. Можете идти, если закончили. Пасгард попрощался, отдал честь и быстро вышел из кабинета, точно куда-то торопился.       Алебард чувствовал, что поступает неправильно, так просто отпуская своего подчинённого. В какой-то момент ему даже захотелось окликнуть Пасгарда и узнать, что он думает по поводу сложившейся ситуации и что собирается с ней делать. Но Первый министр сдержался. «Сам разберётся, не первый же день на работе.» — решил Алебард. — «Нет, всё равно нужно будет обсудить эту ситуацию с Зонтиком. Господин… изменился. И он, кажется, готов к тому, чтобы сотрудничать. Надеюсь, с ним сейчас всё в порядке?»

***

      Зонтик тем временем спешил к северо-западному храму, мечтая только об одном: увидеть Мориона живым и здоровым. Воображение услужливо рисовало правителю самые страшные картины расправы над экзархом, поминутно встававшие перед глазами. Зонтик, сам не свой от охватившей его паники, уже был готов собственными руками устранить любого, кто посмеет покуситься на священника. «Хоть бы Морион был в храме, хоть бы Морион был в храме, хоть бы Морион был в храме!..» — как молитву повторял правитель. Холодные пальцы боязливо сжимали ткань правого кармана — там покоился кинжал, полученный вчера от Алебарда. — «Наверное, мне покушение на Мориона нужно было в записке Пасгарду упомянуть?.. Но что он может сделать против неизвестно кого? Нет, Пасгард бы точно что-нибудь придумал! Например, приставил бы охрану к экзарху или приказал кому-то из своих Стражей следить за ним!..»       Наконец впереди показалось ярко-голубое здание северо-восточного храма, куда постепенно стекались прихожане. Зонтик проворно пробрался через толпу своих последователей и почти что вбежал в церковь. Обстановка там царила вполне умиротворяющая: сквозь цветные стёкла витражей лился многокрасочный солнечный свет, разгонявший таинственный полумрак; в воздухе, пропитанном благовониями, витал сладкий аромат фимиама; всюду мерцал золотистый свечной огонь, со стороны совершенно не казавшийся горячим; тихие голоса переговаривавшихся между собой прихожан, смешиваясь, отражались от стен храма и создавали особую, ни на что не похожую мелодию. Такая спокойная атмосфера не могла не повлиять на правителя: тот испытал небольшое облегчение, когда оказался на пороге церкви. Однако полностью расслабиться Зонтик не мог, ведь ни за кафедрой, ни где-либо ещё он не увидел Мориона. «Он, скорее всего, чем-то занят за пределами нефа.» — попытался утешить себя правитель. — «Закончит с делами — и сразу же придёт сюда.» Зонтик подошёл к последней в правом ряду скамье, где было одно свободное место, как раз возле прохода. — Прошу прощения, — робко обратился он к девушке, сидевшей у стены, — здесь не занято?.. — Нет-нет, присаживайтесь. — дружелюбно ответила она. — Благодарю. «Надеюсь, в этот раз обойдётся без происшествий.» — правитель занял своё место и покосился на соседнюю скамью. — «Месяц назад там сидел Кулет. Придёт ли он сейчас?..» Зонтику вдруг вспомнилась их недавняя встреча, что состоялась несколько часов назад. «Алебард погорячился, когда приказал отрубить ему руку. Это как-то слишком сурово. Да и я тоже хорош: подставил своей запиской невиновного! Но полиция должна понять, что Кулет не при делах, и отпустить его. Должна же?..»       Зонтик отвернулся от злополучной скамьи и боковым зрением заметил, что сидевшая рядом девушка всё это время смотрела на него. «Она меня узнала!» — решил правитель. — «Это конец. После службы меня арестуют и отправят в тюрьму, а то и сразу казнят!..» Но девушка ничего не делала. Она просто молча разглядывала соседа по скамье, не руководствуясь при этом ничем, кроме самого обычного любопытства. «А может, дело вовсе не в этом?» — Зонтик рискнул и повернулся к ней.       Соседка его была вполне обычной жительницей Зонтопии, не примечательной ничем, кроме на редкость пышной бледно-синей косы и хитрых ярко-бирюзовых глаз, отдалённо напоминавших свет генератора. Но была во внешности незнакомки ещё одна деталь, отличавшая её от других зонтопийцев.       Правителю показалось, будто на лице девушки он видит леденящий душу отпечаток неизбежной судьбы, присущий лишь тому, кто в скором времени должен погибнуть. По спине острыми иглами пробежался мороз. Зонтик, сам не свой от охватившего его ужаса, чуть слышно пролепетал: — Вы скоро умрёте… — Что, простите? — девушка в замешательстве уставилась на него. Но не как на безумца, а как на человека, знающего страшную тайну. Правдивую тайну. — У вас лицо такое… особенное. — начал оправдываться растерянный правитель. — Будто что-то случиться должно. — Вот как. — та странно улыбнулась. — Думаете, меня убьют? — Не знаю! — А когда и при каких обстоятельствах это произойдёт, тоже не знаете? «Да она смеётся надо мной!» — Зонтик хотел было оскорбиться, но быстро передумал. — «И правильно делает. Кто в здравом уме поверит словам проходимца с улицы?» Девушка, меж тем, продолжала говорить. — Я уже давно это чувствую. Ну, что меня убьют. — будничным тоном произнесла она. — И я даже догадываюсь, кто может это сделать. — Хотите сказать, что я прав? — поразился правитель. — Возможно. Моя интуиция ещё никогда меня не подводила. — И вы так спокойно себя ведёте, зная, что вам грозит опасность? — Мне, если честно, всё равно. Перед смертью не надышишься. — незнакомка равнодушно пожала плечами. — А вам бы о другом человеке беспокоиться. Сейчас он придёт, и вы на его лицо тоже посмотрите: не должно ли с ним чего-нибудь приключиться? — Вы про кого? — спросил не на шутку перепуганный Зонтик. Но ответ ему не понадобился: к кафедре вышли Армет и Морион, и всё сразу же стало понятно.       Робко улыбающийся Армет, что шёл позади, выглядел совершенно обычно, если не считать его церковного одеяния, похожего на облачения экзарха. На лице Мориона же правитель различил ту самую жуткую печать скорой смерти, незримую для обычного глаза. — Только не это!.. — прошептал Зонтик, прижав руки к груди. — Ну что, увидели? — шепнула девушка. — Кто-то из них тоже должен умереть?

***

      Айлетт с интересом глядела на сидевшего рядом с ней парня. Поначалу он показался ей обычным, ничем не примечательным человеком, но теперь девушка могла с уверенностью сказать, что ошиблась. «Как он испугался, когда на меня посмотрел! А как побледнел, когда Мориона с Арметом увидел!» — Айлетт взглянула на вошедших священников. Те казались совершенно спокойными, ничто в их поведении или выражении лица не выдавало страха или хотя бы тревоги. — «И чего этот чудак так остро реагирует? Я же в шутку спросила… Неужели кому-то из этих товарищей тоже что-то угрожает?» Девушка нахмурилась и поджала губы. Пускай к церковникам она не питала никаких тёплых чувств, убийство священника, который по-прежнему оставался человеком, было чем-то неправильным даже для неё. — Эй, вы меня слышите? — шепнула она «чудаку». — Что такое? — незнакомец, куда больше похожий на того, кому вскоре суждено умереть, повернулся к ней. — Мы как-то будем спасать нашего смертника? Или, думаете, он сам разберётся? В голубых глазах парня мелькнуло отчаяние. — Я не знаю… — пробормотал он. — Не знаю, что именно нужно делать. Но бросать Мориона в беде я однозначно не собираюсь! «Морион, значит. Да уж, всё и вправду серьёзно.» — отметила про себя Айлетт.       Раздался колокольный звон, возвестивший начало дневной службы, и разговор пришлось на время приостановить. Однако девушка продолжала наблюдать за незнакомцем, с которым её так неожиданно свела судьба. Тот особой религиозности не проявлял: он, кажется, вообще не слушал Мориона и даже не пытался молиться, а только отрешённо смотрел на свои руки, сплетённые в замок. «Тоже в Зонтика не верит?» — предположила Айлетт. — «Если это так, то я могу только порадоваться. Наконец-то я встретила единомышленника среди сумасшедших фанатиков, ещё и с такими же способностями! Но его слова насчёт Мориона меня, откровенно говоря, пугают. Нужно помочь ему хотя бы из интереса, а то жить в последнее время стало слишком уж скучно!»

***

«Зонтик!» «Зонтик, умоляю!» «Пожалуйста, простите!» «Я не хочу умирать!» «Помогите!» «Зонтик!»       Правитель закрыл глаза, чувствуя, что вот-вот упадёт в обморк. В ушах раздавался нестерпимо громкий звон, перекрывавший собой любые другие звуки. Изредка сквозь этот звон, словно через толщу воды, пробивался чей-то приглушённый голос.       «Да что происходит? Кто меня зовёт?!» — Зонтик из последних сил цеплялся за свои мысли — единственное, что позволяло ему оставаться в сознании. «Зонтик, умоляю вас!» — Во имя Великого Зонтика, нашего милого Создателя и мудрого правителя… — зазвучал вдруг голос Мориона. «Создатель» вздрогнул от неожиданности и поднял затравленный взгляд на экзарха. Звон исчез, теперь Зонтик снова слышал все звуки окружающего мира: молитву Мориона, музыку органа и пение монахинь. «Что это было?..» — правитель глубоко вдохнул сладкий воздух храма, пытаясь прийти в себя.

***

      Когда дневная служба завершилась, Айлетт взяла едва стоявшего на ногах парня за руку и вывела его на улицу. — Вы во время молитвы выглядели так, будто были готовы в любой момент свалиться в обморок. — заметила девушка, уводя юношу подальше от толпы. — С вами всё в порядке? — Да, извините за беспокойство. — слабым голосом ответил тот. — Это, наверное, из-за благовоний. — Вот оно что. Значит, вы в церкви нечасто появляетесь? — Очень редко, я бы сказал. — парень усмехнулся. — Но на то есть свои причины. — Понимаю, я тоже не любительница по храмам ходить. — Айлетт кивнула в знак солидарности и остановилась возле малой статуи, располагавшейся в одном из безлюдных переулков. — Как вас зовут? — Каранфил… — парень почему-то растерялся. — А вас? — Айлетт. — девушка крепко пожала его холодную ладонь. — Рада знакомству! Но сейчас, оставив все любезности, хочу поговорить с вами о Морионе. — У вас есть мысли насчёт того, как можно ему помочь? — с надеждой спросил Каранфил. — Не хочу вас разочаровывать, но нет. — Айлетт развела руками. — Могу предложить одно: донести полиции о том, что на экзарха готовится покушение. Правда, как мы объясним, откуда у нас взялась такая информация? В версию «Зонтик нашептал» вряд ли кто-то поверит. — Полиция нам здесь точно не поможет… — парень обеспокоенно помотал головой. — Нет, ну хоть иди и лично следи за Морионом! Я уже не знаю, как иначе поступить. — Слушайте, а это неплохая идея. — задумчиво произнесла девушка. — Можно и попробовать. — Вы не шутите? — Каранфил с недоверием посмотрел на неё. — Мне сейчас не до смеха. Не хочу, чтобы из-за моего бездействия убили человека. — серьёзно ответила Айлетт. — Знаете что? Я сегодня послежу за Морионом после вечерней службы, как бы это не звучало. Если что — всех злоумышленников раскидаю и в связанном виде сдам в полицию. Договорились?       Парень несколько раз моргнул, будто не до конца понимал, что происходит. — Договорились. — наконец произнёс он, тяжело вздохнув. — Боюсь, что другого варианта у нас нет. — Вы мне не доверяете? О, я так обижена! — девушка наигранно скрестила руки на груди и отвернулась. — Нет-нет, что вы! — испуганно воскликнул Каранфил. — Я вовсе не хотел вас оскорбить, извините!.. — Да я и не оскорбилась. — Айлетт с недоумением посмотрела на парня. — Странный вы. То смерть чужую видите, то ведёте себя так, будто с людьми никогда не общались. — Простите. — ещё раз извинился Каранфил. — Я из-за ситуации с Морионом немного… на взводе, потому и воспринимаю всё близко к сердцу. Итак, раз уж мы теперь играем роль спасателей, давайте встретимся завтра на утренней службе и всё обсудим? — предложил он. — Отличная идея. — довольная девушка ещё раз пожала новому знакомому руку. — Кстати, у вас подол плаща немного запачкан. Надеюсь, это не звучало слишком грубо? — Ой, а я и не заметил… — Каранфил взглянул на свою накидку и вдруг застыл, точно статуя. Глаза его расширились то ли от удивления, то ли от страха. — Что это с вами? — девушка вопросительно покосилась на него. — Всё в порядке? — …Да. — дрогнувшим голосом ответил парень. — Извините. Я не думал, что всё настолько серьёзно… — Да ладно, почти незаметно ведь! — приободрила его Айлетт. — Готова поспорить, что кроме меня на это никто внимания не обратил. — Вы уверены? — Каранфил с мольбой посмотрел на неё. — Более чем. Только я не понимаю, почему вы так переживаете из-за этого несчастного плаща. Даже если кто-то увидел — что с того? Всё равно забудут через пять минут. Каранфил нервно усмехнулся. — Вы правы. Что-то я подозрительно сильно волнуюсь из-за какого-то там пятна на плаще… — Вот именно! Отстираете ещё. — засмеялась Айлетт.       Каранфил неуверенно улыбнулся, продолжая рассматривать потемневший подол накидки. — По правде говоря, — произнёс он, подняв взгляд на девушку, — я очень рад, что мы с вами сегодня встретились. Не знаю, как бы я сам спасал Мориона, но что-то мне подсказывает, что у меня бы ничего не получилось. — А мне что-то подсказывает, что вы себя недооцениваете. Всё бы вы смогли и без меня. — Ой, бросьте! — смутился парень. — Уж я-то себя знаю. Айлетт насмешливо фыркнула. — Я бы на вашем месте не была так уверена. Впрочем, думайте, что хотите, меня это не особо волнует. — весёлое лицо её тут же стало серьёзным, даже суровым. — Значит, мы договорились? Я понаблюдаю за Морионом, а потом мы с вами встретимся завтра на утренней службе и всё обсудим. — Да, именно так. — кивнул Каранфил. — Простите, что втянул вас в такое опасное дело… — Ничего. — девушка махнула рукой. — Главное, что оно интересное, а остальное — так, ерунда. — Меня очень удивляет ваше легкомысленное отношение к жизни. — признался парень. — Вы что, совсем не боитесь? — А чего мне бояться? Как я уже говорила, перед смертью не надышишься. — В этом есть смысл… — Каранфил задумался. — Не хочется, конечно, прерывать наш с вами задушевный диалог, — с сожалением произнесла Айлетт, — но мне пора идти. Работа, сами понимаете. — Точно! Что ж, в таком случае… до завтра? — До завтра. — девушка по-дружески похлопала его по плечу и отправилась обратно, в сторону северо-западного храма.       Каранфил несколько секунд смотрел ей вслед, а затем развернулся и побрёл прочь от шумных площадей, заполненных народом. — И как я раньше не заметил? — прошептал он, глядя на тёмно-красный, почти чёрный подол своего светло-голубого плаща. — Это же я в том подвале в крови перепачкался.