Яд, который меня спас.

Спуск в коллектор напоминал погружение в преисподнюю. Металлическая лестница, приваренная к бетонной стене , под ногами Уилла жалобно скрипела и ходила ходуном. Внизу пахло отвратно: сыростью, застоявшейся водой и чем-то химическим. - Все целы? - приглушенный шепот Дастина эхом разнесся по узкому бетонному тоннелю. Он включил мощный армейский фонарь, и луч света выхватил из темноты серые стены, покрытые подтеками и черной плесенью. - Да, - тихо отозвалась Сьюзи, аккуратно ступая на скользкий пол и сверяясь со своим пожелтевшим листком. - Нам прямо по этой трубе. Метров через двести будет развилка с техническим люком наверх, в подвалы. Они двинулись цепочкой. Дастин шел впереди, освещая дорогу, Сьюзи замыкала шествие, а Уилл двигался посередине. Его сердце колотилось, как сумасшедшее. В этом замкнутом пространстве его чувства кричали об опасности, а по спине бежали ледяные мурашки. Они успели дойти до развилки, когда тишину подземелья разорвал жуткий, скрежещущий звук. Кхххх-шшшш-гххх! Сверху, со стороны технического люка, раздался грохот, будто рухнуло что-то тяжелое. А затем послышался утробный, яростный рык, от которого у Уилла волосы на затылке встали дыбом. Это не был человеческий голос. И это не было похоже на бездомную собаку. Звук был тяжелым и пугающе знакомым - Уилл слишком хорошо помнил тварей из Изнанки, чтобы перепутать этот клекот. Но ведь врата были закрыты! - Какого черта?! - в панике закричал Дастин, резко дернув фонарем. В луче света, прямо над люком развилки, мелькнула огромная, серая, лоснящаяся туша. Из темноты на них уставились несколько пар белесых, слепых глаз. Это был, вероятно , мутировавший под действием радиации бродячий пес - огромный, облезлый, с неестественно огромной пастью.Тварь прыгнула вниз, прямо на них. - Назад! - истошно завопила Сьюзи. - Бегите! - скомандовал Дастин, бросая монтировку прямо в морду чудовищу. В панике всё смешалось. Луч фонаря бешено заплясал по стенам. Уилл рванулся в сторону, инстинктивно пытаясь уйти с линии атаки твари. Он побежал в левое ответвление тоннеля - узкое, почти полностью заросшее старой сухой паутиной. Позади слышались крики Дастина и топот Сьюзи, побежавших вправо. Тварь, клацая зубами, рванула за ними, но Уилл уже не видел этого. Он бежал вслепую, выставив руки вперед, пока не зацепился ногой за торчащую арматуру и с размаху не полетел на грязный бетонный пол. Он больно ударился коленями и локтями, издав глухой стон. Фонарик, который он держал, отлетел в сторону, его луч уперся в потолок, едва освещая пространство вокруг.Тишина. Чудовище унеслось за его друзьями. Уилл лежал в темноте, тяжело и прерывисто дыша, чувствуя, как по подбородку течет пот вперемешку со слезами бессилия. "Опять, - забилось в голове. - Опять я сбежал, опять я оказался самым слабым, самым бесполезным. Майк бы сейчас..." Мысль о Майке оборвалась, когда Уилл почувствовал неожиданное движение с тыльной стороны левой ладони. Он медленно повернул голову. Прямо рядом с ним из разбитой стеклянной колбы с полустертой маркировкой "Exp. #42-M" выползало существо. Это был паук. Но не обычный, домашний. Он был крупным, с неестественно длинными, тонкими лапами, а его гладкое брюшко светилось изнутри тусклым, неоново-фиолетовым светом. Уилл завороженно замер, не в силах пошевелить ни единой мышцей. Паук двигался удивительно быстро и плавно, словно не шел, а скользил по воздуху. Прежде чем Уилл успел хотя бы вскрикнуть, существо перебралось на его запястье. Острый, обжигающий укол прошил руку до самого плеча. - А-а-ах! - Уилл выгнулся на полу, из его горла вырвался хриплый, задушенный звук. Это не было похоже на обычный укус насекомого. Ощущение было такое, будто в его вены плеснули жидкий, кипящий металл. Фиолетовое свечение с брюшка паука мгновенно перетекло под кожу Уилла - тонкие венки на его худой руке на секунду вспыхнули ярким, неоновым светом. Паук тут же поджал лапки и замертво свалился на бетон, превращаясь в серый пепел. Уилла затрясло. Перед глазами поплыли кроваво-красные и фиолетовые круги. Стены коллектора вокруг него начали странно вибрировать, а звуки - капанье воды, далекие крики Дастина - вдруг стали оглушительными, бьющими по барабанным перепонкам с силой отбойного молотка. Его тело, которое он так ненавидел за хрупкость, сковала дикая, ломающая кости судорога. Он почувствовал, как сознание ускользает, но в последнюю секунду перед тем, как отключиться, Уилл посмотрел на свои руки. Его пальцы, прижатые к стене, вдруг начали… медленно сливаться с цветом серого бетона, становясь абсолютно прозрачными, будто сделанными из жидкого стекла. *"*"*"* - Уилл! Уилл Байерс, ради всего святого, ты собираешься сегодня вставать?! - оглушительный крик Джойс снизу пробил пелену тяжелого, липкого сна, заставив Уилла подскочить на кровати. - Дастин и Сьюзи вчера вечером притащили тебя домой еле живого, сказали, ты перегрелся на солнце и отрубился прямо в парке. Они заходили проверить тебя, но ты спал как сурок! А сейчас они уже оборвали домашний телефон! Уилл, двенадцатый час дня, марш завтракать! Уилл зажмурился, хватаясь за гудящую голову. В ушах стоял странный гул. Голова была абсолютно пустой, а в памяти зияла огромная черная дыра. "Какой парк? Какое солнце?"— тупо подумал он, пытаясь разлепить веки. Он сел на кровати, потирая лицо ладонями, и на автомате спустил ноги на пол. Нащупал пальцами свои привычные домашние тапки, попытался втиснуть в них ступни и… нахмурился. Тапки уперлись в пальцы, словно ссохлись за ночь размера на два. Уилл удивленно опустил взгляд вниз. Его домашние пижамные штаны, которые еще вчера волочились по полу, теперь едва прикрывали щиколотки, сиротливо задравшись вверх. Рукава пижамной кофты натянулись в плечах так, будто он надел вещь младшего брата, а запястья полностью оголились. - Что за чертовщина?.. - пробормотал он, и его собственный голос показался ему более низким и глубоким, чем обычно. В эту секунду в мозгу, словно от вспышки молнии, начали прокручиваться вчерашние кадры: овраг, бетонный павильон, леденящий душу рык, паника, узкий тоннель… и фиолетовое свечение. Острый, как игла, укус в запястье. Уилл резко вскинул левую руку. На тыльной стороне ладони не было никакого следа, ни капли крови - только ровная, чистая кожа. Дыхание перехватило. Сердце заколотилось в груди с такой силой, что, казалось, ребра трещали. Он резко поднялся с кровати - и едва не снес головой низкий потолочный косяк, к которому раньше даже близко не доставал макушкой. Тело ощущалось совершенно по-другому: оно стало плотным, тяжелым, но при этом невероятно легким, словно гравитация в комнате уменьшилась вдвое. Ничего не понимая, Уилл на непослушных ногах выскочил из комнаты и заперся в ванной. Он включил холодную воду, собираясь плеснуть себе в лицо, но стоило ему поднять глаза на зеркало, как он намертво застыл. Из стекла на него смотрел… не Уилл. Точнее, это был он, но какой-то улучшенный, пугающе правильный апгрейд самого себя. Рост. Он вырос за одну ночь дюйма на два, если не больше! Его плечи заметно раздались в ширину, а под тонкой тканью пижамы отчетливо обрисовывался рельеф мышц. Исчезла вся его болезненная угловатость, вся хрупкость "метра с кепкой", из-за которой он так страдал. Теперь он выглядел сильным. Оформившимся. Мужественным. - О, Господи… - прошептал Уилл, в ужасе отступая назад. В паники он облокотился ладонью о край фаянсовой раковины, но когда захотел отдернуть руку, раковина… не отпустила его. Ладонь намертво прилипла к белой керамике. Уилл дернулся сильнее - раковина жалобно хрустнула в креплениях. -Черт, черт, черт! - в панике закричал Уилл, хватая висящее рядом полотенце и утыкаясь в него лицом, чтобы заглушить голос. - Я что теперь, Питер Паркер?! Человек-паук, мать твою?! От дикого всплеска адреналина в его правом запястье что-то глухо щелкнуло, и из ладони с тихим свистом "ввиу!" вырвалась тонкая, белая липкая нить. Она пролетела через всю ванную и намертво припечаталась к противоположной стене. Уилл вылупил глаза на эту паутину, чувствуя, как земля уходит из-под ног. В ушах снова взвыл невидимый радар, предупреждая об опасности - снизу послышались шаги Джойс, направляющейся к лестнице. В абсолютном, животном ужасе, что мать сейчас зайдет и застукает его в таком виде, Уилл инстинктивно вцепился свободной рукой в дверную ручку, судорожно желая спрятаться, раствориться, исчезнуть, лишь бы его никто не видел…И мир вокруг изменился. Прямо на глазах его руки, пижама, ноги - всё его новое, выросшее тело начало стремительно терять цвет. Кожа пошла мелкой рябью, подстраиваясь под текстуру деревянной двери и бежевых стен ванной. Через секунду Уилл Байерс полностью растворился в пространстве, став абсолютно, стопроцентно невидимым. Только паутина, тянущаяся от его невидимой руки к стене, доказывала, что он всё еще здесь. Уилл посмотрел туда, где только что были его пальцы, сглотнул подступивший к горлу ком и тихо, обреченно выдохнул в пустоту:- …И гребаный хамелеон в придачу.