Истина на дне стакана

Говорят, что истина находится на дне стакана, но Уилл Байерс никогда не проверял эту теорию на практике. До сегодняшнего дня. Как же Уилл устал от всего этого. От этих бесконечных, взглядов украдкой, когда ты ищешь глазами только одно единственное лицо. От недомолвок, которые повисали в воздухе тяжёлым свинцовым туманом. От лёгких, мимолётных касаний плечом к плечу в школьном коридоре - касаний, от которых у Уилла внутри всё замирало, а затем рассыпалось мириадами колючих искр. И после всего этого….ничего. Абсолютно ничего. Майк Уиллер либо действительно ничего не понимал, либо с каким-то пугающим, виртуозным мастерством делал вид, что не понимает. В последнее время Уиллу казалось, что уже все вокруг - от проницательной Робин до вечно занятого Джонатана - давно заметили его совсем не дружеские чувства к Уиллеру. Все, кроме самого Майка. Майк оставался слеп, упрям и недосягаем, запертый в своём бронированном панцире подросткового отрицания. Пора с этим разобраться. Дальше так продолжаться не могло. Эта неопределённость ламала Уилла изнутри, оставляя лишь острые обломки на месте прежней чистой радости от их дружбы. Сегодня Робин организовывала вечеринку. Ну, как вечеринку - так, громкое слово для скромных посиделок. Всего лишь компания самых близких друзей, старый кассетный магнитофон, фильм на заднем плане, немного дешёвого вина и ленивое общение в полумраке гостиной. И именно в этот вечер Уилл принял решение, которое казалось ему одновременно безумным и единственно верным. Он решил напиться. В своей жизни Уилл никогда ещё не пил алкоголь. Даже глотка пива не делал на глупых школьных тусовках, куда его изредка затягивал Дастин. Но сейчас ему отчаянно нужна была эта искусственная смелость. Та самая смелость, которая сломает внутренние барьеры, развязвяжет язык и позволит наконец признаться Майку в своих чувствах. И будь что будет. Уилл долго убеждал себя, что готов к любому ответу. Даже если Майк посмотрит на него с отвращением, даже если оттолкнёт и назовёт ненормальным - это будет лучше, в миллион раз лучше, чем эта бесконечная, выматывающая душу неопределённость. Призрачная надежда ранила больнее, чем мог бы ранить самый жестокий отказ. В то же самое время, на другом конце школьного коридора, Майк Уиллер стоял у своего шкафчика, невидящим взором уставившись на учебник по физике. Сразу после уроков он случайно узнал от пролетавшего мимо Дастина, что вечером они все приглашены к Робин на посиделки в кругу близких друзей. Майк сглотнул ком, вставший в горле. Значит, там будет и Уилл. В последние месяцы находиться рядом с ним для Майка стало настоящей пыткой. Всякий раз, когда Байерс оказывался поблизости, у Майка внутри запускался какой-то необратимый, пугающий механизм. Стоило Уиллу улыбнуться своей мягкой, немного грустной улыбкой, как у Майка подкашивались ноги, а в животе затягивался тугой, болезненный узел. Это не было просто дружбой. Майк долго пытался врать самому себе, списывая всё на последствия пережитых травм, на Изнанку, на общую ментальную связь. Но ложь больше не работала. Он любил Уилла. Любил так, что эта любовь мешала дышать. И Майк принял точно такое же, отчаянное решение: он решил напиться. Ему казалось, что только алкогоколь сможет заглушить этот липкий, парализующий страх перед признанием в чувствах к своему лучшему другу. От одной только мысли о том, чтобы произнести эти слова вслух на трезвую голову, у него начиналась паника. Но дальше бегать от самого себя было невозможно. Любой ответ, любое развитие событий - даже если Уилл рассмеётся ему в лицо или сочтёт сумасшедшим - казалось Майку спасением по сравнению с той глухой, серой стеной неловкости, которую они выстроили между собой. Вечер наступил быстро. Все были в сборе. В гостиной горел лишь один торшер, заливая комнату уютным, тёплым светом. На экране старого пузатого телевизора фоном шёл какой-то второсортный хоррор -герои глупо кричали и бегали от каких то психов, но никто на них не смотрел. Ребята сидели вокруг большого деревянного стола, лениво переговариваясь и делясь школьными сплетнями. Майк и Уилл сидели по разным концам стола. Для компании, которая привыкла видеть их буквально склеенными друг с другом, это выглядело по меньшей мере странно. Обычно они занимали один диван на двоих, соприкасаясь коленями и перешёптываясь о чём-то своём, понятном только им. Сейчас же между ними пролегало пространство, заполненное тарелками с чипсами, смехом Дастина и громкими комментариями Макс. Они искоса переглядывались. Каждый раз, когда Уилл поднимал глаза, он натыкался на напряжённый взгляд Майка. А тот в свою очередь, тут же отводил глаза, принимаясь усердно разглядывать свои ногти или этикетку на банке с газировкой. Они оба молчали, словно два бойца на ринге, замершие в ожидании финального гонга, готовясь сказать что-то очень важное, но не находя в себе сил нарушить эту хрупкую тишину между ними. В этот момент Робин, уставшая от повисшего в воздухе напряжения, с тихим триумфальным возгласом достала из-под кухонной тумбы бутылку тёмного стекла. - Так, малыши, - она задорно подмигнула, орудуя штопором с ловкостью заправского бармена. - Вам всем только по девятнадцать, закон штата я чту, но по одному маленькому стаканчику для настроения вам точно можно. Остальное, извините, наше со Стивом и Нэнси законное имущество. Нам нужнее после этой адской недели. Атмосфера в комнате сразу немного оживилась. Дастин, скорчив правильную гримасу, сразу замахал руками: - -О нет, увольте. Мне завтра сдавать проект по физике, и если у меня с утра будет раскалываться голова, мистер Кларк меня просто четвертует. - Я тоже пас, - отозвалась Макс, откидываясь на спинку стула и поправляя наушники на шее. - Терпеть не могу вкус этого вашего полусладкого. От него потом во рту будто кошки ночевали. Но Лукас, Уилл и Майк, словно по команде, одновременно придвинули свои пластиковые стаканчики ближе к центру стола. Робин удивлённо приподняла бровь, но спорить не стала, аккуратно плеснув каждому на донышко тёмно-рубиновой жидкости. Уилл заворожённо смотрел на свой стакан. Терпкий, чуть кисловатый аромат винограда ударил в нос. Сердце колотилось где-то в районе горла. Он медленно протянул руку, собираясь сделать свой первый в жизни глоток, чтобы запустить этот безумный план. Но не успел он даже поднести пластиковый край к губам, как на другом конце стола произошло нечто странное. Майк, чьё лицо в полумраке казалось бледным и решительным, резко подался вперёд. На его лице была маска фальшивого, слишком наигранного замешательства. - Ой, а где здесь был яблочный сок? - громко, немного неестественным голосом спросил он, протягивая руку через весь стол. - Я думаю, это он.…И прежде чем кто-то успел среагировать, Майк сцапал стакан, который Робин только что налила для себя. В нём порция была куда солиднее, чем у "малышей". Майк прижал стакан к губам и в несколько быстрых глотков осушил его до дна. Кроме Уилла, этого маневра никто не заметил - Дастин в этот момент увлечённо доказывал Лукасу что-то про новые комиксы, а Робин отвернулась к Стиву. Но Уилл не сводил с Уиллера глаз. Байерс замер в глубоком, искреннем недоумении. Майк? Майк никогда в жизни не увлекался алкоголем, он всегда был самым осторожным и правильным среди них, когда дело касалось подобных вещей. А тут он практически залпом уничтожил чужую порцию, даже не поморщившись, хотя по его горлу было видно, как тяжело дался ему этот обжигающий глоток. Между тем разговоры за столом продолжались. Робин, не заметив пропажи, открыла вторую бутылку. Майк, пользуясь тем, что внимание компании переключилось на Стива, рассказывающего очередную нелепую историю из видеопроката, умудрился под шумок налить и выпить ещё два стакана. Он действовал быстро, лихорадочно, словно выполнял опасную миссию, где каждая секунда на счету. Пока Уилл сидел, напрочь забыв про свой собственный алкоголь, и лихорадочно обдумывал эту странную, пугающую ситуацию, всё было уже кончено. Алкоголь, принятый на голодный желудок и с такой бешеной скоростью, подействовал на Майка мгновенно и сокрушительно. Уиллер был уже полностью и безоговорочно пьян. План Уилла с треском провалился. Какое уж тут признание, какая смелость, если объект его чувств едва удерживал равновесие на стуле?