Сто фотографий Феликса

      На следующий день я проснулся позже обычного. Сначала не сразу понял, который час. Комната была тихой, а свет за окном уже стал ярче, чем бывает ранним утром. Я повернулся на спину и некоторое время просто смотрел в потолок. В голове не было ни одной чёткой мысли. Только странная пустота, будто вчерашний день всё ещё не закончился и просто растянулся на утро.       Я взял телефон с тумбочки. Новых сообщений не было. Переписка с Феликсом всё ещё оставалась последней открытой. Его извинения. Мои короткие ответы. Я некоторое время смотрел на экран, потом медленно заблокировал телефон и положил обратно.       Я сел на кровати и провёл ладонями по лицу. — Ладно.       Сидеть и думать об этом весь день было худшей идеей. Именно тогда мне пришла мысль, что я давно не рисовал. Не просто делал быстрые наброски, а действительно садился и проводил за холстом целый день.       Я встал с кровати. Новая квартира всё ещё ощущалась немного пустой. Даже спустя несколько дней здесь оставалось ощущение временности. Некоторые коробки стояли у стены, запах свежей краски иногда всё ещё чувствовался в воздухе.       Я прошёлся по комнате, оглядывая пространство. Нужно было выбрать место. Это оказалось сложнее, чем я ожидал. Я сначала поставил мольберт у окна. Потом отодвинул его на полметра. Потом ещё немного. Свет падал под разными углами, и каждый раз казалось, что можно лучше.       Через двадцать минут я уже сам над собой тихо усмехнулся. — Ты просто рисуешь, — пробормотал я.       Но всё равно продолжил двигать мольберт. В итоге остановился у окна. Свет был мягким, рассеянным. За стеклом медленно двигались облака, и это почему-то успокаивало.       Я достал коробку с кистями. Разложил их на столе. Тонкие, широкие, старые, почти новые. Некоторые из них я использовал годами, и на ручках всё ещё оставались следы засохшей краски. Я провёл пальцами по дереву. Поставил перед собой чистый холст. Белый. Совершенно пустой. И вдруг понял, что не знаю, что рисовать.       Я сел на стул и некоторое время просто смотрел на холст. Идеи появлялись и исчезали. Пейзаж? Портрет? Абстракция? Ничего не цепляло.       Я поднялся, подошёл к окну, посмотрел вниз на улицу. Люди шли куда-то, машины двигались медленно, город жил своей обычной жизнью. И вдруг в голове всплыла картинка — ночная река Хан. Я сам удивился этой мысли.       Я видел её много раз — огни мостов, отражения в воде, медленное течение. Ночью город становился другим. Тише. Глубже. Но почему именно сейчас?       Я немного подумал и понял, что, наверное, ночью всё выглядит честнее. Днём люди заняты. Днём всё кажется проще. Но ночью остаётся только свет, вода и мысли.       Я снова посмотрел на холст. И вдруг увидел композицию. Мост. Тёмная вода. Огни города. И две фигуры. Я сам не заметил, как взял карандаш. Первый набросок появился быстро. Линии моста. Силуэты фонарей. Горизонт воды. Я работал спокойно, почти механически. Иногда отходил на шаг назад, смотрел на холст, потом снова возвращался. Постепенно рисунок начал обретать форму. И тогда я добавил их. Две фигуры. Стоящие рядом на мосту. Со спины.       Они не касались друг друга. Между ними оставалось небольшое расстояние. Но оба смотрели вперёд — на воду, на огни города.       Я остановился. Некоторое время просто смотрел на набросок. Интересно. Я даже не планировал этого. Но именно так картина вдруг стала полной. Я взял кисть. Краска ложилась на холст медленно. Сначала небо. Глубокий тёмно-синий цвет. Потом вода.       Я смешивал оттенки, добавлял отражения, тонкие линии света. Огни моста постепенно начали появляться на поверхности реки, словно растянутые золотые дорожки. Время исчезло. Я почти не думал. Просто двигал кистью. Иногда отходил на несколько шагов назад. Иногда наклонялся ближе, чтобы прорисовать детали.       Свет в комнате постепенно менялся. Сначала был утренним. Потом стал ярче. Потом мягче. Я даже не заметил, как прошёл день. Когда я остановился, в комнате уже начинало темнеть. Наконец я положил кисть на стол и отступил на несколько шагов. Картина была закончена.       Я открыл окно. Вечерний воздух был прохладным. Где-то далеко слышались редкие звуки машин. Я даже не включал основной свет — только маленькую лампу на столе. Тёплый круг света падал на мольберт и часть пола, а всё остальное оставалось в мягкой полутени.       Картина уже высохла достаточно. Я сидел какое-то время на полу, прислонившись спиной к стене, и смотрел. Потом тихо вздохнул и отвёл взгляд. Телефон завибрировал на столе. Я сначала даже не пошевелился. Но вибрация повторилась. Я поднялся, подошёл и посмотрел на экран. Сообщение от Феликса. — Ты дома?       Я немного удивился. Пальцы сами напечатали ответ. — Да.       Пару секунд ничего не происходило. Потом пришло следующее сообщение. — А где ты живёшь? Можешь написать адрес?       Я нахмурился. Странный вопрос. Но всё равно открыл карту, скопировал адрес и отправил. Ответ пришёл почти сразу. — Спасибо.       И всё. Я посмотрел на экран, ожидая продолжения. Но чат остался тихим. — Ладно…       Я пожал плечами и положил телефон обратно. Наверное, просто спросил из любопытства. Я снова сел на пол, но теперь уже не смотрел на картину. Мысли начали медленно расползаться в разные стороны.       Прошло минут пятнадцать. Телефон снова завибрировал. Я поднял его. — Можешь выйти?       Я моргнул. — Куда?       Ответ появился мгновенно. — Я у твоего дома.       Я резко выпрямился. На секунду я даже подумал, что неправильно прочитал сообщение. Я быстро подошёл к окну и выглянул вниз. На улице было темно, только фонари освещали тротуар мягким жёлтым светом. У подъезда стояла машина. А рядом — человек.       Даже с такого расстояния я узнал его. Я на секунду замер. В груди что-то странно сжалось. Потом я быстро надел кроссовки и вышел из квартиры. Ночной воздух был прохладным. Когда я вышел из подъезда, Феликс уже заметил меня и сделал пару шагов вперёд. Он выглядел немного уставшим. Волосы чуть растрёпаны, куртка наспех застёгнута. — Привет, — он улыбнулся, когда увидел меня. — Привет.       Мы на секунду неловко остановились друг напротив друга. — Ты правда приехал? — спросил я.       Он немного виновато усмехнулся. — Ага.       Феликс опустил взгляд, потом снова посмотрел на меня. — Я хотел извиниться. — Ты уже извинился, — Я пожал плечами, стараясь звучать спокойно. — Да, но… — он немного замялся. — Всё равно чувствую себя виноватым.       Я тихо усмехнулся. — Бывает.       Он облегчённо выдохнул. — Спасибо, что не злишься.       Я отвёл взгляд на улицу. Но где-то глубже всё равно оставалась маленькая заноза. Я просто решил не трогать её. Феликс посмотрел вокруг. — Прогуляемся немного? — Давай.