Лунария: Наследник Божественной Силы

Ваймак ушёл к директору, оставив лисов одних перед дверью в общежитие, из-за массивных дубовых створок доносился оживлённый гул голосов. Команда Драконов явно не ожидала, что их новые соседи вернутся так скоро. Ребята замерли в полумраке коридора, стараясь даже не дышать. — Да я вам говорю, директор оттуда выбегал такой ошарашенный! — раздался звонкий голос Нагисы. — Точно не обычные Рассы у этих Лисов. Там что-то посерьёзнее случилось. — Ну и что? Мы тоже тут не абы какие, — отозвался незнакомый, чуть хрипловатый мужской голос. — Вот хоть тройняшек взять — этим вообще запрещено выдавать своё происхождение. Секретность уровня «бог», а вы тут из-за каких-то новичков суетитесь. — Ты можешь быть тише, Люцы? — ледяной тон Виндэтты заставил Лисов в коридоре невольно вздрогнуть. — Твоя болтливость когда-нибудь нас погубит. — Да боже, сестрёнка, не будь такой букой! — весело пропел Алекс. — Он же ничего такого и не сказал по сути. А вот ты уже один раз чуть не спалилась перед всеми. — Это не я сама себя спалила, это Рико дурак решил в вельможу поиграть и спровоцировал меня! — парировала брата Вини. Лисы переглянулись. Упоминание Рико Мориямы в контексте «вельможи» для них в новинку. Но Драконы не унимались. — Дак какие ставки, кто есть кто? — спросил ещё один незнакомый голос, судя по всему, принадлежащий девушке. — Ставлю сто монет на то, что Элисон Рейнольдс — это ведьма тёмных искусств, — уверенно заявил Карма. — У неё аура такая... острая, как бритва. — Ставка принята, демоненок, — ответил женский голос. — Кто ещё? — Лилит, я ставлю на то, что Сет — это фея, — подала голос Корнелия. — От него пахнет пыльцой и старой магией леса, хоть он и пытается это скрыть за перегаром. — И сколько же ставит наша цветочница? — усмехнулась Лилит. Эндрю, которому этот цирк с подслушиванием надоел быстрее всех, не стал дожидаться финала аукциона. С силой толкнув дверь ногой, он вошёл в зал. Грохот удара о стену заставил Драконов мгновенно замолкнуть. Десятки глаз уставились на вошедших Лисов. — Чем это таким интересным вы тут занимаетесь? — голос Эндрю прорезал тишину гостиной, словно лезвие ножа. Он замер в дверном проёме. Лисы гуськом вошли в главный зал вслед за ним, занимая пространство и настороженно оглядывая новых сожителей. Атмосфера праздного любопытства испарилась, сменившись колючим напряжением. — Ну, раз подслушали, то может тогда и ставки сразу нам закроете? — подала голос незнакомая девушка, чьи глаза светились в полумраке. Судя по голосу, это была та самая Лилит. — А то тут уже немалые суммы на кону, так-то. — Сколько стоит на кону? — Элисон тут же оживилась. Как главный букмекер Лисов, она не могла пройти мимо запаха золота. — Две тысячи золотых, — коротко бросила Лилит, и по залу пронёсся тихий вздох. Это были огромные деньги даже для аристократов Лунарии. — Ну и кто же вы такие? — спросил Натаниэль, переводя взгляд на Лисов. — Вас это касаться не должно, — всё с тем же ледяным спокойствием ответил Эндрю. Он сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию. — Вы сами-то трое кто такие? Я услышал достаточно, чтобы понять: вы тут самые подозрительные. Скрываете происхождение, боитесь выдать себя... Что за тайны вы прячете? — Ну, раз услышал, то должен понять: мы не говорим, кто мы, — в тон ему ответил Нат, скрестив руки на груди. — Ух, страсти какие! — вклинился Алекс, пытаясь разрядить обстановку своей вечной ухмылкой. — Мы просто из соображений собственной безопасности не афишируем родословную. — Но вся ваша команда в курсе, так ведь? — подхватил тон брата Аарон, делая шаг вперёд. — Значит, доверие у вас только для «своих». — Ну, на то это и наша команда, чтобы знать, — Виндэтта медленно поднялась с кресла. Её движения были пугающе грациозными, а голос звучал как звон стали. — А с вами мы знакомы первый день. Да и разве мой милый брат Алекс не сказал вам, что я банши? Этого вам должно быть достаточно. — Поправочка, — с ядовитой колкостью ответил Аарон. — Твой брат сказал «наполовину». Вроде как полукровки во всех фильмах — это самое худшее, что может быть. Их обычно презирают, разве нет? Ошибка природы, застрявшая между мирами. В ту же секунду воздух в зале словно взорвался. — НЕ СМЕЙ ТАК ОБЩАТЬСЯ С НАШЕЙ СЕСТРОЙ! — в один голос прокричали Алекс и Натаниэль, мгновенно подскакивая со своих мест. Их лица исказились от ярости, а тени в углах комнаты начали удлиняться. — Ты не имеешь права так с ней говорить! — прорычал Алекс, стремительно подходя к Аарону. Его глаза вспыхнули неестественным светом, а кулаки сжались до белизны костяшек. — Ты даже не представляешь, чью кровь ты сейчас оскорбил! — Ха! — с сарказмом выдал Эндрю, делая шаг — И чью же? Вы ведь молчите, как рыбы об лёд, так откуда нам знать? Или ваша «кровь» настолько хрупкая, что рассыпается от пары слов? — Молчи, земной! — приказным тоном выплюнул Нат. Его голос изменился, в нём зазвучала потусторонняя мощь, от которой задрожали стёкла в высоких окнах. — Вы не имеете права так говорить с ней. Даже если бы вы узнали правду... Нас с Алексом вы трогать можете, нам плевать. Но за неё я оторву тебе твою милую голову, и это уже не шутка, Эндрю. Алекс, стоявший почти вплотную к Аарону, уже положил руку на рукоять своего глока, скрытого под джинсами. Напряжение достигло предела, когда воздух вокруг Виндэтты внезапно сгустился. В мгновение ока она оказалась рядом с Кевином. Её пальцы мёртвой хваткой вцепились в воротник его кофты, притягивая того вниз. Кевин, со своими ста девяноста сантиметрами роста, вынужден был неловко согнуться. Виндэтта, чуть приподнялась на носочки, приблизив своё лицо к его лицу так близко, что он мог видеть искры безумия в её зрачках. Эндрю мгновенно переключил внимание. Его глаза потемнели от ярости. Но прежде чем он успел сорваться с места, Виндэтта оттолкнула Кевина и проделала то же самое с Аароном, заглядывая ему в самую душу холодным, изучающим взглядом. Отойдя на два шага назад, она победно улыбнулась. Это стало последней каплей. Эндрю кинулся на неё, выхватывая ножи из повязок на руках. Натаниэль и Алекс дернулись было на перехват, но Виндэтта вскинула ладонь в коротком, властном жесте: «Не вмешиваться». Начался танец смерти. Эндрю наносил удары с молниеносной скоростью, его лезвия чертили круги в воздухе, но девушка отбивала их голыми руками, словно её кожа была сделана из титана. Она двигалась грациозно. Через минуту, улучив момент, она перехватила его правую руку, резко дернула на себя и с сокрушительной силой ударила коленом прямо в солнечное сплетение. Воздух с хрипом вырвался из легких Эндрю, и он рухнул на каменный пол, не в силах сделать даже вдох. — Злая чихуахуа повержена! — победно и весело вскликнул Алекс, вскидывая руки вверх, словно празднуя гол. Но его веселье не разделил никто из Лисов. — Эндрю! — Ники пулей метнулся к неподвижному телу кузена. Аарон, наконец отойдя от шока после того, как Виндэтта бесцеремонно притянула его к себе, в ярости обернулся к девушке. — Ты что, психопатка?!— его голос сорвался на крик, а в глазах застыли слёзы страха за брата. — Это она-то психопатка? — Натаниэль сделал шаг вперёд. — Ты на своего брата вообще смотрел? Стоило ей просто подойти к тебе и Кевину, как он кинулся на неё с ножами. Мы защищались. — Он бросил быстрый взгляд на Эндрю и добавил тише: — Ты, кстати, не сильно его ударила? Вини? — Да вроде нет, — невинно пожала плечами Виндэтта. — Так же, как обычно бью Алекса. Ничего особенного. — Ой, бля... — Карма смачно сделал фейспалм, прикрыв глаза рукой. — Ты хоть понимаешь, что это было не просто сильно? Это было пиздец как сильно! Он там вообще жив? Посмотрите на него, он даже не шевелится! Виндэтта нахмурилась и подошла ближе. Эндрю лежал неестественно тихо, его дыхание было поверхностным и свистящим. Алекс, заглянув через плечо сестры, побледнел: — Ой-ой... Нам, походу, кабзда. Если он сейчас откинется, Ваймак нас живьём закопает. — Да я же почти силы не прикладывала! — начала оправдываться Виндэтта, но её голос дрогнул. Аарон уже сидел на полу, лихорадочно проверяя пульс брата. Облегчённо выдохнув, он дрожащими руками задрал футболку Эндрю. По залу пронёсся коллективный вздох ужаса. Пару рёбер выпирали под странным, неестественным углом. — Звоните Эбби! Она ведь здесь?! Или ведите его в лазарет немедленно! — закричал Аарон, его голос дрожал от ярости. — У него рёбра всмятку! — О нет, нет, только не Эбби и Ваймак, — пробормотала Виндэтта, отступая на шаг. — Мне проблем с тем придурком с утра хватает, а тут ещё это... — Ты что, ещё и слепая?! — Аарон вскинул голову, и его взгляд, полный ненависти, пригвоздил девушку к месту. — Не видишь, у него может быть внутреннее кровотечение! Ты и вправду холодная королева... Он выплюнул эти слова с такой злостью, что Виндэтта замерла. Виндэтта замерла,Осознание того, что она переступила черту, отразилось в её глазах мимолётным страхом. Она резко обернулась к братьям, ища в их взглядах немое разрешение. Натаниэль и Алекс переглянулись. Они понимали: если Эндрю умрёт здесь и сейчас, их спокойная жизнь в академии закончится и будет растоптана яростью Ваймака и отца . Кивнув сестре, они синхронно развернулись к Лисам, преграждая им путь. — То, что вы сейчас увидите, должно остаться в строжайшей тайне, — голос Натаниэля стал резким, как удар меча. — Ни одна живая душа не должна об этом знать. Мы понятно объяснили? Если хоть слово выйдет за пределы этой комнаты, последствия будут необратимы. — Что вы, блять, несёте?! — выкрикнул Аарон, его голос дрожал от ужаса и бессилия. — Ребята, позвоните уже кто-нибудь Эбби! Помогите ему! Но Виндэтта уже не слушала. Получив согласие братьев, она опустилась на колени рядом с почти не дышавшим Эндрю. Сложив руки в молитвенном жесте, она глубоко вдохнула и начала петь. Это не было похоже на обычную песню — это была чистая, первородная магия звука, напоминающая высокую оперную арию. Она тянула всего одну ноту, но с каждой секундой брала её всё выше и выше. Вокруг девушки начал собираться ослепительно белый свет. Он пульсировал в такт её голосу, становясь невыносимо ярким. — Что она делает?! Уйди от моего брата! — закричал Аарон, пытаясь броситься к ней, но Алекс стальной хваткой перехватил его руку, приложив палец к губам: «Молчи». Ярость в глазах Аарона сменилась шоком, когда нота достигла такой высоты, что по залу прокатилась звуковая волна. С оглушительным звоном лопнули все кружки и бокалы на столах. Некоторые Лисы схватились за головы — у Сета и Ники из ушей потекли тонкие струйки крови. Свет вокруг Виндэтты достиг апогея и резко взорвался, заполняя всё пространство белой вспышкой. Когда зрение вернулось к присутствующим, Виндэтта без сил рухнула на пол рядом с Эндрю. Аарон, затаив дыхание, посмотрел на брата. Эндрю открыл глаза. Он сделал глубокий, ровный вдох, а на его груди не осталось ни синяка, ни единой царапины. Кости срослись, словно их никогда и не ломали. Аарон смотрел на брата так, будто видел его впервые в жизни. Секунду назад Эндрю был при смерти, его дыхание прерывалось, а кости были раздроблены. А теперь он сидел на полу, и на его коже не осталось даже покраснения. Это противоречит всем законам мира Но факт оставался фактом: Эндрю был абсолютно цел. Всё ещё находясь в шоковом состоянии, Аарон перевёл взгляд на Виндэтту. Теперь на полу, вместо его брата, лежала она — бледная, как мрамор, и почти не дышащая от изнеможения. Натаниэль и Алекс подошли к ней с такой осторожностью, словно она была сделана из тончайшего хрусталя. Они бережно подхватили её под руки, помогая подняться. Аарон тоже вскочил, потянувшись к Эндрю, но тот отмахнулся и встал сам, сохраняя на лице маску безразличия, хотя в глубине его глаз плескалось недоумение. — Что ты сделала? — в лоб спросил Эндрю, поправляя повязки на руках. — Небольшая... молитва Великому, — бессильно и очень тихо проговорила девушка, её голова склонилась на плечо Натаниэля. — Молитва? — Ники, поднявшийся с пола и отряхивающий штаны, недоверчиво округлил глаза. — Ты хочешь сказать, что просто помолилась, и всё, что было на Эндрю, тут же исцелилось? — Я его ударила... я его и исцелила, — снова прошептала Виндэтта, едва шевеля губами. — Мы же сказали, нам не нужны проблемы, — отрезал Натаниэль, крепче перехватывая сестру за правую руку. Алекс, поддерживающий её с другой стороны, добавил ледяным тоном: — И молчите о том, что вы здесь увидели. Это не просьба. — Ты что, типа святая какая-то? — вдруг выдал Сет со своим обычным сарказмом, скрестив руки на груди. Тройняшки синхронно вздрогнули. Это движение было настолько слаженным и резким, что Эндрю тут же за это зацепился. — Ого. И что же «святая» делает в академии, а не в церкви под замком? — протянул он, делая шаг к ним. — Эндрю... ты хочешь ещё раз отхватить по рёбрам? — тяжело выдавила Виндэтта, вскидывая на него мутный взгляд. — А разве святой вообще пристало бить кого-то? — не унимался Эндрю, прощупывая почву. — Эндрю, не сейчас. Поговорим об этом завтра, если доживёте, — бросил Натаниэль. Братья, не оборачиваясь, повели сестру к лестнице, ведущей на третий этаж, в их комнату. Натаниэль осторожно прикрыл дверь спальни. Внутри остался Алекс — он сидел на краю кровати Виндэтты, не сводя с неё глаз. После «Молитвы» сестра всегда становилась пугающе хрупкой, словно её жизненная искра выгорала дотла, оставляя лишь холодную оболочку. Это состояние уязвимости было самым опасным временем для их семьи, и братья ненавидели каждый миг, когда ей приходилось использовать этот дар. Как только щелкнул замок, Натаниэль обнаружил, что он не один. Эндрю стоял прислонившись к стене. — Ну, рассказывай, рыжик, — без предисловий бросил Эндрю. — Я не из тех, кто любит ждать десерта до завтра. Натаниэль устало потёр переносицу, чувствуя, как пульсирует жилка на виске. — Эндрю, ты ведь действительно не подождёшь до утра, так? — Не подожду, — подтвердил блондин, отталкиваясь от стены и делая шаг навстречу. — Тогда пошли. Но имей в виду: я не собираюсь выкладывать тебе подноготную нашей семьи просто за красивые глаза, — Натаниэль зашагал по коридору к лестнице. Эндрю последовал за ним, сохраняя дистанцию. — А что, тебе мало того, что твоя сестра меня чуть не убила? — с издёвкой спросил Эндрю, глядя в затылок идущему впереди парню. — Она же тебя и исцелила, — парировал Натаниэль, не оборачиваясь. — Считай, что её долг перед тобой уплачен сполна. А вот ты сейчас просишь правду, которая стоит гораздо дороже, чем пара сломанных рёбер. — Ну тогда давай так: правда за правду, — предложил Эндрю, и в его голосе послышался азарт— Ты спрашиваешь — я отвечаю честно. Я спрашиваю — ты не лжёшь. — А если кто-то из нас не захочет отвечать вовсе? — уточнил Нат, сворачивая на второй этаж. — Значит, это черта, которую переступать не стоит. Просто говоришь «нет», и идём дальше, Они миновали пустые классы для домашних заданий, где в воздухе ещё пахло старыми свитками и мелом. В самом конце коридора Натаниэль остановился перед небольшой дверью, украшенной искусной резьбой в виде сплетающихся драконов. Он приложил ладонь к дереву, и узор на мгновение вспыхнул тусклым синим светом, Дверь тут же открылась, и Нат сделал приглашающий жест рукой. — Что ж, проходи, поговорим, блондинчик, — последнее слово Натаниэль выговорил игриво, будто насмехаясь над невозмутимостью гостя. — И куда же это ты меня привёл, рыжуля? — в тон Натаниэлю отозвался Эндрю, переступая порог. Его взгляд мгновенно начал сканировать новое пространство. — Одна из наших с братом и сестрой личных лабораторий. Она открывается только от нашей магии, и никто, кроме нас, сюда зайти не может, — пояснил Натаниэль, закрывая дверь, которая бесшумно слилась со стеной. Зайдя внутрь, Эндрю увидел внушительное пространство. Вдоль стен тянулись высокие шкафы, заставленные колбами самых разных размеров, которые поблёскивали в полумраке. Рядом стояли шкафы поменьше, плотно набитые баночками с загадочным содержимым — от сушёных трав до мерцающей пыльцы. В центре комнаты располагались три стола, точь-в-точь как на уроках химии, заставленные горелками и ретортами. Но главной деталью было огромное окно впереди. Его подоконник был широким и, как и диванчики вокруг, был полностью обит мягкими подушками, создавая уютный уголок посреди холодного блеска стекла и металла. Эндрю, не раздумывая, подошёл прямо к окну и запрыгнул на мягкий подоконник. Он привычным жестом достал сигарету, но замер, не понимая, как открывается это монолитное стекло. Он несколько секунд осматривал раму, пока Натаниэль не подошёл и не нажал на скрытый механизм на стене. Окно тут же бесшумно отъехало в сторону, впуская прохладный ночной воздух. Прежде чем Эндрю успел чиркнуть зажигалкой, Натаниэль ловким движением выхватил у него обычную сигарету и вложил вместо неё свою. Она была необычного золотого цвета и пахла чем-то сладким, напоминающим спелую клубнику. — И что это за вычурная херня? — спросил Эндрю, подозрительно разглядывая золотистую бумагу. — она не вычурная, Ничего особенного, ну, кроме вкуса, наверное, — ответил Натаниэль, довольно наблюдая за реакцией блондина. — О, и ещё: после неё нет этого отвратительного привкуса табака во рту. — А зажигалка у тебя есть не настолько вычурная? — проворчал Эндрю, пытаясь подкурить странный подарок своей зажигалкой. Но огонёк раз за разом гас, словно магия комнаты не давала ему разгореться. — Блять, да ты издеваешься! — буркнул он, когда кремень в очередной раз выдал лишь бесполезную искру. Похлопав себя по карманам с притворным сожалением, Натаниэль улыбнулся: — Не-а, нету. — Ну класс, и что теперь, я даже не покурю? — буркнул Эндрю, раздражённо крутя золотую сигарету в пальцах. — Может, ты тогда прикуришь от мизинца? Вот это был бы класс. Эндрю явно хотел подколоть Натаниэля, ожидая услышать, что это невозможно или глупо. Но вместо ответа Натаниэль лишь небрежно щёлкнул пальцами. В ту же секунду на его указательном пальце вспыхнул ровный, яркий огонёк. Эндрю был удивлён такому фокусу, но виду, как всегда, не подал. Он лишь молча наклонился, чтобы закурить от магического пламени на пальце Натаниэля. Выдохнув густой клубничный дым прямо в лицо рыжего, он произнёс своим привычным бесстрастным тоном: — Ну что ж, начнём нашу игру в правду. — Давай, спрашивай, — Натаниэль так же закурил свою золотую сигарету и небрежно махнул рукой, приглашая к диалогу. — Какой вы расы на самом деле? Про полукровку-банши я уже не сильно верю, — прищурился Эндрю, внимательно наблюдая за реакцией собеседника. — Ну, про то, что сестра банши — это правда. Но большая часть нашей крови принадлежит драконам, — спокойно ответил Натаниэль, и в его глазах на мгновение отразилось что-то древнее и могущественное. — Это типа те, что пролетали над нами, когда мы только перешли через портал? — быстро спросил Эндрю. — Это второй вопрос или... — начал было Натаниэль, но Эндрю перебил его: — Это «или», просто интересно. — Нет, то были лишь подвиды драконов. Свободно летают виверны и другие низшие формы. Мы же принадлежим к высшим — всё так же невозмутимо пояснил Натаниэль. Эндрю усвоил информацию, сделав ещё одну затяжку. — Ладно, давай ты спрашивай. — Тогда мой вопрос будет таким же: что вы за раса? От вас так пахнет лесом, даже сильнее, чем от Корнелии, а ведь она дриада,— Натаниэль подался вперёд, вдыхая воздух. — Эльфы. Что я, что Аарон, и Ники. Только Ники — тёмный эльф, а мы с Аароном — светлые, — ответил Эндрю, не видя смысла скрывать — Ха! Значит, моя милая сестрёнка была права! — радостно воскликнул Натаниэль, и на его лице расцвела торжествующая улыбка. — В каком это смысле? — Эндрю нахмурился, чувствуя подвох. — А, да нам, так-то, и не нужно было подтверждения, лично от вас. Ведь Вини знала это ещё с той минуты, как увидела вас у библиотеки, — с весёлой ноткой в голосе добавил Натаниэль. — Это, блять, вообще как? Типа потому что она «святая»? — Эндрю едва не выронил сигарету от раздражения. — Это сразу два вопроса, блондинчик, — весело заметил Натаниэль, сверкнув глазами. — Будет тебе фора в два вопроса, рыжуля, — парировал Эндрю, принимая вызов. — Отвечай. — Так-то да, это напрямую связано с тем, что Вини — святая, если тебе прям нужна глубокая правда, — начал Натаниэль, стряхивая пепел с золотой сигареты прямо в пустую колбу на столе. — Да, хотелось бы, — тут же отозвался Эндрю, подавшись вперёд. — Именно она помогла Ваймаку найти некоторых из вашей команды. Она слышит голос нашего бога — Великого Дракона, — рассказал Натаниэль, и на его губах появилась странная усмешка. — На что, кстати, постоянно жалуется нам с Алексом. Говорит, что он бубнит ей всякие сплетни пантеона богов или просто разговаривает с ней ни о чём, что её очень бесит. Чаще всего она злая именно из-за него, а не из-за шуток Алекса. — Вот это нихуя себе правда, — не скрывая искреннего удивления, выдохнул Эндрю. — И как это: дракон, банши и святая в одном человеке? Разве такое возможно вообще? — Ну, «святая» — это не раса, а предназначение, — пояснил Натаниэль, забавляясь реакцией эльфа. — А вот банши в нас почти и нет. Из нас троих только Вини может так хорошо управлять своим голосом. Кстати, это уже был третий вопрос, Эндрю. — Ты, вообще-то, мог и не отвечать, Натаниэль, — парировал Эндрю, возвращая себе маску безразличия. — Мог, но не захотел, — весело отозвался Нат, сверкнув глазами. — Моя очередь. Почему ты защищаешь Кевина? — Потому что у нас сделка, — коротко бросил Эндрю. — Что за сделка? — тут же вцепился в ответ Натаниэль, не давая собеседнику опомниться. — Я защищаю его от Воронов и Мориям, а он даёт мне смысл вообще играть в экси, — ответил Эндрю.Натаниэль кивнул— Давай, задавай следующий вопрос. Эндрю затянулся клубничным дымом, прищурился и спросил в лоб: — Вы кто-то из королевской семьи? В лаборатории повисла тяжёлая, звенящая тишина. Натаниэль медленно выдохнул дым, и в полумраке его зрачки на мгновение вытянулись в вертикальные золотистые щели, прежде чем снова стать человеческими.